# Unknown

Юлия Витальевна Ситохова

Данное произведение создано для развлечения и не несет за собой цели пропаганды нетрадиционных ориентаций и однополых браков. Все имена и события вымышлены. Любые совпадения - всего лишь совпадение. Все изобретения, указанные в произведении, являются псевдонаучными.

2 ЧАСТЬ - ЧТО-ТО С ЧЕМ-ТО


Ориджинал.

Автор: Яэль Кац https://www.wattpad.com/user/juliankavs

Жанр: слеш, НЖ, Парни, фантастика

Описание:

Продолжение “Что-то с чем-то. Пхат” - Мой отец хочет воспитать из меня своего приемника, но почему я ничего не помню из своей прошлого? Я даже не помню кто я. И мне кажется, что я совсем не тот, за кого меня пытаются выдать...

Глава 1

Пустота

Я открыл глаза и уставился в потолок. Где это я? В голове был какой-то гул и ... пустота. Как-то странно. Прислушавшись к себе и пытаясь уловить хоть что-нибудь, я еще больше растерялся. Не может же быть такого, чтобы в мыслях было так пусто. Я пошевелился. Тело отозвалось, но как-то слабо. Я поднял перед собой руки. Они были почти полностью перебинтованные. Я стал оглядываться. По всей видимости, я нахожусь в больничной палате. А почему я здесь? Ничего не помню. Что-то случилось, если я здесь, да еще весь в бинтах и со слабой мозговой и физической деятельностью.

Ко мне подошел человек в белом защитном костюме, полностью закрывающем все тело. Он проверил показания приборов и что-то записал в свой планшет. На меня он особого внимания не обращал. Я хотел привлечь его внимание, но не успел - человек развернулся и прежде, чем уйти, что-то набрал на панели монитора, и я почувствовал, что меня уводит в сон. Сопротивляться не было сил, и я провалился в омут небытия. Человек бросил на меня взгляд и ушел.

Очнувшись, я решил не подавать вида, что проснулся. Не знаю почему, но мне было как-то не по себе. Одно то, что я ничего не помню, напрягало не по-детски. А еще непонятное ко мне отношение - каждый раз, когда я просыпаюсь, меня снова отправляют в сон. Без каких-либо объяснений. И долго так будет продолжаться? Меня здесь как будто нет. Я - пустое место, такое же пустое, как мое сознание.

Так как я притворяюсь спящим, мои глаза закрыты, и я не могу видеть. Зато я могу слышать, чем я и занялся. Но меня ждало разочарование - кроме звуков, издаваемых приборами, ничего не было слышно. Ну, тогда лучше усыпите меня обратно. Подумав так, я открыл глаза и удивился. Рядом со мной стоял человек. Он был немного старше средних лет, ну или так хорошо сохранился. Худощавый, с небольшой бородкой и в очках с тонкой золочёной оправе. Одет в дорогой костюм. Как-то мне стало не по себе, когда я его увидел. Аура у него что ли такая? Не знаю. Я о себе-то ничего не знаю. И его я тоже не знаю.

Увидев, что я очнулся, человек чуть наклонился и взглянул мне прямо в глаза. Я невольно поежился. Бррр, аж холодом каким-то повеяло. Он недолго смотрел на меня. В его глазах читалось какое-то любопытство, а еще... Да же не пойму, что это может быть.

Вдруг он сказал:

- Ты очнулся? Это хорошо. Теперь ты, может, объяснишь, зачем ты это сделал?

Что объяснить? Что я сделал? Кто вы? А кто я и где я? Эти мысли роем кружились в моей пустой голове. Их я и выдал.

Человек внимательно на меня посмотрел, как бы пытаясь заглянуть мне прямо в мозг. Но что вы там найдете? Если все же найдете, скажите мне.

- Доктор, - позвал человек, не отворачиваясь от меня.

- Да, Мистер Ли. Что-то случилось, мистер Ли? - я удивленно заглянул за спину человека - откуда этот доктор взялся?

- Объясните мне, что с ним? - человек кивнул в мою сторону.

- Он только очнулся, и мы еще не проводили никаких тестов... - начал было говорить доктор, но осекся, когда увидел брошенный на него взгляд человека в дорогом костюме. - Мы сейчас же начнем проверку, - засуетился доктор и почти бегом направился из палаты.

Человек в костюме еще раз внимательно посмотрел на меня и спросил:

- Ты знаешь, кто я?

- Я не знаю, кто я, - ответил я. - Я имени своего не помню, а вы спрашиваете, знаю ли я вас, - я невесело ухмыльнулся.

- Ладно, оставим все вопросы на потом, - сказал человек, развернулся и пошел на выход.

- Постойте! - закричал я ему вслед. Он обернулся. - Скажите мне хотя бы мое имя...

- Для начала успокойся и перестань орать. Всему свое время. Дождись обследования, - бросил он уже на ходу. Я смотрел, как медленно закрывается дверь за его спиной.

Вот так меня все бросили. Но, как оказалось, ненадолго. Вскоре в палату понабежал медицинский персонал, и меня стали осматривать, ощупывать со всех сторон. Только сейчас я обратил внимание, что вопросы мне задают на английском языке, и я спокойно отвечаю. А с человеком в костюме я разговаривал на тайском. Значит, я не все забыл. Это вселяло надежду.

Пообщавшись с врачами, я выяснил, что попал в автомобильную аварию и очень сильно пострадал. Потом долгое время я находился в коме, сначала в обычной, затем в медикаментозной, пока врачи восстанавливали меня. Мне сделали несколько операций, в том числе и пластическую, потому что мое лицо пострадало, но совсем незначительно. На вопрос «кто я и почему ничего не помню?» врач ответил, что сказать кто я он не может, потому что я должен сам попытаться вспомнить. А память ко мне может вернуться в любой момент. Это всего лишь последствие тяжелой травмы головы.

Проверив меня на все возможные параметры, врачи ушли, оставив снова одного. Ну и ладно. Больно нужно. Я лежал и размышлял над всем, что узнал от врачей. Итак, что мы имеем? Авария. По какой причине она произошла, пока непонятно. Дальше тяжелые травмы и потеря памяти. Память может вернуться, а может и нет. Я вроде об этом читал... Так, стоп! А ведь я не все, получается, забыл. Я помню многие вещи. Я говорю на двух языках - это уже проверено. А может, и на трех, это надо как-то проверить. Я помню, что учил в школе и изучал в университете. Но я совершенно не помню, кто я. Ни имени, ни родных, ни друзей. Вообще ничего из личной жизни. Какая-то избирательная потеря памяти.

Пришел врач и вколол мне что-то. Веки сразу стали тяжелыми, и я провалился в сон.

На следующий день снова пришел человек в дорогом костюме. То, что он кто-то влиятельный, было понятно по тому, как перед ним все расшаркивались. Мне стало любопытно - почему такой человек проявляет интерес ко мне? Вот сейчас возьму и спрошу его прямо в лоб...

Но я не успел. Человек жестом попросил поставить рядом с моей койкой стул, присел на него, вальяжно закинул ногу на ногу и сказал:

- Я так понимаю, что ты меня не помнишь? - я отрицательно замотал головой. - Очень жаль, - продолжил он. - А я ведь не последний человек в твоей жизни.

- Я не помню своего имени. Откуда мне помнить вас, Кхун?

- Кхун? А, ну да... - он замолчал и стал пристально меня разглядывать.

Я полусидел, откинувшись на подушки. Мне все еще было тяжело сидеть без поддержки. И двигаться тоже было тяжело.

- Ты, вероятно, хотел бы узнать о себе что-то? - я кивнул. Конечно же я хочу знать. - Так вот. Врачи предполагают, что память может не восстановиться. Или восстановиться, но частично. Они выявили какие-то нарушения в мозговой активности в области, что отвечает за память.

Получается, что я могу ничего не вспомнить. Печалька. Он продолжал говорить, что выявили врачи, а я уже почти его не слушал. Прикрыв глаза, я старался вслушаться к своему внутреннему я. Что оно мне говорит? Может, я хоть что-то вспомню на подсознательном уровне?

- Тебе неинтересно? - я очнулся от своих раздумий.

- Нет, нет, мне интересно. Но... - я замолчал, не зная, что сказать.

- Врачи разрешили мне немного рассказать тебе о твоей личности. Многого я не расскажу, потому что не знаю, но основными вещами поделюсь. Для начала я скажу, кто ты.

Наконец-то хоть какую-то полезную информацию я узнаю. Я весть превратился в слух и сосредоточил свой взгляд на человеке, тем самым показывая, насколько я заинтересован.

- Тебя зовут Тхан Кисааяк. Тебе 23 года. Родился и вырос в Таиланде, в Бангкоке. Я - Ли Бао. И ты мой сын.

Чей сын? Я сын этого господина? Ничего не помню. Я недоверчиво покосился на Ли Бао. А не врет ли он мне? Может, это какой-то мошенник. Откуда я могу знать, что он говорит правду.

Видя, что я ему не верю, Ли достал из нагрудного кармана конверт и протянул мне. Я осторожно принял его.

- Прочти, раз не веришь.

Я раскрыл конверт и вытащил листок бумаги, развернул и прочитал. Это был результат анализа ДНК, в котором говорилось, что господин Ли является моим отцом. Вложив листок обратно в конверт, я протянул его обратно. В то, что он мой отец, верилось с трудом. Я вижу его сейчас, и я видел себя в зеркало - мы совершенно не похожи. Разве такое может быть при кровном родстве?

- Я так понимаю, что ты не веришь?

- В это сложно поверить. Я ничего не помню, и вы можете сказать все, что угодно.

- Ну и зачем мне, по-твоему, называться твоим отцом?

- Не знаю. Может, вам моя почка нужна?

Ли Бао пристально посмотрел на меня, медленно снял свои очки, достал из кармана платок и стал неторопливо протирать стекла. Закончив, он проверил чистоту на просвет и надел очки обратно.

- Похоже, что вместе с памятью ты еще и мозги потерял.

А вот это сейчас было обидно.

- Это почему вы так решили?

- Посуди сам - если бы мне были нужны твои органы, стал бы я тебя лечить, восстанавливать, заботиться о тебе? Оплачивать больничные счета и прочее? Я просто забрал бы их, а тебя... Не важно, - он небрежно махнул рукой. Этот жест сказал больше, чем могли сказать слова о том, что стало бы со мной. Я невольно сглотнул.

- И то верно. Что-то я растерялся, - я закашлялся. Ли встал, взял с тумбочки стакан, налил в него воды из стоящего рядом графина и, вставив в стакан трубочку, протянул его мне.

- На, попей. Не спеши, - неожиданно в его голосе появились дружеские, теплые нотки. Или мне показалось?

- Спасибо, - тихо сказал я, принимая из его рук стакан.

Он сел обратно на стул и продолжил пристально на меня смотреть. Да что он так смотрит-то? Мне даже не по себе как-то.

- Кхун Ли...

- Разве ты не можешь звать меня папой?

- Простите, но... Мне как-то неловко от этого. Вы называетесь моим отцом, но при этом не выказываете ко мне никаких отцовских чувств. Мне сложно это понять...

- Я не буду сейчас все объяснять. Просто поверь в то, что я тебе сказал.

- Как скажете, Кхун... Простите, отец, - слово «отец» я прям выдавил из себя. Да, что-то здесь точно не так.

- Давай на сегодня закончим? - предложил он. - Врачи предупредили, что информацию тебе надо выдавать небольшими порциями. Ты отдохни, а я пойду. У меня много дел.

- Кхун... отец, - я никак не смог назвать его папой. Мне надо обвыкнуться с этой мыслью. - А врачи не говорили, сколько мне еще здесь находиться?

- Пока полностью не восстановишься. На этом я настаиваю. Я чуть снова тебя не потерял, так что не торопись. Подлечись. Все, отдыхай, мне надо уже идти, - он встал и торопливо вышел из палаты.

Вот ведь облом. Я уже мысленно наготовил вопросы, которые хочу задать, а он ушел. Но он же вернется? Вот тогда ему не отвертеться.

Ли Бао приходил ко мне каждый день и оставался со мной на час, не больше. Рассказывал он при этом очень мало. Иногда просто сидел рядом.

Однажды он пришел с еще одним человеком. Я даже оживился. Находясь почти в изоляции, мне не хватало общения. Вновь прибывший представился Пак Е Ченом.

- Этот человек психотерапевт, - добавил Ли. - Он будет помогать тебе восстанавливаться. У него разные методики. Даже гипноз. Очень надеюсь, что тебе это поможет. Вы пообщайтесь, а мне надо по делам, - и он снова быстро вышел из палаты.

- Здравствуйте, Кхун Тхан, - поздоровался со мной Пак.

- Здравствуйте, Кхун, - я внимательно на него смотрел.

- Как много вы вспомнили?

- Я вообще ничего не вспомнил, - ответил я и тяжко вздохнул.

- Ну, ничего. Попробуем вам помочь, Кхун. Вам, главное, слушать внимательно, что я говорю и выполнять все беспрекословно, - я кивнул в ответ. Посмотрим, насколько мне это поможет.

Пак стал делать какие-то манипуляции руками - как он мне потом объяснил, он вызывал свою внутреннюю энергию, чтобы объединиться с моей и проверить мои потоки ци. Что-то во всем этом есть знакомое и еле уловимое. Но что? Может, я раньше этим занимался? Может быть, но почему тогда и это забыл? Все это как-то странно. Но не буду пока на этом заморачиваться. Моя главная задача сейчас - окрепнуть и встать на ноги, а там посмотрим...

Как ни странно, но мне сегодня приснился сон. Не помню, когда мне последний раз они снились, но вот сегодня он был таким реалистичным, что, проснувшись, я не мог отдышаться и еще долго приходил в себя.

Я стою на краю какого-то обрыва и смотрю вдаль на покрытую зеленью долину. Приятный ветерок теребит мои волосы и нежно гладит по коже. Солнце идет на закат и окрашивает все вокруг в золото. На душе спокойствие и безмятежность. Со спины ко мне кто-то подходит и обнимает меня за талию. Я хочу повернуть голову и посмотреть кто это, но не могу. Но мне не страшно, а наоборот очень хорошо. Я понимаю, что этот человек - все, что мне надо в жизни, и я полностью принадлежу ему, как и он мне.

Он начинает ласкать меня, и мои бабочки стали сходить с ума. Я закрыл глаза и полностью отдался своим ощущениям. Расстегнув и сняв с меня рубашку, он покрывает своими поцелуями мою шею, спину, спускаясь ниже и возвращаясь обратно. Я закусываю от наслаждения нижнюю губу. Зажав в кулаке мои волосы на затылке, он чуть разворачивает меня к себе и целует меня в губы. Я отвечаю ему, но как только хочу посмотреть на него, так он меня отворачивает.

Его ласки становятся все интенсивней и жарче, а мое желание полностью отключает мой разум. Мы опускаемся прямо на землю. Он переворачивает меня на спину и начинает ласкать мне грудь, живот, бедра. Но я все равно не вижу его лица. Впрочем, осознание того, что этот человек - моя любовь, полностью это компенсирует.

Покрывая мое тело поцелуями, он добирается до паха и овладевает им. Я запрокидываю голову в полном блаженстве. Сердце учащенно бьется в такт пульсации в паху. Мысли начинают путаться. В этот момент он переворачивает меня на живот, обхватив одной рукой, заведя ее мне в пах. Теперь я ощущаю в себе и его пульсацию. Непередаваемые чувства накрывают меня с головой, и из горла вырывается крик блаженства... и я проснулся.

Хоть это и был сон, но я все еще продолжал чувствовать на своих губах его поцелуи, а тело мое подрагивало после испытанного возбуждения и физического удовлетворения. Я не мог вспомнить человека, с которым мы были так близки, и во сне я не увидел его лица, но я был полностью убежден, что это не просто человек и со временем я его должен вспомнить.

Глава 2

Кто я?

Почему мне так больно и тяжело? Почему не покидает ощущение, что я что-то потерял? Конечно, я говорю не о тех потерянных воспоминаниях, которых не стало после аварии. Было что-то ещё, что мучило меня и терзало изнутри. Из-за этого на душе становилось очень грустно. А при воспоминаниях о сне, что мне приснился в больнице, к грусти добавлялась еще и душевная пустота.

Вот уже месяц как я покинул больницу. Я провёл там довольно продолжительное время: меня, как сказал отец, собирали практически по частям. Даже пришлось делать частичную пластику лица, чтобы оно не осталось изуродованным. Я два месяца пролежал в коме, а потом, когда очнулся, проходил реабилитацию. По словам врачей, произошло настоящее чудо, раз я смог выжить после такой серьёзной аварии. Потеря памяти — это незначительная проблема, на которую можно не обращать внимания.

Мой отец очень старается угодить мне. Он постоянно спрашивает, как я себя чувствую и не вспомнил ли я что-нибудь. И при этом он смотрит мне в глаза, как будто пытается найти там что-то. Но я чувствую, что он какой-то отчуждённый. И ведёт себя странно. Я его совсем не помню. Ничего. Даже какого-то глубокого чувства нет. Только пустота и какая-то злоба. Может быть, мы поссорились перед тем, как я попал в аварию? Но он говорит, что нет. Я всегда был отрешённым от всех, одиночкой. Почему так? Куча вопросов, и ответы на них найдутся только тогда, когда я хоть что-то вспомню.

Чтобы как-то помочь, отец нанял для меня личного психолога — господина Пака. Он занимается со мной и пытается восстановить мои воспоминания с помощью гипноза. Все хотят, чтобы я стал прежним.

Ещё одно странное чувство не давало мне покоя: я совсем не ощущал себя... парнем. Хоть я и мужчина, но в душе чувствую себя женщиной. Это сбивало меня с толку, особенно на фоне потери памяти.

Возможно, я - гей, потому что мне совсем не интересны девушки, а вот на молодых парней я часто бросаю взгляды, но так, как будто ищу кого-то. В такие моменты на душе становится тоскливо, да так, что нет сил это выносить. А может быть, я вообще трансгендер? Нет, это вряд ли. Я вижу себя в зеркало, и на трансгендерную женщину я совсем не похож. А может, наоборот? Но тогда бы я не ощущал себя женщиной. А может быть, под эгидой автомобильной аварии мне сделали операцию по смене пола? Превратили для чего-то в мужчину? Бред, конечно, но а вдруг? Я совсем запутался. А еще этот сон...

В любом случае мне приходится узнавать себя заново. Возможно, я влюбился в какого-то парня и рассказал отцу о своей ориентации, но он её не принял. А потом я психанул и разбился на машине. Я постоянно строил догадки, не находя ответы на свои вопросы. И никто не может или не хочет подтвердить их. Отец молчит или уходит от ответа, хотя я неоднократно спрашивал его, что же со мной произошло.

Я стоял перед зеркалом в ванной комнате и смотрел на своё отражение. Я всматривался в свое лицо и не узнавал. Может, еще отчасти потому, что пришлось делать пластику? Я рассматривал себя, ощупывая свое тело руками, и мне казалось, что я уже делал это раньше. Возможно, так и было, потому что в тот момент я чувствовал себя естественно.

Закрыв глаза, я прислушался к своим ощущениям. Мои руки словно сами по себе начали скользить по телу, изучая его. Это было странно, но одновременно знакомо. Я не прерывался и полностью отдался своим внутренним ощущениям.

Внезапно в моей голове что-то вспыхнуло, и я ясно вспомнил, как рядом со мной стоял парень, который нежно обнимал и ласкал меня. Я резко открыл глаза. То, что я сейчас почувствовал, было в точности, как мой сон. Это видение было настолько ярким, что я невольно обернулся, чтобы проверить, нет ли кого в комнате. Но рядом никого не было, и от этого на душе стало тоскливо, а сердце сжалось. А еще стало немного щемить голову. Какая-то отдаленная боль, которая пыталась прорваться наружу.

Значит, у меня действительно был парень, иначе откуда эти ощущения? Я быстро оделся, полный решимости пойти к отцу и задать ему вопросы. Возможно, даже с пристрастием. Я усмехнулся. Похоже, у нас конфликт отцов и детей. Ну что ж, кто не спрятался, я не виноват.

Пак сидел перед Ли Бао и старался на него не смотреть. Не нравился он ему. Какой-то он скользкий тип. Зачем он над мальчиком так измывается? Сделал из пацана подопытного кролика - все какие-то эксперименты над ним ставит. Хорошо хоть не убил. Жалко парня. Вот совсем не похоже на то, что он его сын. Разве так обращаются со своими детьми?

Вот и сейчас Пак принес еженедельный отчет о его состоянии. Он подробно описывал все свои манипуляции с гипнозом, но ни разу не обмолвился о чистой и сильной ци у парня. Что-то Паку подсказывало, что если Ли узнает об этом, то мальчику останется жить считанные дни - он его замучает опытами и потом разберет на атомы, чтобы изучить. Насколько Пак знал, Ли Бао занимался разработками оружия, которое было способно воздействовать на внутреннюю энергию человека и даже ее разрушить. Не повезло парню оказаться в его лапах.

Ли Бао отложил отчет и посмотрел внимательно на Е Чена. Всю ли правду тот ему говорит? Неизвестно. И проверить невозможно. Но это временно. Ему наконец-то удалось найти то, что он так долго искал - по рекомендации очень влиятельных людей Ли нанял молодого человека с выдающимися способностями по управлению ци. Тот уже прибыл в агентство, но Ли Бао еще пока не привлекал его к работе. Надо будет сначала к нему присмотреться. Познакомить с так называемым сыном - если они станут друзьями, то контролировать Тхана будет легче. А пока придется положиться на то, что старый лис ничего не задумал.

По отчетам вроде все идет по плану, и в скором времени Тхана можно будет привлекать к оперативной работе. Все опыты, что Ли проводил над ним в течение всего времени, пока держал того в больнице, показали хорошую выносливость и регенерацию. Такие показатели он видел только у Мэоу. Может, он действительно ее брат, как говорил? Как бы это выяснить? Надо будет связаться со своим человеком в агентстве Вяня и разузнать побольше о ней, о Пхате и вообще узнать, как они там поживают. Он усмехнулся.

В дверь постучали. Ли Бао напрягся. Кого это принесло? Он никого не ждал.

- Войдите, - недовольным голосом сказал он.

Дверь в кабинет открылась, и он увидел на пороге Тхана. Выражение лица у того было, как это сказать, не совсем добрым. Ли удивленно посмотрел на парня и кивнул головой, приглашая войти.

- Что тебя привело ко мне?

- Есть разговор, отец, - я пристально посмотрел на него. Было у меня какое-то внутреннее чувство, что он что-то скрывает.

- Я, пожалуй, пойду, - Пак встал со своего места, собираясь уйти.

- Останьтесь, - я повернулся к нему. - Вы мне нужны здесь.

По выражению лица Е Чена, я понял, что очень его удивил своими словами. Вот как. Интересно...

- О чем ты хотел поговорить со мной, да еще в присутствии господина Пака?

- Я хочу знать, что же все-таки случилось? Почему я попал в аварию? Что могло такого произойти? Почему я оказался в той машине? У меня много вопросов. Я никого и ничего не помню из того, что меня окружает, но у меня есть странные чувства, и это меня очень беспокоит, - я говорил, а сам смотрел на их реакцию.

Мне было очень любопытно, как они отреагируют, когда я начну расспрашивать.

Отец, кажется, всегда был скрытным человеком. С господином Паком, моим психологом, мы работаем над тем, чтобы я мог лучше ориентироваться в своём нынешнем состоянии. Он помогает мне привести мысли в порядок.

Однако у меня появились сомнения в его искренности. Ведь его нанял мой отец, и о чём они договорились, мне неизвестно. Может быть, они договорились о том, чтобы я вообще ничего не вспоминал? Всё это так странно и вызывает сильное раздражение.

Особенно меня беспокоит ощущение, что мы с отцом вообще не ладим. Я чувствую, что между нами нет взаимопонимания. Я даже ненавижу его и злюсь на него! Но почему? Что могло привести нас к такому состоянию? Как это выяснить?

В последнее время я замечаю на себе странные взгляды Пака. Мне кажется, что он не просто помогает мне, а преследует какую-то свою цель. Я хочу понять, что это за цель. Когда мы занимаемся, мне кажется, что Пак не столько помогает мне, сколько сдерживает меня в чем-то. Это меня раздражает больше всего.

Я наблюдал за ними и пытался понять свои ощущения. От отца явно исходил негатив, а от Пака — страх. Он чего-то боялся. Возможно, мои догадки верны. Если это так, то мне нужно быть осторожнее.

Е Чень смотрел то на меня, то на отца. Ему явно есть что скрывать. Я буду наблюдать за ним, не привлекая лишнего внимания. А что касается отца, то он сидит с каменным лицом. Он как изваяние, никаких эмоций. Может быть, именно из-за его холодного отношения ко всему у меня сложилось такое впечатление о нём? Одно можно сказать точно: от него не веет отцовскими чувствами.

- Так что конкретно ты хочешь знать? - взгляд у него неприятный, меня аж передернуло.

- Отец, я могу понять, что потерял память и ничего не помню, но меня-то должны помнить. Почему со мной никто не пытается связаться? У меня что, совсем не было друзей, знакомых? У меня не было любимого человека? - я наблюдал. Ни один из моих вопросов не вызывал у отца эмоций.

- Ну, хорошо. Раз ты так настаиваешь, я расскажу тебе все без утайки, хоть врач и предупреждал меня, что твоя психика может не выдержать. Ты готов на такой риск?

- Если что-то случится, господин Пак мне поможет, - не отставал я. Пусть будет что будет. Я хочу знать правду, и меня ничто не остановит.

- Хорошо, - Ли сделал паузу, собираясь с мыслями. Я внимательно продолжал за ним следить. - Ты только приехал в штаты и еще не успел обзавестись друзьями, - с безразличным спокойствием ответил он, - поэтому никто и не справляется о тебе.

- Ну а те друзья, что остались в Тае? Почему они не связываются со мной? Кстати, где мой телефон?

- Телефон разбился вместе с машиной и не подлежит восстановлению. А друзья... Сам посуди - телефон разбит, и ты ничего не помнишь. Так как же связаться с друзьями? Я их не знаю - ты никогда не посвящал меня в свои дела, - он все так же безразлично отвечал. Но тут что-то изменилось в его лице. - Послушай, сын. Я не хотел поднимать эту тему, но, видно, без этого нам не обойтись, - он снова сделал паузу, а я превратился в слух. - После развода с твоей матерью, ты остался жить с ней в Таиланде. Развод был моей инициативой. Поэтому ты был зол на меня, так как очень любил свою мать. А она во всех ваших бедах винила меня. Она вырастила тебя с ненавистью ко мне. Я много раз пытался сблизиться с тобой, но ты не впускал меня в свою жизнь, так как злость и ненависть, привитые тебе матерью, были сильны. Что я мог? Ты сам меня отверг.

Вот оно, значит, как? Значит, моя непонятная злоба на отца из-за обиды за мать. Хорошо. Но где тогда женщина, что родила меня, растила и, надеюсь, любила? И почему я, имея на отца обиду, приехал к нему? Я так и задал ему этот вопрос.

- Твоя мама умерла от болезни сердца два года назад. В Таиланде у вас больше не было родственников, и ты остался совсем один. Тебе было очень плохо и одиноко. Я позвал тебя к себе и, хоть и не сразу, но ты согласился приехать сюда, в надежде найти покой.

Интересно получается - я задумался. Складно все у него выходит. Все как по написанному. Но что-то внутри меня говорило мне - не верь. Ни единому слову не верь. Блин, я так с ума сойду от всего этого.

- Ты еще что-то хотел спросить? - он видел, что я в замешательстве, и у него на лице появилась еле уловимая улыбка.

Пак все это время наблюдал за нами. То, что он сам себе на уме, я уже понял. Надо будет его вывести на чистую воду и выяснить, что же здесь не так. Не знаю почему, но мне вся сложившееся ситуация, во-первых, не внушала доверия, а во-вторых, мне не давало покоя мое внутреннее я - оно прям прыгало, бесилось, пытаясь привлечь к себе внимание, чтобы что-то сказать мне, но я его не понимал.

- У меня много вопросов, но я вижу, что я не получу на них должного ответа...

- Я понимаю, что ты не воспринимаешь меня как своего отца. Тебе сейчас сложно смириться со сложившейся ситуацией. Пойми, такова жизнь. Нам вместе придется пройти долгий путь примирения. И я не жду какого-то чуда. Оно уже свершилось - тебя вернули мне. Да, я довольно сложный по характеру человек, потому мы и расстались с твоей матерью. Но я надеюсь, что ты дашь мне шанс стать твоим отцом по-настоящему.

Он говорил, а сам пристально за мной наблюдал. Верит этот парень в то, что ему говорят, или нет? Ну что же, похоже, что я действительно твой сын, потому что у меня тоже сложный характер, и я не покажу тебе своих истинных чувств. Притворюсь, что меня тронули твои слова, а там посмотрим.

- Я думаю, что ответил на все вопросы, что ты задал, - продолжил он. - А вы как считаете, господин Пак? - с едва заметной улыбкой отец повернулся к Е Чену.

- Соглашусь с вами, Кхун Ли, - заискивающе ответил тот.

Ясно. Сговор между ними на лицо. Здесь мне ловить нечего. Надо искать правду в другом месте. Я еще раз окинул их взглядом и поспешил выйти из кабинета.

- Вы уверены, что он ничего не вспомнит? - Ли Бао зло посмотрел на Пака.

- Не беспокойтесь. Я поставил такую защиту на его подсознание, что даже если он захочет, не сможет этого сделать. Пробить ее можно только имея сильную и чистую ци, а это в наше время большая редкость. Да и о том, что он владеет методами медитации, он не помнит. А если и вспомнит, то откуда ему взять такую ци? - закончил Пак убеждать Ли Бао, сам при этом испытывая легкое замешательство - а вдруг вспомнит? Надо еще раз покрепче блок поставить.

Я тем временем стоял за дверью и прислушивался. Так значит, мое внутреннее я меня все же не подвело - они что-то скрывают и не хотят, чтобы я это выяснил. Зачем им тогда прибегать к таким способам блокировки подсознания? И оказывается, я умею управлять своей энергией, вот только память об этом мне заблокировали. Ладно, где наша не пропадала. Будем искать способ снять блокировку. А пока притворюсь-ка я, что ничего не знаю и не понимаю, может, ослабят бдительность и дадут больше свободы?

Послушав их еще немного, я поспешил уйти, чтобы не быть застигнутым врасплох. Я многое узнал, даже больше, чем планировал. Теперь надо поразмыслить, прикинуть что к чему. Послоняюсь по отцовскому агентству, поговорю с людьми - это мне не запрещено, надеюсь? Я улыбнулся про себя - у меня назревал на первый взгляд совсем безумный план. Он бы его одобрил... Стоп! Кто “он”? О ком я сейчас вспомнил? Я даже остановился посередине коридора, прибывая в шоке от такой неожиданности. Я стоял и напрягал свои мозги, пытаясь вспомнить, но ничего не выходило. Ко мне подошел какой-то человек и окликнул меня:

- Кхун Тхан, с вами все в порядке?

Я не сразу среагировал, так был занят попытками вспомнить. Он подергал меня за рукав. Я вздрогнул, повернулся к говорившему и застыл на месте от увиденного. Передо мной стоял высокий, красивый молодой парень с милой улыбкой и с веселым прищуром чуть раскосых глаз. У него были высокие скулы и очень красивая линия подбородка. Мой типаж - подумал я и сам себе удивился. Оказывается, я помню свои предпочтения? А это уже что-то. Я невольно залюбовался им. Внутри меня что-то всколыхнулось, сердце сжалось, а в животе запорхали бабочки. Вот примерно таким я и представлял человека из своего сна. Меня, как магнитом, потянуло к нему, да так, что я еле сдержался. Так кто же ты, мой симпатичный друг? Такой милый... Так, стоп! Это что за мысли такие? Вот ведь, я ничего не помню, а либидо, похоже, знает свое дело. Да уж... Значит, я все-таки по мальчикам. Хотя я еще девушек особо не встречал. Медсестры в больнице не в счет. Там вообще не до этого было, а в агентстве женщин нет. За территорию меня еще ни разу не выпускали. Вот и как тут с девушками встречаться? Надо исправлять. Во-первых, надо вырваться за пределы агентства, а там видно будет, что во-вторых, в-пятых и в-десятых. Я улыбнулся ему в ответ.

- Привет, - я продолжал его рассматривать. - Мы знакомы? Прости, если что, но у меня проблемы с памятью после аварии.

- Я знаю, Кхун Тхан. Потому и спросил - вы стояли какой-то потерянный, вот я и подумал – может, случилось что?

У парня был приятный голос. И до боли знакомый. Так кто же он?

- А, прости, не помню, как тебя зовут. Вернее, я вообще тебя не помню, - закончил я, немного смутившись.

- Не извиняйтесь, все в порядке. Вы меня и не знали. Я - Корн, работаю тут недавно. У нас не было возможности познакомится, - он улыбнулся. Его улыбка была такой милой и знакомой, что у меня сжалось сердце. Да что со мной не так?

- Зови меня просто Тхан, - попросил я. Корн еще раз улыбнулся.

- Хорошо, Пи’Тхан.

- Я вроде не старше тебя? Почему Пи? - по документам мне 23 года, и я не думаю, что Корн младше меня. – Может, это мне надо тебя Пи назвать, - я улыбнулся ему. - Давай отбросим формальности? - тут же предложил я.

Мне сейчас нужен друг, с которым я могу хотя бы просто поговорить. И у меня почему-то была внутренняя убежденность, что этот парень хороший человек и мы с ним поладим. А еще было такое чувство, что мы давно знаем друг друга, но я его не помню, а он не хочет сознаваться.

- Вы сын босса и...

- И что? Это не делает меня старше, а уж тем более боссом, - я рассмеялся и похлопал его по плечу. - Расслабься. Ты уже ел?

- Еще нет, - смущенно ответил он.

- Может, составишь мне компанию? - я прищурил глаза в ожидании ответа.

По его выражению лица было видно, что он немного смущается. Я бы на его месте, наверное, тоже смутился, когда тебя сын босса приглашает на обед.

- Так ты мне ответишь - составишь мне компанию за обедом? - Корн в ответ лишь слегка кивнул в согласии и улыбнулся.

Я дружески похлопал его по плечу, и мы направились в кафетерий на первом этаже здания - все равно из здания меня никто не выпустит. Идя рядом с этим парнем, я ощущал непонятный прилив энергии. И бабочки в моем животе танцевали джигу...

Глава 3

Внедрение

Тун работал под прикрытием. Он сейчас был Корн Таминурант - специалист по ментальным связям. В агентство Ли Бао он пришел лишь для того, чтобы выяснить, кто такой Тхан Кисааяк, почему его все называют сыном босса, ведь у Ли Бао, насколько известно, не было детей. Они так думали, но по последней информации, что добыл Мин, выходило обратное. Вот это Туну как раз и предстояло выяснить: откуда взялся этот парень и что Ли задумал на сей раз.

Они в агентстве довольно долго разрабатывали план операции по выяснению личности этого парня. Вместе с этим собирали дополнительную информацию, которая смогла бы указать, какие еще планы строит Ли Бао. Профессор с Дью были против внедрения Туна во вражеское агентство, но он был единственный, кого ни Ли, ни его агенты не знали в лицо. А человек, что шпионил для Ли Бао в их агентстве, был наконец-то вычислен. Они не стали его ни сдавать властям, ни тем более раскрывать то, что он уже не является секретом для них. По предложению того же Мина, этому агенту стали понемногу сливать дезинформацию, при этом стараясь скрыть от него подлинные дела. Через этого же шпиона они узнали, что Ли отчаянно ищет мастера ци, который умеет управлять энергетическими потоками человека. Это было решающим моментом для Туна. Через секретные связи его порекомендовали Ли Бао, и тот взял его к себе в агентство. Так как к работе его пока не подключили, Тун, пользуясь моментом, просто слонялся по агентству в надежде встретить этого Тхана.

Проходя по коридору, он увидел, как какой-то парень вышел из кабинета босса и еще немного постоял, прислушиваясь к разговору за дверью. Скорее всего, это и есть Тхан. Надо бы незаметно проследить за ним и по возможности познакомиться.

Тун спрятался в нише двери одного из кабинета и стал наблюдать. Лица парня он не мог видеть - тот стоял к нему спиной, но в том, что это был именно Тхан, он не сомневался. Когда, подслушав разговор, тот двинулся прочь, Тун незаметно последовал за ним. Вдруг Тхан остановился прямо посередине прохода, и было видно, что с ним что-то не так. Зная, что этот парень недавно из больницы, Тун решил узнать, не нужна ли помощь. Ему как раз надо было найти повод, чтобы познакомиться и сблизится с предполагаемым сыном Ли Бао, а тут такая возможность. Тун аккуратно позвал Тхана по имени, но парень не реагировал. Тогда пришлось дернуть его за рукав. Когда он наконец очнулся от своих раздумий и обернулся, от удивления Тун чуть не вскрикнул - перед ним стояла копия Пхата... Если бы он лично не видел, как погиб его любимый, то он подумал бы, что это и есть он, только немножечко похудевший и, может, чуть моложе. От неожиданности он растерялся. А тем временем парень заговорил с ним. Больших трудов Туну стоило себя сдержать и не выдать ни своего волнения, ни своего изумления, прикрыв все это ложным смущением.

Тхан был довольно дружелюбным и пригласил его пообедать с собой. Тун согласился. Нельзя упускать такой шанс. Надо побольше разузнать о нем. В том, что это Тхан, не было сомнений - в документах, что раздобыл Мин, было точное описание предполагаемого сына Ли Бао. Еще тогда всем показалось, что по описанию тот похож на Пхата. Так может, неизвестным отцом Мэоу и Дью был Ли? А это их младший брат? Вопросов стало только больше. Ничего, они во всем неспеша разберутся. А потом настанет черед мести.

Для Туна это задание было своего рода спасением. Чувство горя от потери любимого настолько завладело его сердцем, что порой ему казалось, что он не живет, а просто двигается по инерции. И если бы не появление в его жизни близнецов, то еще неизвестно, что стало бы с ним. Поклявшись им отомстить за их мать, он с головой ушел в работу...

Год назад

С момента похорон Пхата прошло чуть больше двух недель. Все это время Туна никто не видел. Где он, что с ним тоже никто не знал. Когда третья неделя подошла к концу, Дью не выдержал и пошел к профессору.

Вянь сильно постарел за эти дни. Всегда моложавый старик смотрелся старой развалиной, так подкосила его смерть Мэоу. Дью долго собирался с мыслями, но, раз пришел, надо высказать то, что не давало ему покоя.

- Профессор, - начал он, - я понимаю, что смерть моего брата и вашего сына сильно подкосила нас, но его уже не вернешь. Но мы можем возродить частичку его. Во всяком случае, я на это надеюсь, - Дью тяжело вздохнул.

Профессор посмотрел на него безразличным взглядом. Что болтает этот ребенок? Какую частичку? Он хочет создать клона? Об этом и речи быть не может. Что он там себе напридумывал?

- Дью, я понимаю, что тебе не хватает Пхата. Нам его всем не хватает, но что за чушь ты городишь?

- Профессор, вы помните странные анализы, что я вам приносил? Ну, спермограмму Пхата?

- А это-то здесь при чем?

- Ну, вы помните, что в его жидкости не было сперматозоидов, но обнаружилось то, чего быть не могло?

Вянь Вянь стал чесать себе подбородок. Действительно, анализы были очень странные. Он тогда подумал, что Дью что-то напутал, и надо будет еще раз Пхату сдать сперму. Ору было и возмущения от него, прямо как от девушки. Ой, так он и есть девушка внутри. Вянь стал совсем забывать Мэоу.

- Так что там такое было? Напомни старику.

- Что в первом анализе, что во втором спермы не было, но были яйцеклетки - в первом случае одна, а во втором две.

А он об этом совсем забыл. Профессор встал из-за стола и нервно сделал круг по кабинету.

- И что? - он посмотрел на Дью.

- Я… это… ну... короче, я их тогда заморозил для исследования. Так, может, мы ребеночка сделаем?

- Дью, ты что говоришь такое? - профессор уставился на парня.

- А что, возьмем сперму у Туна...

- Ты его найди сначала, - перебил его Вянь Вянь.

- А что его искать? Он по Чиангмаю разыскивает убийц Пхата, а по вечерам напивается там же, в баре. Или сидит на каком-то обрыве... Вот про обрыв… Я, честно, побаиваюсь, когда он туда едет...

- А что ты молчал все это время, раз знаешь, где он? Как ты мог? Его надо вернуть. Сколько он так будет жизнь свою растрачивать?

- Так я к вам как раз из-за этого и пришел. Меня он всерьез не воспримет, а вот вас, может, и послушает.

- Так как с ним связаться?

- Он отвечает на звонок раз в три дня. Сегодня как раз можно позвонить. Я сейчас наберу ему, а вы поговорите.

Дью достал телефон и стал набирать номер. В трубке долго шли гудки. Профессор стал нервничать. Когда Дью уже хотел сбросить звонок, в динамике раздалось:

- Алло.

- Тун, только трубку не бросай. Есть дело. Очень важное...

- Короче...

- Тебя сейчас профессор все объяснит, - Дью быстро передал телефон Вянь Вяню.

- Тун, выслушай внимательно и не перебивай. Все вопросы потом задашь.

- Да говорите уже, что вам всем от меня надо? - голос в трубке был крайне раздражённым.

- Тут такое дело, - профессор замялся, не зная, как лучше сказать Туну, что нужна его сперма для того, чтобы попытаться зачать ребенка от Пхата - вот прям бред какой-то, если со стороны послушать.

- Профессор, не тяните, а то он трубку бросит, - шепотом начал Дью.

- Короче, Тун, ты хочешь ребенка от Пхата? - Вянь задал вопрос прямо в лоб.

На том конце послышалось невнятное сопение. Потом какой-то грохот и телефон отключился. Дью с профессором переглянулись.

- И что теперь?

- А вот и не знаю, - Вянь Вянь почесал подбородок. – Может, перезвонить?

Дью уже набирал номер. Короткие гудки. Еще раз - снова короткие. Он посмотрел на старика, говоря одним выражением лица - без толку. Профессор обреченно опустился в кресло.

- Вот я, правда, не понимаю, как можно было вот так в лоб говорить? - Дью присел за чайный столик на место, где обычно сидел Пхат, и подхватил из вазочки печеньку. Положил ее в рот и стал сосредоточенно жевать.

Вянь Вянь ошарашено смотрел на него. Вот что значит гены. Похоже, Дью тоже любитель печенек. Профессор улыбнулся. Нет больше ни Мэоу, ни Пхата. Но есть Дью, а еще, возможно, им удастся зачать ребенка. Он думал над такой возможность еще тогда, когда Дью с раскрытыми от удивления глазами принес ему результаты анализов. Это была потрясающая возможность. Потом об этом как-то позабылось - не до того было. А со смертью Пхата все просто рухнуло. В агентстве чувствовалось напряжение. Никто ничего не говорил, но все было и так понятно - люди горевали об утрате. Дью оправился быстрее всех. Может, из-за того, что он не так давно приобрел брата и не особо еще привык. Может, он просто делает вид, что все хорошо.

Однокурсники Пхата и Туна также горевали. Мин почему-то попросил бессрочный отпуск, сославшись на семейные дела, и, не дожидаясь положительного ответа, уехал сразу после похорон. Тун... Туну хуже всего. Он винит себя в смерти любимого, и ничем ему невозможно доказать обратное. Он ни с кем не общался и не разговаривал, разве только с Дью. И то, видно, потому что тот был родным братом Пхата. Как же все это несправедливо - размышлял профессор, наблюдая, как Дью уплетает печеньки.

Через час после звонка Туну, в кабинет профессора ввалилось нечто. Лохматое и бородатое чудовище, в котором с трудом угадывался всегда опрятный и подтянутый Тун. Профессор невольно вздрогну. Тун, а это действительно был он, прошел к столу и сел напротив Вянь Вяня.

- Говорите, профессор, - он в упор смотрел на профессора.

- Не буду я с вами, молодой человек, общаться, пока вы в таком виде, - Вянь брезгливо скорчил рожу.

- Вы просто хотя бы кивните — это правда? - Тун не уступал.

Профессор сложил руки на груди и насупился, давая понять, что не только Тун может быть упрямым. Парень посидел немного, подождал и повернулся к Дью.

- Тогда ты говори, - Тун сказал это голосом, не оставляющим никаких возражений.

- Все вопросы к профессору, - выпалил Дью, отправил в рот очередную печеньку и пулей вылетел из кабинета.

Тун удивленно уставился ему вслед. Раньше он как-то не замечал такого сходства между Дью с Пхатом. Ладно, делать нечего. Надо немного успокоиться, прийти в себя и осмыслить все, что он услышал по телефону. Встав со стула, он еще раз бросил взгляд на Вяня и вышел из кабинета. Профессор вздохнул. Бедный мальчик. Его надо возвращать в действительность.

Он долго стоял под струями воды и плакал. Железный обруч, что сковал его сердце в день гибели Пхата, с каждым днем все сильнее и сильнее сжимался. Комок, стоящий в горле, не давал нормально дышать. Почему? За что? Как ему теперь жить на этом свете без него? Он много раз размышлял над этим, сидя или стоя на обрыве. Вот стоит только сделать шаг, и они снова будут вместе. И он пару раз собирался это сделать, но что-то его всегда останавливало. Вот и сегодня телефонный звонок раздался именно в тот момент, когда он уже поднял ногу, чтобы сделать этот последний шаг, отделяющий его от любимого. Услышав неожиданный вопрос профессора, он выронил телефон. И теперь тот лежит на дне ущелья, где мог бы сейчас лежать Тун...

Вытирая голову полотенцем, он смотрел на себя в зеркало. Лохматый, обросший - зрелище не из приятных. Пхат всегда ругал его, когда чувствовал на его щеках хоть микрон щетины. Как он говорил - “Тун, ты мне все щеки расцарапал. Как я теперь людям покажусь весть такой исполосованный?” Тун невольно улыбнулся, вспоминая это. Он взял бритву и стал тщательным образом брить свое лицо. Покончив со щетиной, он зачесал назад изрядно отросшие волосы и еще раз оценивающе посмотрел на себя в зеркало. Пхат одобрил бы. Да, утвердительно кивнул Тун головой. Теперь можно и с расспросами к профессору. Что же он такое хотел сказать про ребенка? Ну, анализы они с Пхатом сдавали. Так, может быть, Вянь Вянь хочет использовать его, Пхата, материал, и ему нужно разрешение на это? Конечно, он его получит. Ребенок... Тун задумался. Вот было бы здорово, если тот будет похож на его любимого, а не на донора яйцеклетки. Но что сейчас загадывать. Надо сначала все выяснить. Он еще раз посмотрел на себя в зеркало и направился к профессору.

Они сидели друг напротив друга и молчали. Никто не мог начать разговор первым. Вянь Вянь отрешенно смотрел куда-то в даль. Он никак не мог посмотреть на Туна. А тот, в свою очередь, не мог посмотреть на профессора. Ему было неловко за свое поведение. Они продолжали бы сидеть так и дальше, если бы в кабинет не вошел Дью. Он молча прошел мимо Туна, приблизился к профессору и положил тому на стол папку с документами. Потом так же молча прошел к привычному месту Пхата и уселся как ни в чем не бывало. Тун посмотрел на него долгим взглядом и спросил:

- Почему ты там сел?

- А где мне еще сесть? - на вопрос ответил вопросом Дью.

- Здесь Пхат сидит... Сидел... - Тун почувствовал, как обруч сильнее сжался. К горлу подступил комок.

- Но его здесь нет, - почему-то зло ответил Дью, - и уже никогда не будет. А если ты не прекратишь дурить, то тоже отправишься к праотцам...

- Дью! - профессор его резко оборвал.

- Не останавливайте его, профессор, он прав, - Тун тяжело вздохнул.

Брат действительно был прав. Жить Туну совсем не хотелось. Смысла больше не было. Для кого и ради кого ему жить? Он удручённо покачал головой.

- Ты, я вижу, совсем опустил руки, - сказал Вянь Вянь, изучая документы, что принес Дью. - А вот это ты зря. На вот, взгляни на это, - и он протянул Туну результаты последних анализов Пхата.

Тун взял листок бумаги из рук профессора и пробежался по нему глазами. Задумался и стал вчитываться более углубленно. Что это? Он поднял голову на профессора. Повернулся и посмотрел на Дью. Они что, решили над ним вот так подшутить, чтобы заманить его в агентство?

- Это жестоко.

Он встал, медленно положил листок на стол, глядя профессору прямо в глаза, и, развернувшись, пошел на выход. Дью резко подскочил и перекрыл ему дорогу, уперевшись брату в грудь руками.

- Стой, Тун. Выслушай сначала.

- Уйди, Пи’Дью. Я тебя как брата прошу. Пропусти, не доводи до греха.

- Тун, - позвал профессор, - подожди.

Тун опустил голову на грудь. По его щекам текли слезы. Его всего трясло. Дью обнял брата за плечи и начал успокаивать.

Вянь встал из-за стола и подошел к ним. Положил Туну на плечо руку и сжал его.

- Пустите, профессор. Вы понимаете, что ваши шутки вот про это, - он кивнул в сторону стола, где оставил результат анализов, - выходят за все рамки. Это низко и подло. Я не думал, что вы пойдете на такое...

- Замолчи, Тун, ты потом пожалеешь о своих словах, - Дью обхватил руками голову брата и заглянул ему в глаза. Тун попытался отвести взгляд. - Посмотри на меня! - в голосе Дью послышался метал. - Это все правда, Тун. То, что ты прочел - истинная правда.

Тун наконец посмотрел на брата. Дью продолжал держать его голову в своих руках и пристально смотреть в глаза. Как он сейчас похож на Пхата - подумал Тун. Он не смог больше сдерживаться, обнял брата и, уткнувшись ему в грудь, зарыдал. Дью обнял Туна покрепче. Пусть поплачет. Со слезами выйдет боль. Он посмотрел на профессора. Тот отвел взгляд. Вернулся обратно к столу, сел в кресло и взял в руки документы, что принес Дью. Если верить написанному, то Пхат или Мэоу может вернуться к ним. Вернуться в своем ребенке... Если так, то есть ради чего жить. Он поднял взгляд на мальчиков, которые, обнявшись, уже плакали оба. В этот момент Вянь Вянь дал себе обещание, что он сделает все возможное, чтобы этот ребенок появился на свет. Ради них всех...

Глава 4

Принятое решение

За год до основных событий

Жизнь без Пхата потеряла для Туна всякий смысл, но сказанное братом и профессором о возможности стать отцом ребенка от любимого поддерживало его. Сначала он подумал, что они просто шутят, что сказали это лишь для того, чтобы он вернулся домой и оставил свои поиски похитителей и убийц Пхата. Но, немного успокоившись, он решил все выяснить сам. Он изучил результаты тестов, анализов и заключения врачей и только тогда поверил в эту возможность, как в спасение.

То, что этот ребёнок будет биологически связан с ними обоими, вселяло надежду и придало жизни смысл. Пусть малыш и не заменит ему Пхата, но он будет частичкой его и символом их любви, а ради этого можно продолжать жить.

Профессор и Дью проводили дни напролёт в лаборатории. К их исследовательской работе подсоединился Винай, которому Тун рассказал, кто такой Пхат и как тот спас когда-то им жизнь. Винай проникся идеей рождения ребёнка, который станет наследником их семьи.

Мали, которой Винай поведал, не вдаваясь в подробности, что их младший сын хочет стать отцом для ребенка Пхата, сосредоточила всё своё внимание на улучшении и укреплении здоровья Туна. Она тщательно подбирала для него правильное и сбалансированное питание. Также она следила за его режимом дня: старалась делать так, чтобы он высыпался, занимался физическими упражнениями и не переутомлялся. Всё это было нужно для того, чтобы организм сына окреп, и он смог посвятить себя заботе о ребенке.

Поначалу Тун сопротивлялся, но его мать знала, на какие рычаги нужно надавить, и он сдался.

В агентстве тем временем продолжалась оперативная работа по поиску похитителей Пхата и местонахождения Ли Бао. Тун не был уверен, что если они найдут Ли, то смогут найти и похитителей. Он все еще продолжал разрабатывать версию о возможной причастности банды, которая однажды уже похищала Пхата, выманив того на Нонга Кинга. Поэтому по его настоянию агентство работало в двух направлениях.

Кай и Генри доработали поисковую сеть Нока. Ещё когда они искали Пхата, Нок предложил интересный алгоритм поиска. Они попробовали его, и сеть стала работать намного лучше. Вскоре были получены результаты: появился след Ли Бао, и его сразу же начали разрабатывать.

Время шло. Постепенно боль утраты притупилась, но не отпускала совсем. Долгими одинокими ночами он лежал на кровати и просто смотрел в потолок. Он не мог спать. В голове то и дело всплывали воспоминания, связанные с Пхатом. Иногда он погружался в медитацию и вызывал их мир. Он был все таким же прекрасным, но в нем не было его - того единственного, от которого сердце всегда хотело петь.

По настоянию матери, Туну пришлось обратиться за помощью к специалистам. Стало немного полегче, но бессонница окончательно не уходила. Ему посоветовали пройти медикаментозное лечение, но он отказался. Тогда профессор предложил Туну попробовать использовать капсулу с новой программой. Эту программу по настоянию того же профессора написали Генри с Кайем. Она должна была помочь Туну через капсулу нормализовать потоки ци, отвечающие за психологическое состояние. После пары сеансов ему стало лучше. Он наконец уравновесил свои потоки, которые после пережитого потрясения иногда давали сбой. Металлический обруч на сердце немного ослаб и дал ему возможность нормально дышать. С новыми силами Тун погрузился в работу.

Когда Тун наконец присоединился к команде, дела пошли быстрее, и вскоре появились первые результаты - Ли Бао вернулся в штаты, а до этого он действительно был в Таиланде. Так что можно предположить, что он все же замешан в похищении Пхата. Но почему он ему был нужен и зачем он так жестоко расправился с ним? Чтобы выяснить это, одной слежки недостаточно.

Взвесив все за и против, Тун предложил внедриться в организацию Ли Бао, которую он вопреки соглашению с профессором, восстановил. Правда ему теперь придется нарабатывать новые связи, потому что старые все были выявлены и по тем или иным обвинениям переданы правосудию. Но, как оказалось, не все, раз агентству Ли удалось восстановиться в довольно короткие сроки. А еще появилась неожиданная информация - у Ли Бао, оказывается, есть сын, и он сейчас в больнице лежит в коме после жуткой автомобильной аварии.

Тун несколько раз прочитал отчет о сыне Ли Бао. Ему показалось странным, что никогда и нигде до этого не было информации ни о его семье, ни о его детях, а тут появляется сын, причем почти ровесник Туну. Странно это. Надо все еще раз перепроверить. Он направился к Ноку.

- Привет, Нок. Как дела? - спросил Тун, зайдя к нему.

Нок что-то сосредоточенно рассматривал на мониторе. Оторвавшись от него, он отрешенным взглядом посмотрел на Туна.

- А, это ты, - разочарованно протянул он.

- Вот кого ты хотел увидеть?

- Да так, не обращай внимания, - отмахнулся Нок и вернулся к своему занятию.

Тун обвел взглядом помещение. Он еще ни разу не заходил к Ноку в кабинет после гибели их общего друга. Зрелище было удручающее. Всюду валялись какие-то папки, бумага вперемешку с обертками от конфет и упаковками от чипсов. Стаканчики с кофе, некоторые даже недопитые, соседствовали с процессорами и мониторами. Лишь одно место было свободным и чистым - угол стола, на котором стояла фотография Пхата.

Увидев ее, Тун закрыл глаза, чтобы успокоится, потому что ему все еще было больно смотреть на любимое лицо, которое он никогда уже не сможет взять в свои ладони и поцеловать.

- Ты перепроверял информацию о... - Тун открыл папку, что принес с собой, и прочел имя предполагаемого сына Ли Бао, - нашел - Тхан Кисааяк, 23 года. Родился и вырос в Бангкоке. Это все, что известно. Вот прям странно: если он его сын, то почему фамилия у него другая? Короче, надо поднять всю информацию на всех родственников Ли.

Нок поднял голову и посмотрел внимательно на Туна. По его мнению, тот очень сильно изменился со смертью Пхата. Стал нетерпимым и очень требовательным. Вообще-то он всегда был таким, но он был мягче.

Они все изменились, пережив потерю близкого друга. Кай стал молчаливым, Мин вообще куда-то исчез и на связь не выходит. Профессор превратился в угрюмого старика и очень редко улыбается, а вот раньше и посмеяться с ними за компанию мог. Дью... Если бы не Кинг, то и неизвестно, что было бы с Дью. Вот только в последнее время Нок стал наблюдать какую-то отрешенность в их отношениях.

Конечно же, тяжелее всех было Туну - с этим не поспоришь. Если бы это был кто-то другой, но это Пхат...

В агентстве про то, кто такой Пхат, а уж тем более про то, какие у него отношения с Туном, никто не знал. Для всех он был парнем по обмену, который проходит спецподготовку в разных подразделениях и смежных агентствах. А Мэоу как раз отправилась в его агентство на такую же подготовку. Поэтому, когда Пхата не стало и профессор объявил об этом, все стали спрашивать, когда вернется Мэоу. На что Вянь Вянь ответил уклончиво – мол, ее стажировка еще не закончена, а еще она пока не хочет возвращаться, потому как у нее там появилась личная жизнь, и, скорее всего, она останется со своим возлюбленным. И профессор не против, что его дочь наконец обрела свое счастье. Все, кто знал Мэоу, радовались за нее и поздравляли Вяня, а кто-то даже желал ему скорейшего появления внуков.

Нок поймал себя на том, что сейчас заплачет. Он быстро отвернулся. Туну не стоит знать, что ему тоже больно.

- Я уже ввел необходимые запросы в поиск. Осталось дождаться результата, - Нок незаметно вытер глаза. Но все равно это не ускользнуло от внимательного Туна.

Одобрительно похлопав Нока по плечу, Тун вышел из кабинета. Пусть друг побудет сейчас один. Ему бы тоже не мешало проветриться.

Он поднялся в гараж и подошел к байку Пхата, заботливо укрытого чехлом. Постоял немного в раздумьях и расчехлил его. Провел рукой по рулю, погладил бензобак...

- Ты тоже скучаешь по нему? Давай, брат, прокатимся?

Тун достал из багажника свой шлем, посмотрел на него и положил обратно. Взял шлем Пхата и прижал его к груди, безвольно свесив над ним голову. На блестящую поверхность защитного пластика упала слеза. Взяв себя в руки, Тун тряхнул головой и надел шлем. Больше не раздумывая ни минуты, он вскочил в седло байка, повернул ключ в замке зажигания и поддал газу. Дукати взревел, огласив на весь гараж свое желание лететь вперед и только вперед басистым рыком. И они рванули с места...

Он сидел над обрывом и пил пиво, которое было припасено в багажнике байка еще Пхатом. Легкий ветерок трепал его за волосы и гладил по щекам, высушивая слезы.

- А еще мы нашли интересную информацию, - продолжал он рассказывать, представляя, что Пхат сидит рядом и так же пьет пиво.

Он просто долго отсутствовал, и ему надо рассказать все-все. Тун замолчал и сделал глоток.

- Оказывается, у Ли Бао есть сын примерно нашего с тобой возраста. Представляешь? Профессор никогда раньше не упоминал, но у его горе-ученика была семья и дети. Тебе же пять было, когда ты в агентстве появился? Да, пять, - он сам себя спрашивал и сам же отвечал.

Было похоже, что он разговаривает с любимым. Пусть хотя бы так, на крохотный миг он почувствует его рядом.

- Вот и я думаю - когда же он обзавелся семьей? Если все же это правда, то его сыну должно быть не больше 20 лет, а мы получили информацию, что ему 23, - он замолчал, как бы прислушиваясь, что говорит Пхат. - А ты прав. Он мог его усыновить. Что-то я об этом не подумал. Вот чтобы я без тебя делал?

Тун замолчал, осознавая всю глубину горечи сказанных им сейчас слов. Он не знает, что ему теперь делать без любимого. Обняв себя за колени, он уткнулся в них лицом и снова заплакал. От этого стало немного легче.

Раздался телефонный звонок. Тун достал телефон и нехотя ответил на звонок - звонил отец. Если бы это был кто-то другой, он просто бы сбросил, но с отцом он не мог так поступать.

- Алло, - он постарался придать голосу спокойствие, чтобы отец не заподозрил о том, что его сын только что плакал.

- Тун, приезжай, пожалуйста, домой. И по возможности как можно быстрее. Твоя мама сошла с ума...

Ему явно не дали договорить - звонок оборвался. Тун удивленно посмотрел на телефон. Что это было? Что с мамой? Да что происходит? Он быстро встал, вытер слезы и сел на байк.

- Ну что, верный Дукати, поехали спасать отца, - байк в ответ взревел и они быстро выехали на трассу.

Прибыв домой, Тун застал родителей в гостиной. Они, видно, о чем-то спорили и уже давно. Он не стал их прерывать, а незаметно прошел и устроился на диване.

- Между прочим, я сама медик и вполне понимаю все риски. Это мое решение, и вы не в праве мне запретить сделать это, - было похоже, что мама повторяла эту фразу, как мантру.

- Дорогая, но твой возраст...

- Что возраст? Если ты не помнишь, дорогой, то я тебе напомню - мне всего лишь 44 года. Я в отличной форме. У меня нет хронических заболеваний. Я веду здоровой образ жизни. Мое здоровье даже лучше, чем у многих тридцатилетних. Да ты же сам это знаешь, - она взяла мужа за руку. - И потом, ты же со мной. Ну что может случиться под твоим присмотром?

Винай, видя непреклонность своей жены, пытался найти хоть какие-нибудь аргументы, чтобы отговорить ее от этой затеи. Они найдут, они уже ищут хорошую, полную здоровья суррогатную мать для будущего ребенка Туна. Обязательно. Мали не надо так рисковать собой. Но она настаивала на своем.

Они были так увлечены, что совершенно не обращали внимания на сына. А он тихо сидел на диване и наблюдал за родителями.

- Это огромный риск и ответственность, - продолжал уговаривать Винай жену. - Мы не можем поступать, не обдумав все предполагаемые последствия.

- Я приняла решение, - твердо сказала Мали. - Я выношу и рожу этого ребенка, и не отговаривай меня. Я должна, нет, я обязана помочь своему сыну.

Что она только что сказала? Тун ошарашено смотрел на мать. Она хочет стать суррогатной матерью для их с Пхатом ребенка? Он не ослышался? Да что, собственно говоря, происходит? Тун покашлял, привлекая к себе внимание. Мали и Винай резко обернулись на его кашель. Она при этом вздрогнула и схватилась за сердце. Винай покачал головой - ну как можно говорить о вынашивание ребенка, если она то и дело хватается за сердце?

- Ты давно приехал, сынок? - Мали подсела к Туну и участливо приобняла его.

- Думаю, достаточно для того, чтобы услышать твое решение, - ответил он.

- Вот, попытайся ее вразумить, - сказал Винай, - меня она не слушает. Может, тебя послушает? Я не могу больше с ней спорить, - он устало опустился на диван.

- Мама, а что заставило тебя принять такое решение? - Тун взял руку Мали в свои ладони. Она улыбнулась ему.

- Сынок, но кто же еще сможет это сделать? Это такая ответственность, а мошенников, желающих разбогатеть за чужой счет, много. Я не могу позволить пропасть эмбриону, подсаженному нечистой на руку женщине. Уж лучше я сама это сделаю для тебя в память о нашем Пхате, - на ее глазах выступили слезы. Она очень любила этого бедного мальчика, который так рано ушел из этой жизни.

Тун смотрел на нее во все глаза. Он не мог поверить, что его мать решится на такое, да еще в ее возрасте. Хотя она и молода по современным меркам, и здоровье у нее хорошее, но все же... Он хотел было высказать свое мнение по этому поводу, но она совершенно не давала ему говорить. Она сама говорила и говорила, упоминая какую-то статистику по рождаемости детей у возрастных женщин, приводя примеры и доводы.

Под ее натиском ему с отцом пришлось сдаться, но при одном условии - она должна пройти полное обследование, и если хоть один показатель не будет соответствовать требованием или хоть один анализ вызовет даже малейшие сомнения, она откажется от этой затеи, и они продолжат искать суррогатную мать дальше. Немного подумав, Мали согласилась и попросила назначить день для обследования как можно быстрее. Тун был поражен своей матерью.

В скором времени, сделав все необходимые распоряжения и подготовку, Винай отвезет жену в госпиталь. Здесь она должна будет провести неделю, в течение которой ей сделают все необходимые тесты, анализы и проведут обследование. Всем останется только ждать результатов.

Глава 5

Возвращение Мина

За год до основных событий

Он снова ездил на обрыв поговорить с Пхатом. Это вошло в привычку. Каждый день, почти в одно и тоже время Тун садился на Дукати и мчался к обрыву. Он сидел на краю, подставив лицо восходящим потокам и рассказывал Пхату все события, прошедшие за день. Выговорившись, он возвращался в агентство, ставил байк на парковку и заботливо укрывал его тентом. Потом понимался к себе.

Вот и в этот раз, придя в свою квартиру, он сразу направился в душ. Долго стоял там под струями воды, пытаясь смыть с себя всю боль. Выйдя из ванной, он бросил взгляд на ширму, что скрывала проход к квартире Пхата и к их общей квартире. Тяжело вздохнул и присел на кровать. Ему надо собраться с силами и зайти туда. Так не может продолжаться вечность. Когда-то это все же придется сделать. Когда-нибудь, но не сейчас. Еще слишком больно.

Посидев немного, он встал, оделся и пошел в лабораторию - звонил Дью. Ему что-то надо уточнить. И не по телефону. Тун каждый раз отмечал, что Дью очень похож со своим братом, хоть они и общались совсем немного, но были близнецами. У Дью были такие же повадки – он, оказывается, так же, как Пхат, любил печеньки и кофе. Любил смотреть на закат. А еще он так же заразительно смеялся... первое время после смерти брата Дью был сам не свой, но благодаря своему характеру и поддержке Нонга Кинга довольно быстро оправился. Но это была лишь видимость - Тун знал, насколько Дью тяжело. Они частенько общались. И даже как-то стали ближе. Настолько, что Кинг начал было ревновать. Вот дурачок. Они братья, и их объединяет лишь это и любовь к Пхату.

Тун пришел в лабораторию и застал интересную картину - брат ползал по полу в поисках чего-то.

- Эй, помощь нужна? - окликнул он Дью.

Брат поднял на него голову. У него на лице была какая-то озабоченность. Что-то явно произошло.

- Так, брат, соберись, - Тун не на шутку разволновался.

- Ты лучше не подходи ближе, пока я его не найду, - выставив руку вперед, как бы останавливая его, сказал он.

- Да что случилось? Ты можешь сказать?

- Я чип уронил, - спокойно ответил Дью.

Какой чип? При чем здесь чип? А Тун ему зачем тогда?

- Так вот ты где, - обрадовано вскрикнул Дью, понимая с пола что-то настолько маленькое, что Тун даже разглядеть это не мог в пальцах брата.

- Ладно, с этим разобрались, - Тун посмотрел на брата. - Я тебе зачем понадобился?

- Ах, это? - Дью повернулся к столу и взял лежащую на нем коробочку. Аккуратно положил в нее чип и закрыл, с облегчением вздохнув. - Вот, возьми, - он протянул коробочку Туну. - Здесь результаты испытаний. Просмотри все внимательно и прими окончательное решение.

- Так я принял его уже давно. Просто скажи своими словами, и не будем тратить время.

- Лучше посмотри...

- Дью, не морочь мне голову. Если есть какие-то проблемы, так и скажи, - Тун начал выходить из себя.

- Успокойся сначала, - Дью улыбнулся.

- Говори!

- Ладно, - Дью махнул на него рукой. - Проведя все возможные испытания, мы с профессором, да и с отцом, пришли к такому заключению: из биоматериала Пхата и, соответственно, твоего, - Тун немного смутился, так как Дью говорил про его материал с такой ухмылкой на лице, что его хотелось ударить, - вполне можно создать эмбрион и подсадить его к суррогатной матери. А точнее, нашей маме - у нее прекрасные показатели, и она сейчас начала курс подготовки к беременности, - это Тун знал, потому что мама с ним сразу об этом поделилась. - Мы сделаем обычную процедуру ЭКО. Вот только... - он замялся, что очень насторожило Туна. - Вероятность вынашивания... Понимаешь, здесь дело даже не в том, кто будет вынашивать. Обычно подсаживают несколько эмбрионов, и в случае удачной подсадки оставляют одного самого жизнеспособного. В нашем случае не все так просто. У нас всего три яйцеклетки, и если что-то пойдет не так, то мы останемся ни с чем.

- Так мы и так знали, что идем на риск. Делайте с профессором все необходимое. Я свое решение вам уже озвучил и менять его не собираюсь. Если великий Будда даст нам с Пхатом соединиться через этого ребенка, значит, так и будет. Если нет, то я встречусь с ним в следующей жизни.

Тун развернулся и пошел прочь из лаборатории, оставив Дью в полной растерянности. На душе было так погано, что хотелось волком выть. Он быстро, стараясь ни с кем не столкнуться, поднялся наверх, в кафе Мэоу, и уединился в ее кабинете. Это единственное место, кроме обрыва, куда он мог спокойно заходить, чтобы побыть наедине со своими мыслями и с ним.

Здесь все оставалось так же, как если бы Пхат просто ненадолго вышел. Тун часами мог сидеть здесь в уединении. Все его мысли были сосредоточены на выявлении убийц любимого. Он просматривал сетку, отчеты, сверял полученные данные, делал выводы, но ни на йоту не приблизился к разгадке мотива похищения Пхата. Иногда он вспоминал про Мина - как бы он сейчас пригодился со своими аналитическими способностями. Куда же он запропастился?

Связаться с Мином они пытались несколько раз, но безуспешно. Нок даже разворачивал на него свою сетку, и снова мимо. Где же его носит? Не думал Тун, что друг так отреагирует на гибель Пхата. Где же ты, когда ты так нужен? Пхат всегда обращался к тебе за помощью в трудную минуту. Даже плакался тебе в жилетку, а ты исчез, ничего не сказав. Так друзья не поступают.

Расположившись за столом, Тун включил компьютер и стал просматривать очередные сводки данных по сетке - ничего нового. Все так же - Ли Бао у себя в агентстве либо в больнице у сына. Других действий с его стороны замечено не было. Как-то все это странно и неестественно.

В дверь постучали. Тун оторвался от очередного отчета и поднял голову:

- Кто там такой робкий? Входи, - снисходительно сказал он. Наверняка Нонг Кинг пришел спросить что-то. Снова про Дью? Тун усмехнулся.

Вот что с этими двумя не так? То они вместе, то порознь. Изрядно выпив, Дью всегда вспоминает Кинга, а протрезвев, делает вид, что он его знать не знает. Да и Нонг частенько попадается Туну с красными от слез глазами. Вот только с ними разборок ему не хватает.

Дверь открылась, и Тун увидел на пороге похудевшего и немного осунувшегося Мина. Вот так сюрприз. Тун вскочил из-за стола и бросился навстречу другу. Они обнялись.

- Мин, дружище, где ж ты пропадал? - радости не было предела.

- Тун, ты мне ребра так сломаешь, - взмолился Мин. Объятия на радостях были довольно крепкими.

- Прости, прости, - Тун отпустил друга. - Давай устраивайся поудобней, - сказал он, подталкивая Мина к дивану, - а я сейчас кофе принесу. Или нет, может, перекусить чего? Или...

- Да успокойся ты, - Мин сел на диван и устало вздохнул. - Ничего не надо, а вот от кофе не откажусь, - с улыбкой произнес он.

Тун, махнув рукой, типа - жди здесь и никуда не уходи, пулей вылетел из кабинета. Где Кинг? Вот всегда так - когда нужен, то его нет. Он подошел к бару и тут же увидел Нонга, который сосредоточенно изучал витрину с пирожными.

- Кинг, - позвал его Тун. Тот обернулся на зов.

- О, Пи’Тун, вам что-то надо? - он с радостной улыбкой подскочил к нему.

- Один кофе для Мина, один для меня и поживей. Мы в кабинете, - бросил ему Тун и поспешил вернуться к Мину - а то вдруг тот исчезнет, как будто его и не было.

- Будет сделано, - уже вслед ему крикнул Кинг и направился к кофейному аппарату.

Влетев в кабинет, Тун облегчённо вздохнул - Мин был здесь. Сидел спокойно на диване... Вернее, спал... Тун подошел ближе и заглянул другу в лицо. Мин выглядел так, как будто участвовал в реалити-шоу на выживание. Где же ты был, Мин? С расспросами Тун решил подождать. Пусть парень отдохнет немного. Он заботливо укрыл друга пледом, постоял немного в раздумьях и вернулся обратно за компьютер, чтобы продолжить изучать сводки. Изредка он поглядывал на спящего.

А Мин мирно спал на диване в кабинете Пхата. Он еще никогда не чувствовал себя так умиротворенно. Почти три месяца прошло со смерти человека, внутреннюю сущность которого он тайно любил, но боялся признаться в этом даже себе. Осознание происшедшего далось ему с трудом. Сейчас он полностью пришел в себя и готов мстить.

Кинг принес заказанный Туном кофе. Он по привычке шумно ввалился в кабинет, но увидев строгий взгляд Пи, а потом и спящего на диване, он как можно тише прошел к столу, поставил стаканы с кофе и так же тихо ретировался, не произнеся ни слова. Тун усмехнулся. Кинг, по сути, еще ребенок. Забавный ребенок, но уже столько переживший.

Почувствовав запах свежесваренного кофе, Мин сел, не открывая глаз. Он еще несколько минут так сидел, вдыхая любимый аромат. Видя его состояние, Тун взял стакан с кофе, что был сделан именно для Мина, учитывая все его предпочтения в этом напитке, и подошел к дивану. Протянув вперед руку, он поводил стаканом перед носом друга. Тот открыл один глаз и посмотрел на Туна. Затем на стакан. Одним ловким движением он перехватил руку друга и забрал из нее свой напиток. Еще раз вдохнул аромат и сделал глоток. На лице отразилась довольная улыбка.

- Ну что, пришел в себя? - Тун подсел к нему на диван и наблюдал, как тот наслаждается напитком.

- А то, - Мин улыбнулся, - у нас самый лучший кофе.

- Конечно. Его Пхат по своим каналам заказывал... - сказал Тун и осекся - воспоминания больно отдались в груди.

- Да... - задумчиво произнес Мин, вертя в руке стакан.

Друзья замолчали. Каждый думал о чем-то своем. Первым тишину нарушил Мин:

- Я... - он внимательно посмотрел на Туна. - Короче, у меня есть некая информация и, честно, я не знаю, как на нее реагировать. Но есть в ней что-то странное, и я желал бы разобраться во всем этом вместе с тобой, Тун.

- Может, ты сначала отдохнешь, приведешь себя в порядок, расскажешь, где пропадал все это время? - Тун внимательно смотрел на друга.

- Да я вроде как отдохнул уже...

- Ты себя в зеркало видел? Отдохнул он, скажешь тоже, - Тун усмехнулся. - Да тебя часа два в ванной отмачивать надо.

- Неужели так... - от смущения у Мина покраснели уши.

- Короче, иди к себе, а часа через два... Нет, три, возвращайся. Я буду либо здесь, либо на квартире. Позвонишь, когда придешь в норму.

Мин не стал больше возражать своему другу, а молча кивнул, встал и пошел на выход. Только сейчас Тун заметил, что Мин похрамывает и его немного шатает. Все же ему надо не только отдохнуть, но и врачу показаться.

Когда за Мином закрылась дверь, Тун нажал кнопку вызова связи с кабинетом профессора. Тот ответил почти сразу. «Вот шустрый все же старик», - усмехнулся Тун.

- Профессор, - начал он, - Мин вернулся.

- Вернулся наконец? Ну я ему задам трепку. Он у меня забудет, как бросать и убегать... - на первый взгляд казалось, что Вянь Вянь злится, но Тун уже привык к таким поворотам и знал, что старик больше переживает, чем ругается.

- Да ему, видно, кто-то уже наподдал - ходит прихрамывая.

- Что с ним? - тут же забеспокоился профессор. Было ощущение, что он стал относиться ко всем из команды Пхата, как к своим детям. О всех заботится.

- Пока не знаю. Отправил его отмываться и отсыпаться.

- Ясно. Как только придет в себя, сразу ко мне.

- Так точно! – по-военному козырнул Тун. Вянь невольно улыбнулся. Он вспомнил, как когда-то так же делала сначала Мэоу, а затем и Пхат.

Через три часа Мин не позвонил. Значит, все же решил отоспаться. Вот и славно. Пусть отдохнет. По его виду было похоже, что последнее время спать ему доводилось крайне редко. Где же он мог быть? Тун перебирал в голове все возможные варианты, но так толком ничего на ум и не пришло. Ладно, отоспится и сам все расскажет.

Телефонный звонок раздался неожиданно. Тун только задремал. Он посмотрел на часы - шесть утра. Он опять не мог уснуть. Видно, появление Мина нарушило еще не до конца уравновешенный поток ци, что сбился из-за потери любимого человека. Ну ничего, сейчас стало уже легче, и он подправит его усиленной медитацией. Он ответил на звонок.

- Прости, друг, я уснул как только выбрался из ванной. Проснулся только что, - в трубке раздался сдавленный смешок. Тун тоже невольно улыбнулся.

- Я так и предположил и не стал тебя будить. Ты мне нужен в бодром здравии, а не сонный.

- А я тебя не разбудил? - только сейчас спохватился Мин.

- Все нормально. Я рано встаю.

- Тогда хорошо, а то как-то неловко получилось – я-то выспался, а тебе спать не дал.

- Давай собирайся и пойдем позавтракаем вместе. На сборы полчаса, - сказал Тун, повесил трубку и довольно бодро встал с постели.

Он направился в ванну. По дороге остановился, обернулся и посмотрел на кровать. Он так надеялся, что все было сном, и Пхат сейчас мирно посапывает, свернувшись калачиком или наоборот разметавшись на полкровати. Но чаще всего они просыпались в объятьях друг друга.

Постель была пуста. Тун горько вздохнул, постоял немного в задумчивости и вошел в ванную комнату. Он быстро принял душ и через полчаса уже был на этаже ТЦ, где располагались все возможные точки общепита. Мин уже ждал его у входа в их любимое кафе.

Заказав еду и напитки, они сидели молча, не зная с чего начать. Тун на правах начальника решил первым нарушить тишину.

- Поговорим?

- Да, надо, - согласился Мин. Тун заметил, как тот наконец расслабился.

- Так расскажешь, где был?

- Я собирал информацию на Ли Бао, - сказал Мин спокойным голосом, чем еще больше ошарашил друга.

- Что ты делал? - Тун не мог поверить.

- Сказал же - информацию собирал. Ты что, оглох?

- А ты из агентства это делать не мог? Почему надо было пропадать бог весть где?

- Если бы мог, то собирал бы, - огрызнулся Мин.

- Ладно, не кипятись, - Тун раньше не замечал за Мином такой вспыльчивости. Ничего, он просто немного устал. Вот придет в норму и станет прежним.

- То, что я нашел, в интернете не сыщешь. Да и по сетке тоже.

Принесли еду. Они замолчали. Когда официант ушел, Мин продолжил.

- То, что я смог разузнать, привело меня немного в замешательство.

- Так, ты ешь давай. Сначала еда, потом дела, - Тун посмотрел на друга. - Тебе отъедаться и отсыпаться надо. С информацией успеется. Мы же не торопимся?

- Думаю, что в данный момент нет, но в скором времени надо будут поторопиться, - ответил Мин и стал с жадностью поглощать омлет.

Вот ведь - заинтриговал, а теперь спокойно есть. Тун мысленно махнул рукой. Мин был бы не Мин, если было бы иначе. Пусть поест и спокойно потом расскажет. Тун отломил кусочек омлета, посмотрел на него и нехотя положил его в рот. С недавних пор еда казалась ему безвкусной, и он ел лишь для того, чтобы поддерживать свой жизненный баланс.

Глава 6

Разработка плана

За год до основных событий

Они уже больше двух часов слушали рассказ Мина о его неожиданных похождениях и о той информации, которую он раздобыл. Она была действительно ценной, хоть и не была неожиданной. Вот над ней стоило поработать углубленно.

Что натолкнуло Мина на его расследование, всем было и так понятно без лишних объяснений. Каждый из них переживал потерю как мог. Мин решил найти тех, кто был причастен к смерти Пхата. Но в отличие от Туна, который колесил по местности, выискивая банды, способные на такое, чтобы через них выйти на Ли, он сразу поставил цель — Ли Бао. В то, что тот прибегнул к услугам какой-то из банд, он не верил. И он оказался прав. Вся информация, что добыл Мин, подтверждала это. Услышав про Ли Бао, Тун только сильнее сжал кулаки.

К тому моменту, как вернулся Мин, они в агентстве уже получили подтверждение о причастности Ли к похищению Пхата. Осталось только сопоставить полученные сведения и выяснить мотив его действий - зачем ему был нужен Пхат и почему он с ним так жестоко расправился. На этот счет было много версий, но пока ни одна из них не подтвердилась. Поначалу все думали, что Ли Бао была нужна Мэоу и поэтому он похитил Пхата. Но настоящая личность Пхата была известна только узкому кругу людей и была тайной под семью печатями. Даже упоминать эту тему было табу. Профессор на всякий случай заставил всех, кто знал о нем, подписать дополнительное соглашение о неразглашении этой тайны. Но даже если у Ли Бао были какие-то сомнения на счет личности Пхата, то любое ментальное сканирование подтвердило бы, что это не Мэоу. Ее ци окончательно разрушилась и была удалена без следа.

Тогда появилась версия, что Пхата взяли по ошибке, как в прошлый раз. Тоже как-то не вязалось. Может, его взяли для обмена? Вот это предположение пока было рабочей версией.

В процессе сбора информации, появилось неожиданное известие - оказалось, что у Ли Бао есть сын. Это ничем не подтверждалось, пока не вернулся Мин и не принес то, что ему удалось раздобыть. По всему выходило, что у Ли действительно есть двадцатитрехлетний сын, и он его тщательно скрывал ото всех все эти годы. А просочилась эта информация случайно, когда его сын попал в автомобильную аварию. Сейчас он находился в больнице на грани жизни и смерти.

Профессор никак не мог в это поверить. По всему выходило, что ребенок у Ли Бао родился еще в тот период, когда Ли работал у Вяня. Но почему он не говорил о нем? Он вообще не говорил ни о семье, ни о жене. Хотя профессору тогда это было не очень интересно. Он всецело отдавался конструированию капсулы, а потом появилась Мэоу...

Но не это было странным. Самое необъяснимое в той информации, что добыл Мин, было то, что у этого мальчика была золотая кровь. Выходит, что этот сын и правда существует - ведь для кого-то Ли Бао похитил кровь Мэоу. Может, и в этот раз она ему понадобилась из-за крови, потому что его сын попал в аварию? А Пхат? Так кровь-то одна и таже, и информация о том, что у Пхата золотая кровь, была ему откуда-то известна - для того, чтобы похитить кровь Мэоу, он устроил покушение на Пхата, потому как Мэоу ему не была доступна. Для всех она уехала по обмену в Штаты, и конкретное место ее нахождения было засекречено. Вот и получается, что в первую очередь надо выяснить, откуда Ли узнал о Пхате. Выходит, что в агентстве есть человек Ли Бао. И это совсем не хорошо.

Придя к такому выводу, все замолчали. Дью нервно запихнул в рот печеньку. Мин ошарашенно на него посмотрел. Перевел взгляд на Туна. Тот грустно улыбнулся в ответ. Да, Дью все больше и больше напоминал свою сестру...

Дью с детства был равнодушен ко всякого рода сладостям, но ради профессора и брата он тщательно делал вид, что у него такие же вкусы, как и у Пхата. Каждый раз, когда они собирались в кабинете Вяня, он садился на место, где когда-то любил сидеть его брат, и непринужденно поедал печенюшки. Он видел, что Тун и профессор улыбались, глядя на него. Пусть их улыбки были грустными, но он все равно чувствовал, что хоть как-то приглушает их душевную боль. Конечно же, он не заменит Пхата, да он и не собирается этого делать. Он просто хочет сделать этим людям приятное. Вот и сейчас он отправил в рот очередную печеньку, чем очень удивил Мина. Помимо этого, Дью стал чаще заходить к профессору и просто болтать с ним по душам. Да и с Туном у него отношения стали крепче. А еще Дью радовала перспектива стать с Туном настоящими родственниками, когда на свет появится племянник или племянница. От этой мысли у него на душе становилось теплее и спокойнее. Совсем скоро закончится курс подготовки, и их матери подсадят эмбрионы. Только бы все было хорошо. Садху.

Мин оторвался от созерцания жующего печенье Дью, и повернулся к профессору.

- Профессор, что вы обо всем этом думаете? - задал он вопрос, который похоже всех мучил.

- Даже и не знаю, - задумчиво ответил тот, почесывая подбородок. - Странно все это. Очень странно... Хорошо, предположим у Ли Бао есть дети. Тогда почему о них не было никакой информации до сих пор? Ни малейшего намека на их существование, - продолжал размышлять Вянь в слух.

- Я думаю, что как раз это и настораживает - не было ничего, а тут раз и появился... - Мин обвел всех взглядом. - Причем все в окружении Ли ведут себя так, как будто этот сын существовал всегда.

- Так, может, это так и есть? - осторожно подал голос Нок. Все обернулись на него.

Он сидел в уголочке и старался не привлекать к себе внимание. Впервые его пригласили на такое совещание. Его распирало от гордости – значит, его ценят. Но чувство страха тоже присутствовало - а вдруг он не оправдает доверия? Вот Пхат ему доверял, но его больше нет. Нок в этом чувствовал вину, потому как не успел найти его по своей сетке. Его никто не винил, но он никак не мог себе простить потерю друга.

- Что ты имеешь ввиду? - спросил его Тун.

- Ну... - Нок немного запнулся, но быстро собрался с мыслями и продолжил. - Мы же никогда не ставили перед собой цели выяснить, есть у него семья, дети. А если они были? На самом деле были, но просто он никогда это не афишировал? Потому и не знали... - закончил Нок немного смущаясь.

- А ведь такое вполне могло быть. Надо еще все тщательно перепроверить, а там решим, что с этим делать, - сказал Вянь.

- Вот мне кажется, что не это сейчас главное, - сказал Тун, пристально глядя при этом на Мина. - Как будто нас отвлекают от какой-то более важной информации. Почему мы так уцепились за то, что у Ли появился сын? Ну есть он и есть, нам-то что от этого?

- Меня мучает странное совпадение, - сказал Мин. - Информация о том, что сын Ли Бао попал в аварию и находится в больнице появилась почти одновременно с гибелью Пхата... И вот еще, - он порылся в документах и достал снимки. Они были нечеткими, но кое-что на них можно было разглядеть. - Кого-то перевозили на частном самолете, принадлежащем подставной компании, но по факту Ли.

- Мин, что ты этим хочешь сказать? - Тун даже подался вперед, чтобы не упустить ни единого слова от Мина.

- Я думаю, что это как-то между собой связано. У Пхата особая группа крови. Такая же и у Тхана. Последний попадает в аварию на территории Таиланда и находится при смерти. Срочно нужно переливание большого количества крови. Где ее взять? Да еще так много? Ее можно забрать у носителя такой же крови... - он остановился, перевел дыхание и продолжил. - И забрать всю. А чтобы скрыть следы - взорвать машину с уже мертвым донором...

Повисла тишина. Все вопросительно смотрели на Мина. То, что он сейчас сказал, звучало жутко, но не было лишено смысла. Тун сжал кулаки и прищурил глаза. Если в процессе выяснится, что это именно так, он лично расправится с Ли Бао, и его никто не остановит.

Посовещавшись еще немного и определив план работы, все стали расходиться.

- Нок, - позвал профессор, - подожди немного.

Нок остановился уже почти в дверях. Профессор поманил его жестом подойти ближе. Когда парень подошел, он подался чуть вперед и почти на ухо ему сказал:

- У меня для тебя есть особое задание. Послушай, - Нок весь превратился в слух, - разверни свою сетку в агентстве, но так, чтобы никто не знал.

- Генри узнает, - перебил профессора Нок и, испугавшись своей дерзости, потупил взгляд.

- Ему можно доверять. Кстати, возьми его в помощь. Только вы вдвоем будете об этом знать.

- А что будем искать?

- Скрытого агента Ли Бао, - глядя прямо парню в глаза, сказал профессор.

Нок задумался. Потом утвердительно кивнул головой и, не говоря ни слова, вышел из кабинета. Придя к себе, он долго сидел перед компом и сосредоточенно думал. Развернуть поисковую сетку проще простого, а вот как при этом ее не засветить? Это было посложнее. Над этим надо основательно подумать.

Когда профессор вместе с Пхатом и Туном организовывал новое помещение под агентство, он в первую очередь продумал систему безопасности. А вместе с ней и против шпионскую систему. Все, кто работал непосредственно в здании, проходили тщательную проверку, и пронести в лаборатории скрытые приборы или еще что было просто невозможно. Но всегда оставалось одно “но” - это сам человек, который мог что-то увидеть, запомнить, а потом передать кому-то. Риск утечки информации всегда оставался. Вот эти риски по возможности надо было выявить сеткой Нока и ликвидировать.

Тун после совещания у профессора пригласил Мина к себе пропустить по стаканчику и немного поболтать. На следующий день, как и договорились, Мин пришел к Туну. Сидя на диване, они молча потягивали виски. Каждый думал о чем-то своем и не мог начать разговор первым. Они так и продолжили бы молчать, если бы не раздался телефонный звонок. Тун ответил. Внимательно выслушал и, отложив телефон в сторону, повернулся к Мину:

- Кажется, началось?

- Что началось? - не понял тот.

- Я еще вчера попросил Нока бросить дезинформацию, и сегодня наживка сработала.

- И что это значит? - все еще не понимаю, спросил Мин.

- Это значит, что в нашем агентстве действительно есть крот.

Услышав это, Мин почему-то побледнел. Тун с настороженностью смотрел на друга.

- Ты чего так реагируешь?

- Мне просто плохо от того, что это не сделали до того, как погиб Пхат, - ответил Мин.

- Я тебя понимаю. Но ничего уже не вернешь...

- А ты уже смерился с его смертью? - взгляд Мина стал каким-то колючим.

- Нет. И никогда не смирюсь, - Тун встал и подошел к бару. Он оперся о стойку руками и опустил голову. Он не хотел показывать другу своих слез.

- Тогда давай отомстим. Вместе, - почти крикнул Мин.

Тун, немного успокоившись, незаметно вытер глаза и повернулся к другу. Долго и пристально посмотрел на него. Месть... Да, Пхату это понравилось бы. Он бы еще придумал что-нибудь изощренное. Но его нет.

- Просто мстить - неинтересно, - сказал Тун. - Если бы Пхат был сейчас с нами, то он так и сказал бы. Он бы придумал... - Тун осекся. К горлу подкатил комок, и слезы предательски снова попытались навернуться на глазах.

- Он бы придумал... - эхом отозвался Мин. Он сидел и отрешенно смотрел на свой стакан. Потом резко встал. - Тебе повезло, Тун. Ты всегда был рядом с ним, и он любил тебя... Знаешь, ты можешь на меня обижаться. Ты даже можешь перестать общаться со мной, но я должен это сказать. Я должен высказать все то, что так наболело, - он беспокойно заходил по комнате.

Тун с непониманием смотрел на него. Что это с ним? Что он хочет сказать такого, что Тун должен на него обидеться? Тун размышлял над словами друга, а тот продолжал говорить дрожащим голосом:

- Я очень жалею теперь, что отказался от него только потому, что он парень, - Тун не верил своим ушам. Мин что, не в своем уме что ли?

- Подожди, что ты сейчас сказал?

- Тебе повторить? - Мин сощурил глаза и уставился на Туна. - Так вот, повторяю: я жалею, что не смог принять его таким, каким он стал. Я люблю его! Вернее, не его, а ее, - у него по щекам потекли слезы. - Ты понимаешь, Тун? Я люблю Мэоу! Если бы я тогда не струсил и принял ее новый образ, то я боролся бы за свою любовь. Слышишь?

Тун смотрел на друга и ему было его жаль. Как тот не понимал, бедняга, что Пхат, кем бы он ни был, никогда бы ответил ему взаимностью. Что бы Мин ни предпринимал, как бы ни старался, Пхат всегда был и останется половинкой Туна. Они одно целое. Их сердца всегда бились в унисон. Их физическая и ментальная связь была настолько крепкой, что, когда Пхата не стало, Тун наполовину умер вместе с ним.

Он подошел к Мину и крепко обнял его. Тот сначала опешил и стал было вырываться, но Тун еще сильнее стиснул свои объятья. Мин недолго сопротивлялся и обнял друга в ответ. Уткнулся ему в грудь и разрыдался, выпуская наружу все чувства, что он так долго держал в себе. Тун начал успокаивающе похлопывать и поглаживать друга по спине. Медленно подвел его к дивану и усадил, продолжая все так же обнимать. Пусть поплачет. У него самого комок стоял в горле, и стальной обруч снова больно сдавил сердце. Но он должен сейчас быть сильным. Он должен поддержать друга. Тун еще крепче обнял Мина. Почувствовав поддержку со стороны, тот окончательно дал волю чувствам. Они вот так сидели обнявшись, оплакивая того, кого каждый из них любил по-своему.

Понемногу Мин стал успокаиваться. Он отстранился от Туна и, отвернувшись от него, стал вытирать слезы. Как-то неловко получилось - он здоровый парень, а разрыдался, как какая-то девчонка. Да еще на груди пускай и близкого друга, но тоже парня. Но тем не менее ему стало немного легче.

- Прости, я не должен был говорить всего этого, - Мин не знал, почему он все же сказал то, что сказал.

- Все в порядке. Тебе надо было выговориться. Тебе легче? - Мин кивнул в ответ. — Вот и славно. Я не буду много говорить. Скажу одно - ты вправе любить кого угодно, и я не могу тебе этого запретить. Но его с нами больше нет, и мы лишь можем просто продолжать его любить каждый по-своему. А в доказательство нашей любви мы должны найти и наказать его убийц. Ты согласен со мной, Мин? Ты пойдешь со мной до конца?

Уже совсем успокоившись, Мин расправил плечи, вскинул голову и сказал:

- Да. Давай сделаем это, Тун...

На следующий день Тун сидел в кабинете профессора и проверял сводки, что предоставил Нок. Картинка вырисовывалась нерадостная. По всей видимости, шпион Ли Бао все же был в агентстве. Этот человек так умело скрывался, что выявить его, казалось, совсем невозможно. От этого на душе становилось еще муторней.

Профессор, как всегда, сидел за своим рабочим столом и неспешно чесал подбородок. Тун несколько раз пытался его окликнуть, но было бесполезно - Вянь находился в глубоком раздумье.

Понаблюдав за ним еще немного, Тун снова углубился в изучение информации от Нока. У него было ощущение, что он что-то упускает. Но что? Тун почесал переносицу. Он никогда так раньше не делал и Пхата постоянно журил за эту привычку. Но сейчас ему так не хватало любимого, что он таким незамысловатым жестом хотел хоть ненадолго вернуться в прошлое и почувствовать его присутствие. Он немного задумался и тут его осенило - он понял, как можно вычислить человека Ли. И почему эта простая вещь раньше не приходила ему в голову?

Тун посмотрел на свои пальцы, которыми только что чесал переносицу. Неужели это помогает? Он мотнул головой. Просто совпадение. Но идея, что пришла ему в голову, была настолько же простой, как почесать переносицу.

- Профессор, - позвал настойчиво Тун, - Вянь Вянь, вы слышите меня? - еще громче и настойчивее позвал Тун. Профессор зашевелился и перестал чесать подбородок. Он наконец посмотрел на молодого человека.

- Да, Тун. Ты что-то хотел?

- Мне пришла небольшая идея в голову, как вычислить шпиона.

Вянь встрепенулся. В его глазах появился интерес.

- Так, рассказывай... - и Тун поделился с ним своими мыслями.

На следующий день каждый в агентстве получил сообщение по закрытому каналу под грифом «секретно». В сообщении содержалась некая информация, правдоподобность которой не вызывала никаких сомнений. Информация гласила о предстоящей свадьбе Мэоу и ее избранника. Текст был везде одинаков, за исключением места проведения торжества. Разослав такие сообщения, оставалось только ждать, куда Ли Бао направит своих агентов. Так выявится человек, который получил сообщение с данным местом назначения.

Глава 7

Все может быть. Время покажет...

За полгода до основных событий

Время шло. Никакой новой информации ни о Ли Бао, ни о его сыне не поступало. Все так же: он занимается восстановлением агентурной сетки, его сын лежит в больнице. Единственная новость - он вышел из комы.

Тун не прекращал задаваться вопросом - а зачем им нужен Тхан? Ну что из того, что подтвердится, что он сын их врага? Чем это им поможет в отмщении? Ничем. Ну не убивать же парня ради мести? Это же не их методы. Как бы ни хотелось Туну придушить Ли Бао своими собственными руками, он все же решил действовать по закону и сдать убийцу своего любимого правосудию. А в том, что именно из-за него погиб Пхат, уже никто не сомневался.

Сегодня плановый осмотр Мали после подсадки эмбриона. Тун вместе с отцом ожидали ее в коридоре, пока она была у врача. Винай сидел с закрытыми глазами, ничем не выказывая своего беспокойства за жену. Тун даже позавидовал ему. Его умению так держать себя в руках. Сам же он сейчас так нервничал, что то и дело вскакивал с места и беспокойно прохаживался по коридору. Затем снова садился, но уже через минуту вскакивал снова.

Из кабинета вышла медсестра и позвала их войти. Они не заставили себя ждать. В это время Мали лежала на кушетке, и доктор делал ей УЗИ.

- Что скажите, Кхун Моо? - прямо с порога спросил Винай.

- У нас для вас хорошая новость, - улыбаясь стал говорить доктор. - Мне рассказать или вы поделитесь с родными сами? - обернулся доктор с вопросом к Мали. Та немного засмущалась, и на ее лице появился румянец.

- Расскажите вы, Кхун Моо.

- Ну, что же. Все наши опасения остались в прошлом, - услышав это, Тун с облегчение выдохнул. - Не спорю, что я не верил в успех данного мероприятия, но у нас с Мали все получилось. Эмбрион прижился.

Тун еще раз с облегчение вздохнул. Но расслабляться все равно рано. Мали предстояло еще выносить и родить ребенка...

- Все показатели в норме, даже, я бы сказал, отличные показатели, - продолжал доктор, - но нас ждал сюрприз...

Отец с сыном с насторожённостью посмотрели на доктора. Какой может быть сюрприз? Не томите, доктор, говорите. Тун заметил, что отец как-то напрягся. Все же он может выказывать эмоции. Посмотрев на мать, Тун заметил, что она улыбается.

- Кхун Моо, говорите, что случилось? - Винай не выдержал напряжения.

- Да не волнуйтесь вы так. Все хорошо. Просто произошло небольшое, если можно так сказать, чудо, - доктор поманил отца с сыном посмотреть на монитор аппарата. — Вот посмотрите. Видите? - он показывал на какие-то две точки на экране. Что они там должны увидеть? - У вас будет не один ребенок. У вас будут близнецы. Надо, правда, еще все перепроверить, особенно кое-какие показатели. И вот еще - послушайте, - доктор нажал какую-то кнопку, и отец с сыном отчетливо услышали сдвоенный стук - тук-тук-тук...

- Что это, Кхун Моо?

- А это бьются сердечки ваших деток, - улыбаясь ответил врач.

Винай с Туном переглянулись. Близнецы? Вот это правда неожиданный сюрприз. Нет, это действительно чудо. Как еще можно такое назвать? Из трех яйцеклеток, что у них были, оплодотворилась только одна. То, что эмбрион прижился, уже можно было считать счастьем. А тут такая новость - будет не один ребенок, а два. Теперь осталось только молиться, чтобы они развивались хорошо и чтобы Мали смогла их выносить. Последнее вызывало большое опасение, ведь нагрузка возрастает. Справится ли с этим организм уже немолодой женщины?

Тун смотрел на свою мать, с трудом сдерживая слезы. Ему так хотелось ее сейчас обнять, прижаться к ее груди, как когда-то в детстве. Может ли он сделать это сейчас? Не навредит ли это близнецам?

Обратив внимание на сына, Мали как мать сразу поняла его состояние. Доктор закончил делать УЗИ, и она присела на кушетке, развела руки в стороны, приглашая сына к объятьям. Тун не заставил себя ждать. Он опустился перед ней на колени и обнял ее. Буря эмоций захлестнула его с головой. Казалось, что он обнимает весь мир. В этот момент ему было так хорошо, что все печали и тревоги последних дней отошли на задний план.

Тун весь оставшийся вечер после того, как проводил родителей домой, рассматривал снимок, что дал ему доктор. Надо будет показать его профессору, пусть старик порадуется. Тун хотел сразу к нему зайти, но тот куда-то отъехал, предупредив, что вернется только завтра к обеду. Ну и ладно, посмотрит на внуков, когда вернется.

Расположившись в кабинете Пхата, он все разглядывал и разглядывал снимок УЗИ. Вот если бы доктор не указал Туну на эти две точечки со словами “а вот и они”, он ничего бы и не понял. А так он смотрел на эти темные точки, и на душе у него становилось радостно и спокойно - впервые за последние полгода.

В дверь постучали.

- Это кто там такой скромный? - Тун привык, что в этот кабинет все вваливаются без приглашения, как к себе домой, а тут такая неожиданность. - Да входите уже.

Дверь открылась, и на пороге появился Мин.

- Можно?

- Чего спрашиваешь? Заходи. Я как раз хотел тебе позвонить. Иди сюда, - он поманил друга к себе. - Смотри, - протянув Мину снимок, сказал Тун, гордо улыбаясь.

- Что это? - Мин понял только, что это снимок УЗИ.

- Вот посмотри, - Тун ткнул пальцем на темные точки. - Видишь это? Это наши с Пхатом дети, - улыбаясь сказал он. - Мин, у нас будут близнецы.

Мин смотрел на снимок - ему было и больно, и радостно одновременно. Больно от того, что это не его дети, а радостно потому, что это ее дети. Значит, частичка его любимой будет с ними. И он, Мин, всегда будет для них защитником и опорой. Он сделает все, чтобы быть рядом с ними, когда они родятся.

- Я рад за тебя, Тун.

- Надеюсь, ты будешь им замечательным дядюшкой.

Услышав это, Мин не поверил своим ушам - Тун не против того, чтобы он принимал участие в жизни детей Мэоу? Он не ослышался? На глазах предательски заблестели слезы.

- Спасибо... друг... - в порыве Мин обнял Туна и, не сдержавшись, все же разрыдался.

- Да чего ты? Все же хорошо, - Тун пытался его успокоить. - Ты раньше не был таким плаксой. Соберись. Вот какой пример ты собрался подавать детям? Их дядя должен быть сильным, а ты нюни распускаешь.

Тун говорил и говорил, успокаивая друга, пока тот наконец не начал приходить в себя. Да, что-то нервы у него в последнее время стали сдавать. Надо бы попробовать с ним помедитировать. У него должно получиться. Немного помощи его другу не помешает.

Мин понемногу стал успокаиваться. Он сам себя не узнавал. После гибели Пхата он стал очень сентиментальным. Раньше за ним такого не водилось. Сколько раз он прокручивал у себя в голове, что могло бы быть, если бы Мэоу вернулась. Он все бы отдал за ее любовь к себе, но... Вот если бы он не увидел тогда ее фотографию на столе профессора, он жил бы спокойней и без душевных терзаний. Но судьба распорядилась именно так, решив обречь его на любовные страдания. Теперь, узнав, что родятся дети, ее дети, он решил полностью посвятить себя заботе о них в память об их матери.

Сидя рядом с другом на диване, Тун как бы успокаивающе похлопывал того по плечу, а сам в это время незаметно воздействовал на него энергетически. В потоках ци Мина был небольшой хаос, и Тун стал их выравнивать. По мере того, как успокаивались потоки, успокаивался и Мин. Вскоре все пришло в норму, и Тун облегченно вздохнул.

- Пойдет перекусим, - предложил он другу. Тот согласно кивнул в ответ.

Проходя мимо барной стойки кафе Мэоу, они заметили Нока, который о чем-то разговаривал с бариста.

- Эй, Нок, - позвал Тун, - есть хочешь? - о чем он спрашивает? Нок всегда хочет есть.

Вспомнив, как тот постоянно зазывал их с Пхатом в лапшичную, Тун улыбнулся. В те времена от него было сложно отделаться - он был вездесущий и немного надоедливый. Те времена... странно звучит. Вроде не так много времени прошло, но ощущение, что это было так давно... Тун мотнул головой, отгоняя нахлынувшие воспоминания.

- Конечно хочу, - улыбаясь ответил Нок, и они втроем пошли в торговую часть здания.

Сделав заказ и дождавшись, когда нонг отойдет от их стола, Нок чуть подался вперед и заговорил тихим заговорческим голосом:

- Появилась информация...

- Нок, не здесь, - перебил его Тун. Он понимал, что Ноку не терпится все рассказать, но надо соблюдать осторожность во всем.

Они неспеша поели, хоть Нок и поторапливал их, и направились в агентство. Тун поманил всех в отдельную комнату за кабинетом профессора. Можно было и у Вяня, но тот еще не вернулся. Расположившись за столом, Тун вопросительно посмотрел на Нока. Тот улыбался. Вот засранец, пытается держать интригу. Пхата на него не хватает... Да не только на него...

- Давай, выкладывай.

- Буквально пару часов назад, - начал рассказывать Нок, - поступила информация, что некие люди, которые являются предположительно агентами Ли Бао, стали скрытно собираться вот в этом месте, - он достал из кармана скомканный клочок бумаги.

Тун укоризненно покачал головой. Когда Нок научится, что так делать нельзя - любая важная информация должна быть либо запомнена, либо закодирована в электронном виде. Но тот все время продолжает записывать на бумажках. Причем ему неважно, что это за бумажка. Это может быть как салфетка, так и фантик от конфетки.

Заметив взгляд Туна, Нок чуть поежился - вот снова ругаться будет, но Тун промолчал. Неужели пронесло? Ладно, не до этого сейчас. Нок развернул бумажку и разгладил ее на столе. Ребята увидели часть карты местности, где предполагалось проведение свадебной церемонии. Информация с этим местом была передана... Да быть того не может! Они переглянулись. О том, что именно этот человек оказался шпионом Ли Бао, никто и никогда бы не заподозрил. Пи’Сучин, женщина средних лет с очками в крупной старомодной оправе, с беспорядочной прической и заикающаяся от волнения. Этакая тихоня-заучка аналитического отдела. Она никогда не вызывала каких-либо подозрений. Все воспринимали ее как само собой разумеющееся, вечно возящуюся с ворохом бумаг.

Она пришла в агентство по довольно значимой рекомендации от одного из высокопоставленных лиц министерства торговли, незадолго до появления Пхата. Исправно выполняла свою работу и ничем не выделялась. Информации через ее руки проходило немного, но некоторые сведения были довольно весомые. Получается, что это через нее Ли Бао узнал все про Пхата и подстроил аварию, чтобы заполучить кровь Мэоу. Что еще она могла за время своей работы передать ему? Все это придется выяснять, и как можно быстрее. Главное сделать все, не привлекая лишнего внимания.

- Я вот что думаю, - говоря, Мин смотрел куда-то вдаль. - А не использовать ли нам Пи’Сучин в обратном направлении?

- Это ты о чем, друг мой? - Тун внимательно посмотрел на Мина.

- Ну, как бы это сказать? - Мин перестал смотреть вникуда и повернулся к Туну. - Не станем показывать то, что мы знаем, чем она занимается и кто ее истинный хозяин, а используем это в свою пользу. Ли Бао станет получать ту информацию, что будет выгодна нам.

- Над этим надо будет поразмыслить. Нок, - Тун задумчиво почесал переносицу. – Нок, разверни сетку и выясни, что именно ей удалось узнать и, соответственно, передать Ли Бао. И постарайся это сделать быстро и незаметно, - он не успел договорить, как Нок уже сорвался с места выполнять задание. - Без шума, Нок, - уже вслед ему закончил Тун.

- А он не меняется, - Мин улыбаясь покачал головой.

- Да уж, - отозвался Тун, - в этом весь наш Нок... Ладно, надо зайти к Генри... Хотя, думаю, что Нок уже у него.

- Давай пройдемся еще раз во всей информации, начиная с появления Пи’Сучин, и убедимся - нет ли еще какой утечки, - Мин встал и направился к выходу.

- Займись этим пока один, а мне надо поговорить с отцом - меня очень заинтересовал человек, что дал ей рекомендацию. Вот его надо проверить с неменьшей тщательностью.

Договорившись, кто чем займется, они разошлись. Мин пошел к себе в кабинет и занялся изучением записей, что он сделал за все свое пребывания в агентстве. А Тун прежде, чем позвонить отцу и договориться с ним о встрече, поднялся к себе в квартиру.

Он какое-то время стоял возле перехода между квартирами, не решаясь войти в их общую. Он не был в ней с момента похорон любимого. Но сейчас ему надо попасть в тайный архив, что собирал в свое время Пхат, и который все еще находился там, среди его вещей. Тун вспомнил, что видел в списке досье интересующую его фамилию.

Собравшись с силами, он приложил к кодовому замку палец и услышал характерный щелчок открывшегося затвора. Постояв на пороге еще пару мгновений, он толкну дверь.

Здесь было все, как при Пхате, только вся мебель была укрыта чехлами, защищвшими ее от пыли. Тун прошел в спальню. Ему хотелось побыстрее уйти отсюда, потому что воспоминания их счастливой жизни здесь с новой силой нахлынули на него. Он прошел быстрым шагом к бюро и скинул с него чехол. В воздухе поднялось облачко пыли. Он открыл ящик с досье, нашел нужную букву и стал тщательно вчитываться в фамилии. Наконец он нашел того, кого искал. Закрыл ящик и, набросив обратно на бюро покрывало, поспешил уйти.

Вернувшись к себе, он подошел к барной стойке и налил немного виски. Сделал глоток и поставил стакан обратно. Комок в горле постепенно стал рассасываться. Приведя мысли в порядок, Тун достал телефон и набрал отца. Договорившись с ним о встрече, он допил виски и отправился в кафе Мэоу, чтобы посидеть в кабинете Пхата и изучить папку с досье на министра торговой палаты.

Глава 8

И рыбка не проскочит

За полгода до основных событий

Когда вернулся профессор, Тун положил ему на стол подробный отчет, который он составил вместе с Мином и Ноком. Здесь было все, что они смогли выяснить, а также план по дезинформации Ли Бао через Пи’Сучин. Вянь Вянь внимательно вчитывался в каждую строчку, боясь что-то упустить. Сообщение о Пи’Сучин его очень расстроило. Но больше его расстроила информация, что предоставил отец Туна, добыв ее по своим дипломатическим каналам. Он долго сидел в раздумьях, почесывая себе подбородок.

Тун сидел напротив него в кресле и просто наблюдал за стариком. Да, постарел профессор после смерти сына очень сильно. Он всегда, сколько Тун его знает, выглядел одинаково. И Пхат в свое время говорил, что с момента, как знает Вянь Вяня, тот ничуть не изменился. А сейчас ощущение, что у него лет 20 забрали.

- Хорошо поработали, - голос профессора вывел Туна из раздумий.

- Мы старались, - Тун слабо улыбнулся.

- Ты пока иди по своим делам, а я еще подумаю немного над вашим предложением по дезинформации. Кое-что уточню по своим каналам и тогда дам вам знать.

Тун кивнул в знак согласия, встал и тихо удалился из кабинета, оставив Вяня в размышлениях. Выйдя от профессора, он сразу направился к Мину - им тоже есть над чем поразмыслить. И Нока надо позвать - его умение неординарно мыслить хоть и подбешивало иногда, но давала хорошие результаты. Правда, он тоже в последнее время изменился. Стал спокойнее и уже не был такой “вездесущей обезьянкой”. Да они все изменились. Потеря друга, любимого, сына очень сильно сказалась на них всех.

Нока звать не пришлось - он уже был у Мина в кабинете. По атмосфере, царящей в воздухе, было ощущение, что между ними кошка пробежала. Вот только этого не хватало. И что это с ними?

- Тун, - Нок подскочил к только что вошедшему приятелю и прямо в лоб спросил, - вот скажи, кого из нас ты больше любишь?

Тун слегка опешил от такого вопроса. С чего это он?

- Ты чего? - он с опаской посмотрел на Нока. - Любимым может быть только один человек, и ты знаешь, кто мой любимый...

- Да я не об этом, - Нок замахал на Туна руками. - Я имел ввиду - кто из нас с Мином тебе ближе как друг? Кого ты больше по-дружески любишь, а? - он уставился на Туна, переводя взгляд то на Мина, то обратно на Туна.

- С чего это такие вопросы? - Тун непонимающе смотрел на них обоих.

- Ну ответь, пожалуйста, - вдруг заканючил Нок.

- Если ты мне сейчас не скажешь, зачем тебе такая информация, я тебя... - тут Тун вспомнил, как Пхат дразнил всегда Нока. - Я тебя прям в губы поцелую, - закончил он фразу и стал медленно надвигаться на Нока. Мин ошарашено наблюдал за ними.

Нок со всей своей скоростью и прытью, которыми его одарила природа, отпрянул от Туна.

- Тун, стой, бешеный. Ты прям как Пхат. Вы оба ... придурки, - выпалил он, отгораживаясь от Туна стулом.

- Ты кого придурком назвал? - спокойно, но с улыбкой, не обещающей ничего хорошего, Мин повернулся в сторону Нока.

Поняв, что он попал, Нок стал озираться, ища, куда бы ему спрятаться.

- Так ты будешь отвечать? - Тун уже не мог сдерживать смех, но старался выглядеть очень серьезным.

Собрав всю смелость в кулак, Нок выпалил:

- Я тоже хочу быть дядюшкой! - выкрикнул он, а сам зажмурился и весь сжался в комок.

- Всего-то? - с разочарованием в голосе сказал Тун. - Да будь им себе на здоровье. Никто не запрещает. Я вот только понять не могу - а для чего ты выяснял, кого я больше люблю?

- Да потому, что он придурок, - подал голос Мин. - Я ему сказал, что ты разрешил мне стать дядей, а он как с катушек съехал - а я, а мне, да меня... Говорю же - придурок.

- Нок, ну ты...

- Знаю я, - Нок наконец расслабился и слез с кресла, на которое залез с ногами, спасаясь от Туна.

- Вот скажи мне, что мне с тобой делать? - Тун покачал головой. - И как только Пхат с тобой справлялся?

- Он просто меня любил, - тихо пробурчал Нок.

И добавил еще тише, чтоб никто не услышал:

- А я его...

- Так, ладно, поиграли и хватит, - Тун подсел к столу, на котором были разложены документы, отчеты и прочая информация по делу, которым они занимались. - Что-нибудь нарыли?

Мин присел рядом, взял одну из папок со стола и протянул Туну. Тот кивнул, взял папку, открыл и стал читать документы, которые в ней находились. То, что говорилось в них, ему не очень нравилось. Дочитав до конца, он отложил папку и, сложив руки на столе, задумался.

Нок хотел было что-то сказать, но Мин его остановил. Когда Тун “перерабатывает” полученную информацию, не надо его трогать. Нок тоже об этой особенности друга знал, но его разрывало любопытство. Но ничего не поделаешь: отвлечь сейчас Туна - равносильно накликать беду на свою голову. Нок вернулся к креслу, на котором недавно спасался от Туна, и устроился в нем в ожидании. Мин занялся другой папкой.

Примерно через полчаса Тун встал с места и сказал:

- Пошли со мной.

Друзья переглянулись, но ничего не сказали, а просто молча исполнили то, что он сказал. Тун привел их на парковку и, не говоря ни слова, открыл свою машину и сел за руль. Они последовали за ним в салон автомобиля. Тун вырулил с парковки.

Уже находясь в дороге, он начал говорить:

- Нок, для тебя и Генри есть задание: надо все проверить на наличие жучков.

- Так вроде... - начал было Нок.

- То, что утекло, могло утечь только чрез прослушку. С улицы не прослушают - стоят глушилки, а вот в здании...

- Так как же их установить смогли? - Нок был в растерянности.

- Вот и я о том же, - ответил Тун. - Мин, а ты что думаешь?

- Ты поэтому нас увез? - Мин в раздумьях смотрел в окно.

- Да. Пока мы не найдем, где стоит жучок, мы не сможем разговаривать о наших планах по Ли Бао. Не думаю, что жучков много. Один, ну от силы два. Нок, проследи ежедневные маршруты Пи’Сучин. Проверь с кем, куда, когда, сколько…

- Надо сообщить профессору...

- Я уже отправил ему СМС с кодовым словом. Он все поймет и начнет принимать меры. А мы пока прокатимся кое-куда.

Через час они уже были на месте. Тун привез друзей к обрыву Пхата. Про себя он так и называл это место - обрыв Пхата. Он вышел из машины и прошел вперед. К самому обрыву на машине не подъедешь - она не байк. Но на Дукати он сегодня приехать не смог - их трое сегодня.

Подойдя к самому краю, Тун вскинул руки, как бы пытаясь обнять весь мир, и, подставив встречному ветру лицо, вздохнул полной грудью.

- Здравствуй, милый, - тихо сказал он.

Парни за его спиной настороженно наблюдали за ним. Он обернулся и поманил их к себе.

- Идите сюда, - он сел на край. - Присаживайтесь. Здесь можно говорить о чем угодно. Здесь нас услышит только он...

- Кто он? - спросил Нок, но увидев выражение лица Туна, а потом и Мина, замолчал и с грустью опустил голову. Он понял, о ком сказал Тун.

Они подошли к другу и присели рядом с ним. Посидев немного, Тун вдруг вскочи на ноги и со словами – «да, сейчас, я просто забыл» - побежал к машине. Вскоре он вернулся, неся упаковку с пивом. Улыбаясь, он протянул его ребятам. Те, продолжая удивленно смотреть на него, приняли из его рук банки с напитком. Тун сел обратно и открыл банку. Отпив глоток, он сказал:

- Это обрыв Пхата. Он всегда сюда приезжал, когда ему было грустно или, наоборот, весело. Неважно, какое у него было настроение, он всегда приезжал сюда. Он сидел здесь, подставив лицо ветру, смотрел вдаль, на долину, и мечтал, попивая пиво...

Не обращая внимания на то, слушают его или нет, Тун рассказывал, каким был Пхат. Как тот радовался, казалось бы, незначительным мелочам или грустил. Как он мог превратить совсем незначительное в глобальное и наоборот. Что ему нравилось, а что его бесило. И как он относился к каждому из них.

Мин с Ноком слушали его затаив дыхание. Таким Туна, каким он был сейчас, рассказывая о Пхате, они еще никогда не видели. Только сейчас каждый из них понял, насколько была сильна его любовь к Пхату и какая крепкая связь была между этими такими разными парнями.

Настоящее время

Мы с моим новым другом Корном сидели в кафетерии на первом этаже здания. Все же я надеюсь, что он станет мои другом. Или я тороплюсь? Я так устал быть один. Мне даже поговорить не с кем. В жилетку поплакаться. Блин, я точно транс. Веду себя не как мужик. Хотя внешне ничем себя не выдаю. Я же вижу себя в зеркале - красавчик. Высокий, подтянутое спортивное тело. Немного худощав, но это я еще от больницы не отошел. Ничего, еще наращу массу. Видно же, что не в первой. Вот попрошу Корна со мной позаниматься. Думаю, он не откажет. Вот он как на меня смотрит. Не могу, правда, понять, чего в его взгляде больше - желания или вопросов. Он отворачивается, если видит, что я на него смотрю. Лично я своим взглядом уже раза три его раздел, одел и ... Да чего это я? Неприлично же. Наверняка и уши уже красные.

Тун наблюдал за Тханом. Он обратил внимание, что тот часто бросает на него взгляды и у него краснеют при этом уши. Ну совсем как у Пхата... Так, стоп. Вот только сравнивать их не стоит. И разглядывать его тоже так пристально тоже не стоит. И при очередном взгляде Тхана Тун отвернулся.

Может, ему неприятно, что я на него смотрю? Когда еду принесут? Неловко так... Надо как-то сгладить эту неловкость. Я же хочу сначала с ним подружиться, а не сразу в койку затащить. Хотя...

- Корн, откуда ты? - вот правильно, непринужденная беседа развеет все недопонимания.

- Я из Бангкока.

- Правда? Я тоже. А ты с какого района?.. Но это не столь важно. Я все равно не помню, с какого я, - что-то мне резко стало грустно.

- Вы действительно ничего не помните о себе, как говорят? - Корн участливо посмотрел на меня.

- Послушай, давай на «ты». Достал этот официоз. Все на «вы» да «Кхун». У меня такое ощущение, что они все нарочно так со мной, чтобы выбесить, - я хватанул стакан с водой и почти залпом его выпил.

- Хорошо, как скажешь, - сказал Корн и улыбнулся.

Блин, какая у него улыбка потрясная. Оба-на, Тхан, ты походу того, влюбляешься в этого парня. Не смей, тебе нужен друг. Но и любовник тоже нужен... Вот ведь, а я, выходит, еще тот кобель. Как интересно. Много нового я сегодня о себе узнаю. За последние месяцы узнал меньше, чем сейчас.

Итак, что мы имеем? То, что мне нравятся парни, подтвердилось. Значит, я точно гей. Может, би, но не факт. Хотя внешне я на гея ну совсем не тяну, это я уже понял. Что дальше? Я еще и похотливый, оказывается: глядя на этого парня ни о чем другом думать не могу: только как наброситься на него, повалить, хватануть на упругую попку и... Господи, нонг, как ты вовремя.

Официант наконец принес еду. Теперь можно отвлечься. Уф, я аж вспотел.

«Что это его так кроет?» - думал Тун, глядя на Тхана. Может, ему к врачу надо? Видно, не совсем оправился. И как он похож на Пхата. И тянет к нему, как к Пхату в свое время тянуло. Тун тряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение.

- Корн, скажи, как давно ты в агентстве моего отца? - мне все интересно об этом парне. Похоже, что я действительно втюрился в него с первого взгляда.

- Вот уже две недели.

- А почему я тебя раньше не видел?

- Да я особо по агентству не расхаживаю. Больше в кабинете сижу. Сегодня вышел немного пройтись.

- Ясно. А чем занимаешься, если не секрет? - я слегка улыбнулся и отправил в рот креветку. О, вкусно. А что это я их до сих пор не заказывал?

- Да не секрет. Я специалист... Тхан, ты в порядке? - Корн заметил, что я стал покрываться пятнами и мне стало тяжко дышать. - Тхан, ответь, что с тобой?

Размышлять дальше уже не было времени. Похоже, что у меня на креветок аллергия. Я стал задыхаться. Корн подскочил ко мне и поймал меня почти на лету - я завалился на бок и чуть не упал со стула. Одновременно он набрал телефон экстренной службы. Пока она не приехала, он помогал мне дышать и поддерживал ритм сердца. Приехали парамедики, мне вкололи антигистаминный препарат и надели кислородную маску. Вскоре мне стало легче. Тут прибежал папаша с подчиненными. Видно, испугался, что я ласты склею. Вот не дождетесь. Пока я вас на чистую воду не выведу, не помру.

Тун стоял в стороне, чтобы не мешать медикам работать, и наблюдал. Этого не может быть. Он не мог поверить. У этого парня тоже аллергия на креветок, как и у Пхата. Неужели они действительно родственники? И если Тхан настоящий сын Ли Бао, значит, Ли Бао отец Пхата и Дью? Такого поворота событий Тун никак не ожидал. Надо побыстрей сообщить профессору. Но сеанс связи только через два дня. Ладно, подождем и понаблюдаем. А пока надо понять, что же с ним происходит. Когда он делал Тхану искусственное дыхание, у него было дежавю - когда-то вот так же он делал его Пхату. Туну даже почудилось, что он прикасается к губам Пхата, а не Тхана - они были настолько похожи, что сердце Туна то останавливалось, то начинало биться с новой силой, и желание быть с этим парнем все сильнее и сильнее овладевало им...

Глава 9

Доверие

Настоящее время

Я открыл глаза и уставился в белый потолок. И снова я в больнице. Не прошло и пары месяцев. Что на сей раз? Приподнявшись на локтях, я стал оглядываться. Ну да, в больничной палате. Похоже, что в той же самой, где провел больше полугода. Прям дом родной, не иначе.

Мое внимание привлекло тихое покашливание. Я обернулся и встретился взглядом с Корном. Его глаза... Боже! Эти глаза как два черных омута, в которые хочется нырнуть с головой и больше не выныривать. Мне конец. Зачем я тебя встретил, Корн? Я не смогу быть с тобой просто друзьями, как бы ни старался. Я обязательно выдам себя, и ты меня возненавидишь. Как жаль, что я не девушка. Может, у меня был бы шанс завоевать твое сердце...

- Кхун, как вы себя чувствуете? - я очнулся от грез. Вот это обычное “Кхун” отрезвило мою голову.

- Два вопроса. Первый - почему снова официально? И второй - что со мной произошло? - хриплым голосом спросил я. Что это? Я потрогал себя за горло. Оно немного болело.

- Здесь ваш отец. Он сейчас вышел переговорить с врачом. Не хотелось бы выказывать ему неуважение неформальным обращением с вами.

- С этим понятно, а случилось что? - я продолжал разминать шею рукой.

- Вот скажите, Кхун, вы разве не знали, что у вас аллергия на креветок? Причем не на все, а именно на этот вид, что вы заказали в кафетерии?

Аллергия? У меня аллергия на банальных креветок? Вот чего не знал, того не знал. Вернее, не помнил.

- Откуда я мог знать - я же ничего не помню.

- А отец вам разве не говорил? Он же должен был предупредить, чтобы вы опасались есть то, что может вас убить.

Тун внимательно наблюдал за реакцией Тхана. Что-то странное, еле уловимое в выражении лица у того появлялось при упоминании отца. Явно какой-то конфликт между ними существует. Вот об этом надо аккуратно разведать.

- Он обо мне ничего толком не знает. По его словам, когда он развелся с моей матерью, мне было года три, и она с тех пор воспитывала меня с чувством ненависти к нему... - я остановился и посмотрел Корну прямо в лицо.

Вот думаю, может, мне не стоит вот так все вываливать первому встречному? Я же совсем не знаю этого парня. Даже то, что он мне очень импонирует и спас меня, как я потом узнал, поддерживая мое дыхание до приезда парамедиков, не значит, что я могу доверять ему. Или все же могу? Умом я понимаю, что торопиться не стоит, а вот сердцем... Оно начинает колотиться, как бешенное, при каждом взгляде на этого парня. Это так... смущает.

- Вам нехорошо, Кхун?

- С чего взял?

- Ну, вы так резко замолчали.

- Зачем тебе мои проблемы? Забей, - я отвернулся от него. Да угомонись ты, сердце, - я прижал руку к груди в надежде, что мне удастся себя успокоить.

«Надо его немного успокоить», - подумал Тун. Но как? Ему почему-то было жалко этого парня. Нелегко ему, видно, приходится. Мало того, что он ничего не помнит, а тут еще папаша такой. Как бы его расположить к себе? Сделать так, чтобы он стал доверять? Парень, видно, неплохой, насколько Тун смог понять по их короткому общению. А то, что ему с родителем не повезло, это не его вина.

Тун смотрел на спину Тхана и почему-то вспоминал Пхата. Тот так же отворачивался и сжимался в комок, когда его что-то беспокоило. Такой ранимый и беззащитный. Так и хочется обнять, прижать к груди и оградить от всех бед. Да что же с ним не так? Его тянет к этому парню, как когда-то тянуло к Пхату. Наваждение какое-то

Я услышал за спиной легкое шуршание и вдруг почувствовал на своем ухе его дыхание. Сердце просто сжалось и остановилось на мгновение.

- Не беспокойся, Кхун. Ты можешь мне довериться. Я и выслушаю, и помогу, если это будет в моих силах.

Он говорил тихо, нежно и очень проникновенно. Этот голос почему-то показался мне знакомым. Я резко обернулся, и произошло то, что обычно бывает в дорамах, а я их пересмотрел немало, пока валялся в больнице, наши губы встретились. Застыв на мгновение, мы отпрянули друг от друга почти одновременно.

Я видел, как Корн резко отпрянул назад и уселся обратно на стул. Его глаза были распахнуты от удивления и казалось, что я в них сейчас утону.

- Прости, Кхун, - начал он извинятся и прятать от меня взгляд.

И тут меня накрыло. Почему-то у меня на душе стало так больно и одиноко, что на глазах выступили слезы. Увидев мое состояние, Корн подался было ко мне, но остановился. Он стоял возле моей кровати в растерянности, не зная, что ему делать. Блин, да обними ты меня уже. Он как будто меня услышал, потому что в следующее мгновение я уже рыдал, уткнувшись в его крепкую, широкую грудь.

Он держал Тхана в объятьях и успокаивающе гладил его по голове. Что происходит? Тун никак не мог поверить в то, что он в каком-то непонятном порыве, заключил в объятья этого, так похожего на его любимого, парня и теперь, прижав его к своей груди, как когда-то прижимал Пхата, гладит по голове и успокаивает. И ему от этого почему-то очень хорошо. Боль, которая поселилась в его груди после потери любимого, куда-то ушла, и железный обруч, что сковывал все это время его сердце, рассыпался на мелкие куски. Стало свободно дышать. Тун прижимал Тхана к своему сердцу, и ему очень хотелось, чтобы время остановилось хоть ненадолго. Неужели он предал свою любовь? Нет-нет, он не может предать Пхата.

Тун хотел отстранить от себя Тхана, но почему-то колебался. Тот выглядел сейчас таким, таким... милым и беззащитным, что хотелось, наоборот, прижать его к себе еще сильнее. Укрыть от всех горестей и бед. Подставить свое плечо, чтобы тот мог опереться на него и крепко встать на ноги. Нет, он не предает свою любовь. Он просто делится ее силой с тем, кто в этом сейчас нуждается больше, чем он...

Четыре месяца назад

Профессор размашистым шагом шел по коридору в сторону квартиры Туна. Сегодня он наконец поговорит серьезно с этим мальчиком. Так дальше продолжаться не может. Он должен перестать изводить себя постоянной скорбью о Пхате. Этим его не вернешь, а только навредишь себе. Пора бы уже задуматься о будущем и двигаться вперед. У него скоро родятся дети. Ему надо подумать об их будущем и о своем тоже.

Вянь остановился напротив двери квартиры и решительно нажал на кнопку звонка. Он знал, что Тун сейчас дома, и ему никуда не деться от разговора с Вянь Вянем, которого он так усердно избегал.

Дверь открылась. На пороге стоял Тун, изрядно помятый. Видно, что он спал и профессор разбудил его своим визитом. Вянь почесал подбородок. Ничего, Туну пора возвращаться в реальную жизнь.

- Профессор? - Тун удивленно посмотрел на старика и почесал затылок. Что-то они вчера с Мином перебрали походу. - Я забыл, что у нас встреча, и вы сами пришли?

- Впустить меня не собираешься? - Вянь сдвинул брови.

- Ах, да. Проходите, профессор, - засуетился Тун и отошел в сторону, пропуская Вяня в квартиру.

Профессор прошел внутрь и огляделся. Он не ожидал, что в квартире одинокого мужчины будет так чисто и убрано. Надо отдать Туну должное. Это Пхат со своей вечной поспешностью мог раскидать все по углам, а потом носиться по комнате в поисках чего-то очень важного. Да уж...

Вянь Вянь вздохнул. Тун внимательно на него посмотрел. Легкая тень грусти промелькнула на лице старика, и оно снова стало непроницаемым. Вот ведь...

- Чем обязан визиту? - тяжесть в голове не давала никак сосредоточиться.

- Разговор есть. И довольно серьезный, - Вянь окинул взглядом парня с ног до головы и хмыкнул. - Вы, молодой человек, неважно выглядите после вчерашнего.

Он что, знает о ночных посиделках? Ах да, это же вездесущий профессор Вянь. Он знает все.

- Извините, профессор...

- Не оправдывайся. Иди лучше приведи себя в порядок, а я пока чай заварю. Чай-то хоть есть? - кинул он уже вдогонку Туну, который сломя голову понеся в ванную. — Вот молодежь, - он покачал головой, думая о чем-то своем.

Он быстро привел себя в порядок и вышел к профессору уже бодрым и подтянутым. Вянь оценивающе посмотрел на него.

- Вот теперь на человека похож, - он поманил Туна к себе и протянул ему чашку с чаем. - А чай еще Пхат покупал, - скорее подтвердил он, чем спросил. Тун молча кивнул.

Они посидели немного, наслаждаясь напитком. Что ни говори, а Вянь Вянь бог в заваривании чая. И пускай он не делает постоянно чайную церемонию, чай у него всегда отличался изысканным вкусом. Пхат как-то сказал: «Дайте Вяню пучок соломы и отойдите в сторону. В скором времени вы получите божественный напиток». «Но я люблю кофе», - всегда при этом добавлял Пхат. Вспомнив сейчас это, Тун улыбнулся. Это не ускользнуло от внимательного Вяня.

- Ну, как ты, сынок? - в голосе профессора было столько теплоты и нежности, что Туну стало как-то неловко за свое поведение.

- Как-то вот так, - нехотя ответил он.

- Или в работе, или в баре?

- Профессор...

- Что “профессор”? Тяжело правду слышать? Тун, послушай. Прошло уже столько времени. Пора бы уже двигаться дальше. Прошлого, к сожалению, не вернешь, - он тяжело вздохнул.

У него тоже было тяжко на душе. Пхат его ребенок, пусть и не кровный. Он вырастил, выучил его. Вложил в него всю свою душу и сердце. Старался дать ему родительскую любовь, насколько был способен. Терять детей даже врагу не пожелаешь...

Тун сидел, понурив голову. Что он мог ответить? Да, ему безумно не хватает Пхата. Он ночами волком воет от тоски по любимому. Только две вещи держат его в твердой памяти. Это желание отомстить за смерть Пхата и скорое появление на свет близнецов. При мысли о них на сердце становится светлее, и боль понемногу отступает, но вскоре возвращается вновь. Особенно с наступлением ночи. Оттого-то Тун плохо спит. Иной раз за ночь вообще не сомкнет глаз. Его любовь к Пхату была настолько сильной, что он и мысли не допускал о том, чтобы забыть его и двигаться дальше.

Как-то раз он выпивал с Дью и Мином у себя. Было уже далеко за полночь, и они изрядно набрались. Если Мин еще держался на ногах, то Дью даже встать не мог без посторонний помощи. И все же у него хватило ума предложить Туну заменить Пхата. «Мы же с ним родные братья, а с тобой нет. Если надо будет, то ты вполне можешь на меня положиться. Я же врач, в конце концов», - сказал он тогда. И если бы не Нонг Кинг, что пришел за своим Пи, Дью отправился бы на свидание к Пхату - Тун его чуть не придушил за такие слова. Как он мог сказать такое? Как он смел предложить заменить собой Пхата? Заменить! Его никто не заменит. Никто... Тун потом неделю не разговаривал с братом, а тот обходил его стороной, потирая при этом шею.

Теперь профессор намекает, что ему пора двигаться дальше. Что же вы все не понимаете, насколько это больно - слышать от близких такие слова. Двигаться дальше равносильно предать память о той любови, что была у них с Пхатом. По крайней мере, Тун так чувствует.

- О чем задумался? - профессор вывел его из оцепенения. - Снова думаешь о нем? Пойми, Тун, никто не запрещает тебе о нем думать и вспоминать. Но ты подумай и о себе. До чего ты так дойдешь? Ты получишь разрушения потоков, и тогда все. Никто не сможет помочь тебе их восстановить. Нет больше такого человека. Поэтому, хотя бы ради детей, ты должен собраться и начать жить. Слышишь, жить, а не то, что ты сейчас делаешь, - махнул Вянь головой в сторону бара, на котором остались стоять початая бутылка виски и стаканы. Тун зажмурился - блин, про них он забыл, когда наводил по-быстрому марафет.

Он хотел было пойти и убрать, но остановился - а есть ли в этом смысл? Вянь и так их уже видел. И знает, что Тун стал чаще прибегать к спиртному, чтобы хоть как-то забыться. Он реально понимал, что это не выход, но...

- Папа, - тихо сказал Тун и сам себя испугался. Он только что понял, что назвал профессора первый раз папой, хотя тот еще на свадьбе предлагал себя так называть.

Сердце старика сжалось, когда он услышал тихой голос, назвавший его отцом.

- Да, сынок, - отозвался он в ответ.

- Мне так больно... - и Тун заплакал. Старик встал, подошел к плачущему парню и по-отечески обнял его.

- Мне тоже очень больно. И я понимаю твою боль. Но то, что ты делаешь, видеть мне еще больней. И не только мне. Я сейчас говорю от всей нашей команды. Мы понимаем тебя и просим остановиться, прекратить уничтожать себя. Тебе надо собраться с силами и снова идти вперед.

Тун тихо плакал на плече профессора. Слез уже почти не было - они кончались еще месяц назад, но боль все еще сжимала сердце.

- Я попробую.

Настоящее время

Тун отстранил Тхана от себя и посмотрел тому в глаза. Это были глаза Пхата. Нет, ему показалось. Ему просто хочется, чтобы этот парень был Пхатом. Пусть он потерял память и не помнит его, но пусть он при этом будет Пхатом. Он снова прижал Тхана к своей груди. Ну еще на минуточку. Это такое приятное и забытое чувство.

Я постепенно приходил в себя, но мне совершенно не хотелось, чтобы Корн меня отпускал. Пусть это продлится еще немного. В его объятьях так спокойно. А еще есть ощущение, что мы уже вот так обнимались. От Корна шло очень знакомое тепло. Я это ощущал каким-то внутренним чутьем. Может, это он? Может, это тот парень, которого я видел во сне и что привиделся мне у зеркала? Но тогда почему он не показывает, что мы знакомы? А может... Меня осенила догадка - а вдруг это действительно он, но он не может мне признаться в этом, потому что ему запретили? Или он просто не хочет, чтобы о нем знали?

Я отстранился от Корна и посмотрел на него. Он нехотя отпустил меня из своих объятий. Странно. Так может вести себя только человек, у которого есть чувства. Надо сделать вид, что я ни о чем не догадываюсь. Посмотрю, как он будет реагировать. Но надолго ли меня хватит? Я вот всего пару минут как отстранился от него, а меня снова к нему тянет. Мне кажется, что без его объятий я не могу дышать и не хочу жить...

Тун с сожалением выпустил Тхана из своих объятий. Это забытое чувство, что он испытывал, когда обнимал Пхата, снова вернулось к нему. Он с благодарностью посмотрел на человека, который вернул ему его. Ему показалось, что тот как-то странно на него смотрит. Как будто хочет спросить о чем-то, но и одновременно ему страшно об этом спрашивать. Надо ему как-то в этом помочь, чтобы он перестал бояться. Что же такое могло в его жизни случиться, что мозг перекрыл ему доступ к воспоминаниям? А может?.. Нет. Тун прогнал от себя эту мысль. Этого не может быть. Он сам видел результаты анализов, которые однозначно сказали, что останки принадлежат Пхату. А как бы было хорошо, если бы этот парень, потерявший память, был его любимым. Но это невозможно. Он тяжело вздохнул.

Я посмотрел на Корна. С чего это он так вздыхает? Что у него на душе? Как же хочется стать к нему ближе, чтобы он открылся мне, и я смог открыться ему...

- Корн, - позвал я. Он поднял на меня глаза. - Я могу тебя спросить?

- Да, конечно, спрашивай.

- Корн, как ты... - я не успел договорить свой вопрос, как в палату вошел отец. Он бросил на Корна тяжелый взгляд и обратился ко мне:

- Как ты? Тебе легче?

- Все хорошо, не волнуйся. Меня авария не убила, неужели сможет убить какая-то креветка? - я улыбнулся.

- Ты все шутишь, а мне не до шуток, - он нахмурился и снова посмотрел в сторону Корна. - А вам не пора заняться своими делами? - спросил он его.

- Так вы сказали пока обвыкаться и знакомиться с окружающими. Вот я сегодня познакомился с Кхун Тханом. Как видите, это знакомство было ненапрасным...

- Хорошо, - оборвал его Ли Баю, - я оплачу вам вашу заботу о моем сыне.

- Не стоит. Я это сделал не ради денег, - Корн сощурил глаза в недобром взгляде.

А он мне определенно нравится. Ему не нравится мой отец — это видно. Значит, мы поладим. Хотя бы на почве нелюбви к одному человеку. Мне нужен союзник.

- Ну не надо, так не надо, - Ли поморщил нос и снова повернулся ко мне. - Я договорился с врачами. Тебе надо остаться здесь еще на пару дней. Они проведут полное обследование и выявят все твои аллергии и прочие недомогания.

- Отец, а можно Кхун Корн продолжит приглядывать за мной?

Мой вопрос удивил не только Ли, но и Корна. Он вопросительно посмотрел на меня. Я опустил глаза и слегка улыбнулся. Ли Бао снова посмотрел на Корна, но в его взгляде уже появились искорки интереса. Он все пытался найти способ приставить к Тхану этого человека, чтобы тот постоянно мониторил его состояние. В особенности потоки, потому что не доверял Паку. Были у него сомнения в его искренности. А тут ему надежный человек посоветовал нанять Корна. Это оказалось очень кстати. Осталось только придумать, как приставить его к Тхану и при этом не вызвать подозрений. И вдруг такая возможность - я сам попросил. Это облегчает задачу.

- Тхан, я нанял этого человека как своего помощника, который заменил бы господина Пака, который постоянно с тобой. Но если ты так хочешь, то он теперь будет твоим помощником вместо господина Пака.

- Я что-то не пойму, для чего это? - я вопросительно посмотрел на отца. Зачем ему заменять Пака?

- Господин Пак работает с тобой уже несколько месяцев, но никаких результатов. Кхун Корн, не смотря на свою молодость, зарекомендовал себя хорошим специалистом в той же области, что и Пак. Он станет ему лучшей заменой. Тем более вы почти одногодки. У вас могут быть общие интересы. Возможно, вы подружитесь. У тебя совсем нет друзей. Ты сидишь в агентстве и никуда не выходишь...

- Так вы не выпускаете меня...

- Тхан, не перебивай отца. Что за манеры? - Ли Бао сдвинул брови.

- Прости, отец.

- Я не пускал тебя никуда, потому что боялся, что с тобой снова что-то случится. Вот сегодня хороший показатель. И если бы с тобой не было Кхуна Корна, мы бы сейчас не разговаривали. Я снова бы потерял сына, - сказал Ли и прикрыл рукой лицо, как будто он пытался скрыть от меня слезы.

Что-то мне не верится в его искренность. И Пака он ко мне специально приставил, чтобы следить за мной. А теперь в легкую меняет его на Корна. Может, он изначально так и хотел, но искал повод, а тут я сам предложил? Вот я дурак. А ведь почти поверил Корну, что могу ему доверять, а он, походу, заодно с отцом.

Тун смотрел на спектакль, что разыгрывал Ли Бао, и ему казалось, что он предназначался больше для него, чем для Тхана. Ну что же, господин Ли, вы хороший актер, но мы еще посмотрим, кто из нас сыграет свою роль лучше.

Глава 10

Я пытаюсь понять

Настоящее время

Наконец-то все ушли и оставили меня в покое. Теперь можно немного поразмыслить. Что же такое получается? Отец передает Корна мне. Вместо Пака. Теперь я буду под наблюдением не два часа в день, как раньше, а почти круглосуточно? Что-то отец мой родной задумал. Видно, о моих предпочтениях ты осведомлен, раз подобрал именно такой экземпляр, который полностью отвечает им. Так не пойдет. И что же мне делать? У меня два выхода - не поддаваться чарам Корна и постараться выведать у него как можно больше о задумках отца или перетянуть его на свою сторону. И как это сделать? Думай, Тхан, думай...

В таких размышлениях я не заметил, как уснул. На следующий день у меня снова брали кровь на анализы, проводили какие-то тесты и наконец выявили, что аллергия у меня только на определенный вид креветок, которые выращивают искусственно. При их производстве используют какой-то антибиотик, вот на него у меня аллергия. В остальном все в полном порядке - я могу есть все, что захочу. Ничего, проживу без креветок.

В дверь палаты постучали.

- Войдите, - я был рад, что кто-то пришел. Мне стало скучно.

- Здравствуйте, Кхун Тхан, - в палату улыбаясь вошел Корн.

Вот ведь, я даже подготовиться не успел, как себя вести с ним. Все некогда было. Думал, что он не придет. А он вот, нарисовался. Но до чего же он красивый. А его улыбка - от нее как-то светлее стало. Стоп! Не начинай, Тхан. Держи себя в руках.

- Здравствуйте, Кхун Корн, - я вот тоже на официальный язык перейду, чтоб не расслаблялся.

Он прошел к столу и стал выкладывать принесенные гостинцы. Взял два яблока и направился в ванную. Я внимательно за ним наблюдал. Он вел себя так, как будто вчера не было никаких объятий. Он просто мой помощник, блин, секретарь... Прям обидно как-то.

- Кхун, я почищу вам яблоки, - он достал нож и стал аккуратно разрезать и чистить яблоко. А я с замиранием сердца наблюдал за всеми его движениями.

Нет, я точно в него втюрился, иначе я не наблюдал бы за ним с таким интересом. Как он держит нож - хочу быть ножом, чтобы он меня так же держал. Святой Будда, он чистит яблоко, как будто раздевает его. Я сейчас не выдержу. Да что же это со мной? Я прям перевозбудился весь. Так дело не пойдет. Надо все выяснить и по возможности как можно скорее, а то я так с ума сойду. Я невольно прикрыл пах рукой. Блин...

Тун чистил яблоко и краем глаза наблюдал за Тханом. Тот весь подался вперед, наблюдая за его действиями. Интересно. Значит этот парень действительно заинтересован в Туне? С одной стороны, хорошо. Это может помочь осуществлению плана, но с другой стороны... Туну стало жаль парня. Он видел, что нравится ему, но, к сожалению, Тун не сможет ответить ему взаимностью. Сердце его навеки занято Пхатом. И кто бы что бы ни говорил, он будет верен своему любимому, пусть его и нет уже с ним.

Но вот вчера Тун изрядно понервничал, когда прижимал Тхана к своей груди. Ему казалось, что он прижимает к себе Пхата. Это чувство долго его не отпускало. Он всю ночь думал над этим и пришел к выводу, что, скорее всего, это из-за того, что Тхан очень похож на его любимого. Если не знать, то можно было подумать, что либо они близнецы, либо это он сам и есть. Но Тун лично провожал Пхата в последний путь, так что, как бы ему ни хотелось, чтобы это оказался волей судеб воскресший Пхат, но этого не могло быть. Так что надо собраться и привести их план в действие. Для этого ему надо будет влюбить в себя Тхана, чтобы полностью подчинить его себе. Но, блин, он никак не может выбросить его из головы. Соберись, Тун, и думай об этом парне просто как о части задания.

Туну очень не нравилась эта затея. Во-первых, ему сама идея эта претила, а во-вторых, жалко этого бедного парня. Он-то, вроде, во всех этих делах ни при чем, а втянут будет по полной программе. Какие будут последствия... Об этом даже не хотелось думать.

Он дочистил яблоки, порезал кусочками и протянул их мне. Я, как завороженный, принял из его рук блюдце, продолжая смотреть Корну прямо в глаза. Тот немного смутился и отвел взгляд. Я тоже спохватился - да блин... Я уже спалился, да? Надо как-то разрядить обстановку.

- Спасибо. Не стоило себя утруждать. Я мог бы сделать сам...

- Раз меня переводят в ваши помощники, то это теперь моя прямая обязанность...

- Чистить яблоки? - я ухмыльнулся.

Корн внимательно посмотрел на меня, о чем-то думая, и не сразу, но ответил:

- И это тоже.

Тун смотрел на Тхана и все больше поражался, как тот похож на Пхата. Он даже язвит так же. Это наводит на определенные мысли. Надо будет проконсультироваться с профессором, тем более сегодня сеанс связи. А еще как-то незаметно взять у этого парня что-нибудь для теста ДНК. И у Ли Бао... Вот это сложнее.

- О чем задумался? - почти крикнул я, потому что раза два звал Корна, но тот как в облаках витал. Он дернулся и посмотрел на меня.

- Ни чего особенного, - ответил Корн.

- О девушке своей задумался? — вот мы сейчас и узнаем, что нам больше всего интересно.

- Нет, Кхун. У меня нет девушки. Больше нет... - его взгляд как-то потух.

Что это с ним? Жалеет, что у него никого нет? Подождите, он сказал “больше нет”. Значит они расстались, и у него еще свежа рана? Может, я смогу ее залечить... Тхан, угомони свое либидо. Я чуть не заплакал, так мне хотелось сейчас обнять Корна, но я не мог.

Я вздохнул и, чтобы отвлечься, отправил в рот кусочек яблока. Стал его пережёвывать, наблюдая за Корном. Он поглядывал на меня, когда думал, что я его не вижу. А может... Вот надумываю я себе не бог весть что. А так хочется, чтобы этот парень проявил ко мне хоть чуточку интереса. Не как к боссу. Как было здорово вчера, когда он просто меня обнимал, успокаивая. Вспомнив об объятьях Корна, мое сердце снова куда-то поскакало. Вот ведь неугомонное.

«Как же такое может быть?» - думал Тун, глядя на Тхана. Разве так бывает? Он даже яблоки есть так, как это делал его любимый. Тун тряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение. Нет, успокойся Тун. Это не может быть он. Ты просто очень этого хочешь, но этого не может быть. Надо уйти и немного успокоиться. Это всего лишь задание. «Думай о нем как о задании», - словно мантру повторил про себя Тун и направился к выходу.

- Корн, подожди, - я встрепенулся, когда увидел, что тот собрался уходить. - Ты бросаешь меня? - блин, что я говорю?

- Простите, Кхун, мне надо выйти, - было видно, что Корн ищет предлог, чтобы уйти.

- Я что-то сделал не так или обидел чем? - я не мог понять такую перемену - только что он чистил мне яблоко, а теперь старается на меня даже не смотреть.

- Все в полном порядке. Не стоит беспокоиться. Мне просто надо позвонить, - ответил Корн, доставая из кармана телефон и показывая на него.

Я кивнул головой - ну надо так надо. Мне показалось, что что-то его сильно напрягло. Что же это могло быть?

Тун вышел из палаты, сжимая в руке телефон и делая вид, что ему срочно надо позвонить. Закрыв за собой дверь, он облокотился на нее спиной и перевел дух. Он еле сдержал себя, когда на него нахлынул непонятный порыв - это просто было невыносимо - смотреть на этого парня, так похожего на его Пхата... Нет, если так будет продолжаться, то он наверняка сойдет с ума. Надо срочно собрать материал для анализа и возвращаться. Иначе он за себя не ручается. Он никогда не был предателем, но сейчас он был близок к тому, чтобы предать память любимого...

«Странный он сегодня какой-то», - глядя вслед быстро уходящему Корну, думал я. Может, у него действительно что-то случилось, а я себе надумываю. Ладно, Тхан, давай немного успокоимся и приведем мысли в порядок. Что-то ты какой-то перевозбужденный весь. Я посмотрел на ту часть своего тела, которая в данный момент, казалось, жила своей собственной жизнью. За все время что я себя помню, такого со мной не случалось... Смешно сказать - я себя помню. Ха-ха. А что я помню? Даже года не наберется всех воспоминаний. Но все равно, за это короткое время мое тело ни на кого так не реагировало, хотя понять про себя я уже все понял. Неужели этот парень тот самый? Какой тот самый? Которого я уже любил, или он просто тот самый? Вот это надо бы выяснить. Хотя зачем? Даже если это так, и я его любил когда-то, это все равно ничего не изменит. Я не помню этого. А значит мне надо создавать новые воспоминания. Какими они будут, это уже будет зависеть от нас обоих. Но если я его любил, значит, мы были знакомы. Так почему же он сейчас делает вид, что не знает меня? Делает вид... А может...

Четыре месяца назад

Он стоял на обрыве и смотрел вдаль. Пять минут? Полчаса? А может, два часа? Сколько он так уже стоит и пытается собраться с мыслями? Тун мотнул головой.

- Что скажешь? - он снова и снова обращался к невидимому Пхату, пытаясь уловить ответ.

Тун понимал, что Пхат ему больше никогда не ответит, не подбежит и не обнимет, не посмотрит в глаза и не прикоснется своими губами к его... Этого больше никогда не будет. Он осознает все это, но почему же он продолжает себя мучить? Что же должно произойти такого, что заставит его забыть о любимом? И почему он должен забывать о нем? Разве нельзя жить, помнить и продолжать любить?..

Раскинув руки в стороны, Тун набрал полную грудь воздуха и закричал:

- Пхат, я люблю тебя! Ты слышишь, Пхат? - имя любимого разнеслось эхом по всей долине.

Вот как профессор может такое говорить - двигаться дальше. Тун должен забыть своего любимого? Как тогда двигаться дальше, если сердце переполнено болью от потери? Как пережить эту боль? Он до сих пор, если удается забыться и заснуть, просыпается с криком отчаянья, потому что ему каждый раз сниться один и тот же сон: он бежит к перевёрнутому пикапу, и тот на его глазах взрывается. Разве такое можно забыть? Нет. Тун будет это помнить, пока жив. И он посвятит себя тому, чтобы виновные в гибели его любви не остались безнаказанными...

Вернувшись домой, Тун сразу прошел к бару и налил себе виски. Залпом осушил стакан. Комок в горле немного смягчился. Надо собраться с мыслями и еще раз проанализировать все действия в задании, что ему предстоит. Может, ему удастся избежать той его части, где он должен влюбить в себя Тхана. Что за бредовая идея? Для чего это? Вообще, для чего им нужен этот Тхан? Тун так и не смог понять задумку профессора. А Мин тому еще и подыгрывает. Неужели для того, чтобы вывести Ли Бао на чистую воду, надо жертвовать чувствами Туна и Тхана? Или профессор знает что-то такое, чего не знают другие? Совсем голова идет кругом. Ладно, будем разбираться по мере необходимости, а сейчас надо уже начинать готовиться к выполнению задания.

Для начала Туну надо переехать в Штаты и обосноваться там. По легенде, которую ему сейчас подготавливают Генри с Ноком, он молодой специалист по духовным практикам. Обучался долгое время в Китае у тибетских монахов. В Штаты уехал за лучшей жизнью и так далее, и тому подобное.

Тун сел в асану и ушел в медитацию. В последнее время он стал чаще медитировать по новой методике, которую предложил ему Вянь Вянь, чтобы лучше подготовить себя к заданию. Он заметил со временем, что эта подготовка стала делать его более спокойным. Мысли перестали путаться, а боль в груди стала уменьшаться. Может, со временем он действительно сможет двигаться дальше? Он будет помнить своего любимого, пока будет жив. Но ведь как ни крути, Пхата не вернешь, а жить дальше как-то надо...

Настоящее время

Он сидел в коридоре у палаты Тхана и вспоминал все наставления профессора. Может, прав был Вянь Вянь, когда говорил, что продолжать жить дальше, это не предательство и что просто стоит попробовать... Да что же с ним такое?

Ему не давал покоя один вопрос - почему его так тянет к этому парню? Такое же чувство он испытывал лишь однажды - когда встретил Пхата. И сейчас на него нахлынули воспоминая о тех ощущениях, что он испытывал тогда, и он почему-то стал их сравнивать с теми, что испытывал сейчас. И чем больше он их сравнивал, тем больше ему становилось не по себе.

Воспользовавшись тем, что в коридоре никого нет, Тун подтянул на кушетку, где сидел, ноги и принял асану для медитации. Надо немного прийти в себя и успокоить разбушевавшиеся в нем чувства. Через десять минут он открыл глаза и удовлетворенно улыбнулся.

Вот где его носит? Пошел позвонить и пропал. Мы так не договаривались. Если ты мой помощник, то и должен быть всегда со мной... Стоп! Что это ты себя ведешь, как капризная девчонка? Угомонись! Он не твоя собственность. Да, Тхан, все же ты, похоже, влип по уши в этого парня. А ты не подумал о том, что он натурал? Тебе ничего не светит, так что успокойся, возьми себя в руки и прими его просто как друга. Если он тебя примет. Может ведь и не принять. Он ставленник отца и еще неизвестно, что ему тот поручил.

Задумавшись над всем этим, я не заметил, как вернулся Корн. Он тихо прошел в палату и устроился на диване.

Тихо сидя на диване, Тун наблюдал за Тханом. Было похоже, что тот внутренне с чем-то борется. Его лицо то и дело меняло свое выражение: то он грустный, то вдруг посерьёзнел. А сейчас его лицо приняло такое милое выражение, что у Туна сжалось сердце и тут же часто забилось. Ну все, вся медитация насмарку. Не думал он, что его сердце окажется таким непостоянным и что пойдет вразрез с его мыслями и желанием. Получается, что предатель здесь не он, и морально он никого не придает... «Так, что-то ты, Тун, опять куда-то не туда повернул», - мысленно одернул он себя.

Корн вел себя так тихо, что я скорее почувствовал его, нежели услышал. Я медленно повернул голову в его сторону. Так и есть. Сидит на диване и рассматривает меня. А я же, когда о чем-то думаю, не контролирую себя и выдаю все свои мысли лицом. Мне об этом господин Пак говорил. Вот же ж... Интересно, и что Корн увидел? А вот сейчас возьму и узнаю.

- Корн, - позвал я, специально обращаясь к нему неофициально, - ты когда пришел? Я тебя не заметил.

- Только что. Кхун был так занят своими мыслями, что я не решился вас прерывать.

- Послушай, мы можем все же обойтись без официальности?

- Как Кхун пожелает, - мне почудилось, или он пытается таким образом отстраниться от меня? А вот мы сейчас и проверим.

- Мне, может быть, приказать надо? - он молчит. Ладно. - Корн, подойди ко мне.

Объект моих желаний встал с дивана и медленно подошел ко мне. Пока он шел, я три раза сглотнул, таким сексуальным он выглядел. Кажется, я понял в чем дело - у меня же давно никого не было, а я – «тот самый, тот самый...»

Тун шел в сторону Тхана и мысленно пытался себя отвлечь, чтобы ненароком не выдать, что его влечет к этому парню. Превратившись в мистера безразличие, он подошел к кровати, на которой полусидел Тхан.

- Я слушаю ваш приказ, Кхун Тхан, - сказал он, слегка наклонившись в почтении.

Я чуть привстал и быстро, пока Корн не опомнился, обхватил его за шею и притянул к себе. Наши глаза встретились. Святой Будда, эти глаза. Да я умереть готов за то, чтобы эти глаза всегда смотрели только на меня. Я многого хочу? Да, я хочу этого парня. Всего целиком и прямо сейчас. Я безумно хочу чувствовать прикосновение его рук, тепло его тела, вкус этих чуть пухлых губ и слышать его страстное дыхание возле своего уха...

Не в силах себя больше сдерживать, я жадно прильнул к его губам... В голове что-то перемкнуло и появились какие-то вспышки. Тело стало подрагивать, и я как-то весь обмяк и повалился навзничь. Голову как будто кто-то сдавил. Я обхватил ее руками, не в силах терпеть боль. Каких-то пара секунд, и я отключился.

Когда Тхан прикоснулся своими нежными манящими губами к его, Тун чуть с ума не сошел - эти губы. Это его губы. Поцелуи этих губ он не забудет никогда. Это было как гром среди ясного неба.

Тун не успел опомниться, как с Тханом начало твориться что-то неладное. Он весь побледнел, обхватил голову руками, и с только что целовавших Туна губ слетел стон. Тхан повалился обратно на кровать и отключился. Чисто машинально Тун стал сканировать его потоки. Что-то с ними было не ладно, но что, он никак не мог понять. Надо бы в хорошую полноценную медитацию уйти и выяснить. А пока и этого достаточно, чтобы понять, что с этим парнем что-то не так. Было в его потоках что-то такое... искусственное что ли? Тун не мог пока разобраться. Но парню надо немного помочь.

Забыв, что только что произошло, Тун присел к Тхану на кровать, вошел в медитацию и стал воздействовать на него энергетически. Скоро дыхание Тхана стало ровным. Боль, что сжимала его голову, видно, отпустила, и он мирно заснул. Тун посидел еще немного рядом и поспешил уйти - надо разобраться теперь со своими чувствами и не пропустить сеанс связи.

Посмотрев еще раз на спящего, Тун тихо вышел их палаты...

Глава 11

Что-то здесь не так

Настоящее время

Придя на конспиративную квартиру, Тун не находил себе места. Он то и дело ощупывал свои губы и зависал. Губы Тхана и губы Пхата... Когда Тун делал ему искусственное дыхание, он не обратил на это внимание, а сейчас... Да что здесь не так? Не мог он так ошибиться и спутать. Или мог? Сколько времени прошло с их последнего поцелуя, когда Пхат чмокнул его на прощанье и укатил на скутере в деревню? Довольно много. Могло и позабыться. Они просто очень похожи, а еще Туну очень хочется, чтобы произошло какое-то чудо, и этот парень оказался бы его Пхатом. Очень...

Ладно, губы могут быть похожи, так как они похожи между собой, но вот ци Тхана вызывала недоумение. Она была похожа на его собственную ци. Поначалу, когда он вошел в медитацию и стал выравнивать потоки Тхана, он был ошарашен увиденным. У него было полное ощущение, что он слился с Пхатом. Но взяв себя в руки и рассмотрев все более тщательно, он понял, что это все же другая ци. Она так же похожа, но были еле уловимые отличия. И аура. У Тхана основной цвет отличается от цвета ауры Пхата. А еще присутствовала какая-то искусственность. Тун все больше и больше убеждался, что дело здесь нечисто.

Он присел за свой рабочий стол и включил компьютер. Пока тот загружался, достал из ящика стола герметичный контейнер и убрал в него ватную палочку со слюной Тхана, которую он взял, когда тот уснул. Встал из-за стола и убрал контейнер в сейф. Полдела сделано.

Он открыл на компе засекреченную папку с документами, что им удалось собрать за короткое время, на Ли Бао и Тхана. Мин даже нашел несколько упоминаний о сыне Ли задолго до трансформации Мэоу в Пхата. Самую малость, но и это хоть что-то.

Еще раз пробежался по ним. Вроде, все логично, но что же Туна так всегда настораживало во всем этом? Вот если бы Пхат был с ним, он наверняка нашел бы какую-нибудь зацепку. Тун всегда поражался его складу ума и неординарному мышлению. Он умел находить такие зацепки, которых никто не видел. И выпутываться из разных ситуаций, как, впрочем, и попадать в них.

Он усмехнулся, вспоминая выходки своего парня. Ему казалось, что Пхат такой из-за того, что он думает больше как девушка, но некоторые его поступки перечеркивали эти суждения. Взять хотя бы его профессиональные навыки - он, например, нисколько не уступал в рукопашном бою ни девушке, ни парню. Тун не раз в этом убеждался, вставая с ним в спарринг. Или как он придумал, а Нок воплотил в жизнь поисковую сетку. Да и потенциал каждого из ребят он смог разглядеть как никто другой и привлечь к работе. Агентство только выиграло от этого. Но судьба распорядилась так, что они потеряли лучшего из лучших агентов, а Тун потерял любовь всей своей жизни.

Тихо звякнул сигнал вызова, отвлекая Туна от грустных мыслей. Он нажал кнопку приема. На экране монитора появилось лицо профессора. Разница по времени у них приличная. В Бангкоке сейчас ночь, но Вянь Вянь выглядел довольно бодрым. Тун невольно усмехнулся - все же старик старается держаться молодцом и виду не показывать, что ему сложно.

Вянь сразу отметил незначительную перемену во взгляде Туна. Что-то парня сильно тревожило. Это нехорошо. Это не по плану. Надо его успокоить и привести его чувства в норму.

- Какие новости? - профессор решил, что лучше не тратить время на всякого рода церемонии приветствия и прочие.

- Новостей как таковых нет, но есть интересные моменты, которые хотелось бы разъяснить.

- Ты, главное, скажи - тебе удалось связаться с Тханом?

- Вот как раз об этом я и хотел поговорить.

- Так, что тебя так беспокоит? Я вижу, что ты как бы не в своей тарелке.

- Профессор, вы могли бы ответить мне на один вопрос?

- Спрашивай. Если это в моей компетентности, то, конечно, я отвечу.

- Какова вероятность того, что Пхат жив? - Тун вопросительно смотрел профессору прямо в глаза.

Вянь Вянь немного задумался над этим вопросом, почесывая себе подбородок. Не потому, что он не знал, что ответить Туну. Его больше волновала причина, по которой тот задал этот вопрос.

- Почему ты задаешь такой вопрос, мой мальчик? - профессор внимательно следил за Туном.

- Я познакомился с Тханом, профессор, и... Насколько могут быть похожи люди между собой?

- Ты вспомни Дью. Насколько он похож на своего брата?

- Они отличаются внешне, а здесь... - Тун замолчал и снова провел пальцами себе по губам.

- Что-то случилось? - от профессорского внимания не ускользнула эта деталь. Видно, действительно они встретились.

- Папа, - тихо сказал Тун, - если бы я не видел его гибель, я бы подумал, что Тхан — это Пхат. Мой Пхат, который вернулся ко мне целым и невредимым. Папа...

Вянь Вянь видел, как Тун борется со своими чувствами, но ничем не мог ему помочь.

- Тун, мальчик мой, тебе надо успокоиться. Если тебе легче так думать, то думай так. Может, это поможет тебе выполнить задание...

- Вы не понимаете, профессор, насколько они похожи. Я не говорю про внешнюю схожесть. Внешность здесь ни при чем. Ее можно подделать пластической операцией, и Тхан подтвердил, что ему делали пластику. Но... Они похожи своими повадками. У них у обоих аллергия на креветок и у них... - он запнулся. Не говорить же профессору, что у них одинаковые губы...

- Что у них?

- Глаза, - нашелся Тун. - У них одинаковые глаза. И его ци... Она почти такая же, как и у моего Пхата. Есть отличия, но ци может меняться...

- Ну, знаешь, это говорить лишь о том, что они вполне могут быть родными по крови.

- Это значит, что Ли Бао отец Пхата?

- А вот это и надо доказать. Ты же помнишь, зачем ты туда поехал?

- Да, помню. Но как мне переступить через себя и...

- В первую очередь ты агент, - строго сказал профессор, - и это твое задание. Ты хочешь его провалить?

- Нет, профессор. Я все выполню, как мы и планировали.

- Как ты будешь располагать к себе Тхана, это твое дело. Мин, конечно, переборщил, когда сказал, что тебе надо его влюбить в себя. Я понимаю его мотив.

Тун вопросительно посмотрел на Вяня. Это какой же мотив у Мина? Может, дело в том, то он тайно любит Мэоу и хочет, чтобы Тун забыл ее? Ладно, оставим это на потом. Сейчас надо уточнить кое-какие детали и продолжить работу.

Они еще поговорили о задании. Тун уточнил все, что хотел на данный момент. Профессор переслал ему еще кое-какие документы, которые раздобыл Нок, и они попрощались.

Попрощавшись с Туном, профессор нажал кнопку «Отбой» и откинулся в кресле. Неужели это действительно правда? Значит, Пак ему не солгал и дело принимает довольно серьезный оборот. Теперь надо быть очень осторожными и не упустить даже незначительную мелочь. Здесь есть над чем подумать.

Он хотел было позвонить Паку и задать тому несколько вопросов, но передумал. Если то, что сказал ему этот старый пройдоха, правда, то сейчас абсолютно не время раскрывать все карты. Поживем - увидим.

Полгода назад

Вянь в задумчивости сидел за чайным столиком и смотрел куда-то в даль. Ему никак не давало покоя сообщение от его старого друга Пак Е Чена. Они не виделись уже много лет, но поддерживали связь в переписке. То, что Пак написал ему в последнем письме никак не укладывалось в голове. Либо старый друг что-то темнит и утаивает, либо сам еще не разобрался. Надо будет заняться этим более серьезно, потому как сообщение это очень настораживает. Но пока об этом не должен знать никто. Особенно Тун. Надо встретиться с Паком и все прояснить.

Они договорились встретиться за крайним столиком кафе в аэропорту Пекина. Вянь приехал раньше, устроился, как и договорилась, и неспешно пил чай. Самолет из Далласа приземлится только через час, а значит, у него предостаточно времени, чтобы еще раз все обдумать.

Со своим старым другом детства Пак Е Ченом профессор встречался нечасто ввиду того, что тот жил и работал постоянно в США, а Вянь в Таиланде. К себе в агентство Вянь его не зазывал, да и не говорил ему о нем никогда. Е Чен был неплохим специалистом по работе с ци и очень бы пригодился в делах профессора, но Вянь достаточно хорошо знал своего друга, чтобы не доверять ему - вся секретность полетит к чертям, если кто-то предложит Паку больше денег. Деньги для Пак Е Чена всегда были на первом месте. И даже полувековая дружба не смогла бы уберечь его от соблазна продать какой-нибудь секрет на сторону.

Задумчиво крутя в руках фарфоровую чашечку с чаем, профессор пытался представить, зачем он понадобился Е Чену. Почему ему необходимо встречаться лично, если последние десять лет они просто переписывались и очень редко созванивались. Вянь поставил чашку на стол - чего гадать, вот Е Чен прилетит и расскажет, зачем ему так срочно нужен Вянь, да еще лично. И голос по телефону у того был какой-то встревоженный. Наверняка опять где-то накосячил и теперь будет просить помощи.

Время пролетело довольно быстро, и вот Вянь увидел Пака, идущего к нему. Выглядел он не очень. Точно где-то накосячил, и теперь Вяню придется распутывать то, что успел накуролесить его старый друг. Да, с таким другом и врагов не надо. Преподносил Пак нежданчики хоть и редко, но от них Вяню прилетало немало хлопот. Вот и сейчас, видно, его ждал очередной разбор косяков Е Чена.

Пак подошел к столику, за которым сидел Вянь, и устало присел рядом. Он молча налил себе чай, понюхал его и отпил глоток - да, умеет же профессор заваривать божественные напитки.

- Мы здесь разговаривать будем или найдем более удобное место? - спросил Вянь.

- Я не знаю, - ответил Пак. Ему только сейчас стало немного легче на душе, потому что старый друг был рядом и он сможет решить все его проблемы.

- Тогда допивай и поехали, - профессор неторопливо встал, давая понять, что рассиживаться он не собирается.

Е Чен быстро допил чай - оставлять этот божественный напиток было выше его сил - и поспешил за Вянем. Они пришли на парковку. Здесь их ждала арендованная машина с водителем. Расположившись на заднем сидении, Вянь назвал адрес, по которому их надо было отвезти. Доехали они быстро. Вянь распорядился, чтобы машину подали к трем часам по полудню, и отпустил водителя.

Они вошли в задание отеля и поднялись на самый верхней этаж, в апартаменты, где остановился профессор. Бывая в Пекине, Вянь всегда останавливался в этом отеле и именно в этом номере. Отсюда открывался потрясающий вид на город. Но сейчас было не до любования красотами Пекина. Надо срочно выяснить, куда снова вляпался старый болван Пак.

Усевшись в кресле, Вянь махнул Е Чену рукой, приглашая того устроиться на диване. Пак послушно присел. Он чувствовал себя сейчас как нашкодивший школьник перед учителем. Он сидел и теребил подол своего пиджака.

- И долго будешь молчать? - Вянь решил не тянуть резину и сразу все выяснить. - Ты же знаешь, что весь мой график забит, и я...

- Помоги мне, Вянь, - жалобно протянул Е Чен.

Профессор вздохнул. Значит, точно влип по самые уши.

- Рассказывай.

- Понимаешь, мне срочно были нужны деньги, и я...

- А когда они тебе были не нужны? - профессор усмехнулся.

- В этот раз действительно дело было серьезным и ...

- Кто на сей раз? Танцовщица или актриса? - Вянь очень хорошо знал своего друга - тот был бабником и все деньги спускал на женщин. В основном на проституток. - Когда же ты остепенишься? Возраст уже не тот. Давно было пора обзавестись семьей, детьми...

- А ты, я смотрю, ими обзавелся? - съязвил в ответ Пак.

- Ну, ты меня с собой не сравнивай. Да, я не женат, но у меня есть ребенок. И я в отличие от тебя по женщинам не бегаю. У меня другие предпочтения.

- Мужчины?

- Е Чен, ты говори, да не заговаривайся. Говори, что тебе от меня нужно или проваливай отсюда, - терпение Вяня было уже на исходе.

Пак посидел немного, собираясь с мыслями. С чего бы начать, чтобы Вянь его сразу не выгнал. Эх, была не была:

- Прости, Вянь, но я связался с Ли Баю, - скороговоркой сказал Пак и даже зажмурился.

- С кем ты связался? - у Вяня даже дар речи пропал. Он не ослышался? Вот сколько раз он предупреждал Пака, а он все же влез в петлю. И что теперь?

- Прости, но он сам на меня вышел, а я побоялся ему отказать. Ты же сам говорил, что он страшный человек, - все так же скороговоркой продолжил говорить Е Чен.

- Так, успокойся и говори нормально. Хватит тараторить. Голова от тебя начинает болеть, - Вянь нахмурился.

- Прости, дружище, но мне... Мне страшно, - почти шепотом сказал Пак.

- Давай рассказывай с самого начала и желательно со всеми подробностями. Не торопись, а то пропустишь чего, - профессор усмехнулся.

Он сел в кресле поудобней и приготовился слушать душещипательную историю Пака - любил его друг иногда приукрасить. Хотя что здесь приукрашивать?

Собрав все мысли в кулак, Е Чен начал рассказывать. Он вкратце рассказал, как Ли на него вышел, а вот о том, для чего тому оказался нужен специалист по энергетическим потокам, он стал рассказывать основательно, стараясь не упустить даже самой незначительной мелочи. Для него это, может, и мелочь, но для Вяня, это может оказаться кладезем информации.

- Так когда он показал тебе человека, он не сказал кто он и что? - задал уточняющий вопросы профессор.

- Как он мне объяснил, этим он хотел проверить мою компетентность.

- Ну-ну, ну-ну, - задумчиво покивал головой Вянь и продолжил слушать дальше.

Пак тем временем рассказал, что он определил, что перед ним молодой парень с очень сильной ци. Такую ци Пак еще никогда не видел. На этом месте Вянь насторожился.

- А когда это было?

- Да примерно полгода назад, - ответил Пак и очень удивился, когда увидел, как изменилось лицо его друга. - Вянь, что-то не так?

- Все хорошо. Продолжай, - профессор с этого момента стал слушать еще внимательней. Неужели Е Чен сейчас рассказывает о Пхате?

Переведя дыхание, Пак, продолжил свой рассказ. Оказалось, что в действительности этот молодой человек является сыном господина Ли, который по стечению обстоятельств жил долгое время с матерью и был воспитан ею в ненависти к отцу. А теперь Ли хочет, чтобы сын был полностью на его стороне, а для этого нужно сделать подмену воспоминаний.

Профессор сделал знак, чтобы Е Чен остановился, и встал с кресла. Он нервно прошелся по комнате, постоял немного у окна и, вернувшись обратно к креслу, сел. Потом снова встал и подошел к барной стойке, где у него стояли все принадлежности для приготовления чая.

- Тебе заварить? - спросил он Пака.

- Обязательно. Когда я отказывался от твоего чая? Да выпить чашечку божественного напитка, сделанного твоими руками, это просто счастье.

- Прекрати мне льстить. Это все равно не поможет, - отмахнулся от друга Вянь, но в душе все равно было приятно.

Пока профессор заваривал чай, он еще раз обдумал услышанное. Получается, что сын все же существует. Или это Пхат? Ведь людей с чистой сильной ци не так много, да и по времени совпадает. Это вполне мог быть он. Но Ли сказал, что это его сын. Зачем ему представлять Пхата в роли своего сына? Какой у него в этом интерес? Или все же есть? Столько вопросов и ни одного ответа.

Он вернулся к креслу с двумя чашками чая и передал одну Паку.

- Продолжай. Я внимательно слушаю. Пока не вижу никаких проблем.

- Я вот тоже думал, что никаких проблем не будет, но... - Пак немного задумался, вспоминая его мысленный разговор с тем парнем. - Я в обход Ли пообщался с парнем и рассказал ему, что хотят удалить его личность. Мне почему-то стало его жалко что ли. Не знаю, но что-то мне внутри подсказывало, что совсем удалять ее не стоит.

- Выгоду хотел очередную поиметь? - профессор посмотрел на друга через щелку прищуренных глаз.

- А если и так? - раздраженно ответил Пак, но тут же осекся. Злить профессора - себе дороже. - Ну, мало ли что может случиться. Может, этот мальчик пригодится мне в будущем?

- Дальше что?

- Короче, я его уговорил и сделал клона подсознания...

- Что ты сделал? - профессор аж встал. - Ты с ума сошел? Ты представляешь во что это может вылиться? Сумасшедший. Чему тебя только учили? - он снова нервно заходил по комнате.

Вот такого поворота Вянь не ожидал. Он безумец, раз пошел на такое. Это же так разрушить ци можно. Боги, что будет с этим бедным малым?

- А вот теперь прям по буквам рассказывай, что и как делал, - Вянь остановился напротив Пака и навис над ним.

- Вянь, ты меня пугаешь. Успокойся, присядь обратно в кресло, попей чай...

- Ты мне зубы не заговаривай. Как ты мог пойти на такое безумство? - профессор прям упал в кресло.

- Я все сделал, как нам рассказывал учитель, и все получилось. Этот мальчик в сознании, потоки в норме. Просто у него нет воспоминаний о себе. Они все остались с его настоящим сознанием, которое я закрыл на нижнем уровне.

Он стал рассказывать, как он все делал и что получилось, стараясь говорить как можно подробней, как просил его Вянь.

- Но раз все так закончилось, я тебе зачем? - профессор был поражен, что у Пака, который никогда не отличался выдающимися способностями, получилось такое разделение сознания.

Когда они, еще будучи молодыми, учились овладевать потоками и прочим премудростям у старого учителя Су Сяня, Е Чен вечно отставал от всех учеников и слыл неумехой. И вдруг он это сделал. Су Сянь предупреждал их тогда, что это настолько тонкая методика, что прибегать к ней не стоит. Что для ее осуществления нужны годы практики. А этот придурок...

- Ладно, сделал. Я-то тебе зачем?

- Мне нужна твоя помощь, - Пак потупил глаза. - Я все же что-то не так сделал, - на этих словах у профессора защемило сердце. - Я не могу пройти через барьер, который поставил.

- Да, ты должен был подумать об этом раньше, - закончил за него Вянь.

Пак замолчал, а профессор погрузился в раздумья, почесывая себе подбородок. С одной стороны, было интересно, как у Е Чена это получилось, а с другой стороны, стало действительно жаль парня – он, может, и не умрет, но жить без личности...

- Ты ему хоть личность создал?

- В общих чертах, которые предложил Ли Бао, но парень оказался непростым. Или ци у него такая, но он совершенно не подчиняется. А исправить что-то я не смог, потому как не могу добраться до его настоящей личности. Вянь, помоги.

- А что ты так боишься? Тебе же денег отвалили, думаю, немалых. За жизнь его боишься? Ты же никогда и никого не жалел.

- Я за свою жизнь боюсь. Если что-то пойдет не так, Ли Бао меня уничтожит.

- Об этом надо было думать раньше.

- Ну, Вянь, я по дружбе тебя прошу, помоги мне.

- Здесь не тебе помогать надо, а тому парню, которого ты почти угробил.

Вянь махнул рукой, давая понять Паку, что не намерен с ним сейчас разговаривать и чтобы тот не мешал ему обдумывать все услышанное.

- Я на колени могу перед тобой встать, - Пак в отчаянье не знал, что ему делать. Все же жизнь была дороже.

- Мне надо все обдумать и решить, как исправить то, что ты натворил. А сейчас прошу, оставь меня.

И профессор снова погрузился в размышления.

Глава 12

Я не верю

Настоящее время

Ну вот, я снова один и все так же лежу в палате. Сколько я проспал? Я посмотрел на часы - восемь утра. Значит, я вчера уснул и до утра проспал, не просыпаясь. При этом мне ничего не снилось. Очень странно. И что вчера произошло, что меня так срубило? Последнее, что помню, это как Корн сидел вон там, на диване. И все. Мне снова что-то вкололи? Как же достало все это. Так, а где, собственно говоря, Корн?

А что это я все лежу? Пора бы уже домой. Сказано - сделано. Я довольно бодро встал и собрался. Да, собственно, и собирать было нечего. Нажал кнопку вызова медсестры. Она прям прибежала, вся такая взъерошенная.

- Что-то случилось, господин Тхан?

- Скажите врачу, что я выписаться хочу.

- Господин Тхан, господин Ли просил вас без него не выписывать. Он скоро подойдет. Подождите немного, господин Тхан.

Она говорила, конечно, же на английском. На каком же еще, если мы в Штатах. Я ее хорошо понимал и отвечал. Значит, я язык учил и не забыл. Это уже хорошо. Вот врачи, что со мной постоянно возились, говорили на тайском. И в агентстве почти все говорят на тайском. Проверить свое знание языков я смог только сейчас. Почему-то это меня обрадовало. Значит, еще не все потеряно, и память может вернуться.

Окрыленный таким для себя открытием, я уселся на кровать и стал ждать отца. Время как-то медленно тянулось. Блин, мне стало скучно. Я стал оглядываться, пытаясь найти, чем бы заняться. И тут на полу возле тумбочки я заметил какую-то бумажку. Я ее поднял и увидел, что это записка. Она, видно, лежала на тумбочке, и ее сдуло. На ней были записаны номер телефона и имя - Корн. Так он мне свой номер оставил, и я теперь смогу с ним связаться. Здорово! Погоди-ка, получается, я первым должен звонить? Вот ведь...

Я встал с кровати и начал ходить по палате назад-вперед, обдумывая свои действия. Вот я позвоню и что скажу? Я соскучился. А он мне ответит, что я дебил. А кто я еще? Нет, так не пойдет. Надо что-то придумать, чтобы он сам первым позвонил. Так, а почему он вообще не здесь, со мной, если отец его ко мне приставил? Вот это удивительно. И вообще, я долго буду тут сидеть?

Неожиданно дверь в палату открылась, и в нее вошел отец в сопровождении врача, господина Пака и... Он все же пришел. Я еле сдержал улыбку, увидев среди вошедших Корна. Мне показалось или он был чем-то смущен? Я стал внимательно к нему приглядываться и чуть не пропустил вопрос отца:

- Тхан, ты действительно в порядке или тебе еще немного побыть в больнице?

- О, нет, отец, со мной все просто замечательно, и я хотел бы уже вернуться домой.

Отец смотрел на меня и о чем-то думал. Что на сей раз он хочет предпринять?

- Хорошо, ты вернешься домой, но не туда, где ты жил последнее время.

Это что-то новенькое. Куда это он собирается меня отправить? Становится все интересней и интересней. То он меня из агентства не выпускает, даже с Паком, то теперь хочет куда-то переселить.

- Куда я должен буду поехать? - все же решился спросить я.

- В наш дом. Или ты думал, что я постоянно живу в агентстве? Просто, когда ты приехал, я затеял его перестройку, чтобы нам было комфортней жить в нем вместе. Мы же не наладили свои отношения. А потом ты попал в аварию, и я остановил ремонт - не до этого было. Когда ты начал поправляться и оказалось, что ты потерял память, я решил, что тебе со мной в агентстве будет лучше. Но теперь, когда появился господин Корн, ты можешь переехать в наш особняк. Ты будешь жить там, а Корн будет тебе во всем помогать.

- А ты, отец? Ты будешь по-прежнему жить в агентстве? И как мы тогда сблизимся? - вот это действительно как-то двояко.

С одной стороны, я еле сдерживал себя от радости, что мы с Корном будем жить вместе. Ну, как вместе. По крайней мере, в одном доме, а там видно будет. А с другой стороны, я не смогу следить за отцом, чтобы выведать его планы в отношении себя. Вот чует мое сердце, что не все так просто. Ему, походу, даже выгодно, что я память потерял. Он мне все что угодно в уши может налить, а мне придется во все это верить. Блин, как же мне не хватает единомышленников. Ну хоть кого-то. С кем можно поделиться, спросить совета или просто поговорить. Я посмотрел на Корна.

Тун, как только вошел в палату, старался не встречаться взглядом с Тханом. Он все еще чувствовал его поцелуй на своих губах. А он, вроде бы, будто забыл. Или делает вид, что забыл? Не разберешь по его выражению лица. Оно у него сейчас очень странное - эмоции на нем отражаются противоречивые. Неужели он так на него реагирует или... Тун посмотрел на Ли Бао. Нет, похоже, Тхан так реагирует на своего отца. Что же между ними произошло?

Сегодня утром, когда Тун собирался к Тхану в больницу, ему позвонил Ли Бао. Это было слегка неожиданно. Тот попросил зайти к нему в рабочий кабинет. Тун собрался, мысленно привел себя в порядок и пошел выяснять, что Ли от него нужно.

Ли Бао встретил Туна, сидя за рабочим столом и перебирая какие-то бумаги в папке. Отложив документы, он посмотрел на Туна.

- Господин Корн. Я не буду ходить вокруг да около, а сразу перейду к делу. Как я уже говорил, я нанял вас в помощники своему сыну.

- Изначально вы говорили, что вам нужен специалист по работе с внутренней энергией, - решил уточнить Тун.

- Да, это так. Изначально мне нужен был именно такой человек. Но получив все подтверждения по вашему резюме и кое-что еще сверху, - Ли указал на документы, что только что просматривал, - я пришел к выводу, что вы именно тот человек, который сможет восстановить моего сына.

А вот это уже становится интересно. Значит, Ли Бао хочет взять под контроль энергетические потоки Тхана. И для чего же ему это нужно? Насколько Тун уже успел заметить, у Тхана довольно сильная ци. Но он не углублялся в ее изучение. Ему не это надо было. Когда планировали задание, то думали, что Тун будет работать с самим Ли, а выходит, что надо работать с его сыном. Что-то здесь все же не так.

- И что я должен делать с вашим сыном?

- Вы же в курсе, что мой сын попал в аварию, после которой лишился памяти? - Тун утвердительно кивнул. - Так вот. Господин Пак уверил меня, что через медитативную практику можно восстановить пусть и не всю память, но хотя бы физическую.

- Так вроде он физически сейчас здоров или это не так?

- Вы меня не совсем правильно поняли, господин Корн. Под физической памятью я имел ввиду все навыки, которыми он обладал до аварии. Он был хорош в рукопашном бою, например. Разбирался в электронике и много еще чего. Но сейчас он как бесполезный овощ.

- Чем же я могу помочь? Вот господин Пак пусть этим и занимается, а я...

- У господина Пака не такая сильная энергетика, как у вас, и он не сможет справиться с эти заданием.

- А почему вы думаете, что у меня она сильнее?

- Из ваших рекомендаций это видно.

«Вот вернусь в агентство, спрошу с Нока, что он мне там приписал», - подумал Тун, а сам просто улыбнулся в ответ на пристальный взгляд Ли Бао.

- Я, конечно, практикую медитацию и управление потоками ци, но вот тем, о чем вы говорите, я не занимался и поэтому...

- Я не прошу вас, господин Корн, сию секунду восстановить память моему сыну. Просто побудьте с ним, понаблюдайте. Если надо, помогите и направьте. Станьте ему другом...

- В смысле? - Тун не понял, какую Ли ему дружбу с Тханом предлагает.

- В прямом. Он один. Он ничего не помнит. И меня не помнит и общаться со мной почему-то не желает. Я хочу, чтобы вы помогли ему открыться. Вернуть ему уверенность в себе. Не буду скрывать - в прошлом у нас с ним были натянутые отношения, но мне нужен приемник. Я уже немолод, и мне пора отойти от дел, и мой сын должен возглавить мой бизнес. Но для этого он должен мне всецело доверять. И я ему тоже должен доверять, а у нас с ним как раз этого нет.

- Если я правильно вас понял, я должен буду постоянно быть с Тханом, докладывать о всех его действиях и вернуть вам послушного исполнителя ваших приказов?

Ли Бао пристально посмотрел на Туна. Его ему порекомендовал очень надежный человек. В дополнение все из резюме этого парня подтвердилось. Одно то, что ему пришлось уехать из Таиланда из-за участия в коррумпированной схеме и теперь он преследуется тайскими властями, делало его довольно удобным человеком, которым в случае чего можно манипулировать. А раз так, то он должен за деньги сделать все, что Ли надо.

- А вы догадливый, - Ли Бао прищурился, разглядывая Туна. - Если вы это сделаете, то получите достаточное вознаграждение, чтобы прожить безбедно на каком-нибудь острове.

Тун, как и положено в таком случае нечистому на руку человеку, ухмыльнулся, помотал головой и погрозил пальцем Ли Бао:

- Вам следовало бы с этого и начинать, - он состроил из себя того, кого и хотел видеть Ли - жадного до денег и готового на все. «Да, - подумал Тун, - карму придется отмывать».

- Значит, мы поняли друг друга? - Ли ухмыльнулся в ответ.

- Тогда нам стоит обговорить некоторые детали и поставить под этим подпись, - продолжал играть роль Корна Тун.

Ли Бао пригласил его жестом присесть к столу, и они начали составлять план действий. По нему выходило, что Корн должен будет полностью контролировать Тхана, направлять его в нужное Ли Бао русло. Заниматься с ним медитацией, чтобы тот вернул себе определенные навыки. А также следить, чтобы не вернулась основная память, и если надо, то Корн может даже поставить дополнительный ментальный блок на его подсознание. В этом месте Тун испытал омерзение к Ли. Как так можно относиться к собственному сыну? Такие действия со стороны Ли Бао наводят на мысли, что Тхан и не сын ему вовсе. Впрочем, это Туну и предстоит выяснить при первом удобном случае.

Составив договор и подписав его, два довольных человека - Тун, играющий роль Корна и Ли, предвкушающий победу над врагами за счет Тхана, -направились в больницу.

Наблюдая за отцом и сыном, Тун отметил для себя, что Тхан не помнит отца и поэтому не выказывает к нему своей любви, а вот Ли Бао как-то совсем не тянет на любящего родителя. Это как-то и озадачивало, и настораживало одновременно. Ну ничего, подумал Тун, он неспеша во всем разберется. В данный момент у него руки развязаны - Ли Бао дал ему полную свободу действий. Но это не означало, что Тун мог расслабится - наверняка Ли негласно приставил кого-нибудь следить за ним и докладывать о всех предпринимаемых действиях. Вот как раз это и надо будет использовать в свою пользу. Как именно, это он на очередном сеансе связи обговорит с профессором.

- Мы можем собираться, - Ли жестом показал сыну на выход.

- Я уже собрался, - ответил я, поглядывая при этом на Корна. Какой-то он сегодня загадочный. Ну ничего, вот останемся наедине, и я все разузнаю.

Я подхватил сумку и направился к выходу. Когда я проходил мимо Корна, он ловко перехватил у меня сумку.

- Я помогу, - сказал он, глядя мне прямо в глаза. Сердце стой, сволочь. Ты же меня сейчас с потрохами выдашь. Я перевел дыхание.

- Да я как бы...

- Вам еще надо окрепнуть после случившегося, - Корн так мне улыбнулся, что я снова перестал дышать.

Да блин, я что, каждый раз так замирать буду? А ну нафиг - и я быстрым шагом направился вон из палаты, подальше от объекта своих желаний.

Посмотрев Тхану вслед, Тун не смог сдержать улыбку. Вот так же делал Пхат... Почему он продолжает их сравнивать? Видно, он очень сильно скучает по своему чертенку. Настолько, что готов принять Тхана... Стоп - Тун даже испугался свой мысли. О чем он только что подумал? Нет, этого не может быть, он не мог вот так вот... Он прислушался к себе. Сердце учащенно билось. Так, как оно обычно билось рядом с Пхатом. Взяв себя в руки, он последовал за Тханом на выход.

Они приехали в дом, где Туну, вернее Корну, и Тхану предстояло жить. Это был довольно роскошный особняк, окруженный большим красивым садом. Тун отметил про себя, что Пхату бы здесь понравилось.

На пороге их встретила домоуправляющая Лин и пригласила войти. Ли Бао провел их внутрь, отдал прислуге кое-какие распоряжения и пригласил парней осмотреться.

- На втором этаже расположены спальни. По правую сторону твоя, Тхан, по левую может занять господин Корн. Моя спальня на третьем этаже и имеет отдельный вход со стороны веранды. Располагайтесь, обживайтесь, а мне надо в офис.

- Господин Ли, - Тун остановил его, - а я могу поехать с вами? Мне надо забрать свои вещи, да и моя машина осталась на парковке агентства.

Туна надо было под каким-нибудь предлогом оказаться рядом с Ли. Вдруг ему удастся получить какой-то образец.

- Вы можете отправить слуг за своими вещами и за машиной, - Ли явно не хотелось находиться в обществе Корна.

- Отец, мне кажется, что не стоит доверять сбор личных вещей прислуге, ты не находишь?

Тун покосился на Тхана. «А он знает, что сказать», -отметил он про себя.

- Есть вещи, которые я не хотел бы доверять посторонним, - продолжил идею Тун.

Ли устало посмотрел сначала на Тхана, перевел взгляд на Корна. Да, эта парочка, похоже, уже спелась. Он жестом показал, что Корн может ехать с ним и направился к выходу. Тун поспешил за ним. И вот снова я один, если не считать прислуги.

Они ехали молча. Тун искоса наблюдал за Ли, оглядывая его в поисках упавших волос, но его одежда была безупречна. «Ничего, подумал Тун, - в этот раз не найду, найду в другой».

В агентстве Ли попрощался с Корном и быстро ушел к себе в кабинет, а Корн поднялся к себе в апартаменты, где жил эти две недели, быстро собрал вещи и отправился на парковку при агентстве за своей машиной.

Туну повезло быстро добраться до квартиры - начинался час пик. Чтобы совсем не попасть в пробку, он не стал тратить время на лишние сборы. Взял все самое необходимое, отправил закодированное письмо профессору, в котором рассказал, что теперь ему предстоит жить с Тханом под одной крышей, и вернулся в особняк Ли.

У входа его встретил Паркер - мужчина старше среднего возраста, работающий в доме привратником. Он предложил господину Корну пройти в зал на первом этаже, где уже накрыли ужин. А сам он отнесет вещи в комнату господина и поставит машину в гараж. Тун даже немного растерялся. Он хоть и вырос в богатой семье, но привык все делать сам. Вот и сейчас он хотел было отказаться, но вспомнил, что он сейчас Корн, а тот от прислуги не отказался бы. Переключив себя на роль Корна, Тун снисходительно улыбнулся и отдал дорожную сумку. Паркер принял сумку, поклонился и жестом пригласил господина Корна пройти в дом.

Зайдя в столовую, Тун огляделся. Довольно большей стол был накрыт всевозможными блюдами. Здесь можно было найти, пожалуй, все что душе угодно. Две служанки под руководством Лин продолжали накрывать на стол. Оглядев его, Тун позвал Лин.

- Мадам Лин, - он напустил на себя важный вид, - уберите со стола все блюда с креветками. И впредь их не должно быть не только на столе, но и в доме, если вы не хотите смерти своего молодого господина.

- Простите, господин Корн, за мою оплошность. Меня никто не предупредил, что у нашего господина аллергия на морепродукты.

- Не на морепродукты, а на креветок, - Тун все сильнее и сильнее вживался в роль Корна. Сейчас он должен сказать что-то грубое. - Вы поняли? Выполняйте! - Лин побежала исполнять приказ.

Тун мысленно попросил прощения у госпожи Лин за Корна. Сколько ему еще придется играть эту роль, он не знал, но твердо решил, что, когда все кончится, он обязательно свяжется со всеми теми, с кем будет общаться Корн, и извинится перед ними.

Я стоял на нижней ступени лестницы и молча наблюдал. Мне не очень нравилось, как Корн обращается с прислугой. Надо бы ему об этом сказать. Пусть он говорит мягче и спокойнее. Я понимаю, что он хочет сделать лучше для меня, чтобы мне снова не стало плохо, но можно это делать как-то помягче. Подумав так, я недовольно фыркнул. Корн обернулся и посмотрел на меня. Что-то изменилось в его лице. Мне стало как-то не по себе. Что это с ним? Такая разительная перемена. У меня по спине пробежался холодок. Я поджал губы и прошел к своему месту за столом. Горничные тем временем убрали со стола все блюда с креветками. Но и без них тут достаточно всего, чтобы насладиться. Ну что же, приступим к еде. Только сейчас я почувствовал, как проголодался. Ладно, сначала желудок, а потом нравоучения.

Глава 13

Первый день в доме

Надо бы пойти прогуляться по саду и по особняку. Присмотреться что да как. Может, Корна с собой пригласить? Ну, так как-нибудь ненавязчиво. Должны же мы как-то налаживать контакт. Вот только как к нему подойти с этим предложением? Он сегодня какой-то странный. Колючий и отталкивающий. Прям мороз по коже, глядя на него. И как с таким жить в одном доме? Брррр....

Пока я размышлял над тем, как лучше предложить Корну пойти прогуляться, он куда-то делся. Я огляделся. Странно, вот только что он сидел за столом и вот его нет. И где он? Я вышел из-за стола и решил подняться пока к себе в комнату. Заодно проверить, может, Корн пошел к себе.

На этаже его не было. Проходя мимо двери спальни Корна, я замедлил шаг и прислушался. Из комнаты не раздавалось ни звука. Может, он и не заходил к себе? Пожав плечами, я двинулся дальше в сторону своей спальни. Зайдя в комнату, я еще раз оглядел ее. Ничего вроде так. Большая, просторная, но мне все равно не с чем было сравнивать. Если только с больничной палатой или апартаментами в агентстве. Здесь, как ни крути, подобие дома – уютно, по крайней мере. Я сел на кровать и в задумчивости стал водить рукой по покрывалу.

Раздался стук в дверь. Я удивленно посмотрел в ее сторону. Кто бы это мог быть? Прислуга? Я встал и подошел к ней. Чуть подождал, собираясь с мыслями, и открыл ее.

На пороге стоял Корн. Он переоделся в более удобный спортивный костюм темно-изумрудного цвета. Этот цвет так ему шел, что я невольно залюбовался. На моем лице расползлась довольная улыбка. Так, стоп! Я вовремя себя тормознул. Что это я, как придурок, здесь улыбаюсь. Соберись!

- Вы что-то хотели, Кхун? - обратился я к Корну. Вот пока он не перейдет на дружеский тон, я тоже буду с ним официально.

- А мы снова на вы? - улыбаясь, спросил он.

Божички-коровушки, эта улыбка словно контрольный выстрел в мое и так полностью пропавшее от любви сердце. Я как-то размяк. Выглядел он сейчас потрясающе. От непонятной холодности и колкости не осталось и следа. Сердце мое трепыхалось так, что вот-вот готово было выпрыгнуть. Все же надо с этим что-то делать. Может, мне успокоительного попить? Думаю, не поможет. Здесь только крепкие объятья в силах меня спасти. И не абы кого, а именно вот этого, стоящего передо мной красавца. Я сглотнул, представляя себе, как это могло быть.

- Так ты же сам... - начал было я, но остановился. Вот зачем сейчас это выяснять? - Ты что-то хотел?

- Я вот подумал, что неплохо было бы пройтись по свежему воздуху, прогуляться, посмотреть сад. Как ты на это смотришь?

То, что он так непринужденно со мной общался, меня сразу как-то успокоило и расслабило. Конечно же, я пойду с тобой. И не только прогуляться по саду, но и дальше. Я готов следовать за тобой, куда бы ни завела нас судьба. Я все это подумал, а сам сказал:

- Да, мы можем пройтись. Я только переоденусь. Ты проходи, не стой на пороге. Я быстро, - сказал я, пропуская его в комнату, а сам ринулся в ванную переодеваться.

Тун зашел в комнату Тхана, проводил того взглядом до ванной и огляделся. Комната была почти такой же, как его. Минимальный набор мебели, никакой вычурности, как, например, в гостиной или в столовой. Даже чуть по-спартански. За небольшим отличием - в комнате Туна не было такого большого дивана, который стоял здесь почти во всю стену. В ожидании Тхана Тун на него и присел. Мягкий, удобный, почти такой же, как у его родителей в доме - отметил он про себя.

Переодевшись тоже в спортивный костюм нежно-небесного цвета, я вышел из ванной комнаты и застыл на месте. Я увидел Корна, который сидел на диване, откинувшись на спинку и похоже было, что он спал. Я что, так долго переодевался, что он заснул? Это даже хорошо. Я тогда смогу его рассмотреть, не привлекая к себе внимания.

У него была такая поза, что он показался мне очень величественным и грациозным, и его совсем не хотелось будить, чтобы не нарушить этот вид. А еще мне это что-то напомнило. Было ощущение, что я уже видел такую же картину. Может, ко мне возвращается память? С чего бы тогда у меня такое чувство дежавю?

Я тихо подошел к дивану и стал рассматривать спящего. Мне прям несказанно повезло. Аккуратно присев к нему поближе, я стал рассматривать его лицо. Высокий прямой нос, высокие скулы и узкий подбородок - он действительно мой типаж, насколько я мог понять. Его губы... Такие манящие... Так хотелось прикоснуться к ним и ощутить нежность и мягкость... Не успел я опомниться, как уже целовал их, а они... Они отвечают мне?

Открыв глаза, я увидел склонившегося надо мной Корна. Он что-то говорил, но я не мог разобрать слов. В голове гудело, как в улье. Я невольно схватился за голову. Как же больно...

Тун почувствовал прикосновение к своим губам. Оно было такое нежное и чувственное, а еще очень знакомое. Так мог целовать только один человек. Поддавшись порыву, Тун ответил на поцелуй, но тут же в голове мелькнула мысль, что этого не может быть, это всего лишь сон. Ну и пусть сон. Такой прекрасный сон. Туну совсем не хотелось просыпаться. Он обнял целовавшего его человека и почувствовал, как тот как-то неестественно обмяк в его руках. Тун открыл глаза и понял, что это был не сон и он обнимает Тхана, а тот, похоже, потерял сознание. Что с ним? Тун быстро проверил жизненные показатели: дыхание отрывистое, пульс бешенный, а сам Тхан как тряпичная кукла.

Уложив его на диван, Тун сел рядом в асану и вошел в медитацию. Подготовив свою ци, как ему рассказывал профессор, Тун подсоединился к ци Тхана. Как и в прошлый раз, его потоки были стабильны, но ци носилась по ним, как будто за ней кто-то гнался. Тун начал успокаивать ее. На его удивление, ци послушалась с первого раза и стала успокаиваться. Ему даже почудилось, что ци испытывает эмоции. Такого он раньше никогда не наблюдал. Ему стало очень интересно это непонятное для него явление, и он решил немного углубиться и посмотреть разные уровни. Это верхний основной уровень. Сейчас бешенный поток утихомирился и принял положенную ему скорость. Тун почувствовал, что Тхан перешел из бессознательного состояния в состояние сна. Это хорошо. Пусть спит, а Тун пока разберется, что же здесь не так и почему у этого парня такие непонятные энергетические всплески. Это уже второй всплеск, который наблюдает Тун.

Разобравшись с основным уровнем, Тун решил проверить следующий. Он сосредоточился, но его ожидал сюрприз - уровень был закрыт. И не просто закрыт, а прям запечатан. Не об этом ли говорил профессор?

Три месяца назад

Он полностью собрался. Завтра он отправляется в Штаты и начинает жить под чужим именем, с чужой историей жизни... Да, это его первое задание и такое сложное. Но если не он, то кто? Он должен выполнить поставленную перед ним задачу, насколько бы сложной она ни была. Ради памяти Пхата. Тун подошел к комоду, на котором стояли фотографии. Вот они вместе с Пхатом сделали селфи на обрыве. А это вместе с ребятами, а вот его любимая фотка - Пхат на своем верном Дукати... Жаль, нельзя забрать с собой, но он постарается запомнить.

Его отвлек звонок в дверь. Наверное, профессор пришел с очередным тестом или еще что. Тун поставил фото Пхата на место и пошел открывать.

Это действительно был профессор. Он неспешно прошел в квартиру и по привычке уселся в кресло. Когда-то Тун с Пхатом специально купили его именно для Вянь Вяня, думая поставить оное в его квартире, но все как-то было не с руки, и кресло продолжало стоять у Туна в гостиной. Как-то раз, придя к ним, профессор расположился в нем, и по нему было видно, что ему очень комфортно. Уходя, Вянь обернулся и сказал:

- Вы кресло никуда не убирайте, а поставьте рядом еще чайный столик, - так в квартире Туна появился уголок Вяня.

Вот и сейчас профессор уютно устроился в своем кресле. Тун включил чайник и принес чашки - почаевничаем напоследок. Когда еще удастся вот так посидеть?

- Ты уже собрался?

- А что мне собирать? Так, по мелочи для видимости, что уезжал в спешке, - усмехнувшись, ответил Тун.

- Так это тоже с умом надо собирать. Покажешь?

- Не доверяете?

- Я тебя знаю. Наверняка фотку где-то заныкал...

Тун укоризненно посмотрел на профессора. Неужели он не доверяет ему или просто подшучивает? Ладно. Тун прошел в спальню и вынес оттуда сумку, что собирался взять с собой. Плюхнул ее у ног Вяня. Тот невольно их пододвинул.

- Да пошутил над тобой старик, а ты и разозлился?

Профессор покачал головой. Все же мальчик так окончательно и не избавился от вспыльчивости. Со смертью Пхата характер у Туна немного испортился. Он стал более замкнут, вспыльчив и непримирим с любой несправедливостью. Сколько раз Вянь ему пенял на это, говорил, что надо быть сдержанней, но все было без толку, пока не стали готовиться к заданию. Новая медитация помогла немного Туну справиться с эмоциями. Даже иногда казалось, что он вернулся к себе прежнему. Но нет-нет, да что-то его сдергивало. Профессор очень был обеспокоен его душевным равновесием и опасался, что Тун не сдержит себя на задании. После того, что он узнал от Пака, Вянь стал еще больше переживать за парня, особенно он беспокоился, как тот отреагирует уже будучи на задании. Вянь долго размышлял тогда, но все же решился на этот шаг - отправить Туна к Ли Бао.

Профессор заварил чай и разлил его по чашкам. Жестом пригласил Туна присесть рядом. Тот послушался.

- Тун, не сердись на старика, - успокаивающим голосом начал Вянь. - Я же переживаю за тебя, как за сына. Ты один у меня остался. Правда еще Дью, но ты же его знаешь, - старик усмехнулся, вспоминая все проделки близнеца Пхата.

- Папа, - Тун грустно опустил голову, - я понимаю и не сержусь. Вы же знаете, что я неспециально. Я уже все перепробовал, чтобы стабилизировать свою эмоциональную составляющую. Вы меня даже в капсулу загоняли, но... Мне его очень не хватает. Эта пустота в душе, которая осталась после него, ничем не заполняется. Отсюда и все эти всплески. Я бы хотел...

Старик перебил его:

- Я все это понимаю, знаю и хочу тебе помочь. Но увы, помочь себе можешь только ты сам. Как? Я тебе уже говорил, повторять не буду. Вот вернешься с задания, там и поговорим.

- Профессор, я вот все спросить хотел - что же вам сказал господин Пак? Вы обещали рассказать, но все откладываете. Может, хотя бы сейчас скажите?

- Вообще-то я и пришел к тебе по этому поводу, а не проверять тебя. А ты тут сумками кидаешься, - усмехнулся Вянь, глядя на то, как засмущался Тун. - Давай-ка мы с тобой прогуляемся немного и поговорим, - уже серьезно сказал профессор, вставая с кресла.

Тун последовал за профессором. Они вышли из квартиры и спустились на парковку. Уже сев в машину, Тун спросил:

- Куда поедем?

- На обрыв, - ответил Вянь, чем немало удивил его.

Подъехав к месту как можно ближе, Тун припарковал машину. Профессор неспеша вышел из нее и пошел к краю. Он постоял немного, смотря вдаль на долину и о чем-то думая, затем повернулся к Туну и спросил:

- Значит, это и есть обрыв Пхата? - тот утвердительно кивнул. Вянь постоял еще немного, закрыв глаза и подставив лицо воздушным потокам. Затем вздохнул полной грудью. - Теперь понятно, почему он так любил это место, - он отошел чуть от края и повернулся к Туну. - А теперь и ты здесь пропадаешь?

- Мне кажется, что он здесь со мной, вот я и приезжаю сюда поговорить с ним...

- Надеюсь, задание тебя немного отвлечет. Ладно, давай присядем и поговорим, - сказав это, профессор уселся прямо на траву.

- Папа, у меня в машине плед есть, - спохватился Тун.

- Не стоит. Так ближе к природе, - улыбаясь, ответил Вянь. - Присядь рядом, - предложил он Туну, похлопывая ладонью по земле. Тун сел. Они немного помолчали. Затем Вянь Вянь продолжил. - Сынок, тебе предстоит нелегкая задача. Одно дело склонить на свою сторону Тхана, перед этим выяснив его родство с Ли Бао, другое — это то, с чем ты можешь столкнуться.

Тун вопросительно посмотрел на профессора. Что же такого сказал ему Пак? Неужели Вянь все же решил поделиться информацией с Туном?

- Это связано с тем, что вам рассказал ваш друг?

- Совершенно верно, - профессор почесал подбородок, о чем-то задумавшись. - Видишь ли, Тун, в чем дело, - растягивая слова продолжил он, - Пак сделал нечто невероятное. Его за это судить надо бы, да нет у нас таких законов.

Тун настороженно посмотрел на Вяня. Это что же такого надо было сделать? Профессор тем временем продолжал:

- Ты слышал когда-нибудь о клонах сознания?

Прежде, чем ответить, Тун задумался. Затем отрицательно замотал головой.

- Нет, не слышал. Разве такое возможно, профессор? И для чего такое нужно?

- Думали, что этот метод поможет в лечении некоторых психических заболеваний, но выявились такие страшные вещи, что про этот метод постарались забыть, но видно, что не все. Так вот, тебе придется с этим столкнуться.

- В смысле, профессор?

- Ли Бао соблазнил старого болвана Пака большими деньгами, и этот умалишённый старик применил его, - Вянь еле сдерживался, чтобы не ругаться.

- На Ли Бао?

- Если бы на нем, нам бы тогда и волноваться не пришлось. Он провел его над его сыном. Бедный мальчик, - Вянь сокрушенно покачал головой. - Тун, дорогой, - профессор неожиданно взял Туна за руку и сжал ее в своих старческих, но сильных ладонях, - я прошу тебя, при работе с Тханом будь предельно аккуратен. Я не знаю, как это расщепление личности может сказаться на тебе. Если вдруг при медитации ты заметишь что-то необычное, лучше остановись и разорви связь. Я просто заклинаю тебя не делать опрометчивых шагов. Ты обещаешь мне?

Смотря в эти стариковские глаза, полные слез, Тун и сам был готов заплакать. Он пододвинулся к профессору поближе и обнял его:

- Я обещаю, что не буду делать глупости. Я должен буду вернуться к вам, к близнецам...

Они посидели так еще немного и собрались назад в агентство. Всю дорогу ехали молча, думая каждый о своем. На следующий день в тайне от всех Тун покинул агентство и направился в аэропорт...

Настоящее время

Он еще раз перепроверил уровень. Он действительно был закрыт. И не просто закрыт, а прям запечатан несколькими методами и, скорее всего, здесь еще кодовое слово должно присутствовать. Это что же так надо было прятать? Может, там спрятана одна их частей личности? Как бы это проверить? Ладно, Тун, не сейчас. В данный момент тебе надо понять, почему у Тхана так возбуждается ци. Выявить момент начала и выработать метод устранения этой проблемы.

Тун аккуратно разъединил их потоки. На одно мгновение ему показалось, что ци Тхана не хотело его отпускать. Такое может быть? Да нет, просто показалось. Выйдя из медитации, он посмотрел на мирно спящего парня, как никогда похожего на его Пхата.

Наклонившись над Тханом, Тун стал его пристально изучать. Вдруг Тхан открыл глаза. В них отразилось столько боли, что у Туна невольно сжалось сердце. Тхан обхватил голову руками.

- Больно, - простонал он.

- Потерпи, сейчас помогу, - Тун снова сел в асану и сделал пас руками.

Я сжимал руками голову и боялся ее отпустить. Было ощущение, что что-то рвалось изнутри наружу. Подняв глаза на Корна, я заметил его странные телодвижения. Что это он делает? Медитировать собрался? А Пак так не делал.

Наблюдение за действиями Корна немного отвлекло меня от боли. Тут я почувствовал, как в мое тело вошло что-то теплое, нежное и до боли знакомое. Боль в голове сначала резко усилилась, так, что я вскрикнул, и вдруг отпустила, как будто и не было ее. По телу разлилось такое блаженство, что я просто откинулся на спину и закрыл глаза, наслаждаясь этим чувством. Что это? Да какая разница, когда так хорошо.

Войдя в потоки Тхана, Тун быстро стал искать причину его боли. На первый взгляд все было нормально, но он видел, как парень корчится от нестерпимых мук. И это не первый раз. Ладно, значит, другого выхода нет, только вызвать наш с Пхатом мир и погрузить в него Тхана. Одного. Пусть боль утихнет, а Тун тем временем постарается найти причину.

Он долго бродил по потокам, но так ничего не нашел. Вот только закрытый уровень его очень озадачил. Чувствовалось, что от него исходят какие-то потоки, но разобрать, что это, Тун никак не мог, а без подготовки попытаться открыть этот уровень он все же не решился. Да и профессор его строго-настрого предупреждал не лезть, если что. Потом разберемся. Сейчас главное -помочь бедному парню.

Какое-то чутье подсказало ему, что с этим непонятным нечто, что закрыто на уровне, надо поговорить. Тун сосредоточился и стал мысленно посылать сигналы этому нечто. Через какое-то время непонятные потоки с уровня прекратились, и сразу в энергетике Тхана воцарилось спокойствие. Похоже, что на уровне запечатана настоящая личность этого парня, потому-то он и не помнит ничего. Надо будет рассказать профессору.

Тун закончил медитировать и открыл глаза. Тхан с легкой улыбкой на губах все так же лежал на диване. Было видно, что боль отступила и ему сейчас хорошо. Аккуратно взяв его на руки, Тун перенес его на кровать. Уложил поудобней, как когда-то укладывал Пхата, когда тот засыпал в каком-нибудь неурочном месте с книжкой в руках, накрыл одеялом и... сам того не понимая почему, нагнулся и поцеловал Тхана в лоб. Опомнившись, он быстро развернулся и поспешил выйти из комнаты.

Я улыбнулся. Я вовсе не спал, а просто притворялся. Мне было интересно, что Корн сделает и то, что он сделал, мне понравилось. И все же у меня есть шанс завоевать его сердце. Меня сейчас прямо распирало от счастья. Так, все, угомонись. Еще не время...

Глава 14

Разговор

«Что я только что сделал?» - думал Тун, закрывая за собой дверь в свою спальню. Он поцеловал этого парня. Пусть в лоб, но поцеловал сам, добровольно. И на тот поцелуй тогда ответил. И если бы не непонятный сбой ци у Тхана, то еще не известно, что за этим последовало. Тун себя в тот момент совсем не контролировал. Да и сейчас, когда целовал его в лоб - сделал это как-то машинально, как будто это в порядке вещей. Он так всегда делал с Пхатом. Но то с Пхатом, а это тогда что? Да, бесспорно, Тхан и Пхат прямо как две капли, но он не он... Блин. Тун замотал головой, пытаясь привести мысли в порядок. Неужели он неосознанно принимает Тхана за свою потерянную любовь? Так, надо срочно проветриться.

Достав планшет, Тун стал изучать карту местности. Этот планшет - первое, что он купил, прилетев в Штаты. Установил на него всякие “примочки”, что дал ему Генри, и теперь без опаски мог им пользоваться - никто и никогда не сможет получить с него информацию. Можно, конечно, воспользоваться компом, что стоит у него здесь в комнате на рабочем столе, но он не стал бы доверять то, что он сейчас ищет, компьютеру, что принадлежит Ли Бао.

Изучив местность и выбрав несколько подходящих локаций, Тун быстро собрался и вышел из спальни. Подошел к спальне Тхана, прислушался - тихо. Вот и хорошо, пусть спит, а Тун тем временем приведет свои мысли в порядок.

Для начала Тун решил заехать на конспиративную квартиру. Он поставил машину на парковку в торговом центре и вышел с противоположной стороны, поймал такси и уже через полчаса был на месте. В квартире он взял неотслеживаемый телефон - когда он найдет подходящее место, он сможет позвонить профессору. Затем спустился на подземный паркинг. Здесь его ждал Дукати. Не тот родной, что остался у него от Пхата, а его собрат, только черного цвета.

Отметив в навигаторе точки своего маршрута, Тун, как черная молния, вылетел с парковки. До первого места он добрался минут за двадцать, но даже не стал заезжать, так как это было не то, что нужно. До второго от первого было еще минут тридцать, а до третьего, даже если срезать, минут сорок или, может, больше. Немного подумав, Тун направился сразу к третьему - если что, то на второе он заедет на обратном пути.

Проложив новый маршрут, он двинулся в путь. Проехав километров двадцать, он выехал на узкую каменистую тропу. Здесь было не разогнаться, и ему пришлось сбавить обороты. «Все же не надо было срезать и ехать какими-то не понятными тропами», - думал Тун, пока не свернул в очередной поворот. То, что предстало перед его глазами, заставило резко ударить по тормозам. Байк остановился как вкопанный, да так, что Тун чуть не слетел с него. Он поставил байк на подножку и повернул ключ в замке зажигания. Мотор стих, и Туна со всех сторон обволокла тишина.

Он слез с Дукати и снял шлем. Вдохнул полной грудью. Запах, конечно, отличался от родного Тая, но это тоже был запах полной свободы. Тун огляделся. Почему он на карте не рассмотрел это место? Вот если бы он не срезал, то и не нашел бы то, что он искал.

Пройдя вперед несколько шагов, он оказался почти у самого обрыва. Перед ним открылся потрясающий вид на долину - почти такой же, как с обрыва Пхата. Именно это Тун и искал. Неожиданная находка вызвала радость в душе.

- Здравствуй, чертенок, - сказал Тун, смахивая непослушную слезу. - Как ты? Скучал? Я - скучал. Давай поговорим?

Расположившись почти на самом краю, Тун подставил лицо теплому вечернему бризу и стал прислушиваться к надвигающимся сумеркам. То здесь, то там были слышны птичьи голоса, шуршание деревьев, а где-то совсем недалеко послышался шум воды. «Скорее всего, горная речка и, возможно, водопад», - подумал Тун. Надо будет обследовать как-нибудь эту местность, но не сейчас. Сейчас он просто посидит и поговорит со своим любимым. Он просто расскажет ему, как у него дела, что ему предстоит сделать, и попросит у него прощения за то, что он сделал.

- Малыш, я правда не знаю, что со мной происходит. Ты не думай, я не забыл тебя и нашу с тобой любовь. Ты мой муж, а я твой. Мы навеки принадлежим друг другу. В следующей жизни мы обязательно встретимся. Ты слышишь? Я люблю тебя, мой чертенок.

Порыв ветра донес до Туна какие-то непонятные звуки. Он прислушался. Наверное, какое-то животное. Тун не знает этой местности и даже не предполагал, что здесь водится какая живность. И все же это не дикие джунгли его родного края, вряд ли это какой-нибудь хищник. Но это все равно настораживало.

Тун привстал и огляделся по сторонам. Тихо. Значит, все же показалось. Он сел обратно и продолжил свой рассказ:

- Я уже рассказывал тебе о своем задании. Вот, я здесь, в Штатах. Работаю у Ли Бао, как и планировалось. Знаешь, я познакомился с Тханом - предположительно сыном Ли. Он... - Тун замолчал. Рассказывать или нет? А что ему скрывать от любимого? - Милый, он очень похож на тебя. Так похож, что я боюсь, мое сердце не выдержит. Это так больно. Как мне справиться с этим? И с болью, и с тем, что я, смотря на него, вижу тебя, и мне безумно хочется его обнять, прижать к себе и не отпускать. Но как я могу? Это неправильно. Он - не ты. Он не может заменить тебя. Тебя мне никто не заменит.

Он говорил и говорил, а по его щекам стекали слезы. Солнце уже давно пошло на закат, а Тун все продолжал сидеть на краю обрыва и разговаривать с воображаемым Пхатом. Он никак не мог выговориться. Ему казалось, что он предает своего любимого и он хочет в этом оправдаться. От этого он чувствует себя еще хуже. Так что же ему делать?

Подставив лицо лучам заходящего солнца, Тун решил помедитировать. Он частенько так делал на обрыве Пхата, и здесь он сделает так же. Ему казалось, что, когда он в медитации, он слышит голос любимого. Вот и сейчас, погрузившись в нирвану, он явно ощущал голос Пхата. Что тот говорил, не было понятно, но для Туна и этого было достаточно. Далекий голос любимого действовал очень успокаивающе.

Немного придя в себя и закончив медитацию, Тун достал телефон и набрал номер.

- Я слушаю тебя, мой мальчик, - профессор говорим мягким, убаюкивающим голосом. Он наверняка знал, что у Туна что-то случилось, иначе тот не позвонил бы, а дождался сеанса связи.

- Папа, - Тун запнулся. Сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. - Папа, это очень больно. Я не знаю, что мне делать. Он настолько похож на Пхата, что я еле сдерживаю себя. Как мне быть?

- Я не могу решить за тебя. Скажу только, что тебе не надо - тебе не надо быть одному. Вселенная могла дать тебе еще один шанс, и только ты можешь решить - воспользоваться им или нет. Я приму любое твое решение...

Выслушав и немного поговорив с Туном, профессор нажал на кнопку отбоя и откинулся в кресле. Он ждал этого звонка. Ждал, надеялся и боялся. Этот звонок подтвердил его догадки. Теперь надо действовать очень аккуратно...

Вернулся Тун в особняк уже за полночь. Отдав ключи от машины Паркеру и войдя в дом, он хотел незаметно подняться к себе. Но в тот момент, когда он был уже у подножья лестницы, ведущей на второй этаж, в гостиной зажегся свет, и его окликнули. Тун обернулся и увидел сидящего в гостиной на диване Тхана. Тот был в шелковой пижаме нежно-розового цвета. Такая же пижама, или почти такая, была и у Пхата.

Сколько его уже нет? Часа два-три? Я посмотрел на часы, что висели над каминном. Уже скоро полночь. Да где же он? Может, случилось что? Я несколько раз набирал ему на тот номер, что он мне оставил, но каждый раз робот женским голосом мне сообщал, что абонент находится вне зоны действия сети. Так, это в какую такую зону он отправился? Корн, да где тебя носит?

Снаружи послышался звук подъезжающей машины. Я прислушался. Кто-то тихо вошел в дом и прошел к лестнице. Я нажал на выключатель, и в гостиной зажегся свет.

- Корн, - окликнул я вошедшего.

Встав с дивана, я пошел в его сторону. Он стоял у лестницы и, как завороженный, не мог оторвать от меня взгляда. Интересно почему? Я ему все же нравлюсь или...

Все, вплоть до мельчайшей подробности в Тхане сейчас напоминало ему его любимого. Тун невольно сглотнул. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а в голове была только одна мысль, которой он пытался себя сдержать: “Опомнись, Тун, это иллюзия, это не он. Он не может быть им. Держи себя в рука, Тун”. Но это мало помогало. Еще немного, и он не сможет больше сдерживать себя от желания броситься к этому парню и заключить его в объятья. Но в этот момент Тхан остановился и пристально посмотрел на Туна.

Я смотрел на Корна и пытался понять, что у того сейчас происходит внутри. Он выглядел очень напряженно.

- Корн, а где ты был? - спросил я.

Обычный повседневный вопрос немного отрезвил Туна.

- Я... мне... - блин, Тун. Соберись. - Мне надо было проверить местность. Узнать наше расположение.

- Для чего?

- Может, это пригодится для восстановления памяти. Мы можем прогуливаться здесь, и вы... - Тун осекся, увидев мой взгляд. - Ты, - исправился он, - может, что-то вспомнишь.

- А меня почему не позвал?

Я надул губы, развернулся и пошел обратно к дивану. Подойдя к нему, прям плюхнулся на него, закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди, всем видом показывая, что я обиделся.

Тун забыл, как дышать, так Тхан сейчас был похож на Пхата. Это просто невыносимо. Не могут два разных человека быть настолько похожи. Это сводит с ума. Тун уже смерился, что этот парень похож на Пхата внешне, но его движения, походка, да даже то, как он сейчас строит из себя обиженку, были именно Пхата. Тун схватился за сердце, которое совсем перестало его слушаться. Надо успокоиться. Надо что-то срочно предпринять. Он пару раз глубоко вдохнул и выдохнул. Сердце постепенно стало замедляться. Так, все хорошо. Все в полном порядке. Он уже начал себя контролировать. Надо же, как неожиданная встреча с Тханом его выбила из колеи.

Уже немного успокоившись и взяв себя в руки, Тун подошел к дивану, на котором сидел обиженный Тхан. Собравшись с мыслями, он спросил:

- Тхан, почему ты обижаешься, как маленький?

Он что, назвал меня ребенком? Я возмущенно фыркнул и отвернулся. Потом что-то у меня в мозгу щелкнуло - а что это я на самом деле? Я веду себя, ну совсем как капризная девчонка. Мне еще осталось кокетливо похлопать глазками и пожать плечиками... Тьфу. Совсем с катушек съехал. Я же мужик в конце концов. Ну и что, что мне нравится этот парень. Это совершенно не означает, что я должен себя так вести. И потом, Тхан, ты же так еще и не проверил и окончательно не убедился, кто ты в сущности. Может, тебе как раз в этом Корн и поможет? Надо с ним все же поговорить начистоту.

Собрав всю волю в кулак, я повернулся к стоящему рядом Корну. Окинул его взглядом - блин, какой же он красивый, сил мои больше нет... Аааа. Стоп! Ты снова? Я закрыл глаза, досчитал до десяти и снова открыл их.

- Корн, присядь рядом. Давай поговорим.

- Может, не здесь и не сейчас? Поздно уже.

- А тебе что, завтра рано вставать? - я видел, что Корн задумался. А действительно, зачем ему рано вставать? В агентство ехать не надо, так что...

- Ты прав, не надо. Моя работа теперь - помогать тебе в восстановлении памяти. Ну и так, по мелочи.

- Это в каких таких мелочах ты должен мне помогать? - я прищурил глаза.

- А это выяснится по ходу наших с тобой взаимодействий, - ответил мне Корн. Как-то загадочно он это сказал.

- Ты, когда гулял, не заметил здесь поблизости какую-нибудь забегаловку? А то мне что-то перекусить захотелось.

- Что-то, вроде, было неподалеку. Вроде, McDonald’s

или KFC.

- Сойдет. Я непривередлив, - с улыбкой ответил я. - Это только с креветками у меня такая неувязочка произошла, а так врачи сказали, что я могу есть все. Ну что, пошли?

- Ты так и пойдешь? - спросил меня Корн указывая на меня пальцем. Я опустил на себя глаза - святые помидоры, я же в пижаме.

Быстро вскочив, я пулей бросился наверх к себе в спальню. Забежав и захлопнув за собой дверь, я еле отдышался. Вот же я дебил. Совсем забыл, что был в пижаме, да еще в этом розовом недоразумении. Я купил ее для себя любимого просто ради забавы, когда понял, что интересуюсь парнями, и надел сегодня, чтобы повеселиться. Вот и повеселился. И что меня клинануло пойти встречать в ней Корна? Стыдобень. Что он обо мне теперь подумает? Ага, подумает, что я транс, блин...

Тун в недоумении проводил взглядом парня в розовой пижамке, который унесся от него аж подпрыгивая. С Пхатом такие же приступы безумия случались. Все же похоже, что они родственники. Вот, например, Дью непохож так с Пхатом, как Тхан, но повадки у него такие же. Одно то, как он есть печеньки в кабинете профессора. Так что все может быть. Но тогда наш враг может оказаться их отцом? Нет, вот этого как-то не очень хотелось. Надо срочно раздобыть образец для сравнительного анализа.

Ожидая Тхана, Тун присел на диван. Вот только не усни, как в прошлый раз - пригрозил он себе. Но ждать долго не пришлось. В этот раз Тхан переоделся быстро.

Мы решили пройтись пешком, хотя Паркер очень настойчиво предлагал нам подвести нас, куда захотим. Но мы отказались. Корн только спросил, в какой стороне кафе, и мы направились по указанному направлению.

Проводив парней взглядом, Паркер достал телефон и отправил сообщение, в котором сообщил, что молодой господин и его помощник отправились вдвоем на ночной перекус. В ответ пришло - “Оставь их”. Паркер покачал головой и убрал телефон. Не нравился ему господин Ли. Какой из себя молодой Ли, он еще не знал, так как тот еще ни разу не жил здесь и Паркер видит его впервые. Ему поначалу показалось странным, что хозяин приказал следить за его сыном. Как-то это неправильно, но такова работа. Платят хорошо, так что можно на это закрыть глаза. Еще раз посмотрев в сторону, куда ушли молодые люди, Паркер вернулся в свою комнату в пристройке, где жила вся прислуга.

Кафе мы нашли довольно быстро. Получив заказ, мы устроились на веранде, где оказались совсем одни. Вот и хорошо. Никто нам не помешает беседовать и наслаждаться едой. Корн сходил за напитками и вернулся с двумя большими стаканами. Он поставил один передо мной. Я потянул носом и уловил запах своего любимого кофе. Вот откуда он знает, что я его обожаю? Я с благодарностью посмотрел на Корна.

- Спасибо, - сказал я.

- Пожалуйста, - ответил Корн, пожимая плечами. Он сел напротив меня и стал разворачивать бургер.

- Откуда ты знаешь, что я люблю именно такой кофе? - не удержавшись, спросил я.

- Догадался, - ответил Корн, откусывая изрядный кусок от булки с котлетой.

Тун жевал бургер, а сам думал о том, что кофе он заказал машинально, по привычке. Пхат всегда брал именно такой кофе. И Тун совсем не ожидал, что этот же напиток будет нравиться Тхану. Такие совпадения все больше и больше вгоняли в тупик.

- Корн, может, поговорим? - я сделал глоток. Да, именно то, что я хотел.

- О чем именно ты хотел поговорить? - Корн пододвинул ко мне ближе картошку фри, жестом показывая - ешь.

- Ну, я даже не знаю, о чем конкретно. Обо всем.

- Обо всем? Ты бы хоть тему задал, - ухмыльнулся Корн.

- Что тебе приказал мой отец? - прямо в лоб решил спросить я. На мое удивление Корн даже бровью не повел.

- Тебе кратко или полную версию?

- Любую, - насупившись сказал я, понимая, что отец все же что-то Корну приказал.

- Если кратко, то помочь восстановить тебе память. А если подробно... - Корн замолчал. Я вопросительно посмотрел на него. - Так вот сразу и не расскажешь. Я не знаю, что именно задумал и какую цель преследует твой отец, давая мне эти распоряжения, но я очень хочу в этом разобраться, - он отпил из своего стакана, не сводя с меня взгляда.

Мне стало немного не по себе. Все же я был прав, когда заподозрил отца в каких-то коварных планах в отношении себя. Теперь бы понять, на чей стороне Корн. Если на стороне отца, то почему он мне сейчас это говорит? Может, пытается усыпить мою бдительность? А если он... Может, он действительно честный человек, а я так о нем думаю? Что же мне делать? Верить ему или нет? Вроде он не делал мне ничего плохого, а наоборот, только помогал. И даже жизнь мне спас. Так что, Тхан, у тебя только два пути: верить или нет. Так что же выбрать?

Он ел картошку фри и поглядывал на Тхана. Было видно, что того одолевают противоречивые сомнения и он пытается принять какое-то решение. Тун не будет ему мешать или подталкивать к решению, выгодному для Туна. Пусть все будет так, как решит судьба, а там посмотрим. Если Тхан поверит Туну, то просто будет проще, а если нет… Ну что же, придется поднапрячься и переубедить его в неправильности выбранного решения. И вот еще что, Тун, прекрати пожирать его взглядом - одернул он себя мысленно и отвернулся чуть в строну.

Погруженный в мыслительный процесс, я не сразу заметил, что Корн меня пристально разглядывает. Так пристально, что у меня внезапно потеплело внизу живота. Упс, как-то не ловко. Он как будто что-то понял и отвернулся. Может, я ему нравлюсь? Ладно, была не была. Мне все равно деваться некуда, а так у меня хоть какой-никакой будет сообщник. Разберемся по ходу пьесы, как говориться.

- Корн, я очень хочу тебе верить. В этой жизни у меня никого нет, кому бы я мог доверять. Мне не хотелось бы ошибиться в своем решении. Ты поможешь мне, Корн? - я положил свою ладонь поверх его руки и посмотрел ему прямо в глаза, и он не отвел своего взгляда. И этот взгляд сказал мне больше, чем могли бы сказать слова.

- Я помогу тебе, Тхан. Давай вместе разберемся в этом и решим, что нам делать дальше.

Слово “нам” прямо бальзамом разлилось по моему сердцу. Это прозвучало так... У меня снова запорхали неугомонные бабочки. И, кажется, покраснели уши... Точно покраснели, иначе Корн сейчас не смотрел бы на меня такими удивленными глазами. Ай, как стыдно. Что же делать? Думай, Тхан, думай... А если... Была не была. Думаю, это подходящий момент.

- Корн, а тебе нравятся парни? - вот, прямо в лоб. Теперь пусть уши краснеют у него.

Вопрос был слишком неожиданным, чтобы дать на него обдуманный ответ. И Тун чисто машинально сказал то, что обычно отвечал на такой вопрос:

- Мне не нравятся парни, только один...

Что я только что услышал? Ему не нравятся парни? Вот и все, Тхан, рухнули все твои надежды. Но подождите, что это за фраза “только один”? Кого он имеет ввиду? Ему все же нравится парень, значит, у меня хоть маленькая, но надежда есть. Надо разузнать, что за парень, и составить ему конкуренцию. За свое надо бороться, вот мы и поборемся. Уф, даже как-то легче на душе стало.

Я посмотрел на Корна, уже не скрывая своего интереса, но увидев его выражение лица, мне стало как-то не по себе. На его лице сейчас отразилось столько боли и страдания, что мне самому захотелось разрыдаться. В голове снова начало щемить. Невольно я начал тереть виски. Это заметил Корн, и его выражение лица резко изменилось - оно стало настороженным.

- Тхан, с тобой все нормально? - Тун заметил резкую перемену в Тхане. Было похоже, что у него снова начинается непонятный приступ. - Послушай, может, в больницу? Не нравятся мне твои приступы...

- Не надо в больницу. Видеть ее уже не могу.

- Надо же выяснить, что с тобой. Странно все это... Скажи, давно у тебя такие приступы?

- Не знаю, - я действительно не знаю. Раньше не было, а вот с недавних пор...

Вдруг меня осенило. Первый приступ у меня случился в больнице. Я тогда отключился и не помню, что потом было. Снова мне стало плохо, когда мы поцеловались с Корном на диване у меня в спальне, и вот теперь. Так причина моего недомогания кроется в Корне? Я поднял глаза и пристально посмотрел на него.

- Корн, может, это прозвучит как-то странно, но похоже, что причина кроется в тебе, - тихо сказал я.

Он непонимающе смотрел на Тхана. Как это причина в нем? Потом что-то мелькнуло у него в голове. Получается, что приступ у парня происходит каждый раз, когда он с Туном, и проходит, когда Тун воздействует на него своей ци. Это надо изучить.

- Тхан, скажи, твои приступы происходят только когда ты рядом со мной? - Тун пристально посмотрел на него.

Признаться или нет? Что мне делать? Если я скажу, о чем я каждый раз думаю, когда наступает приступ, он меня возненавидит. Нет, Тхан, молчи.

- Пойдем домой. Мне надо домой, - я резко встал и чуть не упал. Корн резко подскочил ко мне и подхватил на руки. Наши глаза встретились.

Я обхватил его за шею одной рукой, а второй провел по его щеке. Несмотря на боль, мне было почему-то хорошо. Я смотрел Корну прямо в глаза, и на душе становилось так тепло. А его взгляд... Он изменился. Он стал... Мягче, нежнее и, может быть, даже любящим, но это, скорее всего, мне таким хочется его видеть. Я не могу не смотреть в его глаза. Я утонул в них, и мне ни чуточки не жаль себя. Я готов тонуть и тонуть в них, лишь бы они продолжали так на меня смотреть. Я не заметил, как боль стала отступать.

Он держал на руках этого парня, так похожего на его Пхата, и ему от этого было хорошо. Все сомнения куда-то улетучились. На душе стало так спокойно и отчего-то радостно. Тун смотрел в глаза Тхана, но не видел его. Он видел своего милого чертенка. Он смотрел и смотрел ему в лицо, стараясь не упустить ни малейшей детали. Такое родное, милое. Как же он скучал по нему...

Глава 15

Кажется, кто-то теряет голову

За окном уже расцветал день, а он все продолжал лежать на кровати, уставившись в потолок. Поначалу он пытался обдумать все, что произошло вчера, но одна мысль, застрявшая в голове, прогоняла все остальные. Он пытался прогнать ее тоже, но она цепко держалась и не оставляла его ни на секунду. Через какое-то время он начал с ней свыкаться, но принять полностью пока не мог. Из-за этого он снова не смог уснуть и пролежал так, глядя в потолок, до самого рассвета. Надо попробовать помедитировать, может, это поможет успокоиться...

Тун сел в асану, сделал пас руками, собирая энергию, и вошел в медитацию. Прошелся по потокам, проверил уровни и, не обнаружив никаких сбоев, расслабился. Для пущего укрепления своего состояния он еще немного помедитировал и вышел из состояния нирваны. Открыв глаза, он невольно отпрянул назад - на краю кровати сидел Тхан и смотрел на него широко раскрытыми глазами.

Я постучал в дверь спальни Корна, но мне никто не ответил. Он что, еще спит? Я постучал сильнее и настойчивей - тишина. Ну что же, ты не оставил мне выбора, я захожу.

Корн сидел на кровати в странной позе с закрытыми глазами и ни на что не реагировал. Наверное, это и есть медитация. Не могу сказать точно, я никогда раньше не видел, как люди медитировали. Вернее, может, и видел, но не помню об этом. Посижу-ка я вот тут с краю на кровати и понаблюдаю немного, уж больно интересно. Вот бы тоже научиться. А что, это мысль. Надо Корна попросить научить. Он же вроде специалист в этом. Вот так, глядишь, еще ближе станем. Ближе, чем вчера...

Я зажмурил глаза, вспоминая, как Корн держал меня на руках и смотрел на меня своими черными омутами глаз. Жаль, что нас прервали. Я с сожалением вздохнул и открыл глаза.

В это время Корн делал какие-то движения руками, и я готов поклясться, что видел еле заметное свечение у него на ладонях и кончиках пальцев. Я смотрел на него, как завороженный. Тем временем он открыл глаза и, увидев меня, сидящего у него на кровати, от неожиданности отпрянул назад. Я спохватился - еще бы, мало того, что пришел без приглашения, да еще уставился на него так бесцеремонно. Я подался чуть к нему:

- Прости, Корн, я не хотел тебя пугать.

- Как ты здесь оказался? - он явно был недоволен моим неожиданным приходом.

- Я стучал, звал, но ты не откликался, и тогда я вошел. Я не хотел тебе мешать. Я просто подумал, мало ли что случилось. Я...

- Ладно, проехали, - вроде Корн начал успокаиваться. - Просто не делай так больше. Было очень неожиданно застать тебя в своей кровати...

Тут он понял явную двусмысленность сказанных им слов и замолчал, поглядывая на меня исподлобья. Надо как-то разрядить обстановку и загладить свою вину.

- А чем ты сейчас таким интересным занимался? - поинтересовался я, переводя разговор в другое русло.

Глаза Корна оживились. О, значит я на правильном пути. Это, видно, то, что ему действительно нравится. Может, нас это сможет сблизить?

-  Я медитировал. А ты никогда таким не занимался?

- Не знаю. Вернее, не помню. Я вообще мало что помню после аварии, - я вздохнул.

- Тхан, а я вот только сейчас понял, что ты еще ни разу не говорил об аварии. Ты о ней-то хоть что-нибудь помнишь?

Он смотрел на меня, как мне показалось, с такой нежностью, что мне захотелось прижаться к его широкой груди и рассказать все-все, что я знаю и помню. Пожаловаться на какие-нибудь проблемы, и чтобы он обнимал меня, гладил по голове и успокаивал. Даже от мысли об этом мне стало как-то легче.

- Ты позволишь? - я жестом показал, что хочу устроиться на его кровати поудобней.

«А он своего не упустит», - подумал Тун, но кивнул в знак согласия.

- Устраивайся, раз пришел. Что же, мне тебя выгонять теперь что ли? - улыбаясь сказал он.

Меня долго просить не надо. Я забрался на кровать и устроился как можно удобней. Корн предложил мне еще подушку, но я отказался - и тех, что я сграбастал, было уже достаточно. Пока я устраивался, он с каким-то непонятным интересом меня рассматривал.

Тун наблюдал, как Тхан устраивал себе место. Так же делал и Пхат когда-то. Он называл это - свить гнездо или угнездиться. Всегда было смешно наблюдать за его действиями. Вот и сейчас точно такие же действия Тхана вызвали у Туна улыбку. Но удивительным было не это. Тун прислушался к себе и понял, что он начал воспринимать все, что связано с этим парнем, относительно спокойно. Неужели он стал принимать его, сам того не осознавая?

Наконец я устроился и повернулся к Корну. Он все так же продолжал наблюдать за мной. Ну и пусть. Чем больше он на меня смотрит, тем лучше.

- Ну, я готов. Спрашивай.

- Что спрашивать?

- Все, о чем хотел знать.

- Ты же ничего не помнишь.

- Но я же не дурак. Я наблюдательный. Умею слушать и видеть. Много чего мне рассказал отец. Но я умею делать выводы. Так что спрашивай, - какой я настойчивый сегодня.

- Хорошо. Давай так. Для начала расскажи свою историю со слов отца.

Я немного задумался, кашлянул пару раз, прочищая горло, и начал рассказ. Я поведал Корну все, что мне рассказал отец. В мельчайших подробностях.

- Но мне кажется, что он что-то не договаривает, - подвел я итог своего рассказа.

- Выводы будем делать потом. Теперь вспоминай, что ты мог слышать о себе. Сплетни, пересуды, шушуканье и прочее.

Вот тут я задумался. Ничего такого я, вроде, не слышал. Ну, персонал в больнице иногда резко замолкал, когда меня в кресле провозили мимо. В агентстве со мной почти никто не разговаривал, и я еще ни с кем толком не подружился. Да и выпустили меня с его территории впервые после больницы вот только сейчас, вместе с Корном.

- Хорошо. А теперь расслабься, откинься на подушки и закрой глаза.

- Ты сеанс гипноза делать будешь? Господин Пак это делал регулярно, но так ничего и не добился.

- Я не Пак, - довольно жестко сказал Корн. Глаза у него при этом стали колючими. Ой, прям как-то не по себе.

- Ну прости, не сердись. Я не говорю, что ты тоже не справишься. Я просто сказал, что у Пака со мной что-то как-то не очень все получалось.

- Ты заткнешься или мне тебя заткнуть? - Корн как-то недобро стал надо мной нависать. Я показал жестом, что закрываю свой рот на молнию и запираю. - Так-то лучше, - он улыбнулся мне как ни в чем не бывало. Блин, такая перемена в нем меня прям начала раззадоривать. Я посильнее придавил подушку, что лежала у меня на бедрах.

Он что, возбудился? Тун прямо опешил. Не думал он, что вызывает у Тхана именно такой интерес. Надо будет с эти тоже разобраться. Нет, с одной стороны, это как бы хорошо и отвечает требованию задания - влюбить в себя Тхана. А вот с другой стороны, это было как-то неожиданно. Не думал Тун, что это произойдёт так быстро. А может, это не любовь, а просто физиологическая потребность? У него тоже как бы такие потребности есть, но он в память о Пхате старался о таком вообще не думать, и даже когда бывает в душе... Да о чем он? Тун одернул себя, поняв, что он сосредоточился сейчас не на проблеме Тхана, а на его нижней части тела. Он быстро взял себя в руки.

- И так, Тхан, расслабься и закрой глаза. Постарайся сосредоточиться на моем голосе. В какой-то момент ты почувствуешь тепло - не пугайся, это всего лишь энергия ци.

- А что это? - перебил я Корна. Он снисходительно помолчал и продолжил:

- Старайся просто ни о чем не думать. Ты это хотя бы сможешь сделать? - я кивнул. Откинулся на подушку и закрыл глаза.

Корн стал рассказывать о природе, описывать красивые пейзажи. Его голос звучал ровно, как спокойные воды реки. Я слушал его и незаметно для себя стал куда-то уплывать вместе с его речью. Это не было похоже на сеансы с господином Паком. Это было... Я даже не могу описать, да и не хочу. Я хочу просто слушать этот бархатный голос и двигаться вслед за ним, куда бы он меня ни завел.

В какой-то момент я почувствовал тепло, о котором говорил Корн. Оно вливалось в меня откуда-то извне. Проходило по всему телу, обволакивая невидимым одеялом. Сразу стало уютно и тепло. Все мысли о своей никчемной жизни куда-то улетучились. Мое состояние сейчас напоминало состояние эйфории. Тут мне показалось, что я парю в каком-то облаке. Появилось ощущение, что со мной уже такое происходило. Стало так хорошо, что совсем не хотелось, чтобы это прекращалось. Я растворился в неге...

Направив небольшой поток своей ци в Тхана, Тун сосредоточился на его потоках. Они были ровные, хорошо сбалансированы, и все бы ничего, если бы не присутствовал в них какой-то налет искусственности. Как такое могло быть, Тун не понимал, а посоветоваться с профессором он сможет только завтра. Сегодня он должен по максимальному проверить ци Тхана. Даже подправить, если понадобится, но все было просто замечательно. Такое он видел только однажды, когда полностью восстановили Пхата...

Чтобы еще больше расслабить парня и немного сделать ему приятное, Тун собрал немного своей и его ци, как когда-то делал с Пхатом, и создал небольшое подобие их мира, но только это мир Тхана. Пусть немного расслабится и получит удовольствие. А Тун тем временем попробует проверить закрытый уровень.

Как же мне сейчас хорошо. Ни о чем не хотелось думать, только о тех чувствах, что нахлынули на меня. Было ощущение, что каждая клеточка моего организма сейчас получает моральное и физическое удовлетворение. Эйфория, полная блаженства. Ах, как же здорово...

«Что же здесь спрятали?» - думал Тун, мысленно стоя у закрытого уровня. Раньше от него исходила какая-то энергия. Сейчас все было спокойно. Может, там спрятана настоящая личность Тхана? Могло же такое быть? Он не совсем понял технологию создания клона подсознания и разделения личности, о которой рассказывал профессор, сказав, что с Тханом провернули именно этот опасный трюк. Но для чего? Может, именно это надо разузнать? Что с того, что они узнают, что этот парень является или не является сыном Ли Бао? Ну даже если этот парень встанет на их строну. Он все равно бесполезен, потому что не знает всех замыслов своего отца. А может, Тхан подопытный кролик в данном случае, и на нем Ли проводит эксперимент по замене личности? Значит, понять технологию и принцип действия раздвоения, а затем найти способ ее восстановления - не это ли их первостепенная задача? Надо будет сказать об этом профессору.

Немного поразмышляв возле закрытого уровня, Тун решил его не трогать, пока не разберется с этой техникой и не поймет, как все исправить. Он хотел было уже уйти, как ему почудилось, что его кто-то завет. Он огляделся. Вот дурень, кого он хотел здесь увидеть? Тун мысленно мотнул головой. И тут снова он услышал, будто кто-то кого-то зовет. Он стал прислушиваться, медленно двигаясь по потокам. Чем дальше он уходил от закрытого уровня, тем слабее был голос. Значит, он идет с этого уровня. А это может означать, что там действительно запечатана настоящая личность Тхана. А раз так, то Тун просто обязан помочь ему. Он чувствовал какую-то ответственность за это парня. Может, потому что он разительно похож на Пхата или, может, он тот, кто сможет заменить его? Тун отогнал от себя эту мысль. Не то чтобы она была ему неприятна, но он все же еще не готов. Но он осознавал, что появись эта мысль несколько дней назад, он был бы крайне собой возмущен.

Тун еще какое-то время прислушивался к уровню, но было тихо. Может, ему все же показалось? Нет, так это оставлять нельзя. Надо переговорить с Вянь Вянем и, возможно, с Паком. Хотя с Паком лучше разговаривать профессору. Все, пора заканчивать сеанс наслаждения для Тхана и возвращать его к реальной жизни.

Облако, в котором я нежился, так же неожиданно исчезло, как и появилось. Стало грустно. Не хочу, чтобы это прекращалось. Мне впервые с момента, как я очнулся, было так хорошо. Если это сделал Корн, я буду его упрашивать, умолять, чтобы он повторил такое.

Я почувствовал, как дотронулись до моего плеча. Оцепенение с тела спало, и я открыл глаза. Я все так же находился в комнате Корна и лежал на его кровати. Ммм, как звучит - лежал в его постели... Еще бы Корн лежал рядом... Мать моя женщина! Так он и лежит рядом.

Тун действительно лежал рядом. Он совсем вымотался за этот сеанс и сейчас просто отдыхал. Он вывел Тхана из транса и, убедившись, что тот в порядке, отключился. Он немного перенапрягся, пытаясь решить задачу с неизвестным, что находится в потоках ци этого парня. Тун и сам не ожидал, что так потратится энергетически. А еще сказалась бессонная ночь. Ну ничего, пара часиков, и он будет как новенький.

Я не знаю, как работают все эти энергетические механизмы, но похоже, что Корн изрядно перенапрягся, раз так крепко уснул. Я попытался его разбудить, но потерпел неудачу. Вот и хорошо. Пусть спит, а я пока его хорошенько рассмотрю.

Сначала я изучал его лицо чисто визуально. Но мне до безумия хотелось прикоснуться к его щеке или к губам. Я осторожно, чтоб не разбудить, провел кончиком пальца по его носу. Корн даже не пошевелился. Это вселило в меня уверенность, и я приложил ладонь к его щеке. Он продолжал спать. Ну, тогда спи себе на здоровье, я тоже посплю рядом с тобой, и не ругайся, если проснувшись, ты обнаружишь себя в моих объятьях. Или меня в своих...

Я придвинулся к Корну вплотную, приподнял его руку и завел ее себе за спину, как бы обнимая себя. Затем я уютно устроился у него на груди. Чувство радости и блаженства снова охватили меня. Я улыбнулся и покрепче прижался к человеку, который мне безумно понравился еще во время нашей первой встречи. Не важно, что будет, когда он проснется. Будет ругаться? Пусть. Но в данный момент он мой, и я буду обнимать его и считать его своим столько, сколько мне будет позволено.

Приподнявшись немного, я аккуратно прикоснулся губами к его губам и прислушался. Боли в голове не было. Это уже хорошо. Я улыбнулся, улегся обратно и закрыл глаза. Вскоре на меня накатила дрема.

Ему давно не снился Пхат. Вернее, ему еще ни разу не снился Пхат с момента его гибели. А вот сейчас, когда он неожиданно уснул, ему снится, что они с его любимым лежат в обнимку на кровати в бунгало у моря, где когда-то произошло первое похищение. Солнце через огромное окно врывалось к ним в комнату и играло лучами на всех отражающих поверхностях. За окном слышалось пение птиц и шум прибоя. Его чертенок тихо и мирно спит у него на плече. Посмотрев на него, Тун улыбнулся своему счастью и посильнее прижал его к себе. Вот так и будет его держать и никуда не отпустит.

Он поправил Пхату челку, что прикрывала лоб. Провел рукой по щеке. Такая мягкая, теплая и родная. Давно забытые ощущения переполняли его. Как же он скучал. Вот бы не просыпаться подольше. Он нежно поцеловал Пхата в губы. Они ответили на его поцелуй. Ах он хитрюга, притворялся, что спит. Снова. Ну, держись у меня. Тун стал покрывать поцелуями лицо любимого, а тот стал смеяться. Все, как и всегда. Тун снова завладел губами своего парня, и они целовались и целовались, не в силах оторваться друг от друга. В какой-то момент Тун понял, что это уже не сон и он по настоящему обнимает и целует, но только не Пхата, а Тхана. Что за наваждение? Он отстранился от парня и посмотрел на него немигающим взглядом. Рассудок отказывался подчиняться, как бы Тун ни старался взять себя в руки. Страсть охватила его, а схожесть Тхана с любимым только подлила масло в огонь. Пусть он потом будет жалеть об этом, но он не может сейчас себя остановить. А надо ли? Тело Тхана подрагивало в его руках, говоря о том, что его хозяин находится в крайнем возбуждении. Эмоции переполняли его и лились через край.

Сильные руки Корна ласкали мое тело, и оно откликалось на его ласки. Нашу губы слились в одно целое, и мы не могли оторваться друг от друга. Страсть и желание овладели нами, заставляя пойти на безумства. К черту все условности. Я хочу, чтобы этот парень овладел мной. Я принадлежу ему и телом, и душой. О том, правильно или неправильно мы сейчас поступаем, мы подумает потом, а сейчас... сейчас мы всецело принадлежим друг другу...

В очередной раз отстранившись от Тхана и посмотрев тому в лицо, Тун пытался себя остановить, но что-то неуловимое заставляло его продолжать и продолжать. Тхан отвечал на все его действия, был податлив и настойчив одновременно, что еще больше походило на Пхата. Не в силах больше себя сдерживать, Тун, встав над ним на колени, стащил с себя футболку и отшвырнул ее в сторону. Тут же руки Тхана стали ласкать его грудь, пресс. Тун наклонился и снова прильнул к столь манящим его губам. Он целовал и целовал их, не в силах насытиться ими, как усталый путник, напавший на колодец с родниковой водой, он жадно пил эту живительную влагу страсти. Все его страдания ушли на задний план, и он всецело отдался этому порыву.

Я был на седьмом небе от блаженства, что получал в данный момент. Корн был таким неистовым и одновременно с этим таким нежным, что это возбуждало еще сильнее. Я полностью отдался нахлынувшим на меня чувствам. Повинуясь каждому действию этого парня, я получал столько наслаждения, что мне хотелось и плакать, и смеяться одновременно. В какой-то момент Корн отпустил меня и встал надо мной на колени. Он снял футболку, и я наконец увидел его прекрасное тело. Боже, эти кубики, эта упругая грудь - я стал ласкать его. Когда я коснулся его соска, он вздрогнул, замер на секунду и снова прильнул к моим губам. Он целовал меня так, что сердце заходилось. Я чувствовал, что скоро настанет тот момент, когда будет сложно себя сдерживать. Судя по тому, что тело Корна стало подрагивать, он тоже был близок к этому. В какой-то момент я потянулся к его паху, чтобы доставить максимум удовольствия.

Что произошло дальше, я так и не понял - Корн вдруг остановился и схватил меня за руку, которой я взял его за промежность. В его глазах появилось что-то такое, чего я до сих пор не видел. Он отстранился от меня и сел на край кровати, опустив голову на грудь. Я сел за ним и хотел было дотронуться до его спины, но почему-то остановился. Что с ним такое?

- Прости, - тихо сказал Корн. Это было так неожиданно, что я вздрогнул. - Прости, но я не могу...

Он вскочил и быстро ушел в ванную. Мне осталось только грустно проводить его взглядом. Я не понял, что же с ним произошло, но я четко уловил одну мысль - это он. Это тот самый человек из моего сна. Я до сих пор отчетливо помню его во всех деталях. Такое не забывается. А раз он приснился мне, значит, мы должны были знать друг друга до аварии. И не просто знать...

Глава 16

Муки совести

Зачем ты сделал это, Тун? - этот вопрос, как надоедливая мошка, кружился в его голове. Как он мог? Как он теперь посмотрит в глаза своему любимому, когда они встретятся в следующей жизни? Неужели его любовь была недостаточно сильна, и он поддался искушению?

Тун стоял под душем и неистово тер себя мочалкой. Он хотел смыть то наваждение, которое овладело им. Тхан не виноват, это все он. Его вина, что он не смог себя сдержать. Когда он получил задание соблазнить и влюбить в себя этого парня, он не планировал заниматься с ним сексом. Чисто технически они не переспали, хотя были близки к этому. Они просто дали друг другу физическое удовлетворение, не более. Но все равно Туна терзали муки совести. Надо дождаться, когда Тхан уйдет, и отправиться на обрыв, на котором он вчера побывал. Надо срочно поговорить с Пхатом и все ему объяснить. Тун до сих пор любит его и не предавал их любовь. Боже, что же он наделал? Слезы скатывались по его щекам, смешиваясь с душевой водой. В бессилии он опустился на колени и обхватил голову руками. Слезы душили его, и он ничего не мог с эти поделать. Сделанного не воротишь. Даже то, что он остановился на полпути не отменяет того факта, что он почти сделал это с другим парнем. Ему же никогда не нравились парни за исключением Пхата. И что теперь? Осталось только смириться и жить дальше...

Корн торопливо ушел в ванную, даже не взглянув в мою сторону. Было немного обидно, но что я хотел? Признания в любви до гроба? Остынь, Тхан. Это был, скорее всего, мимолетный порыв, и не стоит ждать большего. Это как секс на одну ночь - без любви, без обязательств. Конечно, если так рассуждать, чисто технически никакого секса не было. Были просто бурные ласки на грани. Тебе повезет, если вы после этого останетесь хотя бы друзьями.

Я посмотрел в сторону ванной. Что-то Корна долго нет. Пожалуй, я пойду, не буду его ждать. Не думаю, что он выйдет, пока я здесь. Что же могло произойти такого, что заставило его остановиться на самом пике? Может, у него с этим проблемы, и он стесняется? Или здесь кроется что-то большее? Вопросы, вопросы... Все же надо, чтобы он теперь все рассказал про себя, как это вчера сделал я, и тогда все эти вопросы отпадут. Но думаю, что сейчас не время для таких разговоров. Пойду к себе, приму душ и обмозгую что да как. Конечно же, я был бы не против принять душ вместе с Корном, но видно, что еще не время. А наступит ли оно - неизвестно.

Встав и надев рубашку, я застегнул брюки и направился к себе. Надо будет еще разузнать, как там насчет чего-нибудь поесть. Надеюсь, в этом доме кормят.

Когда я вышел из душа, то услышал, как от дома отъезжает машина. Кто это мог быть? Я вышел на балкон и увидел, как из ворот выезжает машина Корна. Куда это он? Неужели решил съехать? А как же я? Похоже, что я не смогу больше без него. Вернись, Корн, не бросай меня.

Я сел на корточки и, обхватив колени руками, облокотился спиной об ограждение балкона. Мне стало так грустно и одиноко, что захотелось рыдать прямо в голос, но я просто сидел так и тихо всхлипывал.

Выйдя из ванной, Тун оглядел комнату - хорошо, что Тхан ушел. Не хотелось бы сейчас с ним объясняться. И потом, что он ему скажет? Как он объяснит то, что он сделал? Он начал это, и он же оттолкнул. Тун, Тун, что же ты натворил? Он сокрушенно помотал головой. Так, срочно к обрыву, потом связь с профессором, а потом... Он отмахнулся от последней мысли. Потом будет потом.

Он быстро собрался и спустился вниз, нигде не задерживаясь. Быстро прошел в гараж, сел в машину и как можно быстрее выехал в ворота.

Поменяв машину на Дукати, он уже через час сидел над обрывом с банкой пива и молча смотрел в даль. Ему так хотелось выговориться, но он не находил слов. Он продолжал сидеть и молча пить пиво. В какой-то момент он неожиданно для себя стал говорить. Он рассказывал ветру, который легкими порывами трепал его за волосы все, что накопилось у него на душе. Он надеялся, что ветер подхватит его слова и унесет далеко-далеко. И, может быть, они достигнут его любимого, и он поймет его и простит. Ведь Туну так нужно его прощение. Сможет ли он пообещать своему любимому, что не перешагнет черту? Если он будет рядом с Тханом, то, наверное, нет. Он не сможет себя сдержать, как сделал сегодня, потому что этот парень для Туна как глоток свежего воздуха, как что-то такое, без чего сложно даже дышать. Когда-то он испытывал такие же чувства, и вот они появились вновь. У него нет сил бороться с ними.

- Я так люблю тебя, Пхат. Но мне кажется, что я так же люблю этого парня. Пхат, что мне делать? - сквозь слезы спросил Тун.

Ветер подхватил его слова и понес их вдаль. Тун допил пиво и поставил банку на землю. Посидел немного в задумчивости, потом прилег на спину, подложив руки под голову, и стал смотреть на проплывающие по небу облака. Вот он так полежит немножечко, ну, совсем чуть-чуть. Сердце немного успокоится, и он вернется снова к своей работе. Он постарается. Он должен...

Незаметно для себя Тун уснул - он просто провалился в какую-то кромешную тьму. Поначалу он ничего не видел, так было темно. И тихо. Он стал двигаться вперед, выставив перед собой руки. Он не знал, сколько времени он так бродил - все чувства куда-то пропали. Ни звуков, ни запахов, ничего...

Вдруг впереди появился луч света, и Тун пошел в его сторону. По мере приближения стало понятно, что это открытая дверь, через которую в кромешную тьму проникал чистый, яркий поток света. Тун подошел к двери и осторожно выглянул из нее. То, что он увидел, заставило его забыть все сомнения и шагнуть вперед...

Он шел к обрыву Пхата, и его сердце бешено стучало от того, что он видел перед собой. А видел он своего любимого, сидящего над обрывом, подставив лицо восходящим потокам. На глазах у Туна выступили слезы. Он стал ускорять шаг и наконец побежал.

- Пхат! - закричал он.

Тот обернулся и улыбнулся той самой улыбкой, которой улыбался только он и только для него, для Туна. Пхат встал и, в ожидании Туна, раскинул руки, чтобы принять того в свои объятья. Тун не верил своему счастью - передним его Пхат, целый и невредимый. И вот он ждет его.

Подбежав к своему парню, Тун обнял его и, приподняв, закружился с ним на месте.

- Тун, придурок, отпусти, меня сейчас стошнит, - взмолился тот, но Тун не слушал его, а все кружился и кружился, обнимая Пхата все крепче и крепче, пока тот не стукнул его кулаком в плечо. - Стой, я не шучу! - закричал он Туну на ухо и прикрыл рот.

Это действительно его чертенок. У него всегда начиналась кружится голова, когда Тун вот так начинал с ним кружиться. Он даже жаловался профессору на это, но тот сказал, что этот процесс временный и вскоре пройдет.

Нехотя Тун остановился и поставил Пхата на ноги. Он взял его лицо в свои ладони и стал его рассматривать, как делал когда-то.

- Ты снова за старое? - Пхат хитро улыбнулся.

- Это ты? Да, это ты! Ты жив. Ты вернулся ко мне.

- Да что с тобой, Тун? Ты прям сам не свой. Ты что такоге говоришь? Ты сколько выпил, милый?

- Это ты, - не переставая твердил Тун.

Он прикоснулся своим лбом ко лбу Пхата все повторял и повторял:

- Ты вернулся. Ты снова со мной.

Пхат попытался отстраниться от него, но не тут-то было. Тун стал его целовать - губы, лицо, шею. Пхат перестал сопротивляться и всецело ему подчинился, отвечая на его ласки. Они целовались и обнимались, не в силах оторваться друг от друга. Впрочем, как всегда. Но в этот раз, улучшив момент, Пхат отстранился и выставил руку вперед, создавая дистанцию между ним и Туном. Тот немного опешил. Он никак не ожидал, что любимый остановит его. Раньше такого не было. Видно, это из-за того, что Тун сегодня сделал. На душе сразу стало так муторно. Он отпустил из объятий Пхата и сделал шаг назад.

- Прости, я виноват. Я ... - Пхат жестом его остановил.

- С чего ты просишь прощения? Ты ничего не сделал. Просто ты так на меня сейчас напал, как будто не видел меня по крайней мере год.

- Так и прошел год...

- Какой год, милый? Мы только утром виделись. И знаешь, я немного на тебя обижен, - сказал Пхат, надув губы, как он обычно делал.

У Туна сжалось сердце - как он давно не видел этой причудливой гримасы, которая при этом получается. Ему снова захотелось обнять своего любимого и прижать к себе покрепче, но он сдержал себя, чтобы ненароком не разозлить своего чертенка. Когда тот злится на Туна, бывает даже больно. Туну.

- Давай присядем и поговорим, - не дожидаясь его, Пхат сел на место, где сидел до того, как пришел Тун. Тот послушно сел, все время поглядывая на Пхата. - Ты чего такой нервный сегодня? Я прям тебя не узнаю, - продолжил Пхат. - Ты давно медитировал? А, погоди, сегодня вроде. Да, я помню...

Он почему-то задумался, смотря куда-то вдаль. Тун не отрываясь смотрел на любимого. Он никак не мог понять, почему тот говорит, что они виделись сегодня, и даже знает, что Тун медитировал сегодня утром.

- Откуда ты знаешь, что я делал сегодня утром? - спросил Тун.

- Как мне не знать? Я же рядом был.

Вот это “я же рядом был” всколыхнуло сердце - как? Когда? Тун ничего не понимает.

- Ты чего так на меня смотришь? - Пхат непонимающе хлопал глазами. - Ты медитировал, я сидел рядом. А потом мы вообще-то любовью собрались заняться, но ты убежал в ванную, как полоумный. Я обиделся, - сказал он и, скрестив руки на груди, отвернулся.

Тун понимал, что ничего не понимает. Утром да, он медитировал, но рядом сидел Тхан. И он с Тханом чуть не занялся любовью, думая, что тот Пхат... Стоп! Мистика какая-то. Он смотрел на Пхата и судорожно пытался найти хоть одно объяснение тому, что тот сказал. Выходит, что Тхан — это Пхат? Вернее, Пхат — это Тхан? Подождите, как это получается? У Туна закружилась голова, и он повалился на землю. Сквозь какую-то пелену он увидел склонившегося над собой Пхата или Тхана, который сначала позвал его, а потом сказал так четко и внятно, что его слова врезались Туну в память:

- Запомни, Тун, я - это я. И я всегда с тобой, даже если это не я...

Он открыл глаза. Над ним в небе проплывали одинокие облака причудливой формы. Он сел и обхватил голову руками. Что это сейчас было? Он спал или это было наяву? Что значит “я, даже если не я”? Пхат, что ты хотел сказать этим, родной?

Тун огляделся. Он все так же сидел на обрыве, только это не обрыв Пхата, а совсем другой обрыв. Солнце пошло на закат. Долго же он спал или не спал. Тун мотнул головой. Надо возвращаться. У него сегодня еще связь с профессором. Надо будет ему рассказать об этом, может, он сможет разъяснить Туну, что ему теперь делать?

До квартиры он добрался быстро. Принял душ и подсел к компьютеру. Через полчаса настанет контрольное время, а пока можно немного расслабиться и помедитировать. Тун переместился к окну на циновку и сел в асану. Помедитировав, он привел свои нервы и чувства в нормальное состояние.

Раздался сигнал вызова. Вернувшись к компу, Тун нажал на кнопку ответа. На экране показалось лицо профессора. Он улыбался.

- Папа, у вас сегодня хорошее настроение? - Тун решил начать с позитивного настроя. Вянь Вянь принял его игру.

- Сегодня погода хорошая, - ответил он.

- У нас тоже сегодня замечательная погода, - Тун старался улыбаться как можно спокойнее, но разве можно провести старого пройдоху?

- Тун, мальчик мой, у тебя что-то случилось? - лицо Вяня стало серьезным. - Рассказывай с мельчайшими подробностями.

- Вот прям совсем с мельчайшими? - решил отшутиться Тун, но тут же пожалел.

- Вплоть до того, сколько раз ты сходил в туалет и что там делал при этом, - сказал Вянь, нахмурив брови.

Он что, знает, что Тун с Тханом? Да быть того не может. Или может? Тун почувствовал себя как-то нехорошо. Его замешательство, естественно, не ускользнуло от внимательного профессора. Уже год прошел с момента гибели Пхата, а парень все никак отойти не может. Но, по всей видимости, здесь есть что-то еще.

- Что тебя так беспокоит? Расскажи, Тун. Я хоть и старый совсем, и, по сути, даже Пхату отцом не являюсь, но вы мои дети, и мой долг - помогать вам во всех ваших неурядицах. Не держи в себе, расскажи, что не дает тебе покоя. Я же вижу, как ты нервничаешь и места себе не находишь. Поделись, и тебе станет легче.

- Не обращайте внимания, просто... Я просто вспомнил Пхата.

- Ладно, не хочешь говорить, не надо. Давай по заданию. Какие сдвиги?

- Ли Бао приставил меня к своему предполагаемому сыну. Я разыграл небольшой спектакль перед ним, показывая, что я готов на все ради денег, плюс сведения, что обо мне, вернее, о Корне распустил Нок, сделали свое дело. Ли поручил мне довольно необычное дело.

- Относительно его сына?

- Да. Он хочет, чтобы я был с Тханом круглосуточно и не просто так. Я должен восстановить его память, но не всю, а только касающуюся профессиональных навыков.

- Он сказал, какие у Тхана навыки?

- Он упомянул только боевые искусства. Но при этом намекнул, что могут быть еще и другие, но он не особо их знает, так как с сыном не жил, а только справлялся о нем у других людей. Но меня больше напрягло, что он не просил восстанавливать память полностью, а только эту часть.

- Действительно странно... - сказал Вянь задумчиво и почесал подбородок. - Так, хорошо, с этим разберемся. Далее что?

- Он поселил нас в своем особняке. То, что у него здесь камеры везде, это я уже выяснил. А еще за нами приглядывают, - Тун усмехнулся, вспоминая вполне невинное лицо Паркера. Тот не знал, что Тун его уже вычислил.

- Ну, как с эти справиться, ты знаешь. Не думаю, что тебя учить надо, - улыбнулся профессор. - Но мне не нравится, что тебя что-то так сильно беспокоит.

- Все нормально. Не берите в голову. Я продолжу? - Вянь кивнул. - Так вот. Я поговорил с Тханом по душам, и он мне рассказал все, что знал про себя, но со слов своего предполагаемого отца. Лично он о себе вообще ничего не помнит - белый лист. Сегодня мне удалось просмотреть его потоки более тщательно. Профессор, они... идеальны. Такие потоки были только у Пхата после его полного восстановления.

«Так вот что его смущает», - подумал Вянь. Тун увидел ци Тхана, и она схожа с ци Пхата. Это многое объясняет. И подтверждает. Вот теперь им надо быть очень осторожными еще в большей степени, но Тун должен пока остаться в неведении. Ему еще рано знать правду.

Пока профессор размышлял, Тун продолжал свой отчет:

- Проверив все потоки, я решил проверить уровни. Я уже рассказывал, что в прошлый раз, когда я поверхностно его обследовал, столкнулся с тем, что уровень запечатан. Он действительно запечатан и очень основательно. И, профессор, на том уровне что-то спрятано. И мне кажется, что именно там находится настоящая личность Тхана. И она зовет и манит к себе. У него очень сильная и чистая ци. Если бы не ее какая-то искусственность, то я подумал бы, что это часть моей ци, вернее, ци Пхата. Я... - он запнулся.

- А вот теперь, мальчик мой, соберись и расскажи о своих чувствах, что ты испытываешь, находясь рядом с тем парнем. Это очень важно.

- Для чего, профессор? Для чего важны мои чувства? Какая разница, что я испытываю? Разве это относится к делу?

- Еще как относится. Я не могу тебе сейчас рассказать все. Мне еще надо проанализировать и сопоставить. Вот почему я прошу тебя рассказать все без утайки.

- Но... папа...

- Рассказывай, я все пойму и приму, - подбодрил Туна профессор.

Он предполагал, что сердце парня дрогнет, как только он встретит Тхана. И то, что Тун будет корить себя за это, тоже знал, но он не мог посвятить парня во все детали дела, иначе все могло провалиться. Тун должен до всего докопаться сам.

- Я не знаю, с чего начать... - Тун опустил голову. Как сказать отцу, что он предал его сына? - Простите меня, отец, - наконец выдавил из себя Тун. Была не была. Он расскажет все и будь что будет. - Я никчемный зять. Я предал память вашего сына. Мне нет прощения, но я не могу больше себя контролировать рядом с Тханом. Я, смотря на него, вижу Пхата. Своего любимого, ради которого готов жизнь отдать. Меня тянет к этому парню. Он снится мне. Мне плохо без него... - Тун не смог сдержать слез. - Вы можете меня презирать, я сам себя презираю за свою слабость и несдержанность. Что мне делать, папа?

- Успокойся, сынок. Никого ты не предаешь. Ты просто живешь дальше. Твоя жизнь с уходом Пхата не закончилась. Зачем ты себя хоронишь вместе с ним? Вспомни, у вас будут дети. Ты о них подумал? Им нужен счастливый папа, а не человек, загоняющий себя в какие-то рамки условностей.

Тун сидел, опустив голову на грудь. Вянь Вяню даже как-то жалко его стало. Может, рассказать ему? Нет, не стоит. Вдруг он ошибается, а у Туна появится надежда? Нельзя так. Надо досконально все проверить, а потом он ему расскажет все-все.

- Папа, а мне Пхат наконец приснился, - тихо сказал Тун. - Он никогда не снился, а тут приснился, - он поднял голову и посмотрел на профессора. - Но я не могу понять то, что он сказал мне.

- Что он сказал, сынок? - Вянь Вянь подался вперед, чтобы не пропустить ни единого слова.

Он знал случаи, когда люди связывались друг с другом по ментальной связи. Если все обстоит так, как предполагает профессор, то Пхат вполне мог связаться с Туном. Тем более у них одна ци.

- Он сказал, что он - это он. Что он всегда со мной, даже когда это не он... Я ничего не понимаю. Профессор, что это значит?

Вянь Вянь немигающим взглядом смотрел на Туна. Когда-то Мэоу сказала ему такую фразу. Это было как раз в тот момент, когда она только трансформировалась в Пхата. Фраза звучала так: «Я - это я, даже тогда, когда это не я...»

Глава 17

Объяснения

Сколько я просидел на балконе? Да фиг его знает. Корн все не возвращался. Может, он и не вернется, а я как дурак здесь сижу и слезы по нему лью. Так, Тхан, соберись, тряпка. Иди приведи себя в порядок. Вот вернется Корн, в ты весь такой зареванный. Ты что, девчонка? Нет, а ведешь себя как... Будь мужиком в конце концов. Посмотри на себя в зеркало.

Я решительно встал и вернулся в комнату. Подошел к большому зеркалу и взглянул на себя. Да, блин... На меня из зеркала смотрел какой-то урод с опухшим от слез лицом, в мятой одежде, весть такой несчастный, как побитая собака. И вот таким ты собираешься предстать перед объектом своих желаний, когда он вернется? Так, собрался, быстро!

Тун возвращался в особняк Ли Бао в крайней задумчивости. Что же ему делать? Надо объясниться с Тханом, а то как-то нехорошо получилось. Да еще эти слова Пхата. Вот что бы они могли значить? Я всегда рядом, даже если это не я... Загадка. А профессор, похоже, что-то знает, но молчит. Как только Тун ни пытался у того хоть что-то выудить, так и не смог. Придется выяснять все самому.

Я спустился вниз и немного перекусил, хоть в горло ничего не лезло. Вернулся в комнату и привел себя в порядок. Осталось только подобрать одежду. Что же мне надеть? В задумчивости я ходил по гардеробной и никак не мог выбрать подходящий прикид. Перебрав несколько вещей, я понял, что мне абсолютно нечего надеть. Все вещи покупал отец, за исключением той розовой пижамки, которую я прикупил в больничном магазинчике. Придется устроить себе шопинг, а то отец накупил какое-то стариковское шмотье. Но сегодня уже поздно, да и без Корна мне выходить не велено. Так что же мне сделать? А может, мне позаимствовать что-нибудь у своего соседа? Мы почти одинакового размера. Ну, я немного пониже, это не беда, и чуть худей его, но я такой же качок, то есть форма и структура тела у нас схожи. Думаю, что какая-нибудь незатейливая толстовка и штаны у него найдутся. Не побьёт же он меня за это? Или не рисковать? Да что я как трус? Возьму ненадолго, потом постираю и отдам. И я, полный решимости, как был в одном полотенце, так и пошел к Корну в комнату.

Несколько раз постучался в дверь - а вдруг он уже приехал - но ответа не последовало. Я нажал на дверную ручку и толкнул дверь. Она была не заперта. Оглядевшись, я прошел в гардеробную. Так, посмотрим, что у нас тут? А вещей-то у него маловато.

Я с интересом рассматривал одежду Корна. Три деловых костюма - мало, нужно еще как минимум два. И смокинг нужен на выход и, может, не один. Нужен клубный пиджак и еще несколько поло... Ой, что это я? Так, вон бери уже вот этот лонгслив и штаны и выметайся, пока хозяин не пришел.

Взяв приглянувшиеся вещи, я развернулся к выходу и застыл на месте - в дверном проеме, опершись о косяк, стоял Корн, скрестив руки на груди, и наблюдал за мной. Кажется, я попал. От неожиданности я дернулся и подался чуть назад. И тут произошло то, что обычно происходит в комедиях - мое полотенце зацепилось за край ящика и повисло на нем, оставив меня абсолютно голым, с вещами в руках и в нелепой позе, потому что я чуть не упал и раскинул руки, чтобы сбалансировать вес. Все, я приплыл. Занавес...

Приехав в дом, Тун поднялся на второй этаж и пошел к себе. По дороге он остановился у комнаты Тхана – может, зайти? Нет, надо привести себя в порядок, переодеться, а заодно еще раз все обдумать: как составить с ним разговор.

Зайдя к себе, он обратил внимание, что дверь в гардеробную открыта, хотя он явно помнил, что закрывал ее уходя. Он насторожился - кто здесь мог быть? Сгруппировавшись, он по привычке потянулся к тому месту, где обычно весела кобура. Блин, у него нет оружия. Это плохо. Ну ничего, в рукопашную даже лучше - он хоть сможет размяться.

Тихо, чтобы никого не спугнуть, он приблизился к двери и аккуратно заглянул. Его ждал сюрприз в виде полуголого Тхана - тот в одном полотенце на бедрах перебирал вещи. Тун встал в выжидательную позу, скрестив руки на груди, и стал наблюдать, что будет дальше.

А парень, не обращая на него внимания, рылся в его одежде. И что он ищет? Да еще в таком виде? Странный он какой-то. Вот Пхат тоже подолгу рылся в вещах, ища что надеть. Блин, он снова их сравнивает. Нет, так дело не пойдет. Пора расставить все точки над i.

Тем временем Тхан подобрал вещи и развернулся к Туну. От неожиданности парень отпрянул назад, споткнулся и замахал руками, чтобы удержать равновесие. И тут произошла неожиданная вещь - полотенце, котором были обернуты его бедра, зацепилось за край ящика и осталось так висеть, а перед Туном предстал Тхан во всей своей красе.

Широко раскрытыми глазами Тун смотрел на пах Тхана и не мог поверить в то, что он видел. Он реально понимал, что люди могут быть схожи и внешне, и повадками, и даже голосом, но чтобы они были похожи еще и в этом? Это уже из ряда фантастики.

Два года назад

Вот как его от этого отговорить? Тун смотрел на обиженного Пхата и быстро прокручивал в голове все возможные варианты. Вот взбрела же тому в голову эта безумная идея. И как теперь с этим быть? Ни уговоры, ни предостережения - ничего не помогало отговорить Пхата от его задумки. Он сказал, что хочет это сделать уже давно и Тун может его не отговаривать, а лучше пусть смирится. Он все равно это сделает. Где, когда и что, он сказать отказался. Сказал только, что это сюрприз.

Поняв, что спорить бесполезно, Тун смирился.

- Ладно, делай что хочешь, - устало он махнул рукой.

- Милый, спасибо, спасибо, спасибо. Ты не волнуйся. Она будет маленькой, и кроме нас с тобой о ней никто не будет знать. Это наш с тобой секрет, - он обвил руками Туна за шею и поцеловал его долгим, многообещающим поцелуем.

После этого Тун уже готов был разрешить Пхату все.

Настоящее время

Тун смотрел на Тхана и не мог оторвать глаз от небольшого пятнышка, что находилось в правой верхней части паха у подвздошной кости. Это было не простое пятнышко, это была тату, что Пхат сделал два года назад. И состояла она из первых букв их имен, витиевато вплетенных друг в друга.

Я проследил за взглядом Корна и понял, что он разглядывает мое членство. Я не из стеснительных, но так тоже нельзя. Спохватившись, я прикрылся одеждой, что была у меня в руках. У меня уши сейчас точно цвета спелого томата. Так, надо побыстрей ретироваться. Как бы мне прошмыгнуть мимо?

Подняв глаза на Корна, я увидел, что он оторвался от косяка и медленно движется в мою сторону, не спуская глаз со своей одежды, которой я прикрылся. Он меня что, точно побить решил за вторжение? Или... Я сглотнул. Что прям вот здесь и сейчас? Почувствовав под руками шевеление, я посильней стиснул зубы. Так, подумай о чем-нибудь, но только не об этом. А Корн тем временем приблизился почти вплотную.

Не отрывая взгляда, Тун подошел к Тхану и схватил его за плечи. Тот испуганно посмотрел ему прямо в глаза.

- Кто ты? - Тун не мог сдержать своего волнения. - Говори, кто ты?

- Корн, т-т-ты чего? Это же я, Тхан...

Что-то мне становится не по себе. Корн прям изменился на глазах. Да что с ним? Может, он заболел?

- Говори, кто ты? - наседал на меня Корн. Я стал двигаться от него назад, но он меня не отпускал и только сильнее сжимал мои плечи.

- Корн, мне больно! - и не только больно, но мне уже страшно становится.

Я сделал еще шаг назад и почувствовал, что уткнулся спиной в стену. Корн навис надо мной, как скала. Я невольно зажмурился. Что он собирается делать и почему он спрашивает, кто я?

И тут я почувствовал, как Корн пытается забрать из моих рук одежду, которой я хоть как-то прикрылся. Я немного опешил. Это что, какая-то игра? А почему меня в нее не пригласили? Мне сразу сдаться или немного посопротивляться? А теперь что он делает? Святые помидоры, он что хочет сделать? Да блин, успокойся, Тхан, возьми себя в руки. А, да я и так себя в руках держу. Причем в прямом смысле слова, но это не помогает...

Присев на корточки, Тун чуть отстранил руки Тхана от бедра. Он абсолютно не обращал внимание на состояние парня, который держал себя из последних сил. Все его внимание привлекло тату на его теле. Он, как завороженный, смотрел на нее, не в силах отвести взгляда. Он никогда не спутает ее ни с одной другой похожей. Он столько раз разглядывал ее и целовал, что запомнил каждый завиток, каждую линию в этом причудливом узоре, что придумал Пхат, объединив их имена - в крохотном кружечке, что был не больше ногтя, навеки сплелись две буквы - Т и П.

Он рассматривал этот кружочек, а из его глаз стекали слезы. Неужели этот парень - его любимый чертенок? Или это очередная чья-та злая шутка? Тун резко встал и снова схватил Тхана за плечи:

- Если ты сейчас же не скажешь мне, кто ты, то я...

Мне хотелось спрятаться куда-нибудь. Да что он от меня хочет? Что я должен ему ответить? Да я сам не знаю, кто я, и мне от этого не легче.

- Отпусти меня, Корн, - я снова попытался вырваться из его крепкой хватки. - Что ты хочешь услышать? - меня почему-то начало все злить. - Что я должен ответить? Да не знаю я, кто я! - я уже почти кричал ему прямо в лицо. - Я — это я. Даже если это не я, это все равно я!

Перемена, что произошла с Корном после этих слов, меня напугала еще больше. Он пошатнулся и отпрянул от меня. Весь его вид говорил, что он отчаянно борется с чем-то внутри себя.

- Ты... ты... Пхат? - его глаза были полны слез.

Вдруг в моей голове появилась резкая боль. Не обращая ни на что внимание, я схватился за голову и застонал. В голове бушевало какое-то пламя. Я почувствовал, что моя голова сейчас взорвется. Уже теряя сознание, я почувствовал, как Корн подхватил меня на руки. Что он собирается делать? Да какая разница. Эта нестерпимая боль убивает меня...

Он никак не ожидал, что Тхан снова начнет терять сознание. Да что же с ним такое творится? Вроде врачи не обнаружили никаких отклонений. Да причем тут это, Тун? Ты ее видел? Это же не может быть у двоих никогда не встречавшихся людей одинаковым. Не может. И что это значит? Это значит, что каким-то образом Пхат превратился в Тхана. Вот что это значит. И как раз вот это и надо выяснить: для кого, а главное, для чего это нужно было делать? Но это потом, а сейчас надо привести парня в чувство.

Тун уложил Тхана на свою кровать и проверил жизненные показатели. На физическом плане все было нормально. Значит, дело в ци. Тун сел рядом в асану и быстро вошел в медитацию. Собрав побольше ци, он подсоединился к потокам лежащего перед ним парня. Потоки были в норме, но ци по ним носилась как бешеная. Как в прошлый раз, Тун ее быстро успокоил и почувствовал, как парень расслабился. Значит, боль у него вызывается ускорением потоков? Странно. Такое действие ци не должно приводить к головной боли.

«Надо проверить уровень», - подумал Тун и стал его прощупывать. От уровня снова исходила какая-то непонятная и притягательная энергия. Она манила, звала и, как показалось Туну, о чем-то умоляла. Он снова проверил блок на уровне. Все так же запечатан. Как бы его открыть, но так, чтобы не навредить? Профессор обещал над этим подумать.

Тут ему пришла в голову идея - а не поговорить ли с тем, что спрятано на этом уровне? Вроде, прошлый раз получилось. Надо повторить попытку. Он сосредоточился и попытался мысленно говорить с этим нечто. Он говорил, что из-за действий того усиливаются потоки и Тхану становится очень больно. Он просил, чтобы кто-то или что-то не вредило носителю. Сначала не было никакой реакции. Но вскоре Тун заметил, что ци стала замедлять свой бешеный бег по потокам, а с уровня уже не чувствовалась энергетика отчаянья. То, что было там спрятано, успокаивалось, и все вокруг приходило в норму. Вот и хорошо, вот и славно. Значит, Тун на верном пути. Надо будет приходить просто разговаривать. Может, тогда что и выяснится. Когда все окончательно успокоилось, он мысленно попрощался с тем, кто был на уровне, пообещав вернуться и продолжить их пусть и односторонний, но разговор.

Выйдя из медитации, Тун продолжил сидеть рядом с Тханом и пристально его разглядывать. Он четко находил некоторые отличия от Пхата, но они могли быть сделаны хирургическим путем. Тогда и тату могло быть поддельным. Так кто же ты, черт возьми, такой?

Мне сейчас было так хорошо, что совсем не хотелось просыпаться. Я сладко потянулся и открыл глаза. Первое, что я увидел — это сидящий рядом Корн, который пристально меня рассматривал. И тут я вспомнил все, что было перед тем, как я уснул. Я опустил взгляд на себя, думая увидеть себя голым, но я был заботливо укрыт одеялом. От этого почему-то на душе стало тепло. Он хоть и странный, но заботливый. Я тоже бываю странным. И Корн, наверное, тоже не может меня понять. Мы с ним два чудика... Смешно. Соединились два одиночества. Хотя нет, не соединились. Этого, видно, хочу только я. Мне стало грустно от этих мыслей.

Я подтянулся и присел, облокотившись на спинку кровати. Корн продолжал на меня моча смотреть. Что же ты молчишь? Скажи хоть что-нибудь.

- Корн, - позвал я. Он встрепенулся, как будто очнувшись от оцепенения.

- Да?

- Ты можешь мне объяснить, что происходит?

- Может, для начала ты объяснишься? - задал он встречный вопрос.

- Ну, - начал я, - я хотел одолжить у тебя одежду. То, что у меня есть, совсем мне не подходит. Ее покупал отец, и она...

Корн меня перебил:

- Отец?

- Ну да. Не ты же мне одежду покупал. Думаю, что если бы ты, то мне не надо было бы рыться в твоем гардеробе.

- Ты помнишь, о чем я тебя спрашивал?

- Да ты особо не спрашивал, - я насупился. - Ты все пялился на мой... - я опусти глаза, указывая ими на свою промежность.

- Ты помнишь, какой вопрос я тебе задал? - продолжал настойчиво спрашивать Корн.

- Да помню я. Ты спрашивал меня, кто я.

- Ответь на него.

- Так я тебе уже ответил - я не знаю, кто я. Не помню. Вот что ты ко мне пристал?

- Нет, не то. Что ты сказал после этих слов?

Я задумался: а что я сказал? У меня дико заболела голова - это я помню. А перед этим... Да, я что-то сказал такое, что у Корна лицо побледнело. Что я тогда сказал? Кажется...

- Я - это я, даже когда это не я, - уже в слух сказал я. Кажется, вот так это звучало. Бред какой-то, но я тогда так и сказал, и после этого все - разболелась голова, и я ничего не помню.

Корн подсел ко мне ближе, снова обхватил за плечи и, притянув меня к себе, заглянул в глаза. А я заглянул в это время в его. Святой Будда! Сколько боли, сострадания и ... любви я в них увидел, даже пересказать невозможно. Он смотрел на меня, и по его щекам текли слезы. Я немного растерялся, а Корн вдруг обнял меня, прижал к себе одной рукой, а второй стал нежно гладить по голове, приговаривая:

- Милый мой, ты вернулся ко мне. Я знал. Я не верил, что тебя больше нет. Они говорили обратное, но я не верил...

И что это с ним? И тут до меня дошло - я же ничего не помню из прошлого, а этот парень всегда ко мне относился как будто знает меня давно. Может, это действительно так? Почему меня всегда так к нему тянуло? Не из-за того ли, что физическая память тела подсказывала, что мы знаем друг друга на более близком уровне. Так почему же все всё скрывают?

Не веря своим ушам, Тун еще раз прокручивал и прокручивал в голове фразу – «я - это я, даже если не я». Во сне Пхат сказал ему так же, так, может, это его любимый перед ним? На том уровне скрыта его личность, вот почему он ничего не помнит о себе. И вот почему Туна тянет к нему, как когда-то тянуло к Пхату. Это его милый чертенок. Он вернулся к нему. Не в силах себя больше сдерживать, Тун обнял Тхана или Пхата - да какая сейчас разница? Это его любимый, его чертенок, его Пхат...

Мне почему-то стало так спокойно и уютно в его объятьях, что я ничего не нашел лучшего, как прижаться к нему посильнее. Я ничего не помню и уже смирился с этим. Но теперь я хочу знать о себе, о нас все. Это мое право.

Вдруг Корн отстранился от меня и, глядя мне прямо в глаза, спросил:

- Ты позволишь?

«Что?» - хотел было спросить я, но только молча кивнул.

Он сдвинул край одеяла, обнажая мои бедра. Мое сердце встрепенулось. «Так, спокойно, неугомонный», - сказал я себе и стал наблюдать за действиями Корна. А он снова стал рассматривать мою тату. Вот что она ему так уперлась? А может, если мы знали раньше друг друга, он знает ее происхождение и сможет мне сказать, кто был в моей жизни такой важный, у которого имя начинается на букву П? Т понятно - Тхан, а вот П всегда вызывало у меня кучу вопросов, но спросить было не у кого. Теперь я узнаю, кто это. От этой мысли стало немного радостно, и я даже перестал обращать внимание на то, что Корн, рассматривая мое тату, стал гладить меня по бедру, по тату... Но я очнулся, когда он нагнулся и поцеловал его. Такого всплеска эмоций я еще не испытывал. Они накрыли меня с головой, и я даже охнул от неожиданности.

Рассматривая тату, Тун, сам того не замечая, стал гладить ее, потом провел ругой по бедру Тхана. В мозгу вспыхнули картинки из прошлого: как он вот так ласкал Пхата и как он реагировал на это. Больше всего его заводило, когда Тун целовал его в место, где тот набил рисунок. Если он так реагировал, так как же он выдержал, пока ее набивали? Он постоянно приставал с этим вопросом к Пхату, а тот отшучивался и говорил, что ему только Туновы губы приятны, а тату набивали не губами.

Туну безумно захотелось снова поцеловать это место и, недолго думая, он нагнулся и сделал это. Того, что последовало за его поцелуем, он никак не ожидал - Тхана накрыло. Так же, как когда-то накрывало Пхата. Это окончательно убедило Туна в том, что перед ним его любимый - живой, вполне здоровый Пхат, но только в измененном сознании. И теперь никто не переубедит Туна в обратном...

С трудом взяв себя в руки, я еле отдышался. Вот не знал я, что у меня это место так реагирует на ласки. И чего это Корну взбрело в голову? Он же утром сбежал, а сейчас хочет наверстать или он так прощения просит? Голова кругом идет от всего этого. И потом, как он меня назвал?

Аккуратно, чтобы не обидеть своими действиями Корна, я отстранился от него, завернулся в одеяло и, прихватив все те же вещи, сполз с кровати. Потом медленно, полубоком стал двигаться к выходу. Корн остался сидеть на кровати, повесив голову на грудь. Посиди так, а мне надо к себе, привести себя и свои мысли в порядок. Уже у самой двери я развернулся и пустился бежать. Вот что со мной такое?

Глава 18

В агентстве Вяня

Настоящее время

Профессор в задумчивости сидел за столом и почесывал подбородок. После сеанса с Туном у него появилось убеждение в своих догадках. Надо связаться с Паком и еще раз расспросить его со всеми подробностями. Не все тот рассказал, не все.

В дверь постучали. Вянь оторвался от своих раздумий.

- Войдите.

В приоткрывшеюся дверь протиснулась взлохмаченная голова Нока.

- Профессор, я не помешаю?

- Заходи давай весь. Ты принес то, что я просил?

- Да, профессор, - Нок осторожно вошел в кабинет и подошел к столу, за которым сидел Вянь.

Сам не зная почему, но Нок как-то всегда опасался заходить к профессору. Толи он самого профессора побаивался, толи еще что, ответить на это он не мог. Просто его всегда охватывало какое-то оцепенение. Вот и сейчас прям мороз по коже, отчего ему было неуютно.

Нок положил на стол принесенную папку с документами и просительно посмотрел на Вяня, типа «я пойду, а?» Вянь взял папку и открыл ее. Стал изучать документы. Потом, как будто о чем-то вспомнив, повернул голову к Ноку:

- Ты пока присядь, чай выпей, - улыбаясь сказал он.

Нок тихо вздохнул и присел за чайный столик. Посидел немного, озираясь по сторонам, потом все же взял себя в руки и налил себе чашечку ароматного чая. Он пил чай и вспоминал, как когда-то вот так здесь сидел Пхат и уплетал печеньки... Воспоминания о друге плотным комом застряли в горле. Нок все еще винил себя, что не смог наладить свою сетку раньше и по его вине погиб человек. И не просто человек, а душа агентства. А еще... Каждый раз, когда он сталкивался с Пхатом, его сердце замирало, а потом начинало биться чаще. Поначалу он думал, что это от того, что он немного побаивался этого парня, а тот еще подшучивал над ним. Но со временем Нок понял, что испытывает к Пхату больше, чем просто дружескую симпатию. Он долго не признавался себе и отгонял эту мысль, но она не уходила. А когда Пхата не стало, Нок испытал такую боль потери, что сомнений в его чувствах уже не было. Он бы все отдал, даже свою жизнь в обмен на то, чтобы Пхат вернулся к ним. И пусть Нок никогда не сможет быть с ним, и он никогда бы не узнал о его чувствах. Нок просто смог бы любить его издалека, зная, что он есть, что он жив. Но... Но он никогда уже не вернется, отчего сердце болело еще больше...

Изучая документы, Вянь то и дело поглядывал на Нока. Он заметил перемену у того на лице, значит, все еще винит себя. Ничего, если все подтвердится, то он поймет, что ни в чем не виноват.

- Нок, - позвал профессор. Тот встрепенулся, сбрасывая с себя тяжелые воспоминания. - Спасибо за документы. Я думаю, что я их еще поизучаю и дам тебе знать о своем решении чуть позже, а пока можешь идти заниматься тем, о чем договаривались. Мин к тебе потом присоединится, - на этих словах Нока как ветром сдуло. Профессор улыбнулся ему вслед.

Вянь продолжил перелистывать документы в папке, что принес Нок. Здесь было все, что они смогли собрать по сыну Ли Бао, а также отчет Мина - что делал, с кем контактировал, когда собирал сведения. Конечно же, все это можно было просмотреть в электронном виде, но профессор любил шуршание бумаги, когда ее перелистываешь, ее запах. Такая тактильность давала ему возможность лучше сосредоточится. Зная эту его особенность, Ли Бао тогда и проник в его кабинет, думая найти записи по программному коду. Но смысл в этом коде был утерян вместе с разрушенной ци Мэоу.

Он вздохнул. Да, Мэоу. Сколько же выпало на твою долю. Тебя украли в младенчестве, чтобы продать, но бросили, как ненужную куклу. Ты скиталась по приютам и приемным семьям, пока не попала в поле зрения профессора. Тут, вроде, жизнь начала налаживаться. Ты была умной, способной девочкой и выросла в не менее прекрасную девушку.

И снова начались приключения. Ты изменила себя и стала парнем. Много раз ты была на волоске от смерти. Ты потеряла ци, но приобрела новую, а вместе с ней и любовь. Ты всегда любила и была любима, так неужели жизнь так несправедлива к тебе, что не даст второго шанса?

Отложив папку, профессор взял телефон и набрал номер. Раздались долгие гудки. На том конце долго не брали трубку. Наконец прозвучал щелчок соединения. Не дожидаясь ответа, профессор сказал:

- Завтра там же, - и нажал «Отбой».

Полдела сделано. Надо еще поговорить с Мином. Вянь набрал номер:

- Мин, будь добр, зайди ко мне.

Вянь достал из папки отчет Мина и отложил его в сторону, а папку убрал в стол. Стук в дверь оповестил его о приходе молодого сотрудника.

- Входи.

Мин, улыбаясь, прошел внутрь. Профессор жестом указал ему на стул рядом со столом, приглашая присесть.

- Профессор, у вас есть какие-то вопросы? - поинтересовался Мин, заметив свой отчет на столе.

- У меня всегда есть вопросы, - улыбаясь, ответил Вянь.

- Что-то конкретное? Я, вроде, описал все, как было, и ...

- Просто старику надо все разжевать, - остановил Вянь Мина, который начал было нервничать. - Ты что так волнуешься? Или скрываешь что? - профессор внимательно посмотрел на парня. Мин отвел глаза.

Единственное, что он скрывал от всех, это то, что во время своего отсутствия он наконец разобрался в себе и осознал, что он любит того, кого не должен любить.

- Нет, профессор, если я что и скрываю, то это... - он чуть замялся. Не говорить же на прямую. - Это свою боль утраты друга...

- Я тебя понимаю, - вздохнул профессор.

Потерпите, ребятки, если то, что выяснил Тун, правда, и они смогут исправить это, то все скоро закончится, и все вернутся к нормальной жизни.

- Так что вы хотели уточнить?

- Мне вот этот момент непонятен. Посмотри, ты здесь указал про больницу, где лежал Тхан. Я поручил Ноку выяснить про нее все и получил ответ, что такой больницы не существует.

Мин стал перебирать в памяти моменты, когда он случайно увидел Ли, который входил в неприметное здание. Он тогда спросил у прохожего, что это за место. И получил в ответ, что это больница Святого Марка - частная клиника какого-то концерна. Он же, вроде, указал это в отчете.

- Моя ошибка в том, что я не перепроверил информацию. Я должен...

- Успокойся. Ничего страшного не случилось. Просто я не предал этому значения, но, когда получил информацию, что такая больница нигде не значится, у меня появились вопросы. Надо бы узнать о ней побольше. О врачах, что в ней работают, о ее профиле. Нок уже работает над этим. И я хочу попросить тебя присоединиться к нему в этом вопросе. Хорошо?

- Профессор, могли бы не просить. Я готов сделать все, что вы скажете.

- Отлично, - Вянь заулыбался. - У тебя сейчас есть дела в разработке?

- Мне надо проанализировать пару отчетов от Пантер.

- Хорошо, как закончишь, присоединись к Ноку.

- Может, отчеты подождут? Я могу...

- Не надо. Доделаешь работу и приступишь. Хорошо? - профессор с прищуром посмотрел на Мина. Тот согласно кивнул. С профессором лучше не спорить.

Вернувшись к себе, Мин сразу засел за проверку документов от оперативной группы - чем быстрее он закончит ее, тем быстрее приступит к выполнению задания Вяня, а значит, хоть как-то поможет приблизиться к намеченной им цели.

Через какой-то период времени он присоединился к Ноку. Тот уже поднял все записи, которые они до этого находили. Восстановил примерную геолокацию. Теперь Мин должен будет ее откорректировать. Через два часа у них уже было точное место нахождения медицинского учреждения, в котором лечился сын Ли Бао. По спутнику вывели картинку на экран.

Мин внимательно рассматривал местность. Да, это действительно здесь. Вот здание. На здании нет ни опознавательных знаков, ни вывесок. Нок набрал номер Кая - теперь должен немного поработать он. Он у них знатный хакер. Надо проникнуть в базу данных владельцев домов за информацией по недвижимости.

Как они и предполагали, это была никакая не больница, а научная лаборатория. Так почему Тхана держали в лаборатории, да еще так долго - почти полгода? Загадки с каждым разом только прибавляются, а их решений все нет. Это немного удручало.

Выяснив, что это за здание, они распределили дальнейшие поиски - Кай должен поднять все документы и найти хозяина здания, далее Нок должен будет найти все на этого хозяина и чем занимается лаборатория, а Мин, собрав все воедино, проанализировать и найти зацепки.

Два месяца назад

По выражению лица старинного друга не было понятно, что он сейчас думает, и Пака это сильно напрягало.

- Я ушел от Ли Бао, - тихо сказал Пак.

- Сам ушел или тебя уволили?

- Он нашел нового молодого специалиста и решил, что я ему больше не нужен, - тихо ответил Е Чен.

- Хорошо, а со мной ты зачем еще раз захотел встретиться? У тебя есть какие-то вопросы или ты в прошлый раз не все рассказал? - Вянь задумчиво почесал подбородок. - Так оказывается ты не все продумал. И о последствиях не вспомнил. Мы же с тобой говорили об этом. А вдруг личность парня не получится обратно восстановить?

- А Ли его личность не нужна. Он хочет, чтобы парень ничего не помнил и беспрекословно выполнял его приказы. Он так и сказал - ему нужен робот.

- То есть ты считаешь, что твоя совесть чиста? - профессор укоризненно посмотрел на Пака. - Ты помнишь, что говорил учитель о клоне личности? По выражению твоего лица видно, что не помнишь, - Вянь покачал головой. - Такой клон живет от силы два года, а потом, если его не подпитать от настоящей личности, он разрушится. И что получится в остатке? Личность заперта на уровне в подсознании так, что даже тот, кто ставил блок на этот уровень, открыть его не может. И что в результате? Ты понимаешь, что будет? Он превратится в живую куклу - без памяти, без личности, без навыков...

- Ты все рисуешь в таких темно-страшных тонах. Ничего не случится. Я не такой дурак, как ты думаешь.

Вянь аж весь напрягся. Значит, есть что-то еще. Что это? Не томи, говори - он чуть не кричал, но сдерживал себя, всем видом показывая, что не особо-то он и верит.

- Ничего я не рисую, - как можно безразличней сказал профессор. - Это все, кто изучал этот метод, знают.

- Я тоже его изучал и знаю, что может произойти и почему его применение под запретом...

- Вот! Ты сам сказал - под запретом! Как ты мог нарушить табу? Ты скажи спасибо, что я не сообщил о тебе куда следует.

- Вянь, ты обещал! - Пак не на шутку испугался. Если Вянь на него заявит в комитет старейшин, то последствия могут быть непредсказуемые.

- И почему не сообщил? - сам у себя спросил Вянь и тут же ответил. - Пожалел тебя, старого дурака. А не надо было. Подумал, что ты все сможешь исправить. А ты теперь даже подойти к этому парню не сможешь, раз Ли тебя уволил.

- Я... я... - Пак колебался - говорить Вяню или нет. Ладно, скажет. В случае чего можно будет на него сослаться, может, смягчат наказание, - Я “таймер” на блок поставил...

- Что ты поставил? - Вянь не понял сначала. Какой таймер? Как это?

- Ну, я подумал, что все может произойти - все под богом ходим, да и немолод я уже. Так вот я придумал метод и назвал его “таймер сделки”.

Вянь даже дышать перестал от услышанного. Пак должен поведать, что же такое он придумал и как это спасет Тхана от разрушения. А Пак и не думал останавливаться. Он видел, что Вянь его внимательно слушает и он не знает такой метод, а Пак знает, потому как сам его изобрел. Значит, он умнее Вяня. Вот он ему сейчас расскажет, и он поймет, что Пак может быть на высоте.

- У меня был случай, когда мне надо было задержать человека в медитации на определенный срок. Вот как раз этот метод мне и пригодился. А действует это так - по истечении заданного времени блок, что был поставлен, разрушается, и человек может выйти. Но с этим парнем я сделал немного по-другому. Я поставил таймер на кодовое слово. Если его не подпитывать энергией ставящего блок, то есть моей, оно через какое-то время начнет разрушаться. И полностью разрушится черед полгода с момента последней подпитки.

- И так часто ты должен его подпитывать?

- Раз в неделю. Три пропуска, и процесс включится.

- Хорошо, что ты хоть до этого додумался, - профессор облегченно вздохнул. Значит, мальчик станет свободным примерно через полгода. Это хорошо.

- Но только это не все...

У профессора похолодело внутри - что еще мог придумать этот старый маразматик?

- Кодовое слово слетит, но блок-то останется. Я так и не понял, как я его так запечатал, - Пак нервно сжимал и разжимал кулаки.

Профессор укоризненно посмотрел на Пака. Вот что за человек он такой? Везде постарается найти наживу. Осталось только ждать, когда разрушится поставленное им в виде кода слово. А там уже Тун сможет разобраться с остальным. Профессор очень на это надеялся.

Пак немного помялся, не зная, что ему делать, Вянь перестал на него реагировать и сидел, почесывая подбородок. Не дожидаясь, когда Вянь снова начнет задавать вопросы, Е Чен решил уйти. Он рассказал ему все, теперь пусть решает, как исправить все, что сделал Пак.

Е Чен тихо встал и вышел из номера, оставив друга в глубоких раздумьях. Если Вянь ничего не придумает, Паку снесут башку. Вянь даже не обратил на него внимание - так он был погружен в мысли.

Оставшись один, профессор еще больше погрузился в размышления. Несколько раз доставал блокнот и что-то записывал. Все же не давала ему покоя мысль о том, что Пхат и сын Ли Бао связаны между собой. Причем очень тесно. Над этим надо будет подумать серьезней и подключить Нока с его сеткой. Сейчас главное - не упустить время, а то может быть поздно. Придется Туну поторопиться с подготовкой. Прикинув примерно план действий, профессор решил, что надо поскорее вернуться в Бангкок.

Всю обратную дорогу профессор размышлял о связи между его сыном и сыном Ли Бао. Если Ли что-то задумал и решил выдать Пхата за своего сына, тогда где его сын, кого перевозили на скорой и кто взорвался в машине?

Глава 19

Союзники

Настоящее время

Я зашел к себе в комнату и запер за собой дверь - мне сейчас сюрпризы не нужны. Мне надо собраться с мыслями и проанализировать то, что произошло у Корна в комнате. А одеяло - я посмотрел на себя, завернутого в него - потом отдам.

Бросив на кровать вещи, я повернулся к зеркалу - что же все Корн рассматривал? Я видел у себя эту татушку, но особого значения ей не придавал - смысла не видел, так как не помнил, когда и при каких обстоятельствах ее сделал. Думаю, что в ней запечатлены мое имя и имя моего возлюбленного. Я - Тхан, значит, буква Т моя, а моя любовь носила имя на букву П. Я даже предположить не мог, кто это - парень или девушка. Но судя по тому, как я реагирую на Корна, скорее всего, парень. И тут Корн отпадает - имя у него на К, значит он не может быть тем человеком, если только Корн не его имя. Это надо будет выяснить.

Рассматривая себя в зеркало, я снова почувствовал какое-то еле ускользающее чувство. Так, соберись. Что мы имеем? В раздумьях я направился в ванную. Принял душ и напялил на себя как ни в чем не бывало вещи Корна. Еще раз глянул в зеркало - хм... а мне идут его вещи. Я обнял себя и зажмурился. Так приятно, хоть вот так его частица будет со мной... О, парень, а ты действительно влип по самые уши.

Итак, что мы имеем? Если сложить все то, что я слышал от Корна, то он не по парням - это печально. Но! Он сказал, что все же любит или любил одного. Что это может значить? А то, что у меня все же еще не все потеряно, и я вполне могу рассчитывать на то, что он сможет полюбить и меня. Ну, могу я хотя бы помечтать?

Каждый раз, когда он смотрит на меня, у меня создается ощущение, что он меня рассматривает и сравнивает с кем-то. Может, я похож на его бывшего? А еще во мне что-то постоянно происходит, когда он ко мне очень близко. Эта головная боль просто невыносима. От чего она? Надо это тоже выяснить.

Так, что еще? Тату - вот это уже что-то. Корн ее увидел у меня первый раз, и она его просто с ума свела. Скорее всего, у его любви была такая же. Он даже назвал меня его именем. Какое имя он назвал? Блин, не помню... Аааа, ну вот, снова голову начинает щемить. Надо идти к Корну, чтобы он своей необычной магией - не знаю, как ее еще назвать - помог снять эту боль. И срочно, пока я не потерял сознание. И я, собрав все силы, постарался как можно быстрее добраться до комнаты Корна. Только бы он не сбежал снова, как в прошлый раз...

Когда Тхан убежал, завернутый в одеяло, Тун так и остался сидеть на кровати. От потрясения, которое он сейчас испытал, он даже пошевелиться не мог, не то чтобы побежать за этим парнем. То, что он сейчас увидел и услышал, не могло быть совпадением. Таких совпадений не бывает. Это его Пхат, другого не дано. Что же могло произойти, что они его похоронили, а он вот, живой и невредимый, предстоит только выяснить. А еще разобраться с потерей его памяти. Но то, что это Пхат, Тун больше ни на минуту не сомневался.

После шока его первым порывом было броситься вслед за Тханом, но Тун сдержал себя. Что-то подсказывало ему, что не стоит сейчас раскрывать все карты, а уж тем более рассказывать ему, что он не он, а его любимый, которого Тун потерял год назад. Не время. «И держи себя, пожалуйста, в руках», - мысленно приказал себе Тун.

Вдруг он услышал легкий стук в дверь. Даже не услышал, а почувствовал. Он подошел и открыл ее, и тут же ему в руки упал теряющий сознание Тхан. Подхватив его на руки, Тун вернулся к кровати, уложил парня и сел рядом в асану. Он сразу понял, что у Тхана снова убыстрились потоки, и их надо стабилизировать. Тун вошел в медитацию и подсоединился к ци Тхана. На его удивление потоки сразу стали успокаиваться. Вот оно как. Это становилось все интересней и интересней.

Убежденный в том, что это Пхат, а не Тхан, Тун стал проверять потоки уже относительно этого. Теперь он начал понимать, что говорил ему профессор и что он видит сейчас. И похоже, что на запечатанном уровне находится настоящая личность Пхата, и она, пытаясь вырваться на волю, создает эти вихри в потоках. Надо с ним снова поговорить.

Собравшись с мыслями, Тун приблизился к уровню и стал говорить с сознанием. Он говорил, что все хорошо, что они знают, что произошло и что Пхату надо быть спокойней и терпеливей. Иначе он навредит сам себе. Скоро Тун найдет способ снять блок с уровня, и Пхат будет свободен. А сейчас он должен помочь своему клону.

Тун говорил и говорил, пока не почувствовал, что ему отвечают. Он так обрадовался, что чуть не спровоцировал усиление потоков. Он взял себя в руки и стал прислушиваться. Поначалу было ничего не понять, но вскоре он отчетливо разобрал мысленные слова, что шли с уровня. Тун заулыбался. Его милый чертенок, это все же он. Какое же это счастье. Огромный камень упал с души, и Тун наконец впервые за год вздохнул полной грудью.

Еще раз проверив потоки и попрощавшись с личностью Пхата, пообещав, что скоро придет к нему, Тун закончил медитацию. Он посмотрел на мирно спящего Тхана, и его сердце снова забилось часто-часто. Радость переполняла Туна. Он был благодатен всем Богам и Вселенной за то, что ему вернули его любимого. Теперь берегитесь те, кто сделал это с ним - Тун найдет каждого, кто был причастен и тому не поздоровится.

Он прилег рядом с Тханом и аккуратно, чтобы не разбудить и не испугать, подложил под него свою руку и слегка приобнял его. Вот так они полежат немного, совсем чуть-чуть. Тун не просит многого. Он просто хочет быть рядом с любовью всей своей жизни. И пусть она ничего не помнит о нем, но он-то о них помнит. И постарается все вернуть на круги своя.

Еле держась на ногах, из последних сил я добрался до комнаты Корна и постучал в дверь. Она довольно быстро открылась, и, уже теряя сознание, я упал в объятья парня, от которого зависит моя жизнь.

Сколько я пробыл в небытии, я не знаю. Очнулся лежа на кровати и... в объятьях Корна. Я быстро зажмурил глаза, чтобы не выдать, что я проснулся. Когда мне еще может выпасть такое счастье, как лежать в объятьях любимого? Как я его только что назвал? Любимый? Ну точно, Тхан, ты окончательно и бесповоротно влюблен. И что теперь делать? Вернее, что я буду делать, когда этот парень отвергнет меня? Но мне сейчас так хорошо, что не хочется думать о плохом. Подумаю об этом потом, а сейчас просто буду наслаждаться.

- Ты проснулся? - от неожиданности, я вздрогнул и открыл глаза.

На меня смотрели глаза Корна полные ... чего? Я не ошибаюсь? Это что, любовь? Нет, ты просто нафантазировал себе. Как это он мог меня полюбить? Присмотрись получше, просто это так выражается забота. Угомони свою бурную фантазию.

Тун обнимал Тхана и смотрел прямо тому в глаза. Как же трудно было себя сдерживать, чтобы вот так вот не наброситься на него и не начать целовать. Держись, Тун, ты не должен ни напугать его, ни сделать что-то, что могло бы навредить его настоящей личности. Прояви немного терпения. Вы сейчас должны стать друзьями, а потом... Не думай об этом, Тун, иначе ты не сможешь себя контролировать.

«А вот я возьму сейчас и не уйду, а сам еще его обниму», - подумал я и обнял Корна. Теперь его очередь была вздрогнуть от неожиданности. Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись. Неужели лед между нами начал таять, и я все же смогу проникнуть в сердце этого неприступного парня? Мое сердце чуть не вырвалось наружу от осознания этого. Успокойся, Тхан, успокойся. Надо действовать постепенно. Начните узнавать друг друга, станьте для начала друзьями, а там уже... «Стоп! Не распаляйся, Тхан», - подумал я и, ничего не найдя лучше, уткнулся Корну в грудь. Вот ведь, ничего большего придумать не смог. Дебил...

У Туна аж сердце зашлось, когда Тхан прижался к нему сильнее и спрятал лицо на его груди. Так обычно делал Пхат, когда стеснялся чего-нибудь. Тун устроился поудобней, все продолжая прижимать Тхана к себе. А тот и не возражал. Это хорошо. Сейчас этот парень - клон личности Пхата. В сознании он ничего не помнит и не знает, но на физическом уровне тело помнит многое, поэтому и действия он совершает как настоящая личность. Тун немного потерпит. Главное, что его любимый снова с ним. Собравшись с мыслями, он спросил:

- Расскажешь, что случилось? Почему у тебя снова такое состояние было?

- Как бы это объяснить? - начал я. - Даже и не знаю.

- Что ты делал или о чем думал?

Вот я ему сейчас прямо так и расскажу все. Нет уж, не буду я ему говорить, что о нем думал. Но ответить что-нибудь надо. Может, мне перевести разговор на другую тему?

Я немного отстранился от Корна и просто сел, уперевшись спиной о спинку кровати. Если у нас предстоит разговор, то, думаю, он должен быть не в объятьях друг друга, а как хотелось бы...

- Послушай, Корн, - начал я, - можно тебя спросить?

- Спрашивай. Мне как бы скрывать не чего.

- Тогда можешь мне рассказать о том парне, который тебе нравился? - я пристально посмотрел на него. Корн чуть развернулся в мою сторону и полуприсел в подушках, подперев голову рукой. - Ну, я спросил тебя, нравятся ли тебе парни, ты сказал нет, а потом добавил, что только один. Значит, он какой-то особенный? Мне просто интересно. Ты только не подумай чего, - я поздно спохватился, увидев на его лице ухмылку, - мне просто так интересно.

- И чем же вызван такой интерес? - Корн похоже решил надо мной немного поиздеваться.

- О себе я ничего не помню, так хоть о тебе что-нибудь узнаю. Может, что-то навеет воспоминания, - вот ведь, выкрутился.

- Получается, ты предлагаешь неравный обмен - я расскажу о себе, а ты о себе ничего рассказать не сможешь, потому что не помнишь.

- Я лишь могу передать то, что обо мне говорил отец, но я и так тебе уже это рассказал, - я немного задумался. А все ли отец мне рассказал и правда ли это?

- Хорошо. Думаю, что нам пора уже узнать друг о друге побольше, а то мы так часто в постели вместе оказываемся, а знать друг о друге ничего не знаем, - и все же он надо мной издевается. Обидеться что ли?

И тут у меня заурчал живот. Блин, как некстати. А когда я ел в последний раз? Даже не помню. Я обернулся на Корна. Он смотрел на меня с такой нежной улыбкой, что мне стало не до еды. Мне захотелось съесть его. Всего и полностью. Но я себя одернул. Не стоит торопить события. Может, мне это только кажется, что он как-то по-другому ко мне стал относиться. Все надо перепроверить, а пока... Я есть хочу.

- Корн, пойдем поедим?

- Хочешь, я принесу сюда перекусить? А ты полежи пока, отдохни, - он протянул осторожно ко мне руку и легонько погладил меня по голове. Я еле поймал свое сердце на взлете. Сглотнул и кивнул в согласии головой.

Корн встал с кровати и направился на выход из комнаты, а я как дурак смотрел ему вслед и тупо улыбался. Вот только бы он не обернулся и не увидел мою блаженную физиономию.

Тун вышел за дверь и схватил себя рукой за грудь, пытаясь угомонить свое сердце, которое прыгало от радости. Немного успокоившись, он спустился на кухню. Здесь он застал мадам Лин.

- Кхун Корн, вы что-то хотели? - она вся расплылась в улыбке - слух о том, что молодые господа проводят время вместе в спальнях то у одного, то у другого уже разошелся по всей прислуге.

- Я могу сделать нам что-нибудь перекусить? - спросил ее Тун.

- Зачем же вы будете себя утруждать? Давайте я сама вам все сделаю, - она начала суетиться. - Что бы вы хотели?

- Сделайте, пожалуйста, кашу с османтусом, - попросил Тун и улыбнулся - Пхат очень любил такую кашу.

- Сейчас все приготовлю. Подождите немного.

- А могу я, пока вы делаете кашу, тоже кое-что сделать?

- Да, пожалуйста, кухня в вашем распоряжении.

Пока Лин варила кашу, Тун достал продукты и наделал целую тарелку бутербродов. Когда каша была готова, он поставил все на поднос и вернулся к себе в спальню. Тхана на кровати не было. Неужели испугался и ушел? Тун забеспокоился, но тут заметил, что Тхан устроился на балконе. Вот и у Пхата была необъяснимая любовь к балконам.

Пока Корн пошел за едой, я решил выйти на балкон. Здесь стояли пара кресел и столик. Оглядевшись, я понял, что обстановка лучше, чем надо. Уже вечерело, значит, можно будет зажечь свечи - это так романтично. Провести ужин при свечах. Вот только где их взять? Ладно, потом приготовлюсь, а пока просто возьму плед и устроюсь в одном из кресел.

Я взял два пледа, один положил на соседнее кресло, во второй укутался сам. Что-то Корна долго нет. Так кушать хочется. Я уже начал было дремать, когда на балкон вышел Корн с подносом и поставил его на столик. Приятно запахло кашей с чем-то очень знакомым, но никак не могу вспомнить с чем. Я потянул носом. Нет, не могу вспомнить. А это что такое? Я посмотрел на тарелку с... как же они называются?

Он смотрел как Тхан принюхивается к каше и рассматривает бутерброды, и на душе у него от этого почему-то было спокойно. Ничего, все будет хорошо, просто надо немного подождать, и Пхат окончательно вернется. Послезавтра связь с профессором, и Тун все ему расскажет, и тот обязательно придумает, как вызволить личность Пхата из закрытого уровня.

- Корн, а что это? - Тун очнулся от раздумий и вопросительно посмотрел на меня. Я как раз указывал на хлеб с ветчиной и сыром.

- А ты не помнишь? - на всякий случай спросил он.

- Нет. Ты же знаешь, что я ничего не помню. Как я могу об этом помнить, если я о своей аллергии даже забыл?

- Это называется бутерброды. И ты их раньше очень любил... - сказал Корн и осекся.

Мне не послышалось? Он сказал, что я это любил раньше? Он что, знал меня до аварии? Так, может, поэтому меня тянет к нему, потому что мы были знакомы и не просто знакомы, а, может, даже близки?

Тун понял, что только что он сделал глупость и, скорее всего, выдал себя. По взгляду Тхана было понятно, что он теперь не отстанет от него, пока не узнает всю правду. Так, может, рискнуть и все рассказать? Ну как все, частичную правду. Он же Пхат, и не сегодня, так завтра он может вернуть свою личность. Рискнуть или нет?

«Странно он себя как-то ведет», - подумал я. Его оговорка вселила в меня надежду хоть что-то узнать о себе не от отца, который ничего не знает, а от человека, который, вполне возможно, был со мной близок. А если это так, значит, он говорил обо мне, когда сказал, что ему нравился один парень. От этой мысли в груди стало так тепло, а внизу живота запорхали бабочки. Вот только вас мне сейчас не хватало. Я постарался быстро взять себя в руки.

Пододвинув свое кресло ближе ко мне, Корн сел в него и протянул мне ложку:

- Давай покушай, а я тем временем кое-что тебе расскажу.

- А сам чего не ешь? - спросил я, пододвигая к себе миску с кашей. Как же она вкусно пахнет. Я улыбнулся. Это не ускользнуло от внимательного взгляда Корна.

- Это каша с османтусом, тоже твоя любимая.

Зачерпнув немного каши в ложку, я отправил ее в рот. Взрыв ярких эмоций охватил меня. Это было так вкусно. И так знакомо. И тут я понял, что проголодался, как волк. Я стал уплетать кашу за обе щеки, закусывая ее бутербродами. Это было такое наслаждение. Корн налил воды и подал мне стакан. Это было так естественно, что я сказал:

- Спасибо, милый... - и осекся, увидев его глаза, полные слез. Он быстро отвернулся, но я видел все, что мне было надо.

Значит, это правда, и мы были вместе. Но что могло произойти? Я отложил ложку и посмотрел на Корна. Он должен мне все рассказать. Я хочу знать все, как бы это ни было больно.

Смахнув быстро предательские слезы, Тун повернулся к Тхану и встретился с его требовательным, полным решительности взглядом. Отмазаться не получится, значит, надо будет рассказать удобоваримую версию их прошлых отношений. Что-то чуть изменить, что-то приукрасить, а где-то добавить драматизма. Собравшись с мыслями, Тун кашлянул пару раз, прочищая горло и сказал:

- Ты же понимаешь, что о том, что я тебе расскажу, твой отец не должен будет знать? - я утвердительно кивнул и весь превратился в слух. - Ты зря так напрягся. Здесь я ничего рассказывать не буду. В другом месте и не сейчас. Сейчас мы с тобой просто заключим сделку о неразглашении. Потому как если кто узнает, то ни мне, ни тебе не поздоровится. Ты согласен?

- А когда ты все расскажешь? - я был весь в нетерпении.

- Скоро, но не здесь.

- Ты не врешь мне?

- А зачем? - он смотрел на меня открытым взглядом, который говорил больше, чем все слова, которые он мог сказать. И я ему верил. - Доедай и пойдем со мной.

После этих слов, я быстро впихнул в себя кашу и еще пару бутербродов и всем своим видом показал, что я готов.

Корн встал и поманил меня с собой. Он перелез через балконные перила и стал спускаться вниз, как заправский паркурщик. Причем так тихо, что я невольно поежился. Получается, мне тоже надо так же спуститься?

Я подошел к перилам и посмотрел вниз - Корн уже стоял на земле и махал мне рукой. Собрав всю волю в кулак, я занес ногу и перемахнул через ограждение. Не знаю, что именно произошло, но было полное ощущение, что я проделывал это, и не раз. Я довольно быстро и бесшумно спустился к улыбающемуся Корну. Он взял меня за руку, и мы тихо, не привлекая внимания, побежали к дальнему углу забора. Корн разбежался и в два прыжка оказался сидящим на заборе. Он нагнулся в мою сторону и протянул мне руку. Я колебался.

- Ты веришь мне? - вдруг спросил он. Я молча кивнул. - Тогда давай руку. И быстрее, нас могут заметить.

«Да пошла эта осторожность к чертям собачьим», - подумал я и ухватился за протянутую Корном руку. Ловким движением он подтянул меня к себе, и вот я уже сидел рядом. Он улыбнулся и спрыгнул вниз. Я последовал за ним. Оказавшись на улице, мы, пригнувшись, скрылись в придорожных зарослях.

Глава 20

Погружение в прошлое

Настоящее время

Сердце учащенно билось в предвкушении чего-то нового, неизведанного. Нет, может, и делал я такое когда-то, но в силу того, что не помню, для меня все ново. Удивляет только то, что, похоже, мое тело на физическом уровне все помнит. Думаю, что в моем случае мне надо ему больше доверять.

Примерно через два квартала от особняка мы вышли на дорогу, и Корн поймал такси. Назвав адрес водителю, он откинулся на заднем сидении и прикрыл глаза. На его лице блуждала загадочная улыбка. Вот мне интересно, чему он так улыбается? Расспросить или не стоит? Ладно, доберемся до места, а там я от него с вопросами не отстану.

Пока они выбирались из дома Ли Бао, Тун прикидывал, куда им лучше будет податься. Перебрал множество вариантов: остановиться на конспиративной квартире - там их точно никто не найдет. Или, может, на обрыв? А квартиру оставить на тот случай, когда им надо будет спрятаться надолго. Сейчас они просто немного поговорят без свидетелей и вернутся обратно. Значит, на обрыв. Решено.

Такси привезло их к торговому центру. Спустившись на паркинг, Тун забрал Дукати, и они вместе с Тханом - Тун решил, что пока личность не восстановилась, звать Пхата Тханом - понеслись прочь от города.

Вот и обрыв. Тун повернул ключ в замке зажигания и мотор затих. Сразу стало слышно пение птиц, шелест деревьев. Тхан как завороженный осматривался вокруг. Он как вышел из больницы и еще нигде не был.

Я стоял и боялся дышать. Было так красиво, что дух захватывало. Сердце учащенно билось, а на душе стало почему-то очень радостно. Да, много ли человеку надо? Я обернулся на Корна. Он стоял, опершись на байк, и наблюдал за мной все с той же загадочной улыбкой. Мне даже как-то неловко стало, и я смущенно отвернулся.

- Тхан, как тебе местечко? - спросил меня Корн. - Нравится?

Конечно, нравится. И ты мне тоже нравишься... Я прям кричать это хотел, но промолчал и только согласно кивнул. Достав что-то из багажника, Корн подошел ко мне и протянул это что-то мне. Я посмотрел и увидел банку пива. Внутри меня что-то екнуло. В голове снова начала нарастать боль, и я поморщился. Как будто поняв, что со мной, Корн обхватил мою голову руками и прижался своим лбом к моему. Мы так постояли несколько минут. Боль стала утихать и вскоре совсем исчезла.

Когда боль ушла, Корн отпустил меня и присел прямо на землю, жестом приглашая присоединиться к нему. Я послушно сел рядом. Мне почему-то нравилось ему подчиняться.

Заметив перемену в лице Тхана, Тун подумал, что от переизбытка эмоций у того может снова начаться приступ. Надо срочно поговорить с личностью Пхата на уровне. Он прижался лбом ко лбу парня и применил быстрый способ медитации. Как он и предполагал, с закрытого уровня поступал большой поток эмоций. Он стал разговаривать с уровнем, успокаивая личность Пхата, и вскоре все наладилось.

Мы сидели на краю обрыва, и было так здорово. Ветер трепал мои волосы, солнце, уходящее на закат, окрашивало все в золото. Пели птицы, где-то вдалеке слышалось журчание воды, а рядом сидит парень, который безумно нравится - прям идиллия. Все это казалось каким-то нереальным сном. Просыпаться не хотелось. Вот бы это так и продолжалось. Я посмотрел на Корна. Он сидел рядом, и было похоже, что тоже наслаждался обстановкой. В лучах солнца он был еще прекрасней... Тормозни немного, Тхан. Успокойся и просто наслаждайся видами...

- Красиво, - тихо сказал Корн.

- Красивый, - сказал я, глядя на его профиль, но быстро спохватился и добавил, - пейзаж красивый. Ты часто сюда приезжаешь?

- Нет, всего третий раз.

- Ясно, - и мы снова замолчали, думая каждый о своем.

Тун собирался с мыслями - с чего начать разговор с Тханом? Что ему рассказать, а о чем пока промолчать? Может, он зря это затеял? Ладно, была не была. Он будет придерживаться пока легенды о том, что Тхан - сын Ли Бао, возьмет что-то из правды и немного доработает под обстоятельства.

- Прости, но у меня до сих пор есть сомнения в том, что это ты, - сказал Корн так тихо, что я еле его расслышал.

- Давай так сделаем, - меня посетила, на мой взгляд, гениальная идея, - попробуем начать наше знакомство сначала? Ну, я же все равно ничего не помню, и для меня ты как бы чужой человек. Но я хочу узнать тебя получше и поближе, - тут спохватился я и постарался вывернутся. - Я буду узнавать тебя, а ты будешь понемногу рассказывать обо мне. Хорошо?

Он обернулся на Тхана и внимательно посмотрел ему пряма в глаза. Он готов пойти на это, но он не гарантирует, что сможет себя сдержать. Тун и сейчас отвернулся, чтобы успокоиться и погасить вспыхнувшее желание. А может, попробовать, что предлагает Тхан? Выдержит ли он быть рядом с ним и не обладать им?

- Тхан, я настолько тебя любил, что не знаю, смогу ли я сдержаться рядом с тобой, - наконец сказал он.

- У тебя это как-то получилось, - усмехнулся я, вспоминая про недавний облом.

- В тот момент я вообще не знал, кто ты, но теперь... Эта тату и твои слова говорят мне, что это ты, но...

- Раз все так совпадает, так почему есть сомнения? - странно как-то.

- Да потому, что ты умер! - выкрикнул Корн и вскочил на ноги.

Он стоял и смотрел на меня сверху вниз то сжимая, то разжимая кулаки, пытаясь привести свои чувства в порядок. А я ошарашено на него смотрел. Как это я умер? Может, он все же не обо мне говорит?

- Как это? - не выдержал я. - Так вот же я – живой, вроде.

- Я не знаю, что происходит, от того и сомнения, и неуверенность, - продолжил Корн. - Я лично провожал тебя, и дым из трубы унес мои последние надежды. А через год встречаю тебя. Ты так похож на него, но ты не мог быть им. Его больше нет с нами. Но эта тату, а потом твои слова... Это его слова. Я ничего не понимаю, - он обхватил голову руками, и мне даже показалось, что он сейчас бросится вниз...

- Корн, - позвал я, - расскажи о нем, пожалуйста. Мне много не надо. Я просто хочу знать, кто он.

- Давай так - мы не будем разделять на он и ты, потому что вероятность того, что вы один и тот же человек, почти стопроцентная. Так как ты ничего не помнишь, я не буду рассказывать все в подробностях, потому что врачи не рекомендуют этого делать, но некоторые вещи я тебе скажу. Ты, если что-то конкретно хочешь знать, спрашивай, а я попытаюсь ответить на твои вопросы.

Я посмотрел внимательно на Корна. Хорошо, пусть так, я готов принять сейчас любую информацию, лишь бы она была от человека, который меня знает и который мне импонирует. Все же я был прав, что мы знали друг друга. Иначе откуда этот сон, который до сих пор не дает мне покоя? Вот и хорошо. Я рад, что этим человеком из моих грез оказался Корн. Ладно, вернемся к моей памяти. Что меня в первую очередь интересует? Ну конечно же, знали ли мы с Корном друг друга раньше, о чем я и спросил. Хочу услышать подтверждение именно от него, хоть оно и не нужно. Корн немного замялся с ответом.

- Почему ты молчишь? - мне почему-то стало обидно. Он же сказал, что расскажет, а сам молчит.

- Я не хочу пользоваться ситуацией, - ответил он. - Вот я скажу, что мы встречались раньше, а вдруг я обманываю? Подтверждения этому нет...

- С чего ты решил, что нет?

Тун с удивлением посмотрел на Тхана. О каком подтверждении он говорит?

- Ты что-то вспомнил?

- Да не удивляйся ты так, - мне даже как-то смешно стало смотреть на его удивленное лицо. - Просто моя физическая память говорит мне о том, что это наша с тобой не первая встреча.

Вот оно как - Тун задумался. Вполне возможно. Некоторые вещи действительно запоминаются на каком-то физическом уровне. Многие вещи делаются на автомате. Прям как условные рефлексы. Может, и тело Пхата помнит все, что было связано с Туном? Ведь какие-то действия, ужимки, как ходит, смеется - все это Пхата. Тун тоже помнит физические прикосновения своего любимого, так почему и тело Пхата не может помнить?

- Что ты имеешь ввиду? - недоверчиво спросил Корн.

- Ну, у меня есть уверенность в некоторых моментах. Знаешь, такой эффект дежавю - я на каком-то подсознательном уровне чувствую, что это было. Вот, например, ты принес сегодня кашу - и запах, и вкус мне показались знакомыми, хоть я и не помню, что любил такую. А бутерброды? Я слово такое не знаю, но вкусовые рецепторы сказали мне, что я это уже ел и мне они нравились. Это еда, а вот когда мы поцеловались в первый раз... - я замолчал, не зная, что сказать - не рассказывать же ему о моем сне, в самом деле.

- Тебе показалось, что ты уже целовал эти губы? - спросил Корн.

Я обернулся к нему и застыл - его лицо было настолько близко к моему, что у меня перехватило дыхание. Мой взгляд, как магнитом, притянуло к его губам. Они были маняще приоткрыты, чуть влажные и, по воспоминанию, должны быть мягкими. От желания обладать ими у меня пересохло в горле. Не в силах себя сдержать, я потянулся к ним. Очнулся я от тихого голоса Корна:

- Тхан, подожди немного. Давай поговорим...

Открыв глаза, я увидел выражение его лица. Оно было... Блин, похоже, что он еле сдерживает себя. Но он прав, нам надо поговорить.

- Прости, я не думал, что так вот...

- Не извиняйся. Все нормально, - он улыбнулся. - Ты прав, мы знали друг друга раньше...

Открыв от удивления рот, я как завороженный слушал Корна. Мы знали друг друга? Говори, не останавливайся. Я хочу знать все, пожалуйста...

- Ты же знаешь, что не всегда жил здесь? - я кивнул. - Когда ты жил в Тае, мы учились с тобой в одном университете, на одном факультете. Там и познакомились.

- Получается, что мы с тобой уже давно знаем друг друга? - я был ошарашен. Вот ведь как. Интересно, а какие у нас были отношения? Спросить прямо в лоб или подождать, когда сам скажет?

- Да, так и есть. Вот только ты год назад исчез. О тебе вообще ни слуху ни духа не было. Что с тобой, где ты, никто не знал.

- Ну, год назад я в аварию попал. Говорят, что я чудом жив остался.

- На моих глазах взорвалась машина, в которой ты сидел...

Вот это поворот. Так что же получается? Авария, значит, была, а вот последствия... Получается, как раз здесь и расходятся две линии повествования. Как-то мне стало немного не по себе.

- И что дальше?

- Мы тебя похоронили...

- Вот ты говоришь “мы”, а кто это “мы”?

- Твои друзья по университету.

- Я вот так и знал, что не могло быть такого, чтобы у меня друзей не было. А вы меня, получается, не искали потому, что считали мертвым?

Корн грустно опустил голову на грудь. Что это с ним? От чего это он так загрустил? Я пододвинулся к нему поближе и так аккуратно приобнял за плечи, чтобы не выглядело нарочито. Он повернулся ко мне и... крепко обнял меня.

- Как мне тебя не хватало, - со слезами в голосе стал говорить он. - Ты не представляешь, как я мучался этот год, пока не встретил тебя.

- Подожди, Корн, а почему ты сразу мне не сказал, что ты, что я... Ну, что мы вместе и ...

- Я не был уверен, что это ты, - Корн обнимал меня все крепче и крепче, видно, боялся, что исчезну, как видение.

- Почему? А, - я вспомнил, что отец говорил, что мне пришлось делать пластику лица, - мне так сильно изменили лицо?

Тун отстранился от Тхана, взял его лицо в свои ладони, как когда-то Пхата, и стал его рассматривать. Он вглядывался очень внимательно, пытаясь найти серьезные отличия, но их практически не было. Ну, может, чуть изменилась форма носа, а может, и нет. Он помнил лицо любимого до мельчайших подробностей, и вот оно - он держит его в руках. Так почему же он сразу не подумал, что это Пхат?

Я не стал мешать Корну разглядывать меня. В это время я разглядывал его, пытаясь хоть что-то вспомнить, но увы... Память не хотела ко мне возвращаться, зато из глубины стало подыматься желание, да причем такое сильное, что я даже испугался. Я не смогу сдержать себя. Вот если он меня сейчас не отпустит, то я за себя не ручаюсь. Но, похоже, он не собирался меня отпускать.

Но нет, я ошибся - Корн отпустил меня и даже отвернулся от меня. Это что же за перемена такая?

- Нет, ты не сильно изменился. Но я же тебя похоронил. Как я мог подумать, что это ты?

- А теперь? Теперь ты что думаешь?

Корн обернулся ко мне снова. Его взгляд был полон грусти и любви одновременно.

- Я боюсь...

- Чего, Корн?

- Что это всего лишь сон, наваждение. Вот я сейчас проснусь, и ты исчезнешь, и я снова останусь один. Я этого не вынесу...

Только сейчас к Туну пришло понимание того, что все может быть обычной иллюзией. Что все происходящее - плод его воображения. И в действительности он сейчас очнется, и не будет никого: ни его, ни Тхана, ни этого обрыва.

Я встал, подошел к Корну со спины, присел и обнял его. Как же он настрадался, что даже не может поверить, что все происходящее - настоящее. Я стал медленно раскачиваться с ним из стороны в сторону, как бы убаюкивая его. Я не знаю, почему я это делаю, но в тот момент мне показалось, что я должен сделать именно так. Я стал шептать Корну на ухо какие-то слова, которые просто текли из моего рта. Он обнял мои руки у себя на груди, и я почувствовал, как его плечи стали вздрагивать. Он плакал. Поплачь, родной. Тебе станет легче, а потом мы снова поговорим. Я не знаю, что же все-таки произошло, но то, что мы оба от этого пострадали - это факт. Кто в этом виноват? Первое, что пришло мне на ум - мой отец. Только такой холодный и бездушный человек мог такое совершить. Но для чего? А вот это я выясню вместе с Корном. Я теперь не один, и он тоже.

Тун чувствовал, как комок в горле сильно его сдавил, не давая дышать. От осознания того, что его любимый жив и сидит сейчас рядом, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но в то же время страх, что все это нереально, сковывал его. Вдруг он почувствовал, как Тхан присел за его спиной и, обняв, стал раскачиваться из стороны в сторону. Так всегда делал Пхат, когда надо было его успокоить. Он слышал слова, что говорил Тхан ему на ухо, и на его душе становилось все легче и легче. Он чувствовал, что не сможет больше сдерживать слез. Обхватив руки Тхана у себя на груди и прижав их к себе покрепче, не в силах больше сдерживать эмоции, Тун заплакал.

Он держал мои руки, плакал и целовал их. А я продолжал просто сидеть, обхватив его покрепче, стараясь успокоить. Поплачь, и тебе станет легче. Пусть со слезами уйдет все то, что накопилось у тебя на душе за этот год. Я верю, что все встанет на свои места. Ко мне вернется память, а если нет, то мы создадим новую, где будет только хорошее. Где будем только ты и я...

Глава 21

Воссоединение

Мы просидели в обнимку на обрыве довольно долго - солнце пошло на закат, и спустились сумерки. Мы сидели молча. Просто не хотелось нарушать ту хрупкую идиллию, что мы создали. Разговаривать сейчас тоже не было смысла. Еще успеется. Мы просто сидели и наслаждались моментом.

Сидя в обнимку с Тханом, Тун был одновременно и счастлив, и обескуражен. Он так привык к своей потере, что никак не мог поверить в происходящее. Но вот же он, Пхат, сидит рядом. Живой, все такой же притягательно милый. Как же хочется его обнять посильнее, прижать к груди и ...

Если это его чертенок, то кто же тогда был в машине? Кого они похоронили, приняв за Пхата? Эти мысли сбивали с толку и не давали покоя. А если их действительно двое? Пхат и Тхан. Кто они и кто есть кто? Кто из них его чертенок? Тот, что почил в забвенье, или тот, кого он сейчас обнимает? Все вызывает сомнения. Даже тату. И все эти сомнения могут развеяться только после того, как будет освобождена настоящая личность этого парня. Тогда станет окончательно ясно кто он - Тхан или все же Пхат.

Когда солнце скрылось совсем, Корн тихо сказал:

- Пора возвращаться, - я согласно кивнул.

Как бы нам ни хотелось, но все же пора. Нас, небось, уже обыскались. Представляю выражение лица своего отца, когда ему сообщат, что я исчез и меня нигде нет. Хотел бы я на это посмотреть.

Ладно, хорошего понемногу. Сейчас для меня важен Корн и наши с ним отношения. С трудом, но похоже, что он все же принял, что я есть я, а не призрак или видение. Все обстоятельства мы выясним позже. Главное теперь, что мы вместе. Только бы он снова не замкнулся в себе.

Всю обратную дорогу мы молчали, а я крепко прижимался к нему, сидя за ним на байке...

В доме все стояли на ушах. А как еще описать то, что там происходило? Полицейские машины с мигалками, парамедики и еще какие-то службы. Репортеры сновали туда-сюда. Короче, шуму мы своим исчезновением наделали немало.

Еле протиснувшись через всю эту толпу ко входу, мы вошли в дом. На пороге нас встретил отец, и пара полицейских скрутили Корну руки. Я стал отбивать его от стражей порядка. Оказывается, мой отец заявил в полицию о моем похищении и обвинил в этом Корна. Мне с большим трудом удалось объяснить представителям закона, что меня никто не похищал, что мы просто вышли прогуляться по программе психотерапии и не заметили, как быстро пробежало время. Мы не думали, что надо было сообщать кому-либо, что уходим, и так далее.

Старший полицейский повернулся к моему отцу с вопросами. Тот посмотрел на нас с Корном с таким выражением на лице, что я подумал - лучше и меня тоже заберите. Где наручники? Я их сам надену.

Короче, Корна отпустили, и нам пришлось писать объяснительную, а отцу заплатить штраф. Вскоре все разъехались, остался только отец и несколько его подчиненных, что приехали с ним. Похоже, нас ждет хорошая взбучка. Мы с Корном, как два нашкодивших школьника, сидели в гостиной. Проходя мимо к лестнице, отец бросил на ходу:

- Кхун Корн, поднимитесь ко мне, - это прозвучало так угрожающе, что я поежился. А Корн - ни один мускул не дрогнул на его лице. Он встал и молча пошел, куда приказали.

Поднявшись на третий этаж, Тун прошел к Ли Бао в отдельный кабинет. Тот стоял в ожидании, спиной ко входу. Тун для приличия постучал в дверь, хоть она и была открыта. Ли резко обернулся.

- Потрудитесь объяснить, Кхун Корн, что это за выходки? - говорил он на повышенных тонах, выказывая этим свое недовольство.

- Вы сами просили пробудить в сыне физические воспоминания, а теперь чем-то недовольны, - Тун говорил спокойным, ровным голосом, и это раздражало Ли еще больше.

- Да просил, а вы что сделали? Никому ничего не сказав, вы сбежали с моим сыном и пропадали неизвестно где.

- Так надо было для дела.

- Для какого такого дела? - раздраженно фыркнул Ли Бао и сел в кресло.

- Для пробуждения физической памяти. Теперь можете быть уверены, что ваш сын быстро бегает, имеет навыки маскировки, хорошо преодолевает препятствия. При этом сосредоточен и уравновешен. Также рационально мыслит в стрессовых ситуациях. Да вы сами видели его действия, когда полицейские задерживали меня.

Ли Бао задумался. А ведь и правда - действия этого парня заставляли задуматься. Четкие, выверенные, как будто он всегда занимался такими делами.

Тун наблюдал за Ли. По его выражению лица, как всегда, не особо было понятно, о чем тот думает, но еле уловимые, микроскопические движения лицевых мышц сказали ему многое. Тун усмехнулся про себя. Постепенно для него стало все проясняться. Для чего изначально Ли Бао похитил Пхата еще толком непонятно, а вот превратить того в своего сына, вот здесь как раз вырисовывается мотив - ему нужен оперативник с высочайшими навыками. Для чего? А разве непонятно? Конечно же, противопоставить его Вянь Вяню.

Ли Бао прервал размышления Туна:

- Что еще вы отметили?

- У нас было мало времени, так что только то, что я уже сказал. Для более глубокого изучения и пробуждения его навыков необходимо принять некоторые меры. Какие, я скажу позже, когда все подготовлю.

- Хорошо, - нехотя согласился Ли, - делайте, что надо, но без фокусов, - пригрозил он.

- Ну какие фокусы? - расплылся в улыбке Тун. - Вы зря так переполошились и подняли на уши экстренные службы. Мы с вами заключили договор, и вы мне обещали полную свободу действий, а сами продолжаете мне не доверять. Вы хотите, чтобы я отказался продолжать? Вы же видите результаты, полученные всего за один день. Как вы думаете, что будет через неделю? Или месяц?

- Ладно, - небрежно махнул рукой Ли Бао, - что вам еще надо для достижения цели в кратчайшие сроки?

- Торопиться здесь не надо, иначе можно все разрушить или еще хуже - вернуть полную память, а вы, я так понимаю, этого не хотите, - Тун пристально смотрел Ли в лицо, стараясь не пропустить малейшего проявления эмоции.

- Делайте как считаете нужным, Кхун Корн, но обо всех своих действиях впредь сообщайте мне. Я не допущу повторения сегодняшнего. Вам все понятно?

- Как скажете, Кхун Ли, - Тун сделал легкий поклон и удалился из кабинета, оставив Ли Бао в полном раздражении.

Вернувшись в гостиную, Тун не застал Тхана. Оглядевшись, он увидел мадам Лин.

- Мадам Лин, а где молодой хозяин? - спросил Тун у нее. Она улыбнулась ему в ответ и указала в сторону кухни:

- Молодой господин изъявил желание сделать для вас и себя небольшой перекус, - все так же с улыбкой сказала она.

Ну что же - Тун пожал плечами - в этом весь Пхат. В любой непонятной ситуации не забудь поесть - это прям его девиз. Пусть этот парень и не полноценная личность его любимого, а всего лишь клон его подсознания, но он все же Пхат. Надо посмотреть, а печеньки он так же любит? Улыбаясь своим мыслям, Тун направился в сторону кухни.

Когда Корн ушел вслед за отцом, я себе места не находил. Надо себя чем-то занять. И тут раздалось урчанье в животе - блин, есть хочется. А я и не заметил, как проголодался. Мы в последнее время как-то мало ели. А не пойти ли мне на кухню и не сварганить что-нибудь нам с Корном по-быстрому?

На кухне меня встретила мадам Лин. Она, улыбаясь, поинтересовалась, что молодому господину хочется. Я ответил, что хочу сделать перекусить, но сам. Она, все так же улыбаясь, ретировалась с кухни. Я проводил ее взглядом. Вот и славненько. Никто мешать не будет. Попробую-ка я сделать бутерброды, вроде, не так и сложно. Достав все необходимое и разложив на столе, я принялся составлять бутеры. Я так увлекся этим делом, что не заметил, как на кухню пришел Корн и теперь стоял в дверном проеме и наблюдал за мной.

«Они действительно один человек», - думал Тун, глядя, как Тхан делает бутерброды. Он даже пританцовывает так же, как Пхат, когда занимается этим же. Интересная методика - клон сознания, надо бы получше ее изучить. Завтра сеанс связи, вот и надо будет подробней расспросить профессора о принципе ее действия. Может, найдется способ снять блок и соединить сознание обратно. Почему-то именно в этот момент Тун убедился, что передним именного его любимый чертенок, но чуть, если так можно сказать, не в своем уме. Ничего, подождем. Год он ждал и надеялся, что все происходящее — это сон. Теперь настало время просыпаться. Наконец-то настало утро...

- О, Корн, ты давно здесь стоишь? - я заметил Корна и мне стало даже как-то неловко, что я тут вот пританцовываю и что-то напеваю себе под нос.

- Достаточно, чтобы понять, что готовка - это твое, - усмехнулся он. Вот засранец, он еще и издевается. Ну погоди у меня. Я задумал сладкую месть.

- Перекусим в столовой или...

- Да можем прямо здесь, на столе... - сказал Тун и осекся. Обычно такое заканчивалось у них с Пхатом действительно на столе и не совсем едой. Он сглотнул, вспоминая, что именно происходило.

Что это с ним? Как весь напрягся. Ну здесь, так здесь, чего он? Может, он из-за отца?

Я достал стаканы и налил нам воды. Корн подошел ближе, и я пододвинул к нему тарелку с бутербродами. Выглядели они, на мой взгляд, неплохо. Я доволен.

- Угощайся, - я подал Корну стакан с водой. - Про отца расскажешь или потом?

- Давай потом, - ответил он, откусывая кусок хлеба с ветчиной и помидоркой. - Мммм... Вкусно, - он с наслаждением жевал бутер.

Я сел на соседний с Корном стул и тоже стал есть. Мы молча уплели целую кучу бутербродов - толи было так вкусно, толи мы проголодались, даже и не знаю, что больше.

Мы уже поели и убирали со стола, когда спустился отец. Он заглянул на кухню и окинул нас таким странным и тяжелым взглядом, что стало как-то не по себе.

- Я поеду в агентство, - сказал он. - Очень надеюсь, что вы не доставите мне больше таких сюрпризов, - он покосился на Корна.

- Мне было очень интересно и хорошо, отец, - подал я голос. - Ты совсем меня никуда не пускаешь. Я же не пленник?

Мне показалось или он как-то изменился в лице? Странная перемена произошла в нем. Что же его так задело? Надо понять, что, и может, мне пригодится это в будущем.

- Кхун Корн, проводите меня, - как-то сквозь зубы процедил отец и пошел к выходу. Корн направился за ним.

Тун прямо ликовал в глубине души, когда увидел резкую перемену в лице Ли Бао. Боится, а это хорошо. Значит, он может допустить ошибку, и этим надо будет воспользоваться.

- Вы что-то хотели мне сказать? - спросил Тун, когда они подошли к машине.

- Проверьте его память и как можно скорее. Мне кажется, что он что-то вспомнил...

- О, поверьте, он не сможет вспомнить ничего из того, что не надо вспоминать, - Тун придал своей улыбке больше надменности.

- Вы уверены?

- Уверен ли я? Да так же, как уверен в том, что мы сейчас в Штатах, а не в Тае.

- Это хорошо. Как я уже сказал, мне не нужны сюрпризы.

- Кстати, хотел вас предупредить заранее - завтра мы снова предпримем вылазку, - Тун изучающе смотрел на Ли.

- Для чего это?

- Это все для того, о чем мы договаривались.

- Хорошо. Что от меня требуется?

- Ну, - Тун как бы в задумчивости почесал подбородок, - по крайней мере не вызывать спец службы, - сказал он с ухмылкой.

Ли Бао зло покосился на него. Вот если бы он не был ему нужен, то он не стал бы терпеть такие высказывания от сосунка. Нечего, он ему припомнит это потом, когда его миссия будет закончена.

- Это все?

- Нас может не быть пару-тройку дней. Связи с нами не будет. Я хочу устроить ему проверку на выживание. Если что-то произойдет нештатное, то я сообщу.

- Делайте, что хотите, - отмахнулся от него Ли, - но помните, если вы провалитесь, то...

- Можете не продолжать. Я понятливый человек.

- Значит, мы поняли друг друга, - сказал Ли Бао, садясь в машину.

Тун проводил взглядом уезжающее авто - ему все же удалось взять образец для ДНК. С одной стороны, зачем он ему сейчас, раз стало понятно, что Тхан - это и не Тхан. Но с другой стороны, все же надо выполнить задание, так, для проформы если только. Он усмехнулся и убрал добытый волосок в пакетик, что всегда носил с собой.

Я места себе не находил, пока Корн провожал отца. Что там происходит? О чем они говорят? Вот он вернется, я его прям с пристрастием допрошу.

Когда он зашел на кухню, где оставил Тхана, то застал того сидящем на стуле с поджатыми под себя ногами. И снова Тун сравнил их. Уже пора прекращать это делать. Зачем сравнивать человека с самим с собой?

- Уже поздно, - сказал Корн, когда вошел на кухню. - Надо идти отдыхать. Завтра нам предстоит много дел.

- А каких? - мне было интересно, да и спать совсем не хотелось.

- Это я расскажу утром.

- А я хочу, чтобы ты сейчас рассказал, - вот почему я так капризничаю? Да еще губки надул — вот влюбленный дурак.

- Сейчас мы идем спать, - как-то твердо он это сказал. Прям и возражать не хочется.

- Ладно, иду уже, - я сделал вид, что обиделся, слез со стула и направился к лестнице.

Проходя мимо Корна, я как бы случайно задел его плечиком. Мило улыбнулся и пошел дальше. Я прямо слышал за своей спиной неровное дыхание ошеломленного парня. А я, видно, умею флиртовать, это радует. Может, мне все же удастся его заполучить?

Тун догнал его на лестнице. Что он с ним делает? Каждое его движение сводит его с ума. Нет, Тун, возьми себя в руки. С сожалением бросив взгляд на Тхана, Тун быстро прошел мимо него и скрылся в своей комнате.

Глава 22

Наш мир вернулся

Прежде, чем связаться с Туном, профессор еще раз встретился с Е Ченом для уточнения некоторых аспектов. Получив всю нужную информацию и сделав кое-какие выводы, Вянь Вянь принял решение рассказать Туну всю правду, которую ему удалось выяснить. Сегодня как раз сеанс связи, вот тогда он все и расскажет.

Утро Тун встретил с облегчением - ему снова не удалось уснуть. Но теперь уже по другой причине. Перед глазами все еще стоял образ Тхана, проходящего мимо и задевающего его плечом. Это прям наваждение какое-то. Он год оплакивал смерть любимого. Встретив его двойника, сдерживал себя, не желая предавать память о Пхате. Но теперь-то он знает, что Тхан и есть его любимый чертенок. Что же он продолжает себя сдерживать? Идиот, упустил такой шанс для воссоединения. Что теперь делать? Тхан, наверное, обиделся. Как бы это проверить? Он всю ночь думал об этом, а утром принял решение, что если подвернется случай, то он постарается его не упустить - он очень сильно скучает и любит своего Пхата.

Тун принял душ и спустился вниз - надо что-то перекусить. В столовой он застал уже накрытый для завтрака стол. Заглянув в кухню, он увидел сидящего за барной стойкой Тхана, который руководил приготовлением завтрака. Тот не сразу заметил вошедшего Туна.

- О, Корн, ты уже проснулся? Не знал, что ты тоже ранняя пташка. Подожди немного, сейчас будет завтрак. Хороший домашний завтрак, а то мы с тобой последнее время толком нормально и не ели, - я улыбнулся ему самой обворожительной улыбкой.

- Я тогда подожду тебя в столовой. Не буду мешать, - ответил Корн и вышел.

Что-то он какой-то грустный или мне показалось? «Надо его расспросить», - подумал я и направился за ним.

- Корн, что у тебя за ночь стряслось? Ты выглядишь не очень.

- Да все нормально. Просто немного не выспался.

- Что же тебе не давало спать? - меня прям распирало любопытство, а он, как нарочно, не хотел отвечать. Ладно, поедим, и он, может, расслабится.

Вскоре принесли кашу, и мы сели за стол. Ели молча. Почему-то не хотелось разговаривать именно здесь. Поговорим, когда будем одни.

Я поблагодарил мадам Лин за завтрак, и мы с Корном поднялись к себе. Он продолжал молчать и сразу ушел в свою комнату. Так, я не понял, это что за игнор такой? Прям волшебная перемена какая-то за ночь. Надо с этим разобраться.

Собравшись с мыслями, я хотел было постучать к нему в дверь, но вдруг она открылась. Корн жестом показал мне, что я могу зайти. Вот ведь... Он что, так заигрывает со мной? Ладно, приму эту игру.

- Послушай, Корн, - начал я, едва войдя в его комнату, - давай поговорим начистоту.

Он вопросительно смотрел на меня. Я продолжил:

- Мне непонятна твоя такая перемена. Вчера мы хорошо общались, а сегодня такое ощущение, что ты меня... Ты меня игнорируешь?

Запустив Тхана в комнату и закрыв дверь, Тун прошел и присел на кровать. Он посмотрел на Тхана. Если он так и продолжит быть с ним рядом, то долго не продержится. А уйти, чтобы быть на расстоянии, он не может. И что ему делать в этом случае? Как себя вести? Он же ничего не помнит о них, и Тун не может просто навязывать ему отношения? А если это навредит? Дилемма... он думал об этом всю ночь, но так и не смог ничего придумать. И что ему сейчас ответить? Сказать все как есть? Может, так и сделать?

- Я не игнорирую тебя, Тхан. Я просто не знаю, как себя вести рядом с тобой.

Меня очень удивили его слова. С чего это?

- А что изменилось?

- Ну, я вчера тебе рассказал, что произошло. И о том, что мы были вместе, но ты... ты же этого не помнишь. Может, я тебя обманываю и хочу получить какую-нибудь выгоду? Ты о таком варианте думал?

- Думал. И что? Может, я тоже хочу получить от тебя выгоду? - я усмехнулся. - Да, ты прав, я ничего не помню, но у меня есть стопроцентная убежденность, что ты говоришь правду. Вот прям железобетонная убежденность.

Я подошел к нему вплотную и заглянул прямо в глаза. Он смотрел на меня, и его взгляд был каким-то испуганным что ли. В его глазах читалось одновременно и желание, и какой-то страх. Чего он боится?

- Ты чего-то боишься? - спросил я, присаживаясь на краешек кровати.

- Я боюсь, что не сдержу себя, находясь рядом с тобой...

- И не надо себя сдерживать, - сказал я и буквально набросился на Корна.

Я повалил его и забрался на него сверху. Он не ожидал, видно, такого и немного растерялся. Это дало мне преимущество. Я обхватил его за шею руками и прижался к его губам так, что закружилась голова. Я стал целовать его губы, лицо, шею, и он не сопротивлялся. Корн обхватил меня за талию и его руки скользнули мне под майку. Не отрываясь от его губ, я стал расстегивать на нем рубашку. А вот и его упругая грудь, и такие желанные кубики пресса.

- Тхан, остановись, - еле слышно шептал Корн, но меня было уже не становить. Желание всецело овладело мной.

- Ты же хочешь меня? - я задал этот вопрос, прямо глядя ему в глаза. Его взгляд сказал мне больше, чем он мог выразить словами.

Продолжая покрывать его поцелуями, я расстегнул ему брюки и наконец проник туда, куда меня однажды не пустили. Корн запрокинул голову и застонал. Как же мне был приятен этот звук. У меня появилось желание сделать так, чтобы он стонал громче, и я стал спускаться ниже, целуя и лаская тело Корна. Это было так здорово. Я давно не испытывал таких чувств, а если и испытывал, то забыл о них.

У него не было сил сопротивляться такому натиску со стороны Тхана. Тот был так неистов в своем желании, что Тун решил сдаться. С каждым поцелуем он чувствовал, как оголяются и обостряются его нервы. Он застонал. Пхат всегда знал, как доставить любимому наибольшее наслаждение, а сейчас Тхан повторял все его действия. Когда тот добрался до паха и обхватил его друга своими мягкими и одновременно упругими губами, Тун вновь испытал давно забытые чувства. Он взял Тхана за голову, сжав его волосы на затылке в кулак, и стала помогать тому создавать необходимый ритм - то приближая, то отдаляя его от себя. В какой-то момент он подтянул Тхана к себе и заглянул в глаза. На него смотрел его милый чертенок. Увидев этот взгляд, Тун забыл обо всем на свете. Он подхватил милого и перевернулся вместе с ним. Сбросил с себя рубашку и помог Тхану снять его футболку.

В Корне проснулся азарт и желание, это я почувствовал всеми клеточками своего тела. Он стал более напорист, его поцелуи стали жаркими. Он обнимал и целовал меня так, что от этого кружилась голова, а желание накрывало с головой. Я закрыл глаза и заглянул как бы в себя. Что я чувствовал? Каждое его действие приносило наслаждение. Мое тело откликалось на его прикосновения. Я постарался отключить свой разум и полностью отдаться физической памяти. Оказалось, что мое тело много что помнит из прошлого, и я просто последовал за ним. Не ожидал, что оно помнит такое, что мне остается только позавидовать самому себе.

Ему хотелось расцеловать каждую клеточку столь желанного тела. В нем пробудилось столько воспоминаний, которые он пытался приглушить, чтобы не было так больно от потери. А теперь он может полностью отдаться своим чувствам.

Тун целовал и ласкал вздрагивающее от наслаждения и желания тело Тхана, и ему было все мало. Он аккуратно потянул с него вниз штаны, обнажая паховую зону. А вот и тату, что он так хотел увидеть. Да, это он, никаких сомнений. Тун жадно прильнул кубами к чернильному кружочку. Тело Тхана вздрогнуло, и парень издал сладкий стон. Как же Тун скучал по этим звукам. Его даже не смущает, что тембр голоса у Тхана чуть отличается от голоса Пхата. Оно и понятно - последние месяцы Пхат лечил свою гортань после травмы, а у Тхана она, скорее всего, уже зажила, и голос поэтому изменился - он перестал быть с хрипотцой, к которой Тун привык.

Я всецело был поглощен чувствами, которые вызывали действия Корна. А когда он стянул с меня штаны и прильнул губами к татуировке, я откинул голову и невольно застонал от блаженства. Корн продолжал ласкать и целовать меня всего. В какой-то момент я понял, что я готов и хочу большего. Чтобы дать Корну понять это, я перевернулся на живот. Он тут же завладел моими ягодицами - он то целовал их, слегка прикусывая, то просто сжимал в своих руках, пока ласкал губами и языком мне шею.

Понимая, что они оба были совсем не подготовлены к тому, что сейчас делают, Тун действовал так, чтобы принести максимальное удовлетворение им обоим только ласками, как они обычно делали с Пхатом, когда их накрывало в не совсем подходящий момент. Они же маньяки - так всегда говорил про них его чертенок и вытворял такое, что от одного воспоминания сердце заходилось. Правда, не всегда все заканчивалось только ласками...

Я вспомнил, что как бы не планировал сиюминутно заниматься сексом с Корном, потому и нечего рассчитывать на более плотный контакт. Конечно, можно обойтись и без презика, но, судя по тому что я видел у Корна в штанах, мне бы смазка тоже не помешала. Хотя... Получить наслаждение друг от друга можно и другими способами. Вот чем я сейчас и займусь, когда доберусь до милого дружка, а там как фишка ляжет.

О том, что я достиг цели, меня известил сладостный, протяжный стон Корна, и буквально сразу мне прилетела от него ответочка. Я закусил губу, чтобы не закричать в порыве страсти и в изнеможении откинулся на подушки. Рядом, вздрагивая и тяжело дыша, лежал Корн. Чуть придя в себя, я придвинулся к нему ближе и, приобняв его, положил ему голову на грудь. Он тут же сграбастал меня в свои объятья. Было в этом что-то до боли знакомое. Да, я ничего не помню из своего прошлого, но эти ощущения, что я сейчас испытывал, говорили мне, что так было всегда.

Он чуть нагнулся к своему милому чертенку и поцеловал того в лоб. Чувство счастья и эйфории полностью завладели сердцем Туна. Он держал в объятьях самого дорогого для себя человека, и ничто теперь не могло разлучить их. Тун не позволит этого. Он будет бороться со всеми, кто захочет причинить его любимому хоть малейший вред. Эмоции переполняли его, и от этого на глаза выступили слезы.

Я заметил, что по щекам Корна текут слезы.

- Что с тобой, Корн? Я что-то сделал не так?

- Все хорошо, милый. Я просто так счастлив сейчас, что не могу сдержать эмоций.

Он что, назвал меня милым? Я не ослышался? Стой, сердце, не надо так выпрыгивать из груди. Теперь слезы потекли у меня. И вот мы лежим в изнеможении после бурных ласк в объятьях друг друга и плачем, как два придурка. Но мы счастливы. Я уж точно счастлив. И как бы это ни звучало странно, но я снова хочу его. Хочу почувствовать его пульсацию не в своей руке, а в себе. От этих мыслей бабочки снова ожили. Блин, а я что, ненасытный такой? Хоть мне сейчас так хорошо, но от большего я бы не отказался. А если нам продолжить? Ну, например, в душе?

- Пойдем сходим в душ вместе, - тут же предложил я, едва успев подумать об этом.

Он чуть отстранился от него и заглянул в глаза. Даже в этом Тхан похож на Пхата. Тот часто зазывал Туна с собой в душ, и они почти всегда продолжали то, что начинали в постели. Тун почувствовал, как его снова начинает охватывать желание. Не говоря ни слова, он встал с кровати и, подтянув к себе Тхана, подхватил его на руки.

Я не ожидал от Корна, что он вот так вот запросто возьмет меня на руки, как пушинку, и пойдет со мной в ванную. От этого стало еще лучше. Я обхватил его за шею и постарался посильнее прижаться к нему всем телом, которое уже в предвкушении продолжения начало подрагивать. Но, видно, у вселенной на нас другие планы... Резко зазвонил телефон. Я не хотел отвечать, но взглянув на дисплей, увидел, что это отец. Здесь лучше ответить. Корн с грустью в глазах отпустил меня, усадив обратно на кровать, кивнул в сторону телефона, мол, ответь, а сам отправился в ванную. Один. Где справедливость? Я нахмурил брови и ответил на звонок.

- Да, - довольно резко сказал я.

- Как я понимаю, вы уже давно встали. Почему ты мне не позвонил отчитаться?

- А с каких пор я это должен делать? - моему раздражению не было предела. Что он еще удумал?

- Со вчерашнего дня. Я хочу знать где ты, что делаешь...

- Тебе же Корн объяснил, почему мы отсутствовали. Мы и сегодня собираемся уйти из дома, - вот интересно, мы пойдем сегодня куда-нибудь или я просто вру сейчас?

- Да, он говорил, но мне не нравится эта затея, - что-то его явно беспокоит. Да по фиг. - Так куда вы собираетесь?

Ли Бао действительно нервничал. Он всегда и все держал под контролем, а здесь он понимал, что контроль ускользает из его рук. Но этот Корн обещал ему, что вернет физическую память этого парня. Но все равно он хочет знать, каким образом он это будет делать. Почему для этого надо куда-то исчезать без связи и прочее. Ли уже дал распоряжение, чтобы за ними следили постоянно и докладывали ему.

- Я не знаю. Мне Корн ничего не говорил. Сказал только, что надо выполнить одно задание.

- Когда узнаешь, то сообщи мне, - он сделал паузу, задумавшись и добавил, - я буду волноваться...

О как? Он будет волноваться? Что-то новенькое. Ой, что-то он темнит. Вот прям через телефон чувствую, что не просто темнит, но и лукавит. Ладно, пообещаю и отделаюсь от него. Может, еще к Корну под душ успею - я улыбнулся.

- Хорошо, отец, я сообщу, а сейчас мне надо идти собираться.

- Иди и будь на связи, - сказал Ли и отключился.

Вот ведь какой настырный. Я положил телефон на тумбочку и хотел было направиться в ванную, завернувшись в простыню, но все-таки опоздал - Корн уже вышел оттуда. Его волосы были еще влажные, и по обнаженному торсу стекали прозрачные капли воды. Бедра он прикрыл полотенцем - жаль...

- Иди под душ, а я пока переоденусь, - подойдя ко мне и приобняв, сказал он.

Я прижался к все еще разгоряченному телу. Так не хотелось его отпускать, но, как говориться, романтический момент упущен. Ладно, еще не вечер. Я неожиданно для него чмокнул его в губы и умчался в ванную.

Проводив взглядом Тхана, Тун снова потрогал свои губы. Какими же сладкими были его поцелуи. Как же он по ним соскучился. И по его выходкам, как, например, вот это. Тун улыбнулся и пошел в гардеробную переодеваться. Надо еще для Тхана вещи подобрать, а то у него в шкафу только костюмы висят, а им они сейчас не нужны. Простая и комфортная одежда будет в самый раз.

Он еще раз посмотрел в сторону ванной, вздохнул, сожалея, что времени совсем нет, чтобы присоединиться к парню, что так будоражит его кровь, и пошел собираться.

Глава 23

Верное решение

Я сушил волосы, когда услышал стук в дверь. Неужели Корн все-таки решился? Отложив полотенце, я открыл дверь ванной. За ней стоял Корн с одеждой в руках. Он протянул ее мне.

- На вот, надень это. В этом тебе удобней будет, - сказал он и улыбнулся.

Вот зачем так улыбаться? У меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. Собрав всю силу воли в кулак, я тормознул не на шутку разошедшееся либидо и принял из его рук одежду. Он еще секунд пять постоял в нерешительности, улыбнулся и закрыл за собой дверь. Вот ведь...

Переодевшись, Тун подобрал подходящую одежду для Тхана. Немного подумав, достал дорожный баул и положил в него еще пару комплектов сменной. Так, на всякий случай. Прикинув, что еще может понадобиться, он просмотрел все ящики и шкафы. Все, что может пригодиться в их вылазке, он так же сложил в баул. Посмотрел на часы. Время еще есть, а значит, можно не торопиться. Вот интересно, зачем звонил Ли Бао? Неужели он о чем-то догадывается? Да нет, это вряд ли.

Взяв подготовленный комплект одежды, Тун постучал в дверь ванной. Она почти сразу открылась, и он увидел полуобнаженного Тхана. Сердце Туна забилось чаще. Какой же он красивый. Он и забыл, как выглядит его любимый. Так, Тун, держи себя в руках. Хорошего понемногу. Вы еще успеете насладиться друг другом. Сейчас надо закончить дела, а развлечения потом.

Он отдал одежду и быстро закрыл дверь. Уф... Как же он соскучился...

Корн принес мне спортивный костюм. В такую же он был одет сам. Получается, у нас будет парная одежда. Классно, как будто мы с ним парочка. Ой, как же сердце стучит. Я прижал руки к груди вместе с одеждой и уткнулся в нее лицом. Вздохнул запах. Как ни странно, от чистой одежды я уловил еле различимый запах Корна, а он всего лишь подержал ее в руках. Не знал за собой такой особенности - так тонко чувствовать ароматы. Надо будет попробовать на чем-нибудь еще.

Я развернул костюм. Здесь еще футболка, носки и... Как интересно. Он мне и боксеры положил. Новые, в коробочке. Какой заботливый, оказывается. Приятно. Мои губы расплылись в довольной улыбке. Я глянул на себя в зеркало - хватит лыбиться, придурок. Но улыбка не хотела уходить с моего лица.

Одевшись, я вышел из ванной. Корн сидел у рабочего стола на стуле, а возле его ног на полу лежала дорожная сумка. Похоже, мы куда-то все же собираемся пойти. И кажется, что не на один день. Надо бы мне тоже вещички собрать.

- Думаю, что мне тоже надо подсобраться, - я кивнул головой в сторону баула.

- Пожалуй, ты прав, - задумчиво ответил Корн, - Давай посмотрим, что можем взять, - и мы направились ко мне в комнату.

Тун ждал, когда Тхан выйдет, и размышлял об их дальнейших действиях. Выбираться им сейчас будет сложнее. Ли Бао наверняка приставил не одного человека следить за каждым их шагом. Через балкон уже не вариант - проверят в первую очередь. Надо искать новый путь. Эх, жаль у него нет плана здания, было бы проще.

Он услышал шум открывающейся двери и повернулся в сторону ванной. Из нее вышел Тхан. Спортивный костюм ему очень шел, впрочем, как и всегда. Тун улыбнулся. Какой же у него красивый парень...

Мы пришли ко мне, и Корн стал просматривать все шкафы и ящики на предмет необходимых вещей. Собрав то, что, по его мнению, должно пригодиться, он сложил все в сумку. Я хотел было предложить ему еще одну, но он сказал, что одной будет достаточно, так как мы должны уйти незаметно и налегке. Я согласился. Вообще-то ему видней как надо действовать. Я, может, и знал когда-то такие тонкости и нюансы, сейчас от меня мало толку, потому как я ничего из этого не помню. Корн улыбнулся мне и сказал, что все, что мы сейчас делаем, постепенно восстановит мне память. Эти его слова прям бальзамом растеклись по моему сердцу. Итак, я готов. Что надо делать?

- Послушай, Тхан, а тебе отец случайно не говорил или, может, показывал, где находится план эвакуации при пожаре и прочее?

Я задумался. Где-то я что-то похожее видел, но где? Перебирая в памяти все комнаты и закоулки, которые я обошел, пока ждал Корна в прошлый раз, я, вроде, вспомнил, где я его видел.

- Вроде как один висит на стене в кухне, а еще... - я напряг память. По идее, такие планы должны быть в каждой комнате здания, но я их не видел. - А, вспомнил - на балконе, - я радостно схватил Корна за руку и потащил его на балкон. - Вот, смотри, - я ткнул пальцем на висящей на стене план здания.

Изучение возможных вариантов незаметно выбраться из особняка заняло не более пяти минут. Теперь надо отвлечь людей, что находились в доме, чтобы беспрепятственно его покинуть. Тун вспомнил, как они однажды с Пхатом разыграли ребят, и решил повторить эту же шутку.

Я наблюдал, как Корн мастерил из подручных средств какую-то замысловатую штуку. Как он объяснил, она должна будет всех отвлечь. Как интересно? Я с нетерпением ждал представления. Вскоре все было готово. Еще раз сверившись с планом дома, мы договорились, что я буду ждать в условленном месте у окна и, когда услышу сигнал, должен буду вылезти через него и спуститься вниз по пожарной лестнице. А затем, не дожидаясь, бежать что есть сил к западному углу забора.

- Тхан, ты все понял? - Корн держал меня за плечи и смотрел мне прямо в глаза. - От этого будет зависеть исход нашей операции. Главное, не попадись никому на глаза, - я утвердительно кивнул. Он еще раз посмотрел на меня своим черным омутом глаз и, притянув к себе, поцеловал. Это был короткий, но многоговорящий поцелуй.

- Я все понял. Береги себя, Корн, - сказал я, и мы обнялись. Затем я подхватил баул и вышел из комнаты.

Тун проводил его взглядом. Если бы сознание Пхата было свободно, они бы провернули все вместе быстро и без всяких выдумок, но Пхата сейчас нет, вернее, его сознания, а значит, и знаний, и умений. Так что придется положиться на то, что сможет сделать Тхан. Тун вздохнул. Только бы все получилось. Он подхватил приготовленную куклу и направился в гараж.

Он четко выверил хронометраж, чтобы первая петарда взорвалась именно тогда, когда он будет на кухне или в столовой – неважно где, главное, подальше от гаража и со свидетелями. Так и случилось. Теперь надо действовать быстро.

Когда взорвалась первая петарда, я уже стоял у нужного окна. При взрыве второй начался переполох - это как раз сигнал к моему действию. Я открыл окно и быстро спустился вниз. Огляделся и, пригнувшись, что есть мочи бросился к забору. Когда я к нему подбежал, через забор перелетел конец веревки. Крепко ухватившись за нее, я стал взбираться наверх. Перемахнул через забор и спрыгнул на землю. Здесь меня уже ждал Корн на своей машине. Закинув баул на заднее сиденье, я сел спереди, рядом с Корном. Тот резко рванул с места.

Тун вел машину и размышлял - все ли он предусмотрел? Не заметил ли кто, как из дома выбегал Тхан? Вроде, все должно быть как по маслу. Пока все пребывали в шоке и пытались прорваться в задымленный гараж, чтобы спасти молодого хозяина, Тун, пользуясь суматохой и неразберихой, прыгнул в машину, которую он заблаговременно вывез из гаража. Он сказал Паркеру, что они с молодым хозяином поедут за покупками в торговый центр и что господин Тхан сейчас что-то ищет в гараже, а он тем временем сходит за водой на кухню. Паркер последовал за ним, чтобы расспросить, надолго ли они уедут и прочие подробности. Когда Тун доставал из холодильника бутылку с водой, раздался первый взрыв. Все, кто был в доме, испугано переглянулись.

Когда раздался второй взрыв, Тун с криком “Кхун Тхан” бросился бежать в сторону гаража. Все последовали за ним. Из ворот валил густой дым. Тун вбежал внутрь и под прикрытием дымовой завесы тут же выбежал в боковую дверь и бросился к своей машине. Под звуки взрыва он завел мотор и выехал со двора...

Он молчал, и я тоже молчал. О чем он думает? Мне так захотелось заглянуть ему в глаза, но он за рулем, так что немного подожду. Итак, что же мы будем делать дальше? Я чисто машинально обернулся, чтобы проверить, нет ли за нами хвоста. Вроде, нет. Куда же мы сейчас?

Тун загнал машину на подземную парковку торгового центра. Выйдя из машины, он огляделся, подхватил баул и жестом поманил Тхана следовать за ним. Тот молча подчинился. Они вышли на другую сторону центра, и Тун поймал такси.

Мне все больше и больше становилось интересно. Появился какой-то азарт. Мои глаза блестели от всплеска адреналина. Уф, как здорово. Ощущение, что и раньше со мной происходило такое. Как же жаль, что я ничего не помню. Выходит, у меня была довольно бурная жизнь. Я невольно усмехнулся. Корн украдкой посмотрел на меня. Смотри, смотри. Вот только останемся наедине...

Тун привез Тхана на конспиративную квартиру. Он долго размышлял, стоит ли его сюда привозить, и решил, что лучшего места для того, чтобы спрятаться, не найти. А чтобы тот не увидел или не услышал чего лишнего, решил прибегнуть в некоторой хитрости. Еще в такси он дал Тхану бутылку с водой и тот ее почти всю выпил. Доза снотворного была рассчитана таким образом, что сморить парня должно было уже в квартире. Так оно и произошло - едва переступив порог, Тхан немного обмяк, и у него подкосились ноги. Тун подхватил его на руки и перенес на кровать в дальней комнате. Уложив его поудобней и укрыв одеялом, он вышел и плотно закрыл за собой дверь. Теперь у Туна есть минимум два часа.

Он подсел к компьютеру и посмотрел на часы. В запасе еще десять минут. Хорошо он все рассчитал, Пхат бы был им доволен. Тун сварил себе кофе, проверил еще раз все записи, что собирался переправить в агентство, и нажал кнопку вызова.

Вянь Вянь приготовился к долгому рассказу и вынужденным пояснениям и никак не ожидал, что услышит то, что ему скажет Тун.

- Профессор, вы хорошо сидите? - тот утвердительно кивнул, хоть в его глазах читалось недоверие. - Папа, продолжил Тун, - Пхат жив.

Вянь с облегчением выдохнул. Он очень надеялся, что выводы, что он сделал из всего, что узнал, окажутся правдой. Какое облегчение, что оно так и оказалось. Тун узнает своего мужа, в каком бы тот образе ни был, только по лишь ему известным признакам. Это и была причина, по которой профессор настаивал, чтобы он влюбил в себя Тхана.

- Рассказывай, - коротко сказал Вянь.

- Я нашел подтверждение, что Тхан - это клон сознания Пхата, а сам Пхат, вернее, его настоящее сознание, заперт на уровне. Это точно Пхат, профессор. У меня были сомнения, но они все рассеялись.

- Ты понимаешь, что пока не освободится его сознание, он должен оставаться Тханом?

- Поясните, профессор.

- В блокировке уровня стоит сложный шифр. Вскрыть мы его не сможем. Мы можем только ждать, когда этот шифр самоуничтожится.

- И сколько нам этого ждать? - Тун был весь в нетерпении.

- По моим подсчетам, примерно месяцев пять. Ну, может, чуть меньше.

- А нельзя ли это как-то ускорить?

- Нет, мальчик мой, к сожалению, нельзя. Нам сейчас надо придумать, как его вывести, потому что у Ли Бао его оставлять нельзя - мало ли что тот может еще предпринять. Тебе надо будет для начала его вывести из дома и где-нибудь спрятать...

- Я уже это сделал. Он сейчас спит в дальней комнате...

- Вот что мне со всеми вами делать? Вечно вы торопитесь и самодеятельность устраиваете. Что ты, что Пхат. Вот задам я вам трепку...

- Ну, профессор, папа, не сердитесь. Я, когда подтверждение получил, сразу решил его оттуда увести.

- Ладно. Нам надо сделать вам документы, и как можно скорее, чтобы вы смогли вернуться в Бангкок. В родных стенах и спрятаться легче, и вообще...

Тун заметил, что у профессора заблестели глаза - переживает старик. Надо бы его как-нибудь утешить.

- Все будет хорошо. У нас все получится.

- Ладно, сидите тихо, старайтесь не высовываться. Как только получите документы, мои люди вас сопроводят по дипломатическим каналам. Остальное будем уже выяснять дома, - сказал профессор и улыбнулся.

Они еще немного поговорили, уточняя детали и, попрощавшись, отключились. Тун посидел немного в задумчивости и стал разбирать дорожную сумку. Пару дней они здесь точно проведут. «Надо заказать продуктов», - подумал он и стал пролистывать рекламные страницы. Быстро нашел, что ему было нужно, и сделал заказ на определенное время. К тому моменту, как привезут продукты, Тхан должен будет проснуться.

Сделав все приготовления, Тун вошел в комнату к спящему парню. Тот мирно посапывал, свернувшись калачиком. Тун невольно залюбовался. Сколько раз он себе представлял эту картину: что вот он проснется, а Пхат будет рядом мирно спать. И ничего с ним не происходило, и они вместе.

Он прилег лядом с любимым и осторожно, чтобы не нарушить его сон, хоть он и знал, что тот не проснется, обнял его, переложив его голову себе на грудь. «Какое же это счастье», - подумал Тун и закрыл глаза.

Я открыл глаза и тут же их закрыл, увидев лежащего рядом и обнимающего меня Корна. Я еще не проснулся. Буду лежать так как можно дольше. Какое же приятное ощущение просыпаться в объятьях человека, который тебе нравиться. Хотя нет, Корн мне не просто нравится. Я его люблю. Люблю всей душой и телом. Причем тело мое его любит больше, потому как помнит его лучше меня. Ну и пусть. Я себе новые воспоминания наделаю. А сейчас буду просто наслаждаться моментом.

У Туна зазвонил телефон - это привезли заказ с продуктами. Он осторожно встал с кровати, чтобы не потревожить Тхана, хоть и знал, что тот уже не спит. Пусть полежит, попритворяется. Это так мило. Пхат так же делал. Получил заказ, разложил по местам продукты и вернулся в кровать к Тхану. Он лег рядом и сграбастал того в объятья. Парень не смог больше притворяться, что спит и, обняв его в ответ, уткнулся ему лицом в грудь.

Он такой родной и теплый, что не хотелось его отпускать. «Вот бы так было всегда», - подумал я. Мы просто лежали в обнимку и даже не пытались разговаривать. Наверное, потому, что нам обоим не хотелось нарушать ту идиллию, что сейчас была. Корн теребил мне волосы на затылке, а я пальчиком рисовал ему узоры на груди. Все было замечательно, пока мой желудок не оповестил нас, что я хочу есть. Я смущенно сжался в комок. Корн взял меня за подбородок, посмотрел в глаза и, поцеловав меня в лоб, сказал:

- Будильник сработал. Пора вставать и идти на кухню.

Тун выпустил из объятий Тхана и встал. Чуть потянулся, расплавляя немного затекшие плечи, подмигнул и с улыбкой на лице направился на кухню готовить для своего любимого.

Глава 24

Возвращение

Через два дня пришло сообщение от профессора, что документы готовы и находятся в камере хранения на центральном вокзале. Там же инструкции по дальнейшим действиям. Оставив Тхана в квартире, Тун съездил и забрал кейс из ячейки. На обратной дороге он свернул к особняку Ли Бао, чтобы проверить обстановку - перед бегством он поставил в нескольких местах скрытые камеры. Информацию с них можно получить, находясь недалеко от дома.

Остановившись так, чтобы его не было видно, Тун открыл на смартфоне программу, подсоединился к камерам и скачал с них всю информацию. Закончив, он нажал режим форматирования. Теперь, если камеры найдут, то не узнают, что им известно, а что нет.

Вернувшись в квартиру, он застал Тхана на кухне. Тот, видно, что-то готовил. Интересно, он помнит, что умеет готовить или это все таже физическая память тела? «Попробуем», - подумал Тун и улыбнулся.

Эти два дня в ожидании документов они провели с большой пользой. Тун немного позанимался с Тханом рукопашным боем, чтобы восстановить его навыки. Мало ли что может случиться по дороге домой. Они оба смогут постоять за себя. Еще Тун показал парню основы медитации. А вот с этим почему-то были проблемы - как бы Тхан ни старался, вызвать ци он так и не смог. Скорее всего, клон не способен управлять своей энергией.

Еще Тхан постоянно расспрашивал о своей прошлой жизни, а Тун постоянно уходил от ответа, как, впрочем, и от интимной близости. Ему казалось, что все-таки это неправильно. Вот вернется настоящий Пхат, вот тогда... Но объяснять это Тхану он, конечно же, не стал, и тот обижался. Единственное, что его немного успокаивало, это то, что они спали в обнимку. Сколько же сил потребовалось Туну, чтобы просто спать. Но на удивление он действительно спал - спокойно, без сновидений.

Я не знаю почему, но Корн меня избегал. Уж не знаю, как ему это удается в замкнутом пространстве квартиры, но он даже не целует меня. В лоб не считается. И разговаривать о моем прошлом тоже не хочет. Вот прям бесит. Я и ругался, и просил, и обижался, даже пробовал не разговаривать и игнорировать, но это было ему только на руку. Под конец я смирился. Ну и хрен с тобой. Не хочешь пользоваться моментом и не надо. Чтобы себя отвлечь, я стал практиковаться в вызове ци.

Здесь меня ждало еще одно разочарование - у меня не получалось медитировать. Я бился над этим, пока Корн не предложил на время оставить эту затею. Мне стало скучно. И я решил вызвать его на спарринг, чем немало удивил. Он недоуменно посмотрел на меня, но согласился.

Изрядно размявшись и поняв, что силы у нас почти равны, разгоряченные, мы прям свалились на пол. Было весело. Я решил воспользоваться моментом и стал заигрывать, но Корн не понял или сделал вид, что не понимает моих намеков на близость, и отправил меня первым в душ. Ну может со мной пойдешь? Нет, не пришел. Все, я обиделся.

Вот ведь неугомонный. «Ничего в жизни не меняется», - думал Тун, глядя Тхану вслед, когда тот пошел в ванную. И обижается так же. Ничего, потерпи, милый, скоро это все закончится. Твое сознание станет свободным, и мы вернемся к прежней жизни. Хотя прежней она будет вряд ли - скоро родятся близнецы. Вот сюрприз для Пхата будет. Он с ума сойдет от такого наверняка. Вот действительно, как он отреагирует, когда узнает, что он мама, а Тун папа? Тун улыбнулся этим мыслям.

Пока Тхан был занят готовкой, Тун решил просмотреть записи с камер. Он подсоединил смартфон к компьютеру и перекинул все данные. Включил программу и стал внимательно смотреть. Сначала на записи ничего не было, но вскоре появилось движение - это как раз тот момент, когда Тун устроил переполох в гараже. По изменению поведения людей на записи стало понятно, что они никого не нашли.

Через какое-то время в камеру попал приехавший Ли Бао. Лицо у него было мрачнее тучи. Он отчитывал своих людей за то, что они упустили молодого господина и его помощника. Еще бы. Когда Корн сказал ему, что он с Тханом предпримет действия по восстановлению физических навыков, он сразу дал распоряжение проследить за ними и докладывать ему о каждом их шаге. Они вот так вот сбежали, и теперь Ли не знал, где их искать. Его это и настораживало, и бесило одновременно.

Тун выключил видео. Дальше можно было не смотреть. Главное он увидел - их не смогли проследить. Это хорошо. Это половина успеха. Теперь остается только перебраться из Штатов в Тай, а там они будут дома, под защитой агентства. И профессор обязательно найдет способ помочь Пхату. Сегодня они должны хорошо отдохнуть, а завтра начнется их путь домой.

Я так увлекся готовкой, что не заметил, как вернулся Корн. Мне очень хотелось поразить этого парня своими кулинарными способностями. Хоть я и не помнил ничего, но ролики в интернете и физическая память делали свое дело. Думаю то, что мне удалось приготовить, можно будет есть. А еще надо что-то в дорогу собрать. Бутерброды будут в самый раз, но я их сделаю перед самым выходом, чтобы они были свежими.

Закончив с готовкой, я, к своему удивлению, увидел, что Корн уже вернулся и теперь сидит за компом, что-то изучает. Я неслышно подошел к нему со спины и заглянул в монитор. Он смотрел видео из дома отца. А вот и сам отец - ругается на подчиненных, размахивает руками. Вот если бы это еще со звуком было, то было бы слышно его шипение - меня всегда это смешило. Он и так-то похож на змею, а когда ругается, еще и шипит, как она.

Корн заметил меня, но не подал вида. Ладно, не буду мешать, а лучше пойду накрою на стол. Я вернулся в кухню и стал возиться с посудой. Вскоре ужин был накрыт, и я позвал Корна есть.

Окинув взглядом стол, Тун задумался - а съедобно ли это все, что приготовил Тхан. Если бы готовил Пхат, то Тун умял бы все за обе щеки, но тут такое дело: а если этот парень только думает, что умеет готовить? По внешнему виду, вроде, съедобно. Ладно, чего это он придирается? Пока не попробуешь, не узнаешь. Тун сел за стол, и Тхан тут же стал за ним ухаживать. Осторожно подчерпнув кусочек жареной свинины с базиликом, Тун отправил его в рот и стал аккуратно пережевывать. Вкусовые рецепторы тут же отреагировали на знакомый вкус. Тун посмотрел на парня, который это приготовил. Тот определенно умел готовить, вернее... Да что уж говорить - вкус свинины с базиликом, приготовленной Пхатом, он ни с чем не спутает. На глазах навернулись предательские слезы.

- Что, так остро? - я с удивлением смотрел на слезы на лице Корна. Вроде, я не добавлял много перца. Мое внутреннее я почему-то посоветовало не делать этого. Да и сам я острое не особо жалую.

- Нет, все в порядке. Вкусно, - Корн быстро смахнул слезы и продолжил есть, а я подкладывать ему еще и еще.

Мы ели и болтали. Ни о чем. Было ощущение, что так было всегда. Это так приятно. Мое сердце прям заходилось от радости. Вот бы так все и оставалось. Я что, многого хочу? Нет. Я просто реально осознаю, что не представляю свою дальнейшую жизнь без этого парня.

Убрав со стола и помыв посуду, мы решили немного прогуляться. Вернее, съездить на то прекрасное место, которое мне показал в прошлый раз Корн. Я даже не знаю, как называется эта местность, но там было так красиво и спокойно, что, когда Корн предложил прокатиться туда, я с радостью согласился.

На обрыв Тун решил съездить, чтобы просто попрощаться с ним. Это место за короткий период стало для него родным. Вернется ли он сюда, он не знал, так что побывать там перед отъездом было бы не плохо.

Они сидели на обрыве, подставив лицо теплому вечернему ветерку и думая о чем-то своем. Тун перебирал в воспоминаниях события прошедших месяцев. Как это хорошо, что Пхат вернулся к нему. Пусть еще не совсем, а лишь в измененном сознании, но живой и невредимый. Завтра они сядут на поезд, как предписывала инструкция, и отправятся в Даллас. Там их должен будет встретить связной с другими документами. Они переждут еще два дня и уже оттуда полетят на самолете до Пекина, а в Пекине их должен встретить профессор. Короче, еще несколько дней, и они будут дома.

Вот интересно, что меня ждет в Таиланде? Я ничего не помню о жизни там. Да и не только там. Думаю, что все, что рассказал мне отец, не имеет ничего общего с действительностью. Может, он мне вообще не отец? От этой мысли мне стало как-то нехорошо. Корн, заметив перемену в моем лице, забеспокоился.

- Тхан, тебе плохо?

Ответить я не смог. Давненько у меня не было приступа. Голову сдавил стальной обруч, и я потерял сознание.

Да что с ним такое? Тун быстро сел в асану, вызвал ци и соединился с Тханом. По его потокам, как и в прошлые разы, с бешенной скоростью передвигалась энергия. Тун стал ее успокаивать. Спустился к уровню и стал общаться с Пхатом – может, это поможет? Но нет, ничего не помогало. Потоки только ускорялись, грозясь выйти из-под контроля. Нужно что-то предпринять и довольно быстро. Все, что пришло на ум Туну в тот момент — это вызвать мир Тхана. Может, это успокоит разбушевавшиеся потоки?

Его мир создался на удивление быстро. А может, это не мир Тхана, а Пхата? Но думать над этим времени не было. Тун ментально погрузил парня в облако грез и присоединился к нему со своим миром. Поначалу ничего не происходило, но вскоре потоки стали успокаиваться. Серая аура, что окружала Тхана, стала приобретать другие оттенки, но все равно продолжала быть мрачной и какой-то безжизненной. Может, она и должна быть такой? Тун не знал какого цвета бывает аура у клона. Но не это сейчас было главное. Надо понять, от чего случился приступ.

Оставив Тхана в его мире, Тун снова спустился к закрытому уровню. Надо попытаться успокоить Пхата. Выяснить, что его так встревожило, вряд ли удастся, но вот уговорить его не провоцировать усиление потоков надо постараться.

Тун сконцентрировался и стал говорить с Пхатом на ментальном уровне. Потоки сразу замедлились и буквально через несколько минут успокоились окончательно. Тун с облегчением вздохнул. Вдруг ему почудилось, что в его голове звучит голос. Он посмотрел на спящего в облаке Тхана - нет, это не он. Неужели это его любимый смог прорваться сквозь блокировку уровня? Тун стал прислушиваться. Он отчетливо услышал свое имя. Голос повторил его несколько раз. Затем последовала пауза и отчетливая фраза - я люблю тебя. Сердце Туна сжалось и забилось чаще. Он постарался взять себя в руки, иначе ментальная связь может оборваться, а это не очень хорошо.

Успокоившись, он сосредоточился на закрытом уровне и несколько раз произнес что тоже любит своего милого чертенка. От уровня повеяло теплом, значит его слова достигли цели. Попросив Пхата еще немного подождать, Тун вернулся к Тхану. Пора выводить его из этого состояния.

Я открыл глаза и увидел склонившегося надо мной Корна. Он улыбался мне. Я хотел было что-то сказать, но он приложил к моим губам палец, давая понять, что не нужно слов. Затем он приблизил свое лицо еще ближе к моему и поцеловал в губы. Нежно, аккуратно, как будто боялся, что я испугаюсь. А я не боюсь. Чего мне его бояться? Я просто ответил на поцелуй.

Мы целовались и обнимались, и чувства при этом были какие-то воздушно-парящие. У меня было ощущение, что я нахожусь в невесомости, и от этого было еще приятней. Хотелось, чтобы это никогда не заканчивалось.

Когда я понял свою сущность, я порылся в интернете на этот счет, так как ничего не помнил. Оказалось, что по моему вопросу там можно найти много чего интересного. В частности, что в отношении однополой пары не обязателен контакт с проникновением. Зачастую это бывает не так, как бы это сказать, комфортно и даже может привести к травмам, что может отбить желание близости. А какая любовь без этого? Я нашел много различных способов, как доставить удовольствие своему партнеру и себе, соответственно, другими способами. Жаль, я не все запомнил. Но у меня оставалась надежда на физическую память моего тела. До этого момента оно меня не подводило. Вот и сейчас я действовал почти не задумываясь, доставляя сексуальное удовлетворение парню, которого я, кажется, люблю...

Вдруг у меня появилось ощущение, что я проваливаюсь куда-то в бездну. Все было как в тумане. Чувство эйфории все еще накрывало меня, но оно постепенно таяло. И я очнулся. Я лежал на траве у обрыва, а рядом сидел Корн. Он повернулся ко мне и улыбнулся.

- Привет. Очнулся?

Блин, так это был всего лишь сон? Я так не играю. Ну почему? Стало как-то обидно. Но я же реально ощущал его поцелуй и до сих пор продолжаю ощущать на своих губах его губы.

- Я спал?

- Не совсем. Ты снова вырубился. Я уже рассказывал тебе о жизненных потоках, - я согласно кивнул - да, рассказывал, - так вот они у тебя часто сбиваются. Но ничего, скоро мы вернемся домой, и профессор все подправит...

- Профессор? - переспросил я. - А это еще кто?

- Ты все узнаешь. Подожди немного, - Корн встал и протянул мне руку. - Давай помогу встать. Нам пора возвращаться.

Я протянул ему руку, и он нежно потянул за нее. Я встал и неожиданно оказался в его объятьях. Мои уши-предатели тут же вспыхнули.

Помогая ему подняться, Тун как-то немного не рассчитал, и теперь этот парень стоит у него в объятьях. Вот говорил же он себе, что до полного возвращения Пхата не надо контактировать с ним, но, похоже, это выше его сил. У Туна до боли сводило все тело от желания хотя бы обнять его. И теперь он не может его отпустить и продолжать тоже не может. И что же ему делать? Просто отпустить? На помощь пришел сам Тхан.

Прижавшись к Корну посильнее, я положил ему голову на плечо и сказал:

- Давай просто вот так постоим минуточку. Мне просто надо почувствовать твое тепло и немного подзарядиться.

Я почувствовал, как Корн обнял меня еще крепче и прижался щекой к моим волосам.

-  Заряжайся, сколько тебе надо. Я весть твой, - сказал он, и от этих слов мне стало так хорошо, как еще никогда не было с момента моего пробуждения в больнице после аварии...

Глава 25

Мы дома

В Даллас мы прибыли рано утром. Расположившись в гостинице, мы немного передохнули и перекусили. Чтобы провести как-то время, Корн предложил посетить Zero Gravity - парк с экстремальными аттракционами, а вечером подняться на смотровую площадку Реюньон-Тауэр, заодно и поужинать там в ресторане. Я согласился. Мне было все равно где и как проводить время, главное, чтобы он был рядом.

День прошел замечательно. Тун так и планировал - ему не хотелось сейчас оставаться с Тханом наедине. Он не мог за себя поручиться, так что прогулка и ресторан были самым оптимальным выбором. А завтра рано утром в аэропорт, и они почти дома.

Вянь Вянь нервно поглядывал на табло с рейсами прилета. Самолёт из Далласа прибывал вовремя. Что-то он нервничал - а вдруг это не его мальчик, а действительно сын Ли Бао? Нет, таких совпадений, как здесь, не могло быть. Это просто не мог быть кто-то другой. Это его сын Пхат и точка. Да где же этот чертов самолет?

Тун издалека заметил профессора. Тот нервно ходил взад и вперед. Заметив ребят, он остановился и стал пристально в них вглядываться. Вернее, не в них, а в одного из них - в Тхана. По мере того, как он рассматривал парня, его лицо прояснялось. И вот на нем появилась улыбка. У Туна отлегло от сердца – значит, этот парень действительно Пхат. Профессора не обманешь. Хвала небесам, он вернулся. Туну захотелось прыгать от радости, но он сдержал свой неожиданный порыв.

Никогда раньше не был в Пекине. Или был? Я оглядывался по сторонам, пытаясь прислушаться к себе – вспомнил или нет? Нет, не помню. Ну и ладно. Обратив внимание, что Корн на кого-то смотрит, я проследил за его взглядом и увидел престарелого китайца, который явно нервничал, дожидаясь кого-то. Ой, наверное, это нас, раз Корн на него смотрит и улыбается.

Вдруг старик посмотрел куда-то в сторону, и улыбка исчезла с его лица. Он развернулся и пошел прочь. Я в недоумении посмотрел ему вслед, перевел взгляд на Корна. Тот, как ни в чем не бывало, посмотрел на меня, подхватил под локоток и повел совершенно в противоположную сторону. Что происходит? Похоже, что за нами следят. Вернее, за стариком, а мы сейчас тоже могли попасть в поле зрения. Как у них все отработано. Прям понимают с полувзгляда. Вот это да, не то что мы с отцом. Мне почему-то стало грустно. Хотел бы я таких же отношений.

Что-то пошло не так, раз профессор резко изменил план встречи. На этот случай у них был припасен запасной. Тун, не переставая улыбаться, подхватил Тхана под локоть и, как бы показывая и рассказывая ему о достопримечательностях пекинского аэропорта, потянул в другую сторону. Одновременно с этим он незаметно оглядывал пространство и наконец заметил то, что встревожило профессора. Как он и предположил, за Вянь Вянем следили. Следивший за ним человек не знал, кого встречает профессор, поэтому он не обратил внимание на двух статных пацанов, вертевших головами, рассматривая в изумлении здание. Он, прикрываясь толпой, проследовал в сторону, куда ушел старик.

Остановившись у вендингового автомата, Тун, выбирая напиток, проследил за человеком, который последовал за профессором. Запомнив все его приметы, Тун купил бутылку с водой, отдал ее Тхану и жестом показал следовать за ним. Не говоря ни слова, тот так и сделал. У него даже выражение лица изменилось - отметил Тун про себя. Стало более серьезное и сосредоточенное. Как у Пхата, когда тот на задании. А почему так? Тун улыбнулся. Взгляд и улыбка профессора сказали больше, чем могли.

- Тхан, возьми сумку и направляйся к восточному выходу, - сказал Тун, передавая тому баул. - В ней ты найдешь блокнот с инструкциями. Я прошу, сделай все в точности, как там написано. Справишься?

- Корн, а можно я с тобой? - что-то мне не понравилась его затея пойти одному.

- Я один быстрее управлюсь.

- Прикрыть тыл не помешает, - твердо сказал я, смотря ему прямо в глаза.

Он схватил меня за руку и затащил за автомат. Убедившись, что нас никто не видит, он обхватил мою голову руками и жадно прильнул к моим губам. Вот это поцелуй. У меня перехватило дыхание. Оказывается, он может проявлять страсть. Да еще какую.

Сердце колотилось как бешенное. Пхат, его милый и любимый Пхат. Только он мог так сказать. Тун был не в силах оторваться от столь желанных губ, но время поджимало, и надо было действовать. Он нехотя отстранился и сказал:

- Не в этот раз, милый, - и бросился догонять человека, следящего за профессором.

Вот мне сейчас обидеться или обрадоваться? Не взял с собой - обидеться. Но что он сказал? Он назвал меня милым... Блин, я как мороженка сейчас растаю. Так, соберись. Потом таять будешь. Я подхватил сумку и направился к восточному выходу, как мне указал Корн.

Выйдя из здания аэропорта, я сразу заметил автобусную станцию. Дойдя до остановок, я присел на лавочку и достал блокнот. Так, что у нас тут по плану? Вроде, все понятно. Я встал и пошел к кассам, купил билет и пошел искать нужный автобус. Пока ехал, перебирал в голове все возможные варианты исхода событий и решал, как мне к ним подготовиться. Через 25 минут прибыв на место, я пересел в такси - все, как было в инструкции - назвал пункт назначения и откинулся на спинку сиденья. По моим подсчетам и судя по карте, ехать около двух часов. Я закрыл глаза и стал представлять, что сейчас может делать Корн.

Он следовал за подозрительным человеком на таком расстоянии, чтобы не упустить его из виду, но и при этом самому не засветиться. Несколько раз тот останавливался, оглядываясь. Тун продолжал следить. Он прекрасно понимал, что тот человек не просто так останавливается - профессор предпринимает какие-то действия, чтобы сбросить с себя хвост. В какой-то момент Тун заметил, что человек стал как-то нервно метаться из стороны в сторону, значит, Вянь Вянь скрылся, и человек его окончательно потерял. Усмехнувшись, Тун проследовал к оговоренному месту встречи.

Профессор сидел в машине и в нетерпении теребил полы пиджака. Когда он увидел подходящего к авто Туна, то чуть было не выбежал наружу, но вовремя взял себя в руки. Подойдя к машине, Тун спокойно открыл водительскую дверь и сел за руль. Вянь Вянь положил ему руку на плечо и одобрительно сжал. Парень кивнул и завел мотор. Машина плавно выехала с парковки.

Немного поездив по округе для обнаружения слежки и не найдя таковой, они выехали на трассу. Полдороги ехали молча. Потом Вянь не выдержал:

- Как он?

- Кто? - Тун усмехнулся.

Действительно кто? Профессор почесал подбородок. Можно ли его считать Пхатом, если основная личность скрыта, а клон ничего о Пхате не знает?

- Так, давай условимся - пока сознание Пхата не вернется он будет Тханом - сын Ли Бао.

Тун согласно кивнул.

- А где жить будет и как мы его в агентстве покажем?

- Жить он будет у себя... Или у тебя... - профессор задумался. Было видно, что он так и не решил для себя этот вопрос. - А ты что по этому поводу думаешь?

- Как вариант, - начал говорить Тун, - его можно поселить в пустующей квартире рядом с Дью. А вообще-то я бы поселил его в его же квартире, - он посмотрел на профессора через зеркало заднего вида.

Вянь Вянь думал и чесал подбородок. Тхана не надо бы пока никому показывать. Может, его вообще не в агентстве поселить, а в убежище? А это имеет смысл. Туда точно никто не наведается и не потревожит, и он там спокойно проживет то время, что еще потребуется для восстановления. Но одного его селить нельзя. Согласится ли Тун пожить с ним? Профессор поднял глаза и заметил, что Тун наблюдает за ним через зеркало.

- Вы, молодой человек, лучше бы за дорогой следили. Чего на старика пялитесь? - Вянь Вянь в своем репертуаре. «Это хорошо», - подумал Тун и отвел взгляд.

- Так что решили? - спросил он.

- Думаю, что вам надо пожить в убежище.

- Идея неплохая, - улыбнулся про себя Тун. - Но все же несколько дней пусть он проведет в агентстве. Из квартиры я его не выпущу. Надо, чтобы вы его осмотрели, да и консультация Пи’Дью не помешает. А еще есть вопрос по капсуле - она не поможет восстановиться?

- Над этим я уже думал и не пришел к однозначному выводу. Она восстановит его тело, потоки, но уровень открыть не сможет. Этот старый болван так его запечатал... - профессор насупился от злости. - Да еще эта девчонка могла изнутри уровень закрыть, потому и не пробиться совсем. Когда сработает таймер, мы хоть часть печати сможем убрать и тогда попробуем до нее достучаться.

- А почему вы о нем говорите как о ней? - Тун удивленно вскинул бровь.

- А как еще? - профессор фыркнул. - Сознание у нее девичье осталось, не помнишь разве? Так что она там на уровне девочка-девочка, и капризы у нее девчачьи.

«Так вот почему потоки у Тхана ускоряются», - подумал Тун. Мэоу всегда капризной была. Правда, в последнее время Пхат работал над принятием себя как мужчины и пересиливал ее, но девчачья натура нет-нет, да проглядывала. Но он ее хотя бы контролировал. А сейчас получается, Тхан полностью парень, а Мэоу закрыта на уровне. Интересный поворот. Получается, что если бы у Пхата не было женского сознания, то он был бы вот таким?

Всю оставшуюся дорогу Тун сравнивал Пхата, в котором была Мэоу, и Тхана, в котором ее не было. Ну как не было?.. Условно сказать, сознание у него мужское. И ведет он себя больше по-пацанский, чем Пхат. Тому все время приходилось сдерживаться, чтобы не выдавать свою женскую сущность, хоть с каждым разом янь в нем брало вверх.

- Папа, - окликнул Вяня Тун, - а вот у меня возник один вопрос.

- Дай угадаю, - профессор улыбнулся. - Ты хочешь спросить, кто из них пересилит, когда произойдет объединение сознания?

Тун удивленно вскинул бровь. Он иногда поражался - как это Вянь Вянь всегда угадывал, о чем его хотят спросить или о чем сейчас человек поведет разговор?

- Откуда...

- Да это несложно. Растолковать или на слово поверишь?

- Поверю.

- Так вот что я тебе на это отвечу, - старик замолчал и почесал подбородок. - Я думал над этим и не один раз, но так к выводу не пришел. Неизвестно, какое сознание сильнее в тот момент будет. Поначалу я даже не сомневался, что все будет как прежде, после проведения кое-каких расчетов, у меня появились сомнения. Хоть ее сознание до сих пор влияет на ее потоки, в бездействии оно может ослабнуть. Или наоборот - она сейчас там совершенствуется, тогда сознание вернется сильным и поглощение клона вообще не вызовет никаких отклонений.

Последняя фраза насторожила Туна. Получается, что слияние сознания и его клона может вызвать какие-то отклонения? Как это может повлиять? А вдруг это разрушит потоки? Свои опасения он озвучил Вянь Вяню.

- Профессор, и как же тогда?

- Ничего не могу тебе на это сказать. Клонирование сознания до конца не изучено. И о чем этот старый болван только думал? - профессор в сердцах ударил себя по колену. - Вот же...

- Давайте не будет сейчас думать о плохом, - Тун посмотрел на старика в зеркало. - Таймер сработает... А кстати, когда он должен сработать?

- Через четыре месяца, - с грустью ответил Вянь.

У Туна больно сжалось сердце - еще четыре месяца ему ждать возвращения своего чертенка. Хоть он вот, но не совсем он. Чертовщинку в Пхате создавала именно Мэоу, и потому в Тхане ее нет. Но есть в нем что-то другое, что тоже мило для сердца Туна. Но что, он никак не мог понять, и от этого ему становилось немного не по себе.

Такси подъехало к зданию шикарного отеля. Портье услужливо открыл мне дверь и принял багаж. Я прошел за ним к стойке регистрации.

- Господин бронировал номер? - спросила меня девушка на ресепшене на чистом путунхуа, и я ее прекрасно понял. Значит, я знаю и китайский язык.

Я достал паспорт и протянул ей:

- Был забронирован номер на фамилию Мао, - ответил я девушке на ее же диалекте. Она кивнула и стала смотреть записи на мониторе. Затем вернула мне мой паспорт. Портье повел меня к лифтам.

Мы поднялись на самый верх. Открыв дверь номера мастер-картой, портье посторонился, пропуская меня вперед. Я вошел и огляделся. Вот это да. Не ожидал я, что меня поселят в таком номере. Обойдя весь номер и немного насладившись видом из окна, я устроился на диване и принялся ждать. Сколько мне придется провести времени в ожидании, я даже предположить не мог. Как там Корн? Удалось ли ему избавиться от слежки? От нечего делать, я достал блокнот с записями и стал по новой перечитывать инструкцию. Со своей стороны я сделал все правильно. Несколько раз перепроверял, нет ли за мной хвоста. Менял транспорт и даже делал маскировку. Все, вроде, было нормально. Я отложил записи, и тут у меня заурчал желудок. Блин, я кушать хочу. Надо проверить, может, здесь есть какие-нибудь съестные припасы. Я прошел в зону кухни, посмотрел по шкафам, заглянул в холодильник. Да уж. Выпивка есть, а вот закусона нет.

На барной стойке лежало меню. Ну что же, значит, будет заказ в номер, потому как в инструкции написано из номера не выходить. Я быстро пробежался по списку и, выбрав то, что мне нравилось, вернее, то, что я уже ел и мне понравилось, позвонил и сделал заказ. Ждать пришлось недолго.

Наевшись, я снова расположился на диване. Ничего не хотелось. Немного пощелкал каналы телевизора, полистал журналы, что лежали на журнальном столике. И сам того не заметил, как мной овладел Морфей.

Зайдя в номер, Тун сразу увидел на диване спящего Тхана. «Уморился», - подумал про себя Тун и улыбнулся. Стоящий рядом с ним профессор, положил ему руку на плечо. Тун обернулся. Старик улыбнулся ему одними глазами и, похлопав его по плечу, пошел в одну из спален. Тун проводил его взглядом и снова повернулся к спящему.

Тхан мирно спал на диване, чему-то улыбаясь во сне. Это так походило на Пхата... Тун подошел к дивану и осторожно, чтобы не разбудить, подхватил спящего парня на руки. Тот тут же прижался к его груди. Тун улыбнулся. Это было очень приятное и давно забытое чувство. Он отнес Тхана в спальню, уложил его в постель и бережно укрыл одеялом. Постоял немного рядом, наблюдая за ним. Глубоко вздохнул - четыре месяца. Ничего, он ждал год, неужели он не подождет еще каких-то четыре месяца?

Я потянулся и открыл глаза. Корн стоял рядом с кроватью и наблюдал за мной. Давно он здесь? И как я... Конечно же, это он перенес меня с дивана в спальню. Стало приятно от такой заботы. Заметив, что он собирается уходить, я его окликнул:

- Останься со мной, пожалуйста.

Он обернулся и посмотрел на меня. В его взгляде было столько противоречивых чувств, что мне стало как-то неловко что ли.

- Просто побудь со мной. Не уходи, - попросил я тихо.

Он кивнул мне в знак согласия, и я пододвинулся, освобождая ему место рядом. Он прилег рядом и я, повинуясь каким-то инстинктам, тут же обнял его. Он обнял меня в ответ. Положив голову ему на грудь, я улыбнулся и закрыл глаза. А мне большего и не надо. Просто пусть он будет рядом со мной.

Обнимая его, Тун еле заметно улыбался. Ему сейчас было так хорошо, что и желать большего он не хочет. Просто он будет рядом с этим парнем столько, сколько отведет им на это вселенная, кем бы тот ни был.

Глава 26

Новая жизнь

Мы подъехали к большому торговому центру, спустились на подземную парковку и проехали на какую-то закрытую спецстоянку. Всю дорогу, пока мы ехали - в самолете, в машине - профессор постоянно задавал мне всевозможные вопросы. На свое удивление, я совершенно не терялся в ответах, даже тогда, когда профессор переходил на какой-нибудь другой язык. Физика, химия, история, география - я просто отвечал, иногда даже не задумываясь. Но как только вопрос казался чего-то из моего прошлого или моей личности, я впадал в ступор - не помнил ничего. «Какая-то избирательная у меня память», - про себя отметил я.

А вот Корн всю дорогу молчал и совсем не хотел приходить мне на помощь. Вот же ж... Какой все же надоедливый старикан. А еще Корн мне шепнул, чтобы я готовился к худшему, и засмеялся. Может, я зря еду? Надо было остаться в своем замкнутом мирке без памяти и без... Корна. Не уж. Что, меня этот профессор съест что ли? Надеюсь, что Корн ему этого не позволит. Вон он как меня всю дорогу держал за руку, как бы подбадривая и успокаивая. Мне только от этого становилось легче. А еще это вселяло надежду, что мы все же сможем быть вместе.

Они поднялись на этаж никем не замеченные - профессор идеально выбрал время, когда они ни с кем не пересекутся. Выходя из лифта, Тун обернулся и кивнул ему. Тот ответил так же кивком и нажал кнопку нижнего этажа.

Тун провел Тхана к своей квартире - Вянь Вянь уступил Туну и не стал настаивать, чтобы парень жил отдельно. Все же они уже жили вместе, да и в скором времени должны переселиться в убежище, так что, пока профессор не сделает все необходимые анализы, Тхан будет под присмотром Туна и здесь.

Значит, я буду жить в квартире Корна. Это хорошо. Это меня радует. Быть с ним постоянно - это единственное, чего я хочу и что меня сейчас радует. Зайдя в квартиру, я огляделся. Уютно. Все продумано до мелочей. Человек, который это делал, знал толк. Вот только какое-то все необжитое что ли... А, ну конечно же. Что я сразу не подумал - Корн же долгое время отсутствовал, вот квартира и опустела без хозяина. Надо бы ее привести в порядок, а заодно проверить на наличие чужих вещей. И неважно каких - женских, мужских. Мне надо понять - есть ли у Корна кто-нибудь. Если нет, то что же он от меня так шарахается? Если только он все же стопроцентный натурал, и его некие отступления от нормы просто физическая потребность или... Да что я несу? Угомонись, придурок.

- Располагайся, - Тун внимательно смотрел за тем, что будет делать Тхан, а тот просто внимательно рассматривал квартиру, о чем-то при этом сосредоточенно думая. Вдруг он как-то встрепенулся и повернулся к нему с серьезным выражением лица.

- Уборку делать надо, - на полном серьезе сказал он.

Тун усмехнулся - хозяин вернулся. Поманив Тхана рукой, он направился в кладовку, где Пхат всегда хранил всякое хозяйственное барахло, но при этом очень редко сам наводил порядок. А вот создать беспорядок, который приходилось убирать Туну, это всегда пожалуйста. Вот и нашлось первое отличие между Пхатом и Тханом. Подумав об этом, Тун задумчиво потер переносицу. А тем временем Тхан стоял перед кладовкой и точно так же тер переносицу. Тун тряхнул головой, смахивая с себя какое-то наваждение.

Вот чего это я с уборкой-то полез? Выпендриться, что такой хозяйственный? Я у себя-то убирался только потому, что делать было нечего и себя как-то занять надо было. А сейчас-то что? Ну раз взялся, так надо продолжать. Я потянулся за пипидастром. Раздался дверной звонок. От неожиданности я отпрянул назад и, споткнувшись, угодил в объятья Корна. Свезло. Я почувствовал, как тот напрягся. От чего, интересно? От нежданного визита кого-то или от того, что, наткнувшись на него, я случайно ухватился за его пах? Лично мне было приятно ощутить в своей руке интерес ко мне.

Он держал в руках Тхана, который от неожиданности споткнулся, и не хотел его отпускать. И тот, видимо, тоже не хотел, потому как все еще держал пах Туна в руке. В дверь позвонили еще раз. Немного разочарованно Тхан отстранился от Туна, и тот пошел посмотреть, кто к ним пришел. Но перед этим шепнул парню, чтобы тот спрятался в кладовке. Не стоит ему сейчас никому показываться на глаза. Что Тхан и сделал, тихо прикрыв за собой дверь, оставив небольшую щелку для наблюдения.

Тун подошел к двери, пару раз глубоко вздохнул, приводя чувства в норму - прикосновения Тхана чертовски возбуждающие - и открыл дверь.

На пороге стоял Дью и переминался с ноги на ногу. Вид у него был немного растерянный.

- Ты собираешься заходить? - Тун вопросительно посмотрел на брата.

- Это правда? - еле слышно спросил тот.

- Что именно?

- Ну, то, что ты... - Дью замялся, - привез сына Ли Бао?

- Тебе профессор сказал? - Тун немного посторонился, приглашая Дью войти.

- Да, он самый. Сказал, что ты мне все объяснишь и чтобы я сделал кое-какие анализы. Я, если честно, ничего не понял из того, что он мне говорил. Его просто не узнать - нервный, весь издергался.

- Я на тебя посмотрю, - тихо сказал Тун в сторону.

- А? Ты что-то сказал?

- Присядь пока. Я должен познакомить вас, но у меня к тебе только одна просьба: сиди смирно и ничего не предпринимай. И не удивляйся. Договорились? Я могу на тебя положиться?

- Брат, такое ощущение, что ты мне не доверяешь, - Дью насупился.

- Я сейчас сам себе не доверяю, - бросил через плечо Тун, направляясь в кладовке, где прятался Тхан.

Стоя за дверью и наблюдая за происходящим в комнате, я немного задумался - странно, только что пришедший парень мне кого-то напоминает. Неужели моя память стала ко мне возвращаться? Интересно. Я стал наблюдать за этим парнем. Выглядел он очень озадаченным. С чего бы это? Прислушавшись, я понял, что разговор идет обо мне. Это немного напрягало. Ладно, что это я? Мне как бы бояться нечего. Если что, Корн меня защитит. Я надеюсь...

Тем временем Корн двигался в мою сторону. Ладно, возьми себя в руки. Ты чего? Ты просто сейчас познакомишься с человеком из своего прошлого. Но я все равно чувствовал себя как-то взволновано.

Тун подошел к кладовке и остановился в задумчивости. Не успел он Тхану рассказать про себя, придется как-то по ходу разруливать. Как отреагирует - еще тот вопрос. Пхат бы точно буянить начал. Ладно, разберемся. Он открыл дверь и посмотрел Тхану прямо в глаза. Тот явно был не в своей тарелке. Тун кивнул ему и поманил за собой.

Выйдя из кладовки, я постарался спрятаться за спину Корна. Конечно, мы оба довольно рослые, и я всего на полголовы ниже его, но в этот момент я постарался сжаться так, чтобы стать просто невидимым.

- Познакомься, Тхан, это мой брат Дью, - сказал Тун тихим и умиротворяющим голосом, повернувшись к Тхану и указывая рукой на Дью. - Дью, это Тхан, - Тун явно сделал упор на имени парня.

Он готов был увидеть кого угодно, но то, что он увидит ожившего Пхата, Дью никак не ожидал. Он невольно сглотнул и посмотрел на брата. Тот всем своим видом показывал, чтобы Дью взял себя в руки и поздоровался.

Я рассматривал парня, сидящего на диване, которого Корн назвал своим братом. Что-то они совсем не похожи. Но этот Дью мне явно кого-то напоминал. Я попытался напрячь память, но все было напрасно. Ладно, всему свое время.

- Здравствуйте, Кхун Дью, - выдавил я из себя, не зная, что мне делать дальше. И тут Корн встал со мной рядом и приобнял меня за плечи, подбадривая. Да за такой момент я готов полжизни отдать...

- Тхан не совсем еще здоров, Пи, так что не будем его особо напрягать.

Я поначалу хотел возразить - почему это я нездоров, но потом сообразил, что Корн просто хочет отгородить меня от лишних расспросов и прочего. Я повернулся и посмотрел на него. Он улыбался, глядя то на брата, то на меня.

- Я не буду вас сильно беспокоить, Кхун Тхан, - Дью встал с дивана. Я с интересом рассматривал его.

- Тхан, - позвал меня Корн, чем вывел из задумчивости, - профессор попросил Пи’Дью взять у тебя кровь на анализы. Ты позволишь? Не беспокойся, мой брат врач, и он все сделает правильно и не больно, - последнее слово Корн сказал с нажимом, глядя прямо на Дью, что заставило мое сердце забиться чаще.

- Так я и не боюсь, - я улыбнулся Корну в ответ. - Ты же со мной?

Мне показалось или он действительно покраснел и покосился на своего брата? Ой, а он еще и стесняшка, как мило. Так, а сердечко мое и вправду что-то расшалилось и вот-вот выпрыгнет из груди. Я невольно схватил себя за грудь. Вот только не снова. В голове что-то вспыхнуло и ее сдавило болью. Я пошатнулся и медленно стал оседать на пол.

А теперь-то что? Тун подхватил на руки Тхана и быстро уложил его на диван. Дью стал прощупывать пульс, а Тун, сев в асану, вошел в медитацию и стал успокаивать потоки Тхана. Вскоре все пришло в норму, и Тун отсоединился он него.

- Я смотрю, он такой же припадочный, как и Пхат, -ухмыльнулся Дью.

- Не перегибай, - зыркнул на него Тун.

- Да шучу я. Ты что такой дерганный стал? Тебе бы успокоительного попить...

- Как мама? - перевел тему Тун - не хотел он сейчас обсуждать с братом свое состояние, а уж говорить, из-за чего или, вернее, из-за кого оно такое, тем более.

- Ой, она такая забавная. Мне прям кажется, что она даже помолодела. Светится от счастья... Так, - опомнился Дью, - ты мне зубы давай не заговаривай. Что с парнем? - он кивнул на спящего Тхана.

- Не видишь - спит.

- Это он сейчас спит, а до этого что было? Пульс как сумасшедший прыгал. Такой пульс у Пхата был, когда его потоки... - Дью резко остановился и уставился на Тхана с широко раскрытыми глазами. - Это... это... - никак не мог выговорить он.

Тун встал и, подойдя к брату, приобнял того за плечи:

- Успокойся и дыши ровно - вдох, выдох...

Дью резко развернулся к нему:

- Скажи мне правду, я тебя умоляю. Это наш Пхат, да? Это же точно он, - было видно, что он говорил с трудом подбирая слова. На глазах выступили слезы. - Тун, сволочь, не молчи, - он уже не в силах был сдерживать свои эмоции.

- Я не могу сказать это на сто процентов, так как есть еще сомнения. Ты же сам видел его тело... Вернее, то, что от него осталось. Да и тест ДНК...

- А это мы сейчас и выясним, - с горящими глазами Дью достал из принесенного с собой саквояжа все необходимое для забора материала для анализа. - Заодно и кровь возьму, пока он спит.

Он занялся делом, а Тун отошел к окну и в задумчивости уставился на город, погружающийся в сумерки. Сомнений в том, что Тхан и есть его Пхат, у него не осталось. Здесь и тест ДНК не нужен, чтобы он в этом убедился. Его немного смущало лишь одно - Пхат только внешне был парнем, а мыслил в основном как девушка. Хоть постоянные упражнения и медитации выравнивали его внешнюю и внутреннюю сущность, чтобы не было конфликта с янской ци, у него все равно преобладала женская сущность. А у Тхана? Тун повернулся и посмотрел на лежащего на диване парня, возле которого суетился брат. Он и внешне, и внутренне парень. Правда нет-нет и прорывалось что-то, от чего Туну становилось нестерпимо больно, так как пробуждало воспоминания о Пхате. А если сознание Пхата так и не вернется? Сможет ли Тун принять этого парня? Ведь, по сути, это два разных человека...

Он тряхнул головой - да о чем он, собственно, думает? Все это бред какой-то или просто плохой сон...

- Я закончил, - оповестил Дью, чем вывел Туна из ступора окончательно.

- Ты уже уходишь? Не подождешь, когда он проснется?

- Я быстро в лабораторию и скоро вернусь. А ты пока позвони маме, - Дью улыбнулся, похлопал брата по плечу и, подхватив свой чемоданчик, быстро вышел из квартиры.

Посмотрев на часы, Тун достал телефон и набрал номер. На том конце ответили почти молниеносно. В трубке раздался веселый голос Мали:

- Сыночек, ты позвонил, ну наконец-то. Мы уже все испереживались. Уехал и пропал с концами. Только и узнавали о тебе у профессора. Ой, если бы не он, я бы совсем сума сошла от беспокойства...

Вот как тут слово вставить? «Надо было позвонить отцу», - подумал Тун, и тут трубку у Мали взял отец:

- Сынок, ты когда домой заедешь? У нас новость для тебя есть. Мы пока решили никому не говорить, а дождаться тебя.

- Папа, я немного еще занят, но завтра я обязательно приеду. Обними за меня маму с малышами, - Тун улыбнулся, вспоминая об этом маленьком чуде. - Все, я вешаю трубку.

Убрав телефон, Тун подошел к дивану и присел рядом со спящем Тханом. Каким тот сейчас был милым, беззащитным. Тун поправил спящему волосы - немного растрепались. Улыбнулся. Встал и принес одеяло. Накрыл парня и нежно поцеловал его в лоб. С этого момента он будет вести себя с ним как с Пхатом. Это он пообещал его сознанию, когда в медитации приводил его потоки в состояние покоя. Только после этого они угомонились. Значит, сознание Пхата услышало его, согласилось и приняло. А принял ли это Тун?

Он снова вернулся к окну. Что ему мешает принять его? Раньше, когда были сомнения, он думал, что изменяет памяти любимого, а теперь... Тун улыбнулся. А теперь нет никаких сомнений. Это он, его Пхат. Просто он ничего не помнит и не чувствует себя девушкой. Будет ли Тун любить его из-за этого меньше? Никогда. Он любит его во всех его проявлениях. Каким бы тот не был - Пхат ли, Тхан ли, да даже если вернется Мэоу - он любил, любит и будет любить это непредсказуемое создание, которое профессор иногда называл что-то с чем-то...

Глава 27

Это больше, чем любовь

Открыв глаза, я огляделся. Снова со мной что-то приключилось, и я отключился. И долго так продолжаться будет? А если из-за этого Корн будет ко мне по-другому относиться? Он только-только начал оттаивать от каких-то своих жизненных проблем. Да, надо с этим что-то делать. Может, посоветоваться с профессором?

Я привстал и только сейчас заметил, что Корн за мной наблюдает, сидя в кресле у окна. Невольно засмущавшись, я быстро встал и стал складывать одеяло. Покончив с ним, я вопросительно посмотрел на Корна - куда его девать? Он молча встал, подошел и забрал его из моих рук. Мне почему-то стало грустно. Но то, что произошло дальше, сняло мою грусть как рукой.

Пока Тхан спал, Тун сидел в любимом кресле Пхата и смотрел в окно. От принятого им решения принять Тхана на душе стало легко, и в голове перестали роиться тревожные мысли. По ощущениям было так, как будто и не было ничего. Они только что вернулись из убежища, его любимый устал и просто прилег отдохнуть. Как же хорошо думать именно так.

Он наблюдал, как медленно на город спустилась ночь. Но город не погрузился во тьму, а засверкал всеми цветами радуги неоновых вывесок. Город не спал.

За спиной раздался шорох. Тун обернулся и стал наблюдать, как проснувшийся Тхан приходит в себя. Вот он встал, собрал одеяло и одним взглядом спрашивает, куда его деть. Тун сразу прочитал этот взгляд, как когда-то читал Пхата. Все приходит на круги своя. Он встал и подошел к человеку, которого любил больше всего на свете. И ему теперь как-то все равно - вернется сознание Пхата или нет, потому как его Пхат вот он, стоит сейчас передним, такой родной, беззащитный и ранимый, что Тун больше не в силах себя сдерживать. Он взял из его рук одеяло и, отшвырнув его прочь, сделал то, что хотел сделать уже на протяжении долгого времени - он обнял Тхана и прижал к себе покрепче. Он почувствовал, как у того часто забилось сердце. Да и его сердце не отставало.

Тун взял Тхана за подбородок, чуть приподнял его голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Как он и ожидал, он увидел в них именно то, что видел всегда в глазах своего любимого. В следующее мгновение Тун жадно прильнул к губам Тхана. Тот сразу ответил на его поцелуй. Эмоции захлестнули обоих, и они не в силах были остановиться.

Как же я давно это ждал. Вот именно этого. Чтобы человек, который мне безумно понравился с самого начала, а потом которого я незаметно для себя полюбил всем сердцем, вот так вот обнимал меня, все сильнее и сильнее прижимая к себе, и страстно целовал. Я готов раствориться сейчас в этом поцелуе, в этом человеке без остатка, настолько он был важен для меня.

Тун нехотя отстранил от себя Тхана и посмотрел тому в глаза. Так продолжать нельзя. Надо сначала объясниться, рассказать про себя правду, а там... Если Тхан и есть его Пхат, то он простит Туна за необходимую ложь, а если нет, то, значит, и нет. Он усадил Тхана обратно на диван и присел рядом. Помолчал минуту, собираясь с мыслями и заговорил:

- Нам надо поговорить, пока все не зашло слишком далеко.

В горле запершило, и он откашлялся, отвернувшись и прикрывшись рукой. Как бы ему хотелось знать, что сейчас твориться в голове у Тхана.

Я во все глаза смотрел на Корна. Он что-то пытается мне сказать, но по нему видно, что он никак не может собраться с мыслями. Мне надо ему помочь или не мешать? Думаю, участие с моей стороны подбодрит его.

- Корн, послушай, я...

Он меня перебил:

- Вот как раз это первое, что я хотел сказать - мое имя не Корн. Мне пришлось применить поддельную личность, чтобы устроиться на работу к Ли Бао. Все, что ты знаешь обо мне - всего лишь красивая легенда, - он замолчал, пристально глядя мне в глаза.

Теперь мне становится понятным, почему он иногда не реагировал, когда я его звал - у него другое имя, и хоть он должен был следовать своей легенде, он иногда отвлекался, задумавшись о чем-то. Вот это всегда было интересно - о чем он думал в это время.

- И как тогда тебя зовут?

- Пайтун. Проще - Тун, - он смотрел на меня так, как будто пытался что-то разглядеть.

- Тун... - задумчиво потянул я. А мне это имя больше нравится, чем Корн. Оно какое-то родное что ли. - Красивое имя. Тебе идет больше, чем Корн, - я прям физически почувствовал, как он вздохнул от облегчения. И чего он так напрягался?

Я смотрел на него и думал - почему же меня так с самого начало притянуло к нему? Ну, хорошо. Он сказал, что мы раньше знали друг друга. Возникает вопрос - насколько близко мы знали друг друга, если меня к нему тянет, а он от меня отстраняется, вернее, отстранялся раньше, а сейчас прям сам инициативу проявил. Может, мне теперь в недотрогу поиграть? А смысл? Я же его так спугнуть смогу, и все вернется на круги своя - он снова замкнется и начнет меня избегать.

Раздался дверной звонок. Тун повернулся к двери, потом удивленно посмотрел на меня. Действительно, время уже за полночь. Кого это могло принести в столь поздний час? Ну, меня можно не спрашивать, я никого не знаю и никого не помню. Я просто поднял брошенное одеяло и завернувшись в него, присел на диван. Тун пошел открывать. И снова у нас не получилось побыть одним...

На пороге стоял Дью. Он, не говоря ни слова, прошел мимо Туна и устремился в мою сторону. Мне что-то стало не по себе. А Дью присел рядом и стал меня рассматривать. И только тут я обратил внимание, что по его щекам текут слезы. Это еще что такое? Я посмотрел на Туна. Тот стоял, опустив голову, и старался не смотреть на своего брата. Мне кто-нибудь объяснит, в чем дело?

- Кхун, что с вами? - я беспомощно смотрел на него. Повернулся к Туну и одними глазами попросил - помоги. Он как будто понял меня.

- Пи, ну-ка успокойся, ты что это? - Тун присел рядом и обнял его за плечи. Дью тут же уткнулся ему в грудь, и у него затряслись плечи.

Прижимая к себе брата и нежно похлопывая того по спине, Тун посмотрел на меня. Его глаза... блин, этот взгляд. Кажется, я покраснел. Я вскочил на ноги и стремглав бросился в ванную.

- Как и всегда, - Тун улыбнулся вслед убегающему Тхану.

Дью продолжал рыдать на груди брата. Тун отстранил его от себя и укоризненно посмотрел ему в лицо:

- Ты чего здесь нюни распустил?

- Это я от переизбытка чувств. Ты знал, да? Посмотри на меня и скажи мне прямо в лицо - ты знал, что это Пхат?

- Нет, не знал, - Тун отпустил брата, встал и пошел к бару. - Тебе налить?

- Он еще спрашивает, - Дью вытер слезы.

Налив два стакана виски, Тун вернулся к дивану и протянул один стакан Дью. Тот взял и почти залпом осушил его.

- Э, притормози-ка, Пи, мне так выпивки не хватит, - Тун улыбнулся. Ему бы самому в пору напиться.

- Так ты не знал? Правда? - продолжал допытываться Дью.

- Как тебе еще сказать, что не знал? Послушай, Пи, я извелся весь. Ты думаешь, мне легко было находиться с ним рядом, видеть, как они похожи, постоянно сравнивать и думать, как такое может быть? Нет, очень нелегко. А сдерживать свои порывы, потому как сходство доводит до нестерпимой боли в груди? И постоянно думать о том, что предаю память любимого человека? Как ты себе это представляешь? Если бы я знал, терпел бы я все это?

- А как ты узнал? Ты же не делал тест. Или делал?

- Не делал. Я по-другому узнал. Вернее, предположил, а потом уже окончательно убедился.

- Так и что с ним произошло?

- А вот этого даже он не знает. Памяти у него нет. Лишили его памяти обо всем, что было. Он сейчас чистый лист. У него осталась только физическая память.

- Это как? - Дью нахмурил брови, пытаясь проанализировать услышанное. – То есть ты хочешь сказать, что он помнит только физические моменты?

- Что-то типа этого. Его тело помнит все, что когда-то он изучал, но сознание не помнит, кто он, кто мы и все остальное.

- А что, в медитации и такие методы есть? Вот это круто, - Дью удивленно мотнул головой.

- Оказывается, есть, но они не изучены до конца и опасны в применении, - Тун снова подошел к окну и замолчал ненадолго. - Пи’Дью, ты понимаешь, что он может умереть еще раз?

- Как это - еще раз? - я стоял в дверях ванны и слышал последнюю фразу, которую сказал Корн, то есть Тун.

Он резко обернулся на мой голос. Дью встал с дивана, как бы приготовившись к чему-то непредсказуемому. Но я на удивление был спокоен. Мне просто стало любопытно. Значит, я уже умирал? Может, поэтому у меня нет памяти? Это многое может объяснить. А как я тогда умер? Что произошло? Прям уйма вопросов меня одолела. А что это они так напряглись?

Пройдя к барной стойке, я открыл холодильник и достал бутылку минералки. Так, стоп, а откуда я был уверен, что она там есть? Да брось параноить. У любого в такую жару в холодильнике есть минералка. Взяв бутылку, я прошел и сел на диван. Братья продолжали на меня смотреть.

- Так мы будем молчать или поговорим? - я вопросительно оглядел их и сделал глоток. О, а мне нравится эта минералка. Прям что-то знакомое.

Пока я рассматривал бутылку, братья подсели ко мне поближе.

- Тхан, давай я тебя еще раз брату представлю и его тебе, а то как-то неудачно в прошлый раз получилось, - Тун говорил спокойным голосом, видно, что отошел от шока моего внезапного вопроса.

- Да, давай, - согласно кивнул я.

- Это Пи’Дью, мой родной брат. Он врач-ординатор. Подробности все потом, - Тун усмехнулся, увидев, как напрягся Дью. - Слышь, старина, ты чего такой напряженный?

А Дью и не слушал брата, он во все глаза рассматривал меня. Мне даже как-то неловко стало.

- Кхун...

- Просто Дью.

- А твой брат поначалу ни в какую не хотел простого обращения, - я улыбнулся, чтобы разрядить обстановку. - Хорошо, Дью. Принял. Запомнил. Так вот, Дью, что ты такого интересного во мне увидел?

- Ты совсем меня не помнишь?

- Я себя не помню, откуда мне помнить тебя? - я устало посмотрел на Туна. Давай помогай.

- Пи, ну что ты пристал. Я же тебе говорил, что не помнит он ничего из прошлого. Ни-че-го. Понятно?

- Ладно, часть знакомства мы на этом закончим? - я вопросительно оглядел их. Не услышав возражения, продолжил. - Так кто мне из вас объяснит эту фразу -“снова умрет”? Что это значит?

- Я не то хотел сказать, - начал оправдываться Тун. - Имелось ввиду, что для нас ты тогда умер, я же тебе рассказывал. А оказалось, что это все подстроено. И я просто беспокоюсь, что такое могут провернуть еще раз.

Я внимательного его слушал, и у меня создалось впечатление, что он все же не все договаривает. Ну а что он может сказать человеку, который ничего не помнит из своей прошлой жизни? Я как будто на самом деле умер.

- Ну, и что вы замолчали? Может, расскажете что? - и все же я любопытен. Мне хочется узнать все.

- Может, перенесем наш разговор? Ночь уже на дворе. Завтра мы отправляемся в убежище, и Пи'Дью поедет с нами. Ты же с нами поедешь? Или позже присоединишься? - обернулся Тун к брату. Тот сидел, насупив брови, и чесал переносицу.

- Позже, - буркнул он. - А ты сначала к матери заехал бы. Проведал бы ее и близнецов...

- Пи, - резко одернул его Тун.

А вот мне теперь интересно стало - а что за близнецы? Почему Корн, тьфу ты, Тун ничего об этом не рассказывал, да и сейчас оборвал брата, когда речь зашла о них?

- А кто это... - начал было я, но, увидев округлившиеся глаза Дью, понял, что сейчас не время об этом спрашивать. Ничего, в другой раз. Я кивнул и замолчал. Дью с облегчением выдохнул и засобирался уходить.

Проводив брата, Тун вернулся ко мне и присел рядом.

- Я понимаю, - начал он, - что у тебя много вопросов и про меня, и про мою семью, да и про себя, но давай мы не будем торопить события? Ты помнишь, что говорил врач? Память может восстановиться постепенно, и не надо ее перенапрягать. Все, что я смогу, я тебе расскажу. Постепенно. Хорошо?

Он говорил и смотрел мне прямо в глаза. От его взгляда мне хотелось уютно свернутся клубочком у него на коленях и замурлыкать. Боже, что это со мной? Я встряхнул головой, сбрасывая с себя наваждение.

- Ты устал. Давай я провожу тебя в спальню?

- А ты? - я невольно подался в его сторону.

- Я? Если хочешь, я могу остаться с тобой.

Я чуть не заорал, что хочу, но еле сдержал себя. Мы встали и пошли в сторону спальни. Блин, это так и будет продолжаться? Он снова меня проигнорирует? Почему-то захотелось плакать. Я шел за Туном, опустив голову, потому не сразу заметил, что он остановился и повернулся ко мне лицом. Я уткнулся ему в грудь. И меня заграбастали в объятья. Такие сильные и одновременно нежные, что мое сердце аж зашлось. Я посильней уткнулся ему в грудь и обхвати его за талию. Мы так простояли минут пять. Я слушал как бешено бьется его сердце. Да и мое стучало не меньше.

Продолжая обнимать меня одной рукой, он взял меня за подбородок и поднял мою голову. Наши губы встретились, и я поплыл от наслаждения. Как же он целовался. Мне, конечно, сравнивать не с чем, но я думаю, что так, как целуется Тун, не целуется никто. Я полностью отдался своим ощущениям и не сразу заметил, как меня подхватили на руки. А он действительно сильный. Я парень немаленький, а он подхватил меня, как пушинку, и понес в спальню, не прекращая целовать.

Еще по дороге я начал расстегивать на нем рубашку и не встретил сопротивления. Значит ли это, что он перестал отталкивать меня? Скорее всего, он все же сдался под моим шармом. Я стащил с себя футболку. Тун начал покрывать мое обнажившееся тело поцелуями. Я не отставал от него. Добравшись до кровати, он бережно опустил меня на нее и встал надо мной сверху. Я присел и стал целовать его пресс, эту восхитительную ямочку на его груди и одновременно расстегивать его брюки. Раскрыв молнию, я запустил туда руку и поднял голову, чтобы посмотреть на его реакцию. Тун закусывал губу. Стоит ли мне сейчас сделать это или отложить на потом? Наверное, стоит, тем более я сам хочу этого. Я хочу показать ему, как я чрезмерно его люблю.

Я расстегнул молнию до конца и, сдвинув ткань в сторону, плотно обхватил его друга губами. Тун издал тихий стон и положил мне на затылок руку, помогая создавать нужный темп. Вдруг он резко остановился. Неужели это случится снова, и он убежит от меня? От отчаянья на моих глазах навернулись слезы.

Он подтянул мою голову к себе ближе и поцеловал меня. Затем, все так же придерживая, уложил меня на спину и, стащив с меня штаны, несколько секунд смотрел на мою тату, при этом нежно улыбался. Он нагнулся и поцеловал ее. Затем снял и свои брюки. Он продолжал ласкать и целовать мое тело. В какой-то момент, потянувшись к тумбочке, он остановился, что-то вспомнив. Я догадался что он хотел взять, но, видно, там этого не было, иначе бы у него не было такого отчаянья на лице. Потянувшись к своим штанам, я достал из кармана заветный квадратик, который еще в ванной положил туда, ну так, на всякий случай. Невинно улыбаясь, я показал его Туну. Отчаяние на его лице сменилось облегченной радостью. Он забрал у меня из рук презик и, перевернув меня на живот, стал целовать мне спину, спускаясь ниже к ягодицам. Дойдя до них, он чуть прикусил сначала одну - я застонал от предвкушения - затем вторую. И тут я наконец почувствовал его нежное проникновение. Шквал эмоций обрушился на меня вместе с долгожданным блаженством. Как же он это делал. Его толчки были сильными и нежными одновременно. Не было ни малейшего дискомфорта. Я полностью отдался своим чувствам. Его движения стали более интенсивными, и меня стало накрывать. Он чуть потянул меня назад, и мы оказались на боку. Я запрокинул голову, подставляя Туну свои губы, а он одной ругой обхватил меня за талию, а другой стал ласкать мой пах в такт своим движения. Я начал стонать громче, он вторил мне. Вскоре сдерживать себя не было сил. Тун так ускорил свои движения, что меня аж подбрасывало, и от это становилось еще круче. К финишу мы пришли одновременно, огласив квартиру блаженными криками. Это было настолько прекрасно, что даже если бы я помнил все свои предыдущие разы, этот раз выиграл бы все равно.

Я в изнеможении разметался по кровати, а Тун продолжил меня ласкать, тем самым растягивая мое блаженство. В этот момент я понял, что человек, которого я люблю, любит меня не меньше...

Глава 28

Мы в убежище

Вот уже больше месяца мы с Туном живем в убежище. Блин, это такое классное место. Оно мне так нравится. Все, что надо, под рукой. Правда, когда я спросил, кто обустраивал это место, на лице Туна появилась тень. Похоже, что воспоминание о том человеке слишком для него болезненно. А мне, как назло, хочется все узнать. Надо бы это сделать другим путем. Есть еще Дью, который уже пару раз в неделю к нам приезжал делать какие-то тесты со мной. Он разговорчив и, по всей видимости, очень ко мне лояльно относится. Даже слишком. Он прям прилипает ко мне, когда приезжает. Поначалу мне было как-то неловко - мы с Туном только-только начали свои отношения, а тут его брат ко мне неровно дышит. Как еще можно объяснить его интерес? Но меня больше беспокоит поведение Туна - он вообще на это не реагирует. Вот это и странно. Он что, все так же равнодушен ко мне? А как же наша с ним физическая связь? Все те слова любви в порыве страсти? Эти взгляды и нежные прикосновения? Наверное, он еще не забыл свою любовь, которую вспоминает с такой болью. Вот что я себя накручиваю? Надо самому все решить и расставить все по своим местам. Вот приедет Дью, я ему все выскажу. А пока пойду-ка поплаваю. Как же классно, что здесь есть бассейн. Мое тело прям благодарно за него всеми своими клеточками.

Полностью раздевшись - а кто меня здесь увидит - я спустился в воду. Нырнул, проплыл под водой до дальнего бортика и так же вернулся назад. А когда выныривал, то наткнулся на Туна. От неожиданности я потерял равновесие, но был ловко подхвачен крепкими руками, которые тут же заграбастали меня в объятья.

Я обратил внимание, что Тун очень любит обниматься и делает это при каждом удобном случае. И мне это так нравится. Мне нравится все - и как он смотрит на меня, и как обнимает и шепчет что-то на ухо, а просыпаться каждое утро с ним в обнимку, лежа у него на груди, это просто выше всех моих мечтаний. Что сказать - я счастлив и влюблен в него по уши. Надеюсь, что сила моей любви к нему прогонит его боль воспоминаний.

Я обнял его в ответ и положил голову ему на плечо. Хоть наши с ним телесные пропорции схожи, я все равно, рядом с ним чувствую себя таким... Ну как сказать? Мелким? Не, как-то не то. Блин, даже не знаю, как описать. А он, видно, это чувствует и еще больше старается меня укрыть, оградить. Это так приятно. Я не помню, были ли у меня когда-нибудь такие же чувства, но то, что я испытываю сейчас, это что-то непередаваемое.

Тун одну руку запустил мне в волосы на затылке, а другой стал гладить меня по спине, с каждым разом опускаясь по ней все ниже и ниже. А я что, я тоже стал гладить его. Но я не такой нерешительный, как он, я сразу руки вниз, а там под водой... Его голая попа. Вот так сюрприз, я что-то как-то не сразу это заметил. «Значит, сам напросился», -подумал я и сжал его ягодицы в своих руках. Он чуть запрокинул голову, выдохнул с наслаждением и последовал моему примеру, сильнее прижав меня к себе. Теперь уже я замер от нахлынувших чувств. Бабочки стали щекотать низ живота. И не только бабочки - я чувствовал, как у Туна назревает желание. Вот прямо здесь? В бассейне? От представленной картины у меня перехватило дыхание. Теперь и мое желание щекотало живот Туна. А раз наши желания совпадают, то почему не воспользоваться моментом и не сблизиться еще больше и поплотнее? Тем более с момента нашей проникновенной близости в ту ночь в его квартире мы обходились взаимными ласками. Это, конечно, прекрасно, но я хочу быть с ним одним целым. Я хочу его всего и в себе...

Только я об этом подумал, как губы Туна скользнули по моей шее. Я откинул голову, и он стал целовать меня в кадык, так нежно и трепетно, как будто думал, что он у меня еще болит. Он уже не болит, но все равно было очень приятно. Чуть приподняв, Тун развернул меня и стал покрывать поцелуями мои плечи и спину. Каждое прикосновение его губ к моему телу будоражило бабочек в животе все больше и больше.

Придерживая меня за бедра, Тун опустился в воду и прикоснулся губами к моей попе, а потом чуть прикусил, чем вызвал у меня еще большее желание. Он вынырнул, и я запрокинул голову, подставляя ему свои губы. Целуя меня в них, Тун продолжал ласкать мне шею, грудь. Я закинул руку ему за голову и взял его за волосы на затылке. Нежно проведя рукой мне по животу, Тун добрался до моего паха. Это был немой вопрос, на который я ответил. Опершись руками о бортик, я еле уловимым движением бедер дал понять, что он может действовать. Тун не заставил себя упрашивать. Он, развернув меня к себе лицом, подхватил на руки и чуть прижал спиной к бортику. Я обхватил его одной рукой за шею, а второй стал ласкать его. Конечно же, я не помнил, делал ли я такое в воде, но мое тело, видно, это помнило, и я просто отдался своей физической памяти. Как же жаль, что я забыл, какие могут быть ощущения и эмоции.

Разгоряченные недавней близостью, мы лежали в обнимку на краю бассейна. Мое тело все еще подрагивало от переизбытка чувств. Тун заботливо прикрыл меня полотенцем и теперь нежно обнимал, поглаживая по спине, а я уютно устроился у него на груди.

С момента первой близости уверенность Туна в том, что Тхан и есть его Пхат, стала непоколебимой. Ему были не нужны ни тесты ДНК, ни какие-либо другие тесты - он теперь знал, что это его любимый чертенок и никто другой. Почему он до этого сомневался? Да все потому, что один раз он поверил результатам тестов. Теперь же он будет верить только своим чувствам.

Раздалось тихое жужжание виброзвонка на смартфоне Туна. Он нехотя отпустил меня и потянулся за телефоном. Посмотрев на дисплей и увидев, кто звонит, он даже привстал, чем очень меня огорчил - не хотелось мне прерывать такую идиллию, что у нас сложилась. Но раз он так забеспокоился, значит звонок очень важен. Я встал, обернул бедра полотенцем и направился в душ, оставив Туна наедине со звонившим. Я прям почувствовал его облегчение. Видно, он не очень хотел разговаривать в моем присутствии. Секретики — это хорошо. Я люблю их разгадывать.

Проводив Тхана взглядом, Тун ответил на звонок. Это был профессор. Невольно у Туна сжалось сердце – видно, что-то случилось, раз профессор решил позвонить ему лично на телефон, а не связался через обычную интернет-связь.

- Да, профессор, я слушаю, - Тун весь превратился в слух.

- Как у вас дела? Как себя ведет Пхат?.. Вернее, Тхан... Или все же Пхат?.. Как ты его называешь?

- Пока его сознание не вернется, я буду называть его Тханом. Так проще. Он знает себя под этим именем, хоть все его поступки остались прежними.

- Тхан так Тхан. Так как он себя чувствует? Как ведет себя? Никаких необычных действий не было?

- Профессор, вы хотите знать что-то конкретное или вы пытаетесь что-то сказать? - Тун знал, когда Вянь Вянь начинал говорить о чем-то издалека, то он либо что-то задумал, либо что-то выявил.

- Я просто хочу убедиться, как ты его воспринимаешь. В том, что он Пхат, я не сомневался, потому и отправил именно тебя...

- Так получается, вы знали это с самого начала? - удивлению Туна не было предела.

- Нет, не знал. Только когда я разговорил старого пройдоху, я стал подозревать. А вот когда он рассказал о создании клона, у меня появилась небольшая уверенность. А видишь, предчувствия меня не обманули. Ну как, есть какие-то изменения в поведении, в настроении?

- Все как обычно. Он абсолютно он. Ну, может, за небольшим исключением.

- Это какое же? Любое отклонение может дать нам либо зацепку, либо... еще что. Говори, что с ним.

- Он более спокойный по характеру, и он... Он - парень.

Было слышно, как профессор стал чесать подбородок. Тун так явно себе это представил, что еле сдержал смешок.

- То есть он не проявляет себя как девушка?

- Я же сказал - он абсолютно нормальный парень. Если коротко, то у него нет таких заскоков, которые бывали у Пхата. Так понятней?

- Если это так, то это объясняет его более спокойный характер. Это получается, что, разделив личность, разделили и сущность... Интересно... Значит, здесь сейчас спокойный парень Тхан, а там... Там буйная Мэоу, - сделал вывод Вянь Вянь. - И когда она начинает бушевать, у Тхана убыстряются потоки и он теряет сознание. С ним часто это происходит?

- С тех пор, как я договорился с сознанием Пхата, ни разу, - Тун задумался. А ведь и правда - приступов больше не было.

- Вот и славно. Продолжайте в том же духе.

Тун чуть не поперхнулся. Если бы профессор знал, чем они с Тханом занимались перед его звонком, он, наверное, так не говорил бы.

- Хорошо, профессор, мы постараемся, - Тун еле сдерживал себя, чтобы не рассмеяться.

- Держите меня в курсе. И, сынок, я тебя прошу, вы там поаккуратней...

Тун округлил глаза - он что, на расстоянии видит? Да нет. Просто он заботится о них.

- Хорошо, папа, - ответил он и нажал отбой.

Вянь Вянь отложил телефон в сторону. Все тесты и анализы, что сделал Дью, подтвердили, что Тхан является Пхатом. Последний тест - это убежденность в этом Туна - закрепил результат. Теперь осталось только ждать и не упустить момент, когда можно будет вскрыть уровень с настоящим сознанием. Вот и зачем все это надо было Ли Бао? Профессор в задумчивости почесал подбородок. Что он хотел сделать, если пошел на такие меры? Для чего ему понадобился Пхат? Вопросов уйма, а вот ответов пока нет. Ничего, и не такие головоломки решали. Вянь Вянь налил себе чай.

Я нежился под теплыми струями душа, когда почувствовал его руки на своих бедрах. Меня обняли и стали целовать в шею. Вот ведь как. А он ненасытный, но и я не прочь повторить. Наши желания совпадают. И не важно, как мы будем наслаждаться друг другом, мы готовы этим заниматься как маньяки какие-то. Повернувшись к Туну, я обвил руками его за шею и прильнул к его губам. Как же мне повезло его встретить.

Взяв губку и гель, Тун стал нежно покрывать мое тело пеной. Это было так чувственно. Я перехватил у него мочалку и провел ею ему по груди, вспенивая гель. Обхватив рукой шею, я снова прильнул к его губам, а руку с губкой стал медленно двигать по его телу все ниже и ниже, пока не достиг паха. Теперь мочалка мне стала не нужна.

А вот теперь объясните мне - зачем я в этот момент решил поэкспериментировать? Не-не, я не сделал ничего из ряда вон выходящего. Просто я впервые с того момента, как мы с Туном сблизились, решил довериться своей физической памяти. Вы не подумайте чего. Я, когда понял про себя все, почитал и посмотрел много чего про однополые отношения, ну и вел себя, соответственно, с Туном именно так, как прочитал, и все было замечательно. Но вот в данный момент я почему-то решил попробовать, а вдруг мое тело помнит что-то такое, чего, естественно, не помню я? Мне же Тун говорил неоднократно, что моя физическая память очень сильна и что я могу ей довериться. Вот я и доверился...

Первое, что я почувствовал, это желание, но не такое, как обычно. Это желание было мне еще неведомо. Мне показалось, что мир вокруг меня перевернулся и краски стали отражаться как-то иначе. До этого я желал, чтобы Тун обладал мной, и я всецело растворялся в этом желании. А сейчас я понял, что хочу обладать им, и это желание было настолько сильно, что я... испугался.

Тун сразу заметил, что со мной что-то не так. Он взял меня за подбородок и приблизил мое лицо к своему. Он долго смотрел мне в глаза. Мне даже показалось, что он не моргал при этом. От его взгляда мои бабочки в животе сначала замерли на секунду, а потом устроили такую джигу-джигу, что у меня перехватило дыхание.

- Что с тобой? Что-то не так? Я сделал тебе...

- Ты здесь ни при чем. Вернее, при чем, я просто... - я не знал, как ему объяснить то, что сейчас со мной происходит. Я и сам не могу понять, почему я из пассива так резко решил стать активом. И это меня немного... напрягло.

- Объясни просто. Не надо ничего скрывать от меня, - Тун продолжал смотреть мне прямо в глаза. Ах, что же ты со мной делаешь?

- Я не могу объяснить, что именно происходит. Я просто...

Эх, была не была, но я расскажу ему. Он же не чужой мне человек. Кроме него у меня нет никого. И если он после этого не захочет со мной быть, то это только моя вина. Но держать в себе то, что сейчас так рвется наружу, я просто не в силах. Я зажмурил глаза и продолжил:

- Я решил доверится физической памяти...

- И что она тебе сказала?

Он что, улыбается? Я приоткрыл глаза и увидел, что он действительно улыбается. А его взгляд... Такой нежности я еще никогда не видел в его глазах.

- Она, она... Нет, я не могу так, - я резко отпрянул от Туна и вжался в стену.

Я просто схожу с ума. Просто... Поцелуй в шею, а потом все ниже и ниже по спине, немного расслабил меня. Что же это меня так накрыло?

- Иди ко мне, чертенок, - Тун потянул меня к себе, и я, отлипнув от стены и постаравшись сжаться в маленький комок, уткнулся ему в грудь.

Вот мне бы сейчас спрятаться или разреветься - не знаю, что лучше. И как он меня сейчас назвал? Я прижался к нему еще сильнее. Он протянул руку к вешалке и взял с нее халат. Завернув меня в него, он подхватил меня на руки и понес в спальню. Я обвил его шею руками и... заплакал.

- Ну, из-за чего ты так расстроился, глупенький? - прошептал он мне на ухо. - Что же такого могла сказать тебе твоя физическая память, что ты так в лице переменился? - он продолжал шептать мне на ухо, и я как завороженный его слушал. От его голоса мне становилось спокойней.

- Я боюсь, что если я расскажу тебе, ты больше не захочешь меня даже видеть, - немного успокоившись, сказал я.

- Ничто на свете не заставит меня отказаться от тебя, - сказал Тун, целуя меня лоб. Эти его слова вызвали во мне новый поток слез.

Да что со мной не так? Разревелся, как девчонка какая-то. Да еще эти чувства... Видно, я не совсем еще оправился от аварии, и нужна медицинская помощь. Ну а как еще объяснить мое состояние?

Тун то вытирал мои слезы, то целовал мое лицо, пытаясь успокоить, то просто сжимал меня в объятьях. А я продолжал тихо плакать. Я, может, и не плакал бы, но слезы сами катились из моих глаз, и я ничем не мог их унять.

Я лежал, уткнувшись в грудь своему любимому человеку, и пытался прийти в себя. Тун нежно гладил меня по голове. Может, мне все же стоит сказать ему правду?

Повернув голову, я посмотрел на него и, вдруг выпалил:

- Я хочу тебя!

Он удивленно посмотрел на меня. Потом как-то нахмурил брови и... расплылся в улыбке.

- Так вот что произошло, - уже смеясь, сказал он. - И из-за этого ты устроил трагедию? Вот всегда ты так... - он осекся. Было видно, что он сказал больше, чем хотел. Меня это заинтересовало.

- Что ты этим хочешь сказать? Я всегда что? И когда это всегда? - меня уже было не остановить. Я хочу знать все.

Подскочив, я в шутку набросился на Туна и стал его щекотать и целовать во все места, куда мог дотянуться. Он не остался без ответа. Мы стали дурачиться. На душе сразу полегчало. В какой-то момент мы застыли, обнявшись, поняв, что нас переполняет возбуждение. Шутки отошли в сторону, и мы всецело погрузились в наши нарастающие желания.

Тун протянул руку к тумбочке и достал презерватив. Вскрыв его, он стал одевать его на... меня? Он что, он дает мне себя? Я с нескрываемым удивлением и даже с какой-то настороженностью посмотрел на него. А он просто улыбнулся в ответ и откинулся на подушки.

По началу я не понимал, что мне делать, но память моего тела все сделала за меня. И теперь мы, изнеможденные, но оба в полном удовлетворении, лежали рядом друг с другом и никак не могли отдышаться. От переизбытка чувств мне снова захотелось плакать. Но я постарался взять себя в руки - что я, девчонка что ли? Я повернулся к Туну и хотел было обнять его, но не успел, потому как он меня опередил, сграбастав меня. И что у него за привычка такая? Но мне нравится, как он это делает, и я сильнее прижался к нему.

Полежав так немного, я почувствовал, что начинаю засыпать, но прежде надо бы сбегать в душ...

- Иди первым, - он что, читает мои мысли? Я с недоверием посмотрел на него. - Что так смотришь? Если пойдем вместе, то спать еще не скоро ляжем, - он усмехнулся.

Я подскочил как ужаленный и метнулся в ванну. Вот прям спинным мозгом чувствую, как он провожает меня плотоядным взглядом. Сердце мое снова пустилось в пляс, а бабочки следом. Вот ведь неугомонный я какой-то. И что это со мной? Прям маньяк сексуальный какой-то. И Тун такой же.

Стоя под струями воды, я перебирал в памяти все, что произошло за последние часы. То, что произошло, просто невозможно забыть. Те чувства, что накрыли меня с головой, были настолько восхитительны, что у меня перехватывало дыхание, когда перед глазами всплывали образы. И хоть мне сейчас немного неловко, и я не знаю, как я буду завтра смотреть Туну в глаза, я все равно безмерно счастлив.

Видя, что я долго не возвращаюсь, Тун хотел было пойти меня проведать, но подумав, что одной проверкой дело не кончится, решил сходить в душ в бассейне. Быстро приняв его, он вернулся в спальню. Меня все еще не было. Тун усмехнулся и лег, накрывшись одеялом.

Я несколько раз выглядывал из ванной проверить - заснул Тун или нет. Увидев, как он лег и накрылся почти с головой, я выждал минут пять и прошмыгнул на кровать под одеяло. Мне все еще было неловко перед ним, поэтому я решил дождаться, когда он уснет. Но он, видно, не спал, потому что, как только я залез под одеяло, он заграбастал меня в свои объятья и прижал к себе. Так мы и уснули со счастливыми улыбками на лицах, думая каждый о чем-то своем.

Глава 29

Новые впечатления

Дью заявился ни свет ни заря, зараза. Вот и что ему не спится? Мне так не хотелось вставать и снова проходить какие-то тесты, что я демонстративно укутался посильнее в одеяло. Тун, постояв немного рядом и поняв, что ни добром, ни силой меня из постели не вытащить, чмокнул меня в лоб и пошел за братом, оставив меня, улыбающегося, как придурок. Я что, от каждого его прикосновения буду превращаться в идиотика? А еще мне до сих пор неловко.

Тун встретил брата нахмуренным.

- Что с тобой? - Дью от эго выражения на лице стало как-то не по себе.

- Ты зачем приехал, Пи? Да еще в такую рань?

- А что, я не могу навестить своих братьев?

- Без предупреждения - нет, - сказал как отрезал Тун.

- И чем же я вам так помешал? - и тут до него дошло. - Аааа, нет, не говори. Ничего не хочу слышать и знать не хочу...

- Ты все еще не смирился?

- Да смирился я, но как-то... - Дью без приглашения сел на диван. Он знал, что брат просто так напускает на себя такой свирепый вид.

- Завидно? - предположил Тун. - Ты же к нему, вроде как, подкатывал...

- Сдурел? - Дью посмотрел на него, как на умалишённого. - Он же моя кровная сестра. Ты мне тут инцесты не приписывай. Я еще в своем уме.

- А ты не думаешь, что это все от того, что тебе пора бы уже завести кого-то, о ком сможешь заботиться и любить? Ты все так же не подпускаешь к себе Нонга?

- Ой, только не начинай, прошу.

- А что так? Он тебе не нравится? Или дело в чем-то другом? - Тун начал допытываться.

Он все никак не мог понять: вот что его брать так уперся? Нонг Кинг, по всей видимости, любит его, а этот все талдычит - разница в возрасте. Какая разница? Дью сколько в этом году исполнится? Двадцать шесть. А Кингу? Девятнадцать. Семь лет - это разве разница? Вот вобьет себе что-то непонятное в голову, ничем не выбьешь. Может, это просто отговорка, за которой он прячет истину? Надо будет с Нонгом поговорить по душам. Что-то у них все же произошло, а что - никто из них рассказывать не хочет. Даже Мин, который обладает великим талантом уговора, и то не смог выведать у них ничего. Может, профессора на них натравить? Он кого хочешь разговорит. Тун усмехнулся своим мыслям, что явно насторожило Дью. И тот решил сменить тему:

- А где Пхат?

Тун, приподняв одну бровь, посмотрел на брата.

- Прости, Тхан где?

-  В спальне, - недовольно буркнул Тун. Вот как Дью не понимает, что он так и при Тхане проболтаться может, а профессор настрого запретил что-либо рассказывать парню о прошлом. Тун и так наговорил лишнего.

- Вы что, поругались?

- Он просто спит, - Тун почему-то стал раздражаться. - Ну что ты пристал? Говори, зачем приехал и проваливай.

- Как ты со старшим разговариваешь?

- Ой, Пи, прекращай уже. Старший, младший... Мы с Пхатом были на равных.

Из спальни было плохо слышно, о чем Тун разговаривал с Дью, но я все же уловил два имени, одно из которых раньше не слышал - Нонг Кинг и Пхат. Причем на второе имя Тун как-то странно реагировал - было слышно по его голосу, что ему как-то больно, а еще тоскливо что ли, не пойму. Так, может, это и есть тот человек, воспоминания о котором так тяжелы для Туна? Хорошо, уже хоть что-то. Я снова прислушался. Кто же они такие? Мне было очень интересно. Я чувствовал, что мне не хватает общения. Ну, Тун и его брат не в счет. Туна я люблю и готов провести с ним всю свою жизнь. Вот даже и не думал, что смогу так кого-то полюбить, а может, и могу, и любил, но ничего не помню. Да и не надо. Мне достаточно того, что у меня сейчас. Дью... Вот я с ним как-то теряюсь, и все из-за того, что он не совсем адекватно, как мне кажется, ко мне относится. Он толи флиртует со мной, толи... ну не могу понять его поведение. От этого мне как-то не по себе. И при всем при том, что я счастлив, друзья мне бы не помешали.

- Вы с Пхатом женаты, так что это ваше право и ваше личное дело.

- Ну что ты снова злиться начинаешь? Хочешь, я извинюсь?

Дью насупился и посмотрел на брата исподлобья.

- Мне просто его не хватает. Я так хочу пообщаться с ним прежним.

- Потерпи, Пи, - Тун подсел к брату и приобнят его за плечи. - Сейчас это пока невозможно, но профессор работает над этим. Да и я... - он осекся. Он вроде как общается с Пхатом, но...

- Знаю. Кстати, я что приехал то, - резкая перемена в брате прям ошарашила Туна.

Он знал, что Дью иногда бывает резким, но все равно вот такие перепады его всегда немного пугали. Пхат тоже иногда ставил в тупик резкой сменой настроения или темы разговора - в этом они с братом похожи, но с Пхатом было как-то проще. А вот Тхан не такой. Он довольно уравновешенный или просто сдерживает себя. Но в моменты близости он становится ярко эмоциональным. Совсем как Пхат, а может, даже и более, чем он, отчего у Туна еще быстрее начинает биться сердце.

Сидя на полу и опершись спиной на дверь, я пытался принять услышанное - Тун и этот Пхат женаты? Я правильно расслышал? У меня эта новость никак не хотела укладываться в голове. Комок подступил к горлу, и больно сжало в груди. Нет, я не должен так реагировать. Может, я не так все понял? А как же тогда мы? Как же я? Так вот почему он так долго отвергал меня. Но что же тогда произошло, что он перестал это делать? Голову сдавил металлический обруч. Похоже, что я сейчас снова потеряю сознание от боли. Обхватив голову руками, я стал заваливаться на бок. Из последних сил я стукнул по двери и потерял сознание.

Тун обернулся на шум, доносящийся из спальни. Появилось нехорошее предчувствие, и он бросился туда. Дью проводил его ошарашенным взглядом. Что там произошло?

- Пи’Дью, помоги, - голос брата не оставлял времени на раздумье, и Дью поспешил на помощь.

Тхан потерял сознание, сидя у двери, и, соответственно, немного подпер ее собой. Туну было тяжело открыть дверь - он боялся навредить парню. С помощью брата ему кое-как удалось ее приоткрыть так, чтобы протиснуться через образовавшуюся щель. Он подхватил Тхана на руки и уложил на кровать. Ну а дальше все по той же схеме: медитация, улаживание потоков и прочее. Дью тоже не отходил и проверял у парня жизненные показатели.

Приведя потоки в норму и дождавшись, когда Тхан уснет, Тун вышел из медитации и задумался. Что же могло произойти на сей раз, что сознание Пхата снова взбунтовалось? В прошлый раз они, вроде как, договорись, и все было замечательно, и приступов таких уже не было продолжительное время.

- Пи’Дью, последишь за ним? Мне надо связаться с профессором.

- Да, конечно. Мог бы и не спрашивать, - он махнул в сторону брата рукой - мол, иди - и продолжил прощупывать у меня пульс.

Прежде чем вызвать Вянь Вяня, Тун еще раз прокрутил в голове, что он видел, пока был в медитации. Собравшись с мыслями, он нажал кнопку связи. На этот раз профессор ответил не сразу. Было видно, что он чем-то занят. Тун вкратце рассказал ему, что произошло, а также про свои наблюдения. Профессор задумчиво почесал подбородок, сказал, что свяжется и отключился.

Он еще долго сидел за компьютером и просто размышлял. Дью несколько раз подходил к нему, но видя отрешенное выражения лица брата, не решался отвлечь того от мыслей.

А Тхан тем временем спокойно спал, заботливо укутанный Дью в одеяло, и ему даже что-то снилось. Это было нечто прекрасное, потому что у него на лице блуждала счастливая улыбка.

Поудобней усевшись в кресло, в котором обычно сидел Тун, оберегая покой Пхата, когда у того была проблема с ци, Дью стал наблюдать за парнем, мирно спящим на кровати. Как же все странно и запутано. Вот передним его родной брат Пхат, но он не Пхат. Он сейчас какой-то Тхан, который потерял память при автоаварии. А еще он сын их злейшего врага Ли Бао. Вот как все это воспринимать? Что же будет дальше? Скоро родятся близнецы, и человек, что лежит сейчас перед ним, является их биологическим... хм... отцом или матерью?.. Ну, чисто технически яйцеклетка его, значит, мать... Дью отмахнулся от надоедливой мысли. Вот далось ему выяснять мать ли, отец - как посчитают нужным, так и будет. Если бы Пхат вернулся в себя прежнего и стал бы Мэоу, то был бы матерью. Но Мэоу, по словам профессора, осталась только в сознании Пхата, на ментальном уровне. Жаль, что он никогда не видел своей сестры, только на фото, что дал ему Вянь Вянь. Она была красивой. Да и Пхат отличался завидной красотой. Хоть они и близнецы, они все же разные, хоть и есть сходство. Да, нет у него сестры больше, но зато есть брат. Нет, два брата.

Он посмотрел на спящего. Как же ему хотелось обнять его, прижать к груди и сказать, что он так по нему скучал. Что он так рад, что его брат вернулся, хоть и не помнит ничего. И они родные братья, и это никуда не денется. Как же ему этого хотелось... А может, пока он спит, просто погладить его по голове? Это-то можно? Дью встал и тихонько подошел к кровати. Он присел рядом на корточки и положил подбородок на край кровати. Посидев так немного и послушав мирное и ровное дыхание спящего, он протянул руку и аккуратно дотронулся до головы. На глаза навернулись слезы. Только сейчас Дью осознал, что его брат вернулся с того света, что вот он - жив и здоров... ну или почти здоров. Но это все временно. Скоро они снова будут вместе подшучивать над Туном, слушать лекции Мина или устроят шумную вечеринку с Ноком. А как будет рад Кинг...

От воспоминания о Нонге Дью немного погрустнел. Ему очень нравился этот парень, и у них даже что-то начало срастаться, но со смертью Пхата Дью замкнулся в себе. Он постарался больше не встречаться в Кингом, потому что, глядя на Нонга, Дью постоянно вспоминал родного брата. Ведь это он спас Кинга и настоял, чтобы тот остался при агентстве. Постоянно сталкиваться со спасенным парнем было для Дью очень тяжело, но он не подавал вида, а чтобы как-то оправдать свою холодность, он сослался на разницу в возрасте и на то, что Кинг еще несовершеннолетний, и отверг чувства парня. Но вот он Пхат, можно теперь свободно вздохнуть и начать новую жизнь. Но захочет ли Кинг начать все заново? Дью вернулся в кресло и погрузился в нерадостные мысли.

Я проснулся и огляделся. Вот прям дежавю какое-то. Ну сколько это будет продолжаться? Видно, я нехило во время аварии головой приложился, раз у меня такие припадки случаются. «Надо бы к врачу обратиться», - думал я и огладывал комнату в поисках Туна. Его не было, но был Дью, который спал в кресле рядом с кроватью. А он что здесь делает? И где Тун? Я попытался тихонечко встать, чтобы не разбудить спящего.

- Проснулся? - блин, напугал. Я аж отпрянул в сторону.

Я уставился на спящего Дью. Он все так же продолжал сидеть в кресле с закрытыми глазами и, по всей видимости, спал, но тогда кто разговаривает? У меня теперь что, слуховые галлюцинации появились? Я лег на место и прислушался.

- Что, вставать не собираешься?

Нет, ну голос идет явно со стороны Дью. Я повернулся в его сторону и невольно подался назад от неожиданности - он не спал, а сидел и рассматривал меня. Блин, где Тун?..

- Ты чего его пугаешь? - голос Туна раздался от двери. Я молящим взглядом посмотрел на него. – Смотри, до чего ты его довел, - Тун прошел мимо брата и присел ко мне на кровать. Я тут же спрятался за ним.

- Что-то он раньше не был таким пугливым... - начал было Дью, но осекся, увидев взгляд Туна.

А вот это уже интересно. Значит, Дью знал меня раньше, еще до аварии. Так вот ты мне и нужен. Тун ничего мне не хочет рассказывать. Он, вроде, что-то начал было, но не стал продолжать, и сколько бы я его ни просил, всегда отказывался, ссылаясь на рекомендации врачей. Может, мне удастся разговорить его брата, раз его самого не получается?

- А каким я был? - подал я голос из-за спины Туна.

- Когда? - Дью сделал вид, что не понял вопроса.

- Раньше. Ты же сам сказал, Пи, что я раньше не был таким пугливым, - я выглянул из-за широкой спины Туна и с интересом наблюдал за реакцией на свой вопрос.

Услышав от меня в свой адрес “Пи” вместо привычного Кхун, Дью расплылся в улыбке. Я в свою очередь удивленно посмотрел на него. А как мне его еще называть? Все же он странный какой-то.

- Я не знал тебя раньше, - продолжая улыбаться, ответил Дью.

- А вот Тун сказал, что знал меня. И я вас всех знал, вот только забыл... - я понизил голос, потому что мне показалось, что я последние слова прям выкрикивал.

Дью посмотрел вопрошающе на Туна - ты что, правда ему все рассказал? А мне запрещаешь? Тун еле заметным покачиванием головы дал понять брату, что не стоит развивать эту тему. Тот понял его и без слов. Он встал с кресла и направился к двери.

- Пи, ты уходишь от ответа? - я было бросился за ним, но был пойман Туном.

- Успокойся, Тхан. Ты хочешь, чтобы приступ повторился? - я отрицательно замотал головой. - Вот и славно. Ты помнишь, что сказал доктор? Тебе нельзя рассказывать о прошлом, чтобы избегать вот таких вот рецидивов. Вон, спроси у Пи’Дью, он тоже врач и подтвердит, что надо поберечь себя. А то, что он сказал - не верь ему, он тебя дразнит. Характер у него такой... - Тун посмотрел на брата, который остановился в дверях и слушал, что Тун мне вещает. - Вредный, - закончил он и ухмыльнулся, глядя на брата.

Ну что же, похоже, что правды мне сегодня от них не добиться. Хорошо. Придумаем другую тактику. Я встал и направился в ванную. Тун устремился за мной. Я резко остановился и развернулся в его сторону. Выставив руку вперед, я уперся ею в его грудь.

- Ты куда?

- С тобой в ванную.

- Зачем?

- Тхан, ты чего? Я помочь хочу, ты только что сознание терял. Я теперь тебя ни на секунду одного не оставлю, - он взял меня за руку и притянул к себе. - Ты чего, малыш? Я же беспокоюсь о тебе, - блин, я потек.

Ну не могу я быть с ним твердым. Прям как тряпка. И он, походу дела, это понял, раз так нагло пользуется этим. Я оттолкнул его от себя.

- Может, мне с тобой пойти? - Дью все еще стоял у двери и наблюдал за нами. Теперь я схватил Туна за руку и почти бегом направился в ванную. - Вы там это, недолго давайте, - услышал я вслед. Вот ведь. Он у меня дождется, этот Пи.

Закрыв за собой дверь в ванную, я повернулся к Туну и хотел все свое негодование вылить на него, но не успел. Тун подхватил меня в свои объятья и стал целовать мое лицо и шею, приговаривая:

- Я так за тебя испугался. Я не могу потерять тебя снова. Я просто этого больше не переживу...

Эта фраза ошеломила меня. Он не хочет терять меня снова. Значит, он меня уже терял? Получается, что мы знали друг друга, как он тогда и рассказывал. Его поцелуи мешали мне сосредоточиться на услышанном. Мысли начали путаться, и я уже не в силах сопротивляться стал отвечать на его поцелуи. Это сейчас важнее, чем какие-то воспоминания...

Глава 30

Я все равно узнаю

Он долго не выпускал меня из своих объятий, покрывая мое тело страстными поцелуями. Мы так и продолжали бы упиваться друг другом, если бы не одно обстоятельство. И это обстоятельство - Дью, который нас ждал снаружи.

Нехотя разжав свои объятья, мы приняли душ и вышли из ванной. Тун тут же усадил меня на кровать и стал сушить мне волосы. Это очень приятно, когда о тебе так заботятся. Я перехватил у него полотенце и подсушил волосы ему. Переодевшись, мы как ни в чем не бывало вышли из спальни.

Дью сидел за компьютером и что-то изучал на экране. Тун подошел к брату и посмотрел на монитор - снова он в каких-то своих непонятных формулах. При каждом удобном случае с ними возится. Похлопав брата по плечу, он присоединился ко мне на кухне, и мы стали готовить обед.

- Бутеры не забудь, - шепнул мне на ухо Тун. Я, мурлыкая себе поднос какую-то веселую песенку - откуда только я ее знаю - кивнул в ответ головой и продолжил заниматься омлетом.

Мне кажется или он меня буравит взглядом? Я поднял голову от бутербродов и встретился с изумленным взглядом Дью. Вот что ему снова от меня надо? Так, не обращай внимания и продолжай заниматься своим делом. Я чисто машинально протянул руку к вазочке с печеньками, цапнул одну и отправил в рот. В следующую секунду со стороны, где стоял Дью, раздался непонятный звук. Я снова посмотрел на брата Туна. Теперь изумленный взгляд был у меня - Дью сидел на полу, раскачивался из стороны в сторону и плакал. Вот это номер. Он что, припадочный? Я повернулся к Туну, что, застыв с половником в руке, стоял рядом. Оказалось, что он был удивлен не меньше моего.

- Пи, ты чего? - Тун непонимающе смотрел на брата.

Тут до него начало доходить, что произошло - Дью увидел, как Тхан готовит бутеры, да еще так непринужденно поедает печеньки. Совсем как Пхат. Ну, чисто технически, если можно так сказать, Тхан и есть Пхат, то есть Пхат сейчас Тхан... Нет, ну что Дью прикалывается? Он же знает на все сто процентов, что оно так и есть. Тест это подтвердил. Хотя и в прошлый раз тоже тест сказал, что на столе лежат останки Пхата... Так, все, хватит заморачиваться - Тун стряхнул с себя наваждение и поспешил помочь брату встать. Пока он его поднимал, он шепнул ему на ухо:

- Да, это он. Но я тебя прошу: держи себя в руках. Профессор очень опасается, что могут быть осложнения по возврату памяти. Так что никто не должен ничего ему рассказывать. Договорились?

Опершись на руку брата, чтобы встать, Дью еле заметно кивнул тому в знак согласия. Тун проводил его до дивана и вернулся помогать мне готовить.

Пока Тун помогал брату, я на них внимание не обращал, а был всецело поглощен нарезкой бутербродов. Я даже вроде пританцовывал, продолжая напевать незатейливый мотивчик. Вот же блин, не помню, где я его слышал, но он прям так назойливо крутится у меня в голове, что прям отделаться от него не могу.

Прислушавшись к тому, что напевает Тхан, Тун сначала не поверил своим ушам - это же любимая песня его чертенка. Он постоянно мурлыкал ее себе под нос. В каком бы настроении он ни был, он, если есть возможность, ее напевал. По ее тембральному исполнению можно было понять, в каком сейчас Пхат настроении. Вот и сейчас, услышав ее, у Туна сжалось сердце - его чертенок грустит. Отчего же? Вроде, все хорошо. Но он грустно ее напевает.

Я повернулся к Туну и заметил, как он даже не обращает внимание на то, что делает, так он был погружен в свои мысли. Так, а с ним-то что? Вот уж эти братья. Я усмехнулся. Услышав мой смешок, Тун очнулся от своих мыслей и, повернувшись ко мне, улыбнулся.

- Как ты себя чувствуешь? - спросил он. Я пожал плечами. Вроде, хорошо. Чего это он?

- Нормально.

- А настроение как?

- Да нормально все. И настроение хорошее.

Вот что ему стало так интересно мое настроение. Нормальное. Правда, где-то глубоко внутри есть непонятное ощущение. Я даже объяснить его не могу. Поэтому я просто не обращаю на него внимание.

Тун продолжал прислушиваться - все же ему не показалось, и Тхан напевает песню так, как Пхат напевал ее, когда грустил. Надо рассказать об этом профессору. Но чуть позже, еда готова, и пора за стол.

- Пи, тебя долго ждать? Ты снова в свои формулы углубился? - Тун второй раз звал брата, а тот не откликался, снова сидя у компа. - Как знаешь. Мы садимся есть и ждать тебя не будем. А Тхан сделал такие вкусные бутерброды...

Упоминание о бутерах сделало свое дело, и Дью присоединился к нам за столом. Поначалу мы ели молча, но вскоре Дью нарушил молчание:

- Я тут немного поработал...

- А когда было, что ты не работал, Пи?

- Тун, не перебивай меня, а то с мысли собьёшь, - нахмурив брови, сказал Дью.

- Ну, простите, - ответил Тун, ухмыльнулся и подмигнул мне.

Было похоже, что братья часть подтрунивают друг над другом. И вот сейчас младший пытается поддеть старшего. Интересно, так всегда между братьями? Надо будет спросить об этом Туна. А Дью тем временем продолжил, не обращая внимания на подколки младшего:

- Так вот, стало наконец что-то проясняться. Еще пара-тройка тестов, и сможем понять, почему мы так тогда ошиблись.

Услышав это, Тун перестал жевать только что откусанный кусок бутерброда и уставился на Дью. Он что же, все это время работал именно над этой загадкой?

- И что ты выяснил? - Тун сразу стал серьезным.

- Что, и без сарказма? - теперь настала очередь Дью поиздеваться над братом. - Я решил этим заняться, как только получил результат ДНК, - он многозначительно посмотрел на меня, но я был всецело поглощен едой и не заметил этого.

- И что ты выяснил?

- Пока рано говорить, но, как я уже сказал, что-то наклевывается. Надо будет еще обсудить с профессором.

- Мне тоже надо с ним переговорить. Ты когда собираешься в агентство?

- А что, спровадить меня побыстрей хочешь? Ой, даже не упоминай, - замахал он на брата рукой, чем привлек мое внимание.

- Пи, а ты что-то имеешь против наших отношений? - я смотрел прямо ему в глаза, когда спросил это.

Почему-то Дью отвел взгляд. Может, он действительно против однополых отношений? И ему не нравится, что его родной брат встречается с парнем? Я было открыл рот, чтобы спросить, но Тун меня опередил:

- Ты собираешься помириться с Кингом?

А вот это уже интересно - в разговоре появилось новое имя, а мне как раз ужасно хотелось поспрашивать об этом человеке.

- А кто это? - я переводил взгляд с одного брата на другого.

- Какая разница? - Дью насупился.

- Что значит “какая разница”? Вы, насколько я помню, начинали встречаться, - Тун повернулся ко мне и, не обращая внимание на протестующие жесты брата, стал рассказывать. - Нонг Кинг по уши влюблен в этого балбеса. И у них, вроде бы, все начало срастаться, но мой брат сам себя лишил счастья - он почему-то решил, что у них большая разница в возрасте, что Кинг слишком молод, а Дью слишком стар, - в этом месте я не сдержался и прыснул от смеха. - Вот и нам всем смешно - старый он. Он всего на год старше меня. Это что же получается? - Тун обернулся к брату. - Я тоже старый?

- Ну что ты передергиваешь? - было видно, что Дью пытается уйти от разговора. - Нонг несовершеннолетний.

- И что? Ты в курсе, что у нас возраст принятия шестнадцать лет, и твое оправдание звучит нелепо.

- А сколько ему? - мне было интересно, сколько лет человеку, которого отвергает Дью.

- Ему скоро будет двадцать.

- О! Так, вроде, вполне взрослый парень, - я улыбнулся. Мне ведь тоже когда-то было столько же, и я, может быть, тоже кого-то сильно любил. Жаль, не помню. Я улыбнулся.

- Да если бы за то, через что прошел этот парень, начисляли дополнительные года, то он был бы старше тебя, Пи.

Мы продолжали есть и вести разговор, как будто были знакомы уже много лет. За столом чувствовалась домашняя, прям семейная обстановка. Мне почему-то стало грустно от этого. Я не помнил, каково это - чувствовать себя в семье. С момента моего пробуждения в больнице никто так не общался со мной. Даже мой отец не проявлял ко мне отеческой любви. Так может, он и не отец мне? Тун что-то начал было мне рассказывать, но теперь молчит. Ну и ладно. Всему свое время. Действительно, что это я пытаюсь бежать впереди паровоза?

Мы поели, и я стал было собирать посуду, но Дью поманил меня к себе.

- Оставь это на Туна. Он все сделает, а ты иди со мной, мне надо сделать кое-какие замеры.

- Пи’Дью, снова? - я прям взмолился. - Ну сколько можно? Ты меня всего уже проверил. Может, ты это с тайным умыслом делаешь? Так вот послушай, что я тебе скажу - я в тебе не заинтересован. Я парень твоего брата. Тебе совсем не стыдно...

- Дурень, ты о чем? - спросил Дью и даже щелкнул меня по лбу. - Чего это ты себе там нафантазировал? Ты мой брат и прекрати выдумывать невесть что.

- Как это брат? - я прям опешил.

Дью как-то замешкался, но быстро нашелся:

- Ну а кто? Ты сам сказал, что являешься парнем моего брата, значит, ты мне кто? Брат. Ну или зять. Называйся как хочешь.

Зять... Как звучит. Я - зять. Смешно. Тун что, невеста? Ну, как бы невеста здесь больше я. Хотя после вчерашнего... Ой, зачем вспомнил...

- Что с тобой? Тебе снова плохо? - Дью, заметив, что я покраснел, встревоженно стал щупать мне пульс.

- Да в порядке он. Просто у него фантазия чересчур бурная, - скала Тун, который закончил мыть посуду и присоединился к нам.

- О как. И о чем же это мы так задумались, что так покраснели? – походу, теперь объектом издевок буду я.

- Да представил тебя голым, Пи, и даже стыдно за тебя стало, - я недобро прищурил глаза.

Братья переглянулись. Я во все глаза смотрел на то, как они играли в гляделки.

- Я тебя понял, - сказал Дью и стал что-то искать в своем чемоданчике, который вечно таскает с собой.

Они что, телепатически общаются? А я? Я так же хочу. Дью наконец достал то, что искал и протянул это мне. Я уставился на стаканчик для анализов. Это что?

- Тебе рассказать, что и как надо делать?

- Пи, ты снова...

- Тун, надо, понимаешь? Просто необходимо. Мы все анализы взяли. Все проверили. Это последний.

- Он точно нужен?

- Да, - сказал Дью как отрезал.

Я посмотрел на Туна, как бы спрашивая - это то, о чем я подумал?

- Да, Тхан, это именно то, о чем ты подумал. Ты же сдавал такой анализ в больнице?

- Нет, не сдавал, - мне послышалось или они оба выдохнули с облегчением?

- Тхан, ты знаешь, что делать? Может, тебе нужна помощь? - они что, издеваются надо мной?

- Н-н-е надо, - заикающимся голосом сказал я.

Тун подошел ко мне и приобнял за плечи. Потом наклонился и, почти касаясь губами моего уха, прошептал:

- Ты всегда можешь положиться на меня.

Похоже, у меня снова покраснело лицо. Я быстро встал и постарался ретироваться в ванную. Тун было пошел за мной, но я так зыркнул на него, что он предпочел остаться и составить брату компанию. Блин, как же неловко... Ну, ничего. Если это надо для того, чтобы быстрее выявить проблемы в моем организме и вернуть мне память, я постараюсь и стерплю такие унижения.

«А с другой стороны, почему унижение?» - подумал я, когда, добравшись до ванны и немного успокоившись, присел на край ванны, рассматривая в руке баночку для сбора материала. Какой-то слишком ранимый я стал. Еще пару месяцев назад я отнесся бы к этому цинично и, может, даже в ванну не пошел, а заставил бы их уйти. Тьфу, неженка.

Посмотрев на себя в зеркало, я состроил себе гримасу. Ладно, давай покончим с этим побыстрее. Вот и не знаю, сдавал ли я когда-нибудь такой анализ или удовлетворял ли себя раньше. Надо попробовать обратиться к физической памяти.

Закрыв глаза, я стал мысленно представлять все действия. Сам того не заметил, как я уже стою перед зеркалом и рассматриваю себя, лаская свое тело. Это было так знакомо, что я не стал останавливаться, а всецело отдался этим чувствам. Мне даже понравилось то, что я в это время чувствовал. Непередаваемое ощущение. Значит, я раньше позволял себе рукаблудствовать и делал это как-то... Ну, как бы объяснить? Изыскано что ли? Да, такой термин больше подходит к тому, что я сейчас делал.

Постепенно мои манипуляции подняли волну желания и перед глазами всплыл образ Туна. Бабочки внизу живота затанцевали джигу.

Братья сидели за столом в полном молчании и ждали. Тун поглядывал в сторону ванной, куда ушел Тхан. Он беспокоился - как бы тот снова не потерял сознание. Первым нарушил молчание Дью:

- Я вот все спросить хотел, - он выжидающе посмотрел на брата и продолжил, когда тот обратил на него внимание. - Как ты отреагировал на Тхана, когда впервые увидел его?

Тун немного задумался, вспоминая свою реакцию.

- Да почти так же, как и ты, Пи.

- Нет, тут сложно сравнивать. Я все же знал, что вы с профессором привезли Пхата... Ну, предположительно Пхата, - поправился он.

- Отреагировал и отреагировал, чего сейчас вспоминать? - Тун немного нервничал, Тхана все не было.

- Перестань дергаться, - одернул Дью брата, заметив, как тот в нетерпении стал постукивать пальцами по столу. - Ничего с ним там не случиться. Ты лучше удовлетвори мое любопытство.

Поняв, что брат от него просто так не отстанет, Тун повернулся в его сторону и всем видом показал, что он готов отвечать, чем очень обрадовал Дью.

- Вот скажи мне, он ведь так похож на него...

- Не совсем, - перебил брата Тун, - ему немного подправили лицо. Совсем чуть-чуть, но я же вижу. Поэтому я и не воспринимал его как Пхата.

- То есть ты себя сдерживал или не реагировал?

- Пи, а тебе не кажется, что ты своими вопросами переходишь черту?

- Я - врач. Мне можно.

- А можно я тебе как врачу отвечу? Не вашего ума дело.

- Ну, не злись. Можешь просто и честно ответить?

Тун посмотрел на Дью - чего тот добивается? Вот какая ему разница, как Тун себя чувствовал рядом с Тханом? Ответить ему, что было тяжело? Что Тун в каждом жесте, в каждом его действии видел своего любимого, но понимал, что это не может быть он, и от этого становилось еще больнее? А этот негодник еще так с ним кокетничал и заигрывал, что у Туна сводило челюсть, так крепко он ее сжимал, сдерживая свои порывы...

- Пи, давай не будем это вспоминать?

- Хорошо. Тогда ответь мне на такой вопрос... Клянусь, он последний, - вскинул руки Дью, заметив, как брат нахмурился.

- Задавай, но только один. Устал я от твоих расспросов.

- Вот скажи, как ты без тестов всяких понял, что это он?

А действительно, как? Тун снова задумался. Когда он увидел тату, он уже был уверен, что это Пхат, но почему он был уверен? Может, от того, что он, находясь в медитации, слышал или, как ему казалось, что слышит его голос? Или потому, что, будучи с ним рядом, он ощущал себя так же, как будучи со своим чертенком? Тогда почему он так долго гнал от себя эту уверенность? Сомнения, сомнения...

- Прости, Пи, я не знаю, как объяснить. Просто я чувствовал, что это он. А сейчас я должен его проверить, - сказал как отрезал и, встав из-за стола, Тун направился в ванную к Тхану. Дью остался за столом, о чем-то думая и при этом загадочно улыбаясь.

Аккуратно открыв дверь в ванную - она была открыта, что его совсем не удивило - Тун тихо зашел и встал у двери, наблюдая за манипуляциями Тхана перед зеркалом. Сердце бешено застучало. Как будто и не было этого года, в течении которого он страдал от потери любимого. Все вернулось на круги своя, вот только Пхат еще не вернулся.

Я краем глаза заметил Туна, и меня как током прошибло - я четко вспомнил, как я уже видел его, вот так стоящего у двери, а себя возле зеркала. От неожиданности я покачнулся и упал бы, если бы он вовремя не поддержал меня. Его крепкие руки обхватили меня за талию и прижали к себе. Я обнял его за шею и положил голову на плечо. Мне почему-то захотелось плакать. Но он, почувствовав мое состояние, начал нежно гладить меня по спине. Мои бабочки снова всколыхнулись, а слезы отступили.

- Тебе помочь? - тихо на ухо спросил Тун. Я кивнул и посильнее прижался к нему.

- Тун, - позвал я, - а я вспомнил тебя.

Такой реакции, что последовала за моими словами, я не ожидал. Он обхватил мою голову руками и сначала долго и пристально смотрел мне в лицо, а затем его прорвало - он стал покрывать его поцелуями. Его глаза светились от счастья, хоть на них виднелись слезы. Я не стал говорить, что мне просто привиделось мгновение, которое показалось мне знакомым, чтобы не лишать его такого счастья, что он сейчас испытывал. Мы поговорим об этом потом, а пока мы просто насладимся моментом и близостью друг с другом, а это подождет, как и Дью со своим анализом. Хотя... Одно другому не мешает, а даже помогает...

Глава 31

Метод

Пошел четвертый месяц, как мы живем в убежище - так это место называет Тун - и почти месяц на удивление нас никто не тревожил. И это было так здорово. За все это время Тун несколько раз уезжал за продуктами и по рабочим делам. Где и кем он работает он мне так и не рассказал, сколько бы я не просил. На все мои вопросы он отвечал уклончиво или вообще не отвечал, а молча чмокал в лоб и уходил. Блин, обидно. А если он... Да нет, не может такого быть. С отношениями у нас все хорошо и я все реже стал замечать грусть в его глазах. Разве это может не радовать? Просто я как всегда накручиваю себя. Ну и ладно. Потом узнаю. Не будет же он все скрывать от меня вечно? Да и скрываться мне тоже, очень надеюсь, не так долго осталось. Вот они разберутся с Ли Бао и я смогу быть свободен. Хорошо бы он не было моим отцом, как говорил. Мне почему-то не хотелось быть ему родственником. Ну не лежит у меня к нему душа и потеря памяти тут не причем. Я каким-то внутренним чувством чувствую, что мы с ним по разные стороны баррикад.

А хорошей новостью было еще то, что у меня больше месяца не было приступов, но Тун все равно продолжал через медитацию проверять меня. И я стал замечать, что после этих сеансов мне становилось так хорошо, что хотелось, чтобы он проводил их почаще. Но почаще нельзя - он такой вымотанный после них, что почти сразу засыпает. А я ложусь рядом и просто лежу и рассматриваю его. Иногда мне кажется, что все это уже было. Что мы вот так уже когда-то лежали и я смотрел, как Тун спит. Но это такое мимолетное видение, за которое даже не ухватишься.

Сегодня он в очередной раз поехал за продуктами и на работу, оставив меня одного, но я уже привык. Мне иной раз кажется, что я всегда был один, потому что это состояние мне было привычным. В такие моменты я находил себе занятия: или плавал, или занимался в спортзале. Наконец-то я немного набрал мышечную массу и теперь можно было формировать рельефную структуру. И все благодаря Туну - он меня хорошо кормит, даже балует.

По своему строению я вижу, что тело у меня всегда было в прекрасной форме, но за время проведенное в больнице я довольно сильно похудел. Так, что даже стали выпирать некоторые кости. Это портило общую картину. Но, как говориться, все в наших руках и вернуть былое состояние своему телу мне под силу. Хоть я и не помню как выглядел до, но примерно представляю, что не так как сейчас - инфантильный какой-то, щуплый, смахивающий скорее на девчонку.

Проводив Туна, я сразу отправился в тренажерный зал и занялся делом. За подходами и чередованиями время пролетит незаметно, а там и парень вернется. Мой парень... От таких слов на душе становилось тепло и радостно. Правда мы еще не разговаривали с ним на тему нашего статуса по отношению друг другу, но я верил, что настанет день, когда смогу его так назвать официально, а он меня.

Уезжая из убежища и оставляя Тхана одного, Тун каждый раз нервничал - а вдруг что случиться? Но он столько времени и сил тратил на медитацию, чтобы уравновесить его потоки и успокоить сознание Пхата, что должно быть хорошо, но он все равно старался сделать все дела как можно быстрее, чтобы вернуться к своему чертенку. Тун улыбнулся, вспомнив как Пхат стоил ему страшные рожицы, когда он его так называл. Тхана Тун в глаза так не называл и не знает как тот отреагировал бы. Пока не время. Надо для начала решить все вопросы и приготовления к возвращению сознания Пхата, а там уже называй как хочешь.

Сегодня профессор обещал что-то рассказать. Что еще придумал Вянь Вянь? Но сначала надо заехать к родителям. Мама уже начала готовиться к плановому кесарево сечению - врачи запретили рожать ей самостоятельно. Еще каких-то две-три недели и на свет появятся близнецы, а еще через две после их рождения должен распасться код на уровне, где закрыто сознание Пхата. Так что ждать осталось совсем немного.

Отец встретил Туна на площадке возле дома. Они вместе отдали дань духам и Винай поманил сына в сад.

- Давай немного пообщаемся, сын, без мамы.

- С ней все хорошо? - Тун заметил, что отца что-то беспокоит.

- Ой, ты что, не знаешь свою мать? Она в полном здравии, но вот мои нервы уже не выдерживают. С Дью и с тобой было проще. Она не была такой.

- Она нервничает?

- Куда там, - Винай махнул рукой и присел на скамейку под платаном.

Тун немного постоял рядом раздумывая, и тоже сел. Давно они вот так не сидели с отцов саду и не болтали. Он и забыл, когда это было в последний раз.

Они посидели немного молча, каждый думая о чем-то своем. Первым заговорил отец:

- Я все спросить тебя хотел, - он повернулся всем корпусом к сыну и внимательно посмотрел тому в глаза, - Как ты? Я вижу, что ты уже снова начал работать и у тебя новое задание, но мне надо знать твое душевное состояние. Я знаю как ты переживал и до сих пор переживаешь свою потерю, но, сынок...

- Отец, все нормально, - Тун взял отца за руку, - У меня все хорошо. Не надо так переживать.

- Но, я же вижу, как ты изменился за этот год. Осунулся. У тебя блеск в глазах пропал и ты... - но тут Винай перестал говорить и пристально посмотрел в глаза сына.

Он не ошибся? Это то, что он видит? Совсем недавно у того взгляд был потухшим, а сейчас появились искорки жизни. Винай не верил тому, что видел. Как же хорошо стало на душе. Спокойней. Его сын возвращается к жизни. Наконец-то у него появился в ней интерес. Это наверное из-за приближающегося дня рождения близнецов или... Или может у его сына появился тот, кто смог вылечить рану на его сердце? Или хотя бы сделать так, чтобы она начала затягиваться? Кто же это? Он или она... Да не важно. Надо будет осторожно спросить...

Тун заметил, что отец прервав свою речь стал как-то странно на него смотреть и вести себя. Что это с ним?

- Папа, с тобой все в порядке?

Голос сына вывел Виная из непонятного ступора.

- Все нормально, просто я немного устал. Стар стал, вот и устаю быстро.

- Ну какой же ты старый, отец, - Тун улыбнулся. Любит его старик преувеличивать. Но надо отдать должное, за последний год тот очень изменился. На его лице поселилась вечная печать озабоченности.

- Ладно, не старый, - согласился Винай, продолжая в душе радоваться, что сердце сына по всей видимости стало оттаивать.

- Рассказывай, что мама на этот раз удумала?

- А с чего ты решил, что она что-то... Да в прочим, так оно и есть, - Винай собрался с мыслями.

Надо как-то сказать сыну, что Мали хочет оставить близнецов при себе, пока они немного не подрастут или пока Тун не обзаведется новой семьей. Он не против воспитывать внуком, а наоборот - зачем Туну взваливать на себя такую обузу. Он еще молод, ему и о своей жизни подумать надо. Но вот согласится ли на это сам Тун? Он всегда говорил, что хочет после рождения детей на некоторое время переехать с ними куда-то. А вот куда никогда не говорил. И как он вообще собрался с ними управляться?

Тун посмотрел на отца. Тот явно что-то хотел сказать ему, но не никак не мог подобрать слов. И это дипломат со стажем. Тун усмехнулся. Кажется он знает о чем сейчас пойдет речь. Может отцу как-то помочь и начать этот непростой для него разговор самому?

- Отец, я так понимаю, что все дело в детях? - Винай невольно заерзал на скамейке. Он знал, что его сын довольно проницательный, но вот чтобы так...

- Ты же сам понимаешь, что тебе не справиться одному, - он участливо положил руку на плечо сыну, - Это большая ответственной. Нет, ты только не пойми меня неправильно. Я не говорю, что ты не ответственный и не справишься, но сам рассуди, растить детей одному...

- Почему же одному? - Тун хитро прищурился, а Винай уставился на него с широко раскрытыми глазами. Уж не значит ли это, что догадка оказалась верной и Тун встретил кого-то?

- Тун, мальчик мой, ты сейчас говоришь именно о том, о чем я подумал?

Какие же у него родители иногда бывают смешными - подумал Тун и сказал:

- Ну, во-первых, я никогда не говорил, что вы с мамой не сможете участвовать в жизни близнецов. А во-вторых, я так же никогда не говорил, что уеду сразу после рождения. Вот ты врач, подумай сам как я отниму у вас детей и уеду? Им надо немного подрасти, стать немного самостоятельными и вот тогда мы уже подумаем о переезде. Но... - Тун остановился, чем вызвал беспокойство Виная, - Но сейчас обстоятельства складываются таким образом, что вполне возможно мы никуда не уедим, - Тун встал и повернулся к отцу, - Не переживай, малыши пока будут с вами.

- Пойдем скорее обрадуем твою мать, - Винай как молодой подскочил со скамейки и быстрым шагом направился к дому. Тун поспешил за ним.

Радости Мали не было предела. Она уже не знала что ей предпринять, чтобы сын не торопился с переездом, а тут такая новость - он никуда не уедет. Она сидела вместе с сыном на диване, держала того за руку и радостно щебетала, рассказывая все новости, которые уже не раз рассказывала, но сейчас это было и не важно. Важно, что и сын и внуки остаются при ней. Пусть даже не на долго.

Попрощавшись с родителями, Тун направился в агентство. Сей в машину, он первым делом набрал номер Тхана. Тот ответил очень быстро - было видно, что он ждал этого звонка.

- Как ты? Ничего не болит? Голова не кружиться? - стал задавать постоянный набор вопросов Тун. На что получил вполне стандартные ответы. Все хорошо, нет, не болит, Нет не кружиться. А ты скоро?

Немного поболтав, Тун отключился и направил машину в сторону торгового центра.

Вот услышал его голос и сразу веселее стало. Пойду что-нибудь вкусное приготовлю. Что же мне такое сделать? Так, что у нас из продуктов есть? Следующие два часа я возился с готовкой. Закончив, я огляделся, прикинув все ли я сделал, что хотел, удовлетворенно кивнул головой и пошел в душ. Хочу хорошо выглядеть и приятно пахнуть, когда приедет мой котик - я усмехнулся. Котик? Скорее мишка-коала, так как постоянно меня пытается обнять и по долгу не отпускает от себя. А еще он такой... мягкий что ли? При всех своих мышцах он мягкий и теплый, как хлеб из печки. Прям как булка... Блин... Голова...

Резкая вспышка, как молния мелькнула перед глазами и голову сдавило стальным обручем. Вот это не хорошо. Это верный признак того, что я потеряю сознание и еще не ясно чем этот приступ кончится - рядом никого нет. Так, Тхан, соберись и попробуй помедитировать как тебя все это время пытался научить Тун. Возьми себя в руки. Тебе надо продержать до его прихода. Ну где же ты, Тун?

Я уже не мог стоять на ногах и медленно осел на пол и завалился на бок. Струи воды падали на меня сверху и, ударяясь о мое бедро, разбивались на мелкие брызги, которые искрясь, разлетались в разные стороны. Я наблюдал за ними, пытаясь себя отвлечь от нестерпимой боли. Веки становились тяжелыми и я моргал все медленней и медленней. Я уже ничего не различал перед собой, только ощущение прохлады от воды на своем бедре. Попытавшись в очередной раз открыть глаза, я понял, что уже не смогу этого сделать. Значит просто полежу с закрытыми глазами. Главное ровно дышать и на чем-нибудь сосредоточиться. Шум воды вполне подойдет. Я из всех сил пытался уйти в медитацию, но вместо этого провалился куда-то в кромешную тьму...

Тун зашел в кабинет профессора и застал того у чайного столика. Посмотрев на часы, он понял, что Вянь Вяня что-то беспокоит, иначе тот не стал бы пить чай именно в это время. Подсев к нему за столик, Тун, не говоря ни слова, налил себе чай и так же молча сделал пару глотков. Чай как всегда был прекрасен.

- Ты понимаешь, что это значит? - профессор спрашивал, просто обращаясь в пустоту, - Нет, ты не понимаешь, - он нахмурился и посмотрел на Туна. На его лице отразилось удивление, - Тун, мальчик мой, ты когда пришел?

- Да вот только что. Даже чай толком выпить не успел, - улыбаясь ответил молодой человек.

Ему стало все понятно - профессор видно разрабатывал очередную идею и как всегда обсуждал ее сам с собой. По началу это было странно, но потом Тун привык к таким закидонам старика. Да мало ли у кого какие привычки и особенности, главное, что они приводят к результатам. Вот Пхат, например, карамельки или печеньки грыз по обстоятельствам. Кстати, а вот Тхан ничем таким не баловался. И тогда при брате он первый раз чисто на автомате за печеньками полез, чем ввел Дью в полнейший ступор.

Из раздумий Туна вывел неожиданный вопрос Вянь Вяня:

- Ты его любишь?

Молодой человек поставил пиалу с чаем на столик и вопросительно посмотрел на старика. О чем это он? При чем тут любишь, не любишь?

- Вы о ком именно?

- А что, между ними есть какая-то разница? - Вянь Вянь почесал подбородок.

- Нет конечно. Это же один и тот же человек, но...

- Вот всегда есть но... - профессор задумчиво посмотрел на свою пустую пиалу, хотел было ее отставить, но взял чайничек и налил еще чай себе, а потом Туну, - В любом, даже безупречном деле есть “но”.

- А как без этого? Он сейчас Тхан. От сознания Пхата у него только физические рефлексы. Как я должен его воспринимать? - что-то он не на шутку стал заводиться. Что это с ним. Тун замолчал и стал мысленно приводить свои нервы в порядок.

- И все же, мне необходимо знать любишь ли ты его, - профессор не уточнял по имени кого, но Тун и так понял, что тот имел ввиду.

- Да, - ели слышно ответил он.

- Вот и славно. Именно это я и хотел услышать. Значит все пойдет по плану.

- Вы что-то придумали, профессор?

- Ну, можно и так сказать. Я просто проработал весь метод расщепления сознания и создание клона. Выявил алгоритм и Кай с Генри создали программу для капсулы. Сейчас идет третий этап испытаний. Результаты обнадеживающие, но...

- И что это? - Тун прям сверлил взглядом профессора, как-будто пытался прочитать его мысли.

- Метод создания клона работает на все сто процентов. Результаты выше всех ожиданий, а вот обратный процесс иногда выдает абсолютно непредсказуемые последствия - происходит какой-то сбой. Ни я, ни программисты его не можем просчитать. Не поддается просчету.

- И чем это выражается?

- Когда как. В некоторых случаях клон просто растворяется, но не в сознании, а сам по себе. И тогда вся его память просто утрачивается. Но это как бы не столь важно. В большинстве случаев сознание объединяется с клоном и тогда память клона становится частью памяти сознания. Но есть так же и единичные случае, но они есть, когда растворяется не клон, а само сознание и клон становится самостоятельным сознанием. То есть они меняются местами. В этом случае все, что было известно сознанию пропадает.

- Но как же, профессор? Папа, как же Пхат? Получается, что он может исчезнуть? Т.е. он умрет?

- Да не умрет он, - сердито махнул на него Вянь Вянь, - Не умрет. Останется жив и здоров, вот только... Вот смотри, - профессор взял из вазочки печеньку и разломил ее пополам, - Вот примерно так сейчас разделен Пхат. Эта половина, - он показал больший кусочек, - Предположим, будет Тхан, который остался в физическом теле. А вот этот меньший кусочек - Мэоу. Иными словами сознание Пхата разделилось на инь и ян, на мужское и женское. На Мэоу и Тхана. Понимаешь?

Тун непроизвольно сжал кулаки. Он почти не слушал профессора. Как же так? Он только что нашел своего чертенка и снова может его потерять? Нет, он на это не согласен. Он должен спасти своего любимого. Он... Слезы начали душить его.

- Но как же так? Неужели ничего нельзя будет сделать?

- Да что ты заладил - умрет, умрет... В том-то и дело, что мы не знаем что именно может произойти. Ни теоретически, ни практически. Вот такая, сынок, рулетка. Поэтому я и спросил тебя любишь ли ты его. Готов ли ты пойти на риск и сможешь ли смириться с тем результатом, что окажется? Пхат продолжит жить дальше либо с уже сформировавшимся сознанием как парень Тхан без женских привычек, либо вернется Мэоу и ей снова придется учиться быт Пхатом. Ладно. Еще есть время, может все же удастся разобраться с этим. Поезжай к нему. Понаблюдай. Сейчас у него должны появится вспышки сознания. Как только они появятся, значит замок спал и можно будет начинать подготовку к восстановлению. Так, все, ступай, а мне надо еще подумать...

Ведя машину, Тун то и дело прокручивал в голове слова профессора. Что же им делать, как предугадать, что произойдет? Сможет ли он смириться и продолжить любить Тхана вместо Пхата? Но ведь он и есть Пхат, почему же Тун их продолжает разделять? Может это по тому, что его нет в воспоминаниях этого парня? Да что за бред? Нет, с ним ничего не случиться. Ну не может же так не вести человеку в жизни. Ощущение такое, что вселенная за что-то мстит его чертенку - столько разных бед обрушились на его голову.

Зайдя в убежище, Тун немного удивился тому, что Тхан его не встречает. Обычно он тут как тут с расспросами о внешнем мире. Да, нелегко ему постоянно в четырех стенах сидеть. Но ничего. Скоро все должно закончится.

Он уже разложил привезенные продукты по местам, а Тхана все не было. Куда он мог деться? Может в бассейне или в спортзале? Надо проверить - и Тун направился на поиска. Проходя мимо душа, он услышал шум воды. Так вот он где. Но почему-то на душе было не спокойно. Тун подошел к двери и подергал за ручку. У Пхата была привычка не закрывать дверь, потому что маньяк сексуальный, как он себя называл и всегда надеялся, что Тун к нему присоединиться, потому что Тун от него не далеко ушел. Сколько бы они не любили друг друга, им всегда было мало...

Мотнув головой, отгоняя воспоминания, он толкнул дверь и она открылась. Тхан лежал на полу и вода из душа лилась прямо на него. На секунду застыв от увиденного, Тун бросился к парню. Неужели у него снова приступ? И как давно тот отключился? Ну почему Тун оставил его одного. Тхан, милый, держись. Только не оставляй меня, я прошу тебя - мысли одна страшнее другой мелькали у Туна в голове. Он подхватил парня на руки. Тот был весь холодный. Прижав его к своей груди покрепче, Тун почти бегом направился в спальню. Только бы не опоздать. Он никогда не простит себя, если потеряет его снова... В беспокойстве он даже не обратил внимания, что думает о Тхане, как о Пхате.

Глава 32

Это все, что я хочу

Я лежал и прислушивался к шуму воды. В какой-то момент я перестал его слышать. Попытался открыть глаза и у меня это получилось. Темно. Странно. Сколько я был в отключке и почему нет света? Присев, я стал оглядываться, но ничего не мог разглядеть из-за темноты. Постепенно глаза стали привыкать и появились какие-то неясные очертания. Я не видел, а скорее почувствовал, что рядом кто-то есть. И этот кто-то наблюдает за мной. Тут мне в голову пришла мысль - а что если меня похитили? Да кому это нужно? Стоп. Ли Бао мог меня выследить? Мы же вроде так тщательно заметали за собой следы. Да что я снова паранойю. Просто выключили свет, а я придя в себя, напридумывал себе всякую чушь. Усмехнувшись своим мыслям, я мотнул головой и попытался встать.

- Не вставай. Давай просто посидим.

Голос раздался откуда-то из темноты так неожиданно, что я невольно вздрогнул. Кто здесь? Да что собственно говоря происходит?

- Не паникуй. Все нормально. С тобой ничего не случиться. Мы просто поговорим...

Голос был вроде женский, но такой низкий и с хрипотцой, можно было принять по началу за мужской. А еще очень тихий, из-за чего к нему приходилось прислушиваться.

- Вы кто? - осторожно и так же тихо спросил я.

- Ты все равно меня не знаешь, так есть смысл говорить кто я? - голос усмехнулся.

Странно как-то и неожиданно, но я почему-то не испытывал ни страха, ни негатива. Мне просто стало любопытно.

- Но если мы будем разговаривать, то я должен к вам как-то обращаться, - я старательно подбирал слова, чтобы хоть что-то выведать у своего собеседника.

- Ну, допустим, меня зовут Мэоу. Так нормально? В таком случае позволь узнать твое имя.

- Я - Тхан. А у вас красивое имя. Наверняка вы и сами красивая, Кхун...

- Вот только не надо, - было слышно, что в голосе Мэоу появились нотки раздражительности, а у меня в это же время появился резкий прострел в голове. Я невольно застонал.

- Что с тобой? - а теперь раздражение пропало и появилось обеспокоенность.

- Не обращайте внимание, Кх..., Мэоу, со мной такое бывает, - я улыбнулся в темноту. Я не вижу своего собеседника, но она вполне может меня видеть.

- Ты можешь рассказать мне об этих приступах? Извини, если лезу не в свое дело, но мне хотелось бы знать.

- Да я и сам толком не знаю что это. Я попал в аварию и полгода пролежал в коме. Может это от этого. А может это из-за нарушения потоков ци, как говорит Тун...

- Тун?

Что-то в голосе Мэоу меня насторожило. Что именно я толком не понял. Однако я решил не говорить ей о нашей с Туном связи. Не зачем это кому-то знать. Эти лишь наше с ним дело.

- Да, Тун. Он мой наставник в изучении медитации, - думаю такая версия вполне подойдет. Тем более это правда.

- Он в этом очень хорош. Значит он говорит, что у тебя нарушаются потоки?

- Так он сказал. Я ничего не помню, когда прихожу в себя.

- А он рассказывал как именно происходит нарушение?

- Он объяснил, что поток ци резко усиливается и из-за этого у меня начинается спазм в голове и я теряю сознание.

- А как часто?

- Какое-то время было довольно часто, но потом все нормализовалось, вот только сегодня... - я замолчал.

И почему это я все ей рассказываю? Ее голос действует на меня, прям как удав на кролика. Надо бы поосторожней. Вот кто она такая и почему так интересуется и мной и Туном?

- И как ты выходил из этого состояния?

- А почему это вас так интересует? - я почему-то начал злиться. Кто она такая? Раскомандовалась здесь...

-  Просто хочу понять на сколько мы связаны.

- Кто связан? - я ничего не понял. О какой связи она говорит?

- А ты смешной, - я почувствовал смешок в ее голосе, - Я не могу тебе рассказать всего, потому как сама толком ничего не понимаю, но знаю лишь одно - ты, это я, а я, это ты... Ну, вернее сказать мы с тобой одно целое временно разделенное.

Вот угораздило же меня нарваться на сумасшедшую. Я невольно поежился. Как же мне себя с ней вести? И где же я нахожусь и как сюда попал? Прищурившись, я старался разглядеть вокруг себя хоть что-то. Глаза хоть и привыкли к темноте и стали различать какие-то силуэты, но что именно это было я никак не мог понять. Может мне спросить эту сумасшедшую напрямую? А что я теряю?

- А где это мы? - осторожно начал я, - Почему так темно?

- Мы в подсознание, - голос Мэоу стал звучать тише.

Я невольно обвел взглядом вокруг себя, пытаясь понять где она. Так, стоп. Что она только что сказала? В каком подсознание? Это что шутки у нее такие?

- Простите, что вы имели в виду под словом “подсознание”?

- То и имела. Это более глубокая ментальная часть сознания.

Что-то я начинаю припоминать из сказанного мне когда-то Туном. Он тщетно пытался меня научить медитации, но у меня не то чтобы медитировать, у меня даже вызвать подсознание не получалось. Помучавшись со мной изрядно, Тун просил эту затею. А вот теперь эта девушка говорит, что я в подсознании. Значит так оно выглядит? Как-то не очень уютно, хотя Тун говорил, что его можно выстроить как душе угодно. Это получается, что моей душе угодно, чтобы было темно и тихо? Странно все это, очень странно...

Он растирал его закоченевшее тело и молил только об одном, чтобы Тхан оставался с ним. Все отошло на второй план. Сейчас был только этот лежащий перед ним без сознания парень, которого он безумно любил и которого он не мог еще раз потерять.

Убедившись, что тело Тхана стало теплеть, а мышцы расслабляться, Тун погрузился в медитацию и соединился с ментальным сознанием Тхана.

Что-то его напрягло как только он подсоединился к парню, но он никак не мог понять что именно, проверив потоки и не заметив ничего необычного, Тун задумался - хоть с потоками и было все в порядке, что-то все равно его напрягало и он не мог понять что. Почему Тхан потерял сознание? В чем причина его состояния? Может это проявились какие-то побочные эффекты после аварии? А была ли она вообще и это следствие чего-то другого? Столько вопросов и ни одного ответа.

Тут внимание Туна привлекло свечение, ели заметными всполохами исходящее из потоков ци. Такого раньше не было. И цвет у него был до боли знаком Туну. Так светилась аура Пхата. А вот в ауре Тхана такого цвета не было, что всегда удивляло. Цветовая палитра ауры может изменяться, но у нее всегда есть так называемые базовые цвета, которые сопровождали человека по жизни и никогда не изменялись и тем более не исчезали. Серебристо лиловый цвет свечения в ауре Пхата был неизменным цветом, у Тхана этот цвет отсутствовал. Отчасти из-за этого Тун по началу воспринимал его другим человеком. Сомнения были до тех пор, пока он не получил подтверждения в обратном. В добавок профессор подтвердил, что этот цвет скорее всего присущ сущности Мэоу, а раз сознания разделены, то и цвет мог измениться. И вот этот цвет проявился. Это радовало и пугало одновременно. Надо будет сообщить Вянь Вяню.

Тун продолжил сканировать потоки Тхана. Надо бы проверить запечатанный уровень - подумал он и спустился ниже. Здесь все было по прежнему. Никаких изменений, за исключением того, что серебристо лилового цвета здесь было больше. Неожиданно потоки ускорились и цветовые всполохи стали ярче. Тун сосредоточился и хотел было направить энергию на восстановление ци, но не успел - так же неожиданно как и началось, все успокоилось. Да что же происходит?

Вот мне интересно, как это я смог оказаться у себя в подсознании без помощи Туна или еще кого либо? Или эта девушка, что назвалась Мэоу просто водит меня за нос?

- Вы говорите очень странные вещи и хотите, чтобы я в это поверил?

- Что же я такого странного сказала?

- Хорошо, про подсознание опустим - мне Тун рассказывал про всякое такое. И показывал, - я вспомнил радужное облако и свои ощущения в нем и сразу внизу живота потеплело. Я совсем сдурел, раз о таком думать могу в такой ситуации. Не отвлекайся - я взял себя в руки и продолжил, - Вы сказали, что я - это вы и наоборот. Как раз это мне кажется странным. Похоже на бред.

- А если я тебе расскажу что-то из того, что можешь знать только ты и никто другой, ты поверишь мне?

Странная она все же, но почему бы не послушать? Может узнаю хоть что-нибудь про себя. Мне же никто ничего не рассказывает, а так хотелось бы знать, что же я забыл.

- Что же вы такое можете мне рассказать, чтобы я помнил? Вы наверное не знаете, что я потерял память после аварии и что бы вы мне сейчас не рассказали я не смогу подтвердить...

- Тату справа у подвздошной кости.

Я замер. У меня действительно есть тату на этом месте. Когда и почему я его сделал я не помню, но это тату ввело Туна в ступор, когда он ее увидел. И отношение ко мне у него изменилось именно после этого. Так что скорее всего эта татушка имеет большое значение в моей жизни. И она об этом знает.

- Рассказывай, - резко бросил я.

- А вот и интерес, - было похоже, что Мэоу засмеялась. Как бы ее увидеть?

- А почему я тебя не вижу? Что за игры такие?

- Мы можешь видеть себя со стороны без зеркала?

- Нет конечно.

- Так и сейчас ты не можешь меня видеть, потому что, как я уже сказала, ты, это я, а я, это ты.

Вот снова она за свое, а производит впечатление, по крайней мере по голосу, здравомыслящего человека. Да что все таки происходит?

- Вы говорите странные вещи.

- Ты снова перешел на официальный тон. Давай-ка не будем, мы все же не чужие.

Уж лучше я промолчу. Зачем спорить с сумасшедшей? Она тоже замолчала. Наступила такая тишина, что даже стало больно ушам. Я не выдержал:

- Ну и что вы... ты хочешь? Давай конкретику, а то говоришь какими-то загадками, только голову морочишь, - я старался, чтобы она услышала нотки раздражения в моем голосе.

- Ну наконец-то ты заговорил как надо, - она явно усмехнулась, - Теперь я узнаю себя.

Снова здорова. Что я такого сказал?

- Это ты о чем?

- Я все ждала, когда ты станешь собой и начнешь говорить так, как всегда и говорил.

Вот она снова загадками говорит. Вот точно сумасшедшая не иначе.

- Да не сумасшедшая я! - она повысила голос.

Походу и мысли мои читает...

- Естественно, мы же одно целое.

- А почему я твои мысли тогда не слышу?

- Потому что я не думаю не о чем, а просто жду, когда ты замолчишь и выслушаешь меня.

Я старался перестать думать, но блин, это так сложно.

- Хорошо, сдаюсь, - я выдохнул, - Что ты хотела мне такого рассказать?

- Все. Я хочу рассказать что с нами произошло, - я немного напрягся. Неужели она что-то знает об аварии? - Конечно знаю. Ее не было. Эту байку придумали для того, чтобы объяснить внезапную потерю памяти.

- Но зачем? Какой в этом смысл?

- Давай я начну с самого начала и ты сам все поймешь, - и Мэоу начала свой рассказ.

В начале она кратко поведала мне кто она такая. Я слушал ее как-то отрешенно - ну что можно услышать от сумасшедшего человека, но вскоре я понял, что все, что она говорит не бред воспаленного мозга, а вполне реальная история. Когда речь зашла о Ли Бао, я невольно напрягся и стал слушать еще внимательнее, стараясь не упустить ни малейшей детали. Вскоре мне стало понятно, что именно он хотел от меня. Это меня не на шутку разозлило.

Постепенно Мэоу подошла к тому моменту, как неизвестный голос предложил ей разделить сознания и спрятать его основную часть. Но вдруг она прервала свой рассказ.

- Так, а что дальше? - с нетерпением спросил я.

- А дальше пойдет история уже о тебе как о личности. Но давай эту часть я рассказу тебе в следующий раз. Тебе пора очнуться.

- Ну нет, мы так не договаривались. Я хочу знать что произошло.

- Вот как, а в начале слушать не хотел. Пойми меня правильно, я не хочу от тебя что-то скрывать, иначе я бы не стала бы и начинать. Я всего лишь хочу, чтобы ты верил мне. Просто сейчас мои силы немного истощились, а ты своими пользоваться не умеешь. Я не могу больше удерживать нас здесь. Мне надо немного отдохнуть. Да и тебе тоже надо. А еще Туну, который пытается найти тебя в твоем подсознании.

При упоминании о Туне, у меня сжалось сердце. Он наверное очень сильно сейчас за меня переживает. Хорошо, я немного потерплю. Чего-чего, а это я умею, а пока переварю все услышанное.

- Правильное решение, - эхом отозвалась Мэоу в моей голове и я открыл глаза.

Тун сидел рядом со мной в асане, пребывая в медитации и мне даже показалось, что от него исходит какое-то свечение. Надо же, я однажды такого видел, но подумал, что почудилось. Я невольно залюбовался им. Так, стоп, остановись, а то мысли побежали уже не в ту сторону. А как мне ему дать понять, что я очнулся? А, нет, не надо, он и сам это уже понял или узнал, вот даже и не знаю как. Блин, но почему у меня не получается медитировать?

Он почувствовал, что сознание Тхана освободилось и потоки стали еще более уравновешенными. Сделав необходимые пассы руками, Тун вышел из медитации и увидел, что я очнулся. Тун притянул меня к себе и сжал в своих объятьях. От сердца у него стазу отлегло. Что же это такое с парнем произошло? Из того состояния, в которое тот обычно попадал при приступах, сам он выйти не мог, а вышел. Но странное здесь было не это, а то, что Тун, пройдясь по всем уровням сознания, его не видел. Но видел нечто другое, что заставляло его сердце сжиматься толи от боли, толи еще от чего-то.

- Тун, отпусти, ты меня задушишь, - я попытался вырваться из его объятий. Он разжал руки и посмотрел мне прямо в глаза. Заметив тревогу на лице Туна, я забеспокоился, - Ты чего? - спросил я, внимательно следя за его реакцией.

- Что это было? - вопросом на вопрос ответил он, - Ты пробовал медитировать? Зачем? Я же говорил тебе, что это небезопасно делать в одиночку для начинающего. Я же просил тебя...

- Тун, успокойся, - перебил я его, понимая, что он сейчас сорвется, - Я ничего не делал. Это все она...

Тут я остановился - а стоит ли рассказывать любимому парню о какой-то полусумасшедшей девушке у себя в голове? А вдруг он меня за психа примет? Я посмотрел на Туна и заметил, что его встревоженность сменилось на любопытство.

- Тхан, ответь, ты был в подсознании? - я кивнул в ответ, - И с тобой кто-то общался? - немного подумав, я снова кивнул, - А этот кто-то... - Тун замялся, не зная как спросить.

Я внимательно на него смотрел и у меня создавалось впечатление, что он что-то обо всем этом знает. Знает, но почему-то не рассказывает. Становится все интересней... Я не стал ждать, когда Тун сформулирует свой вопрос и просто выпалил:

- Со мной общался какой-то голос похожий на женский.

Тун был ошарашен моими словами. Он совсем отпустил меня и уставился широко раскрытыми глазами, почти не моргая. Он что, в ступоре?

Еле переведя дыхание от услышанного, Тун спросил меня:

- Ты в этом точно уверен?

- В чем?

- В том, что ты вообще с кем-то общался?

- Вот ты уверен, что сейчас разговариваешь со мной? - я невольно усмехнулся и, подтянувшись руками, удобно уселся, облокотившись спиной на спинку кровати.

- И что она тебе сказала?

Я задумался - и все же, рассказывать Туну о чем говорила Мэоу или пока промолчать? Нет, не стоит ничего говорить, пока сам во всем не разберусь.

- Да ни о чем особенном. Я не особо слушал. Я вообще думал, что это просто слуховые галлюцинации и старался не обращать на них внимание. Я и сейчас так думаю - видно не прошла авария даром. Помимо потери памяти вот теперь еще голоса в голове, - я замолчал, с интересом наблюдая на реакцией Туна.

Было видно, что он хотел меня еще о чем-то спросить, но толи не решался, толи не знал как. Надо бы его отвлечь.

- А ты ел? - спросил я первое что пришло на ум, спросил и тут же почувствовал, как сам проголодался. Мой желудок предательски заурчал.

- А сам-то ел?

- Я тебя ждал. Пойдем поедим, я много вкусного наготовил, - беззаботным голосом предложил я и слез с кровати, - Пойдем уже, - подхватив Туна за руку, я потянул его на кухню. Со всем, что случилось буду разбираться потом, а пока кушать, кушать, как же я хочу кушать...

Придя на кухню, я сразу стал разбираться с едой - это надо погреть, а вот это разложить. Тун, махнул мне рукой, показывая в ней телефон, намекая, что отойдет позвонить. Наверняка пойдет рассказывать все Дью или профессору. Ладно, пусть идет - и я кивнул ему и улыбнулся.

Тун решил позвонить и сообщить Вянь Вяню о случившемся. Мысли никак не хотели приходить в норму. Неужели сознание Пхата освободилось? Как еще тогда можно объяснить то, что произошло с Тханом?

- Алло, профессор? Да, это я. Профессор, тут такое дело... - он немного замялся, - Похоже, что сознание Пхата...

- Что с ним? - Вянь Вянь явно нервничал.

- Оно открылось... - тихо ответил Тун. На том конце воцарилась тишина, - Алло, профессор, вы меня слышите?

- Так, ничего не говори, собирайтесь и приезжайте в агентство. Скрытно. Встретимся в твоей квартире, - сказал Вянь Вянь и отключился.

Тун убрал телефон от уха, посмотрел на него, как будто ожидая, что он сейчас зазвонит и убрал в карман. Ладно, они не будут спешить. Сначала Тхан поест, а потом они поедут домой...

Глава 33

Жизнь идет своим чередом

Три месяца назад

Все дни на пролет Дью пропадал в лаборатории. Кинг несколько раз пытался пробрать к нему, но система охраны и секретности не давали ему этого сделать. А ему очень надо поговорить с этим бесчувственным Тедди. Как-то Пхат назвал брата этим именем и Кингу очень понравилось, но вслух назвать Дью так он не решался.

С тех пор, как не стало Пхата, Дью начал отдалятся от Кинга, от чего Кинг чувствовал себя еще более брошенным. Ему понравился Дью с того самого момента, когда он, очнувшись в больнице и, открыв глаза, увидел его перед собой. Он был похож на Пхата, который нравился Кингу, но было в нем еще что-то такое, что заставляло сердце биться быстрее. Вскоре Кинг понял, что влюбился в этого Пи, но тот, хоть и ухаживал и присматривал за ним, все же относился к нему скорее всего как к Нонгу нежели как к возлюбленному. Все сдвинулось с мертвой точки и вселило в сердце Кинга надежду, когда Тун и Пхат поженились - впервые Дью проявил к нему чувства не как к младшему. Кинг был в ту ночь на седьмом небе от счастья.

К сожалению это счастье длилось недолго - Пхат пропал, а потом... Потом настали черные дни для всех. После похорон все очень изменились - Тун был сам не свой и все опасались за его душевное состояние. Он часто пропадал не известно где и как-то раз даже пытался уйти за любимым, но помогло то, что профессор вместе с Дью нашли способ вернуть ему желание жить. Так у Туна появилась надежда и желание жить, хотя бы ради их детей. Кинг правда так и не понял как это может быть, но он не стал лезть с расспросами.

Мин куда-то исчез, ни сказав ни слова и объявился спустя месяца три или четыре. Вернувшись, он весь с головой ушел в работу агентства.

Вечно веселый балагур Нок погрузился в себя и стал избегать общение, а Кай хотел сначала уволиться, так как считал себя виноватым, что не смог вовремя найти Пхата, но профессор не принял его отставку, а загрузил работой так, что тот и подумать об уходе не мог.

С Дью тоже было не все хорошо. Он очень изменился в поведении и все чаще напоминал Пхата, чем вызывал удивление у окружающих. А еще Дью стал выпивать. Частенько Кингу приходилось забирал того из какого-нибудь бара в невменяемом состоянии. И все бы ничего, но Дью стал прогонять от себя Кинга, игнорировать его. Все чаще он называл Кинга Нонгом, намекая на их разницу в возрасте. Никакие доводи со стороны Кинга не действовали на Дью. Он всячески давал понять, что та связь, что была между ними, это всего лишь мимолетная страсть и так продолжаться не может. Кинг терпел, понимая его - потерять единственного близкого человека очень тяжело. Но время шло, а Дью оставался непреклонен. Только иногда, забываясь в тревожном сне после очередной попойки, когда Кинг притаскивал его домой, найдя в очередном баре, он сквозь сон звал брата и его, Кинга. Тогда Кинг подсаживался к нему на кровать и Дью его обнимал во сне. Это вселяло хоть какую-то надежду на то, что может быть они с Дью будет вместе.

В очередной раз потерпев неудачу в попытке проникнуть в лабораторию, Кинг сидел на веранде и просто смотрел в даль на заходящее солнце. Все вокруг окрашивалось в золото и это немного давала умиротворение.

- Нонг, ты случаем не уснул?

Кинг чуть не подпрыгнул от неожиданности, когда услышал голос Дью. Он обернулся и увидел как тот ему улыбается. Кинг не спит? Дью ему действительно улыбается? От неожиданности Кинг растерялся - такой поворот в поведении Дью его обескуражил.

- Я не сплю, - осторожно начал Кинг, так, чтобы не спугнуть удачу, - Ты что-то хотел, Пи?

- А налей-ка ты мне кофе, что делал... - Дью задумался. А когда он в последний раз пил кофе, который ему делал Кинг.

- Я знаю, - Кинг засуетился и бегом направился за барную стойку, - Ты тогда сказал, что от этого кофе хочется улыбнуться.

- Да, он самый. Пхат еще стал подшучивать, что это не кофе заставляет меня улыбаться, а тот, кто его сварил... - Дью резко замолчал, поняв, что он только что сказал.

Кинг в это время молол кофе и почти не слушал, что говорил ему Дью, но последнюю фразу он расслышал четко. Сердце заколотилось как бешенное, пытаясь выпрыгнуть из груди, а на глаза навернулись предательские слезы - Дью помнит. Он все помнит...

Настроение у Дью было потрясающее - Пхат вернулся. Его любимый братишка жив. Хотелось петь и плясать от счастья, но надо держать себя в руках, ведь о том, что Пхат жив никто не должен знать, кроме посвященных. На душе было радостно и ей хотелось с кем-то поделиться и сам того не осознавая, Дью пришел к тому единственному, к которому его всегда тянуло.

Ему нравился этот мальчишка - он напоминает Пхата. И видно от части именно это заставило Дью отгородиться от Кинга, когда не стало брата. А теперь, когда брат вернулся, не попробовать ли снова поухаживать за этим парнем? Примет ли он его после всего? Скорее всего нет. Эта мысль разбивала Дью сердце. А что он хотел? Он сам оттолкнул от себя того единственного, с которым хотел быть...

Решив ничего не предпринимать, Дью принял из рук Кинга стакан с кофе и, улыбнувшись, поспешил удалиться, оставив Нонга с грустью смотреть себе в след.

Какой же он бесчувственный Тедди - думал Кинг, глядя как уходит Дью.

Настоящее время

От микроскопа Дью оторвал телефонный звонок. На дисплее высветилось имя профессора. Видно что-то срочно, раз звонит. Обычно он приходит в лабораторию сам. Отложив исследование крови Тхана, Дью ответил на звонок. Пару минут он молча слушал, что говорил профессор. По мере поступающей информации парень все больше и больше нервничал. Выслушав все, что сказал профессор и ответив коротким “да”, Дью нажал отбой на телефоне и стал торопливо собирать “тревожную сумку” - так Пхат называл его саквояж с лекарствами и необходимыми инструментами для оказания первой медицинской помощи в различных ситуациях. Через полчаса он уже был у квартиры Туна.

Открыв Дью дверь и пропустив его внутрь, профессор снова устроился в кресле, в котором сидел до этого. Туна с Тханом еще не было - при хорошем раскладе им от убежища до квартиры добираться примерно час, а еще время на сборы, так что пока они приедут, он с Дью кое что подготовят.

- Ты все принес, что я просил? - Вянь Вянь вопросительно посмотрел на Дью, который присел на диван, поставив саквояж рядом с собой.

- Все здесь, - похлопал рукой по “сумке спасения” Дью.

- Надеюсь, что это не понадобится, но надо быть готовым ко всему, - Вянь Вянь почесал подбородок.

- Профессор, а что случилось? Вы можете объяснить, а то по телефону я вас не совсем понял.

- Выводы делать рано, но судя по тому, что рассказал мне Тун, сознание Пхата освободилось если не полностью, то частично. Вот это нам и надо будет проверить. А потом уже делать выводы и принимать соответствующие меры.

- А как это можно выяснить?

- Мы с Туном сделаем так называемый круг забвения. Ну, метод такой медитации, - пояснил Вянь Вянь, заметив, что Дью не понимающе на него смотрит, - Подробней я тебе потом расскажу при случае. Мы создадим этот круг и поместим в него Тхана. В твою задачу входит следить за жизненными показателями как его, так и нашими и при необходимости принять меры. Какие, это уже на твое усмотрение - все зависит от того, что будет происходить. Но есть одно условие - делай и применяй что хочешь, если понадобится, только ни в коем случае не разрывай этот круг. Ты понял?

- В смысле? - в глазах Дью появился страх. Да как он поймет, что надо сделать, а что нет, чтобы не разорвать этот чертов круг?

- Другими словами - медитацию прерывать нельзя. Иначе мы все пострадаем. Да успокойся. Не надо так переживать. Все будет хорошо. Это только на крайней случай. В основном тебе надо следить за жизненными показателями Тхана. Понял?

- Да понял я... - в голосе Дью слышались нотки неуверенности.

Ну, ничего, подумал профессор, может и не случится ничего страшного. Он улыбнулся Дью, всем видом показывая ему, что волноваться не о чем. Но это мало успокаивало. Парень весь был на нервах. А вдруг он не справится или даже навредит? Что станет с его братьями? Возьми себя в руки, Дью, ты должен справится - вот так он себя уговаривал до самого приезда ребят.

Мин сидел у себя в кабинете и разбирал последние сводки с полей. Профессор поручил это именно ему в отсутствии Туна. Вот интересно, какое задание тот сейчас выполняет. Мин частенько задавался этим вопросом. Профессор умен и реально понимает, что может отвлечь того или иного человека от нелегких мыслей. Как бы ему, Мину, получить такое задание, чтобы перестать думать о ней? Для этого ему придется раскрыть свои чувства к Мэоу. Как отреагирует ее отец на такое известие? И что ему остается? Продолжать сидеть в кабинете и проводить анализ всех получаемых данных. А еще иногда посещать обрыв Пхата, чтобы хоть немного проветрить мозги.

Когда Пхат был еще жив, Мин попытался встречаться с официанткой, что работала у того в кафе, но у них так ничего и не вышло. Она потом уволилась, когда Мин отправился собирать сведения, связанные с похищением и смертью друга. Вернувшись, он даже не вспомнил о ней. Единственной отдушиной, которая у него появилась помимо поездки на обрыв, это встречи с Ноком за компьютерными играми - за ними, чтобы отвлечься, его друг проводил все свое свободное время.

Поначалу Нок всегда играл с Генри или с Каем, но встретившись однажды в игре с Мином, он создал с ним интересный альянс. Их парочка всегда работала четко и слаженно, понимая друг друга с полуслова и поэтому всегда побеждала. Они стали чаще проводить время вместе не только за играми. Сблизившись на фоне общей потери, они с удивлением нашли отдушину друг в друге. Проводимое вместе время давало им немного успокоения. Они подолгу могли просто сидеть и болтать. Вспоминать прошлое, в особенности Пхата. Нок смешно рассказывал, как он познакомился с ним и пытался выведать у того какие у него предпочтения. Из разговоров Мин понял, что Нок не знает, что Пхат изначально был девушкой. Вот и славно. Он тогда может свободно говорить о своей не состоявшейся любви, а не только о потери друга.

Узнав, что у Мина была любимая девушка с которой он расстался не по своей вине, Нок по началу не поверил - Мин никогда никому об этом не рассказывал, да и не был замечен ни с кем. Но от такого скрытного человека как Мин можно ожидать что угодно - он женился бы и детей родил, а они в агентстве даже и не знали бы.

Только профессор был бы в курсе, потому как ничто не ускользало от его внимания. Казалось, что он вездесущий. Он всегда знал кто и где в данный отрезок времени находится и чем занимается. Знал всех в агентстве по именам, их увлечения, членов семей. Всегда справлялся при встречи, например, о здоровье дяди, который недавно приболел и прочие нюансы. Нок его побаивался. Да и все наверно чувствовали себя также. Один Пхат его никогда не боялся и даже иногда позволял себе спорить с ним. Тун его всегда одергивал, когда тот в порыве начинал переходить границы. А профессор не ругался, а только задумчиво улыбался и ждал, когда Пхат остынет, чтобы продолжить конструктивный разговор.

В ожидании приезда Туна с Тханом, Вянь Вянь сидел в кресле и как всегда задумчиво почесывал свой подбородок. Он размышлял о том, что есть какая-то странность в случившемся - сознание Пхата освободилось, но не попыталось восстановить свои права. А может оно уже объединилось? Мэоу всегда была рискованной. Как бы чего не вышло.

Перекусив и собрав вещи, мы направились в агентство. Мне было и радостно и боязно одновременно. Радостно от того, что я наконец-то выйду отсюда, а боязно... Что меня ждет? Тун ничего не говорит, только - приедем на место, профессор все объяснит. Вот зануда. Усаживаясь в машину, я попросился на заднее сидение, сославшись на то, что хочу вздремнуть. Тун не возражал и я с удобством устроился на сидении и закрыл глаза. Ехать примерно час, так что можно и на самом деле немного поспать.

Ведя машину, Тун то и дело мысленно возвращался к недавнему разговору с Вянь Вянем. Неопределенность в объединении сознания настораживала, но уже не вызывала паники. Выводя очередной раз Тхана из обморочного состояния он сам того не замечая все прояснил для себя.

Тун взглянул в зеркало заднего вида на мирно спящего парня. С одной стороны ему не важно какая часть из сознания Пхата останется - Мэоу, Тхан или они все же смогут объединиться, важно лишь то, что его чертенок будет с ним, а воспоминания? Ну, что же, они создадут новые, общие и куда лучше прежних. Многое из того, что произошло хотелось бы забыть. А с другой... За эти несколько месяцев Тун настолько привык Тхану, что мысли о его потери сковывали его сердце.

Припарковав машину ближе к черному ходу, Тун повернулся к спящему и тихо позвал его:

- Просыпайся, соня, мы уже приехали.

Тхан не отреагировал, продолжая мирно спать. Что-то тревожно стало на душе Туна. Он вышел из машины и открыл заднюю дверь. Протянув руку, он потрепал Тхана за плечо, но никакой реакции не последовало - парень либо так крепко спал, либо... снова в отключки. Тун достал телефон и набрал профессора:

- Папа, мы здесь, но он без сознания... - быстро сказал он и нажал отбой. Не стоит терять ни минуты.

Аккуратно подхватив Тхана на руки, Тун быстрым шагом направился в черному выходу, что вел прямо к его квартире. В свое время Пхат предложил его сделать для незаметного исчезновения из здания.

Устроившись на заднем сидении, я прикрыл глаза и собрался притвориться, что сплю, но похоже, что я на самом деле уснул или...

- Привет, - голос с небольшой хрипотцой окликнул меня.

Я открыл глаза и от неожиданности вздрогнул. Я был окутан каким-то облаком серебристо-лилового цвета. Ощущение было, что я парю в нем. Рядом со мной сидела или стояла девушка с очень красивой улыбкой. Она хитро прищурилась и подмигнула мне. Я опешил. Это где это я на сей раз?

- Все там же, в подсознании, - ответила девушка на мой мысленный вопрос. Вот жеж... Я и забыл, что она мысли мои читает. И тут я отчетливо услышал у себя в голове, - Ты тоже можешь читать мои мысли...

- Привет, - смущенно сказал я, - А почему я теперь тебя вижу? Ты же сказала, что ты это я и без зеркала не возможно...

- Я сделала так, что теперь можешь, - просто сказала она, перебив меня, - Ну что, поговорим?

- Да. У меня много вопросов после нашего прошлого разговора.

- Спрашивай, не стесняйся.

Кинг был в расстроенных чувствах и от этого не находил себе места. Он видел, как Дью поднялся в квартиру к Туну и даже не заметил Нонга. Значит тот вернулся с задания и они снова начнут пить. Надо положить этому конец. Так не может больше продолжаться. Ему тоже не хватает Пи’Пхата. Для Кинга он был больше, чем близкий человек. Он его спаситель и благодетель. Нонг так и не успел отблагодарить того за все, что он для него сделал и это тяжелым грузом теперь лежало у него на сердце, но он не пытается при этом забыться в хмельном угаре. А эти двое разрушают себя и свою жизнь.

Доделав побыстрее все дела в кафе и отпросившись пораньше, Кинг полный решимости направился в квартиру Туна.

Глава 34

Теперь все яснее ясного

- Вот ты рассказывала в прошлый раз о себе. Я не все понимаю. Про потоки и ци мне Тун пытался донести, но сколько бы мы с ним не пробовали, у меня не получалось даже вызвать свою ци. Вообще никак и мы прекратили это делать. Может быть, если бы я хоть немного умел это делать мне было бы все понятно, а так... - я замолчал, обдумывая свои же слова, - Ты сказала, что твоя ци разрушена и Тун поделился с тобой своей. Получается, что ты больше Тун, чем я.

- Нет, это не так работает. Профессор нам объяснил, что поделиться частью ци могут только особенные друг для друга люди - те, что связаны нитью судьбы.

Я недоверчиво посмотрел на нее. Значит они с Туном связаны между собой, а как же я?

- Я все равно не могу понять. Ну, ладно, вы связаны. Он дает тебе свою энергию вместо твоей, значит в тебе его ци и как же ты не он?

- Другие потоки, другое сознание, все другое и ци преобразуется - это если вкратце. Более подробно рассказывать сейчас нет времени. У меня его осталось слишком мало.

- Хорошо, не будем об этом. Как-нибудь потом. В прошлый раз ты сказала, что расскажешь мне обо мне - на это у тебя время есть?

- Все, что я уже рассказала, это уже о тебе. Ты все запомнил?

- Ну не вот прям все до словно, но в общих чертах.

- А теперь, пожалуйста, сосредоточься и внимательно слушай. Все, что ты сейчас услышишь касается тебя и меня. Ты должен будешь это рассказать профессору и Туну как можно подробно, не упустив ни одной детали. Я могу на тебя рассчитывать?

Она задала этот вопрос так естественно, что как будто мы с ней давнишние друзья и по гроб жизни друг другу обязаны. Впрочем, как я понял, это все будет касаться непосредственно Туна, а значит я должен запомнить все до мельчайшей подробности. Почесав переносицу, я утвердительно кивнул и приготовился слушать.

По моим ощущение Мэоу вела свое повествование очень долго, но я не особо замечал время. Я весь превратился в слух. С каждым ее словом до меня доходило все больше и больше понимание ситуации. Теперь стало понятно, почему она утверждает, что мы, это одно целое. Забавно. Каких только чудес на свете не бывает и вот это одно их них.

- А теперь самое важное. Запоминай как можешь точнее. От этого зависит твоя и моя жизнь. Если бы можно было бы записать, но...

- Почему нет? - перебил я ее, - Почему нельзя записать? Можно. Не даром есть поговорка - записать на корочку. Давай попробуем, - она с изумлением посмотрела на меня и о чем-то задумалась.

Ну вот, я наверное, сморозил чушь и она обиделась. Я с опаской посмотрел на нее. Она сидела или если быть точнее - парила с закрытыми глазами и была на чем-то сосредоточена. Так, не буду ей мешать. Я решил немного понежиться в этом странном облаке, пока мое женское я - а как мне ее еще назвать, если она утверждает, что мы одно целое - о чем-то думает.

Мэоу видно что-то придумала, так как ее лицо просветлилось и она с воодушевлением повернулась ко мне:

- Точно, мы так и поступим. Ты когда будешь все пересказывать Вянь Вяню и дойдешь до этого места, попроси его ввести тебя в гипноз и тогда ты под гипнозом расскажешь все, что мы сейчас запишем на корочку.

Она была такая радостная, а мне почему-то стало страшно. Но я старался ни о чем не думать, чтобы она не прочитала мои мысли.

- Ты устройся поудобней, закрой глаза и просто внимательно слушай меня, а я буду рассказывать.

Я последовал ее совету и просто расслабился. Пусть делает что хочет. Не убьёт же она меня. Мэоу не заставила меня долго ждать. Она повела свое повествование мирным, спокойным голосом так вкрадчиво, что мне действительно показалось, что ее слова как будто записываются.

То, что я услышал по началу меня повергло в какой-то ступор. Но отойдя от первого впечатления, я полностью сосредоточился на ее словах, с которыми приходила понимание всего происходящего. Ранее разрозненная мозаика из ее рассказа стала объединятся в единое целое. Картинка складывалась словно пазл. К концу ее рассказа я знал о себе все.

Я еще парил какое-то время в облаке с закрытыми глазами укладывая у себя в голове всю информацию. Затем я открыл их и посмотрел на Мэоу. Я старался запомнить ее облик до мельчайших подробностей. Ведь она может больше не появиться. Или наоборот - я растворюсь, как весеннее облачко. Не было меня никогда и не будет...

- Ты что такое говоришь? - Мэоу прям зашипела на меня, - Ты есть, был и будешь всегда. Не важно, что твои воспоминания начинаются с больничной палаты. Ты все вспомнишь, а если нет, то будешь считать ими все то, что я тебе рассказала.

- А почему мы не может просто объединиться?

- Я хоть и вспомнила, что мне рассказывал профессор о разделении и пока находилась в закрытом уровне все досконально проанализировала и сделала необходимые выводы, я не смогу нас объединить. Я - ментальное сознание и у меня нет тех сил и возможностей, что, например, у Туна или Вянь Вяня. И связаться я с ними именно из-за этого не могу. Поэтому сейчас вся надежда на тебя - ты должен все передать им и они уже смогут все сделать правильно. Мы снова станем единым целым.

- То есть я стану Пхатом?

- Ты и есть Пхат. Просто убрав твою память, тебе внушили, что ты Тхан - сын Ли Бао. Неужели ты так ничего и не понял из того, что я говорила? - в ее голосе было слышно отчаянье.

- Все я понял. Просто... Привык я уже к этому имени.

- Слушай, сходи к монахам, - Мэоу пристально на меня посмотрела, - Может нам стоит поменять имя, а то что-то у нас одни проблемы в жизни.

- Давай сначала восстановимся, а потом решим? - предложил я. Она молча кивнула в ответ.

- На этом мы закончим, - сказала она, чуть погодя, - Я рассказала все, что помнила или знала. Теперь дело за профессором. Наш папа гениальный ученый и он обязательно все сделает так, как надо.

- Мы больше не увидимся?

- Ты в своем уме?

Да, действительно, что это я? Но она такая реальная, что я невольно забылся кто и что мы с ней.

- Тебе пора очнуться. Я уже устала нас удерживать. У меня почему-то с каждым разом сил все меньше и меньше. Скорее всего она растворяется в потоках или еще что. Но это уже не важно. Ну, Тхан так Тхан, я не против. Красивое между прочим имя, - она улыбнулась, - Можем остаться Тханом, я не против. А можем назвать так сына, когда тот родиться.

- В каком смысле родиться? - я посмотрел на нее округлившимися глазами. Она точно сумасшедшая.

- Да нормальная я. Есть вероятность того, что у нас может быть ребенок. Я же была женщиной... Когда-то... Короче, Дью нашел в моих анализах яйцеклетку, а раз так, то мы можем попробовать сделать ребенка. Да не смотри ты так на меня. Все это возможно... ну, теоретически, - она замолчала, потом как бы спохватившись, продолжила, - Вот только я прошу тебя, Туну не говори об этом. Я просила Дью держать это в тайне. Не думаю, что он проговориться.

Я слушал ее и кивал в ответ ничего не думаю. Я потом поразмыслю, без ее присутствия.

- Ладно, мы с именами потом решим, а сейчас открывай глаза.

Так я и так с открытыми глазами. Подумал я и... открыл глаза. Оглядевшись, я не сразу понял, что Тун прячется в каком-то толи коридоре, толи в каком-то проходе вместе со мною на руках. Я потянулся и поцеловал его в щеку. От неожиданности он вздрогнул и сильнее прижал меня к себе. Он мимикой показал, чтобы я вел себя тихо. Я кивнул. Интересно, что происходит?

Немного ранее

Придя в квартиру, Тун положил Тхана на диван и устроился с ним рядом в асану для медитации. Вянь Вянь остановил его.

- Подожди немного. Почему-то мне кажется, что в данный момент ему ничего не угрожает. Скорее всего он снова общается сам с собой, - сказал он и улыбнулся. Тун только кивнул ему в ответ.

Дью недоверчиво переводил взгляд с брата на профессора и обратно. О чем они таком говорят? Он подошел к дивану и присел на корточки, взяв Тхана за руку. Проверил пульс. Он был сильным и ровным. Это хорошо.

- Тун, - тихо позвал Дью, - Что с Тханом?

- Он в глубокой медитации, - ответил Тун.

- Хм... А похоже, что спит, - сказал Дью.

Вот когда все это закончится, подумал он, то надо будет обязательно попросить брата научить его всем этим премудростям с потоками и медитацией.

Они просидели молча в ожидании когда очнется Тхан минут тридцать, когда в дверь раздался стук. Все переглянулись.

- Профессор, вы кого-то звали? - спросил настороженно Тун. Тот отрицательно замотал головой, - Может нам с Тханом пока спрятаться, а Дью выяснит кто так неожиданно нагрянул?

- Где вы спрячетесь?

- Вот там, за ширмой, есть ниша, там и спрячемся, - ответил Тун.

Профессор посмотрел в сторону, куда пошел Тун с Тханом на руках. Похоже, что идея с ширмой в его старом кабинете понравилась Пхату и он решил сделать здесь такую же? Вот хитрец.

Дью подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял Кинг и смотрел на него исподлобья. Вот только этого им не хватало.

- Тебе чего, Нонг?

- Пусти, Пи. Я не дам вас с Пи’Туном портить себе жизнь. Пусти, - и он попытался войти, а Дью сдерживал его дверью.

- Ты ошибаешься. Здесь нет Туна.

- Пусти я проверю, - не унимался Кинг, пытаясь войти.

Дью не ожидал, что Нонг такой сильный, хоть и маленький на вид.

Стоило нам только скрыться, как оборона Дью пала. Кинг прорвался в квартиру и остановился, как вкопанный, увидев в кресле профессора.

- Потрудитесь объясниться, молодой человек, - Вянь Вянь насупил брови и весь его вид принял угрожающий облик.

- Я... это... ну, как же... - начал мямлить Кинг и тут же сдал братьев с потрохами, - я думал они снова напиваются, - выпалил он.

- Вот как, - профессор посмотрел на Дью.

Бедный Дью не знал куда себя деть. Ну, Кинг, ты у меня попляшешь - подумал он.

- Профессор, вы же знаете, что Тун на задании, а я целыми днями в лаборатории, вот когда нам встречаться и выпивать? Я не знаю чего это Нонг себе напридумывал, но я...

- Дью, я в курсе всех ваших проделок, - перебил его профессор, - И кстати, Нонг Кинг, - он пристально посмотрел на парня, - Почему ты так печешься о них? Что с того, что они выпьют по стаканчику?

Кинг поначалу съежился под взглядом профессора, но тут у него что-то перемкнуло и он выпалил:

- Да потому что мне не безразличен этот бесчувственный Тедди, а он вообще ни на что внимание не обращает, а только печется о своем горе. Между прочим мне тоже больно и у меня тоже горе, он... - у Кинга навернулись слезы и он от бессилия опустился прямо на пол и заревел во весь голос, совершенно не обращая внимания на присутствующих, не в силах больше скрывать своих чувств.

Вянь Вянь и Дью переглянулись. Никто из них не ожидал, что вечно улыбающийся Нонг глубоко в душе так страдает.

Реальное время

Мы с Туном с нескрываемым интересом наблюдали из своего укрытия за всем происходящим. Когда Кинг произнес фразу “бесчувственный Тедди”, я вспомнил, как Мэоу ее упоминала. Интересно. Это первое подтверждение ее слов.

Я похлопал тихонько Туна по плечу. Он внимательно посмотрел на меня. Я жестом показал ему, чтобы он меня отпустил на пол. А он сильнее прижал меня к себе. Я нахмурился и надул губы. Подействовало и Тун аккуратно поставил меня на ноги. Я слегка потянулся и обвил его шею руками. Он заулыбался. Милый такой. Как его Мэоу называла? Булка? А действительно, есть в нем что-то от хлебобулочных изделий. Он такой мягкий внутри, покрытый жесткой корочкой. Интересно, а как он отреагирует, когда я назову его так? Потом проверю, а сейчас у меня дела поважнее - надо проверить еще кое-что. И я повернулся в ту сторону, где по моему мнению должна была быть дверь в общую квартиру. Так и есть. Вот она. Под удивленный взгляд Туна, не говоря ни слова, я приложил палец к кодовому замку. Раздался щелчок почти одновременно с изумленным вздохом Туна и я открыл дверь. Вот и еще одно подтверждение ее слов.

Я прошел в квартиру и огляделся. Тун остался стоять в дверях, на столько он был шокирован моими действиями. Я не стал его дергать, а просто осматривал квартиру. Вся мебель была укрыта чехлами. Было видно, что здесь давно никого не было. Хотя нет, вон следы недавнего посещения. Кто это мог быть? Ну, из того, что я теперь знаю, о квартире ни Тун ни Пхат никому не рассказывали. Значит Тун заходил. Его право.

Подойдя к окну, где стоял комод, я обернулся на дверь. Тун все так же продолжал стоять в нерешительности. Что-то его ступор затянулся. Ладно, не будем торопиться. Я повернулся обратно к комоду. На нем стояли фотографии в рамочках. Я взял в руки одну из них. С нее улыбаясь на меня смотрел... я.

Вместе с фотографией я направился в ванну - насколько помню из рассказа, там должно быть большое зеркало. Да, так оно и есть. Я встал передним и стал сличать себя с фото. Ну, волосы и прическу мы в расчет брать не будем. Я сейчас коротко стрижен, а на фото длинны хватает, чтобы забрать на затылке хвост, но виски при этом сбриты. Мне нравится. Надо будет отрастить так же. Дальше лицо. Мне сказали, что пришлось делать пластику из-за аварии, но что-то я особых отличий не вижу. Хотя... Нос и скулы чуть подправлены, но не настолько, чтобы сразу было заметно. Можно сказать, что с лицом просто провели небольшую манипуляцию, чтобы я стал выглядеть моложе. И зачем же? Пхату двадцать шесть. Тхану двадцать три. Три года разницы не так заметно. А может... Какая-то мысль промелькнула у меня в голове, но я не успел ее поймать. Надо будет подумать над этим, раз что-то меня встревожило. Должна быть какая-то логика в этой операции.

Сзади послышался шорох. Я обернулся и встретился глазами с Туном. Он все так же удивленно смотрел на меня. Я улыбнулся.

- Пхат? - спросил тихо Тун. Я покачал отрицательно головой.

- Пока нет.

- А как же... - он замолчал, продолжая меня рассматривать.

- Ты хочешь спросить - вспомнил ли я что-го? Нет, не вспомнил. Мне просто рассказали кто я и что меня может ждать в дальнейшем, - по лицу Туна пробежала тень недоверия, - Пойдем присядем и я постараюсь объяснить.

Мы вышли из ванны и устроились на огромном диване, предварительно сняв с него покрывало. Было немного пыльно, но терпимо. Да, уборки предстоит много. Может вызвать клининговую компанию? Да о чем это я? Квартира-то секретная, вот дурында. Сам уберу и Туна заставлю - подумал я и улыбнулся, вспомнив как иногда заканчивались наши совместные уборки в логове.

Собравшись с мыслями, я поведал Туну о встречи с Мэоу и все то, что узнал от нее. Он сидел молча, не перебивая, только изредка при упоминании о некоторых моментах то сжимал, то разжимал кулаки. Я не стал подробного говорить о тех вещах, что Мэоу просила передать профессору, только то, что касалось нас с Туном. После того как я замолчал, он все так же молча обнял меня и по его щекам потекли слезы. Вот не пойму - он рад или расстроен? Но судя по тому как он все крепче и крепче прижимает меня к себе, все же рад. И я тоже. Мне многое стало понятно. Ну что же, подождем и посмотрим как пройдет объединение, а там уже будем плакать или смеяться. А еще ребенок...

Глава 35

Сложное решение

Дью присел рядом с Кингом прямо на пол и попытался его утешить. Он успокаивающе стал похлопывать того по плечу, говоря что-то типа - успокойся, брат, все хорошо. Но Нонг отбросил его руку и всем корпусом повернулся в его сторону:

- Что это ты такой добренький? Когда это тебе стало до меня дело? - всхлипывая, он стал допытываться.

- Ну перестань. Не удобно же, - Дью одними глазами показал на профессора.

- А мне теперь все равно, - Кинг похоже и собирался успокаиваться, - Пусть профессор знает. Пусть все знают, мне скрывать нечего. И не надо хватать меня за руки, - он стал отбрыкиваться от Дью, который не оставлял свои попытки успокоить парня.

-  Нонг Кинг, ты можешь взять себя в руки, - Дью почти шипел на него, стараясь говорить тише.

Как врач он видел, что у парня постепенно начинает нарастать истерика и если он его сейчас не остановит, то без успокоительного будет не обойтись. Дью посмотрел на Вянь Вяня, как бы ища поддержки. Старик усмехнулся. Тун ему как-то говорил, что между этими двумя все очень сложно. Ну что же, вот пусть они теперь сами все выяснят. Он не будет им мешать, а лучше пойдет проверит как там Тхан. С этими мыслями он встал с кресла, подмигнул Дью, типа решай все сам и, сделав вид, что у него затекли ноги и он решил их размять, стал неспеша прохаживаться по комнате, постепенно приближаясь к нише. Парни так увлеклись выяснением своих отношений, что перестали обращать на него внимание.

Вянь Вянь заглянул за ширму. Там никого не оказалось. Скорее всего Тун отнес Тхана во вторую квартиру - то, что есть проход между квартирами Вянь Вянь знал. Хорошо, пусть пока побудут там. Он им позвонит, когда эти двое угомонятся - решил он и вернулся назад в комнату. Подошел к барной стойки и налил в стакан воды. Вернувшись к креслу, он протянул воду Дью.

- Напои его. У него уже подбородок трясется, - спокойно сказал Вянь Вянь, отдавая стакан.

Дью обхватил Кинга за плечи, чтобы тот не вырвался и стал его поить водой почти насильно. Нонг сначала пытался сопротивляться, но потом оставил эту затею, выпил немного воды и уткнулся лицом Дью в грудь. Так они и сидели на полу. Продолжая обнимать Кинга и поглаживать его успокаивающе по спине, Дью мысленно винил себя за свои опрометчивые действия. Он все это время старался не впускать в свое сердце этого парня, но сам не заметил, как тот уже давно там обосновался и его сложно оттуда выгнать. Да и хочет ли он его прогонять? С тех пор, как выяснилось, что брат жив, Дью стало легче дышать и он почувствовал вкус к жизни. А со вкусом пришло и осознание того, что он сделал в отношении Нонга.

Профессор, сидя в кресле, наблюдал за ними. Вот молодёжь нынче пошла, сама не знает чего хочет. Эх... Он достал телефон и хотел было набрать номер, но передумал и вместо звонка отправил Туну сообщение.

Сигнал входящей смс окончательно вывел Туна из ступора. Он выпустил меня из своих объятий, украдкой вытер слезы и достал телефон. Прочитав сообщение, он набрал номер профессора.

- Да, мы в квартире Пхата и у нас все в порядке. Тхан очнулся и сейчас сидит рядом со мной и он... - Тун замялся, - Лучше он сам вам все расскажет, - Выслушав, что сказал ему профессор, Тун нажал отбой и повернулся ко мне, - Нам надо бы перейти в другую квартиру. Не стоит никому знать об этой, даже папе.

Я с интересом посмотрел на него - он впервые при мне назвал Вянь Вяня папой. Звучит хоть и странно, но как-то по домашнему. На душе стало тепло. Не говоря ни слова, я встал с дивана и направился к выходу. Тун поспешил за мной.

Ему было так хорошо, вот так вот сидеть и обнимать любимого человека, уткнувшись тому в грудь - хорошо бы время остановилось. Он уже успокоился, но не хотел этого показывать, чтобы продлить столь счастливый для него момент.

У профессора зазвонил телефон. Он ответил на звонок и куда-то засобирался.

- Мне надо решить кое-какие дела, а вы, - он посмотрел строга сначала на Нонга, затем на Дью, - Давайте решите наконец свои разногласия и придите уже к какому-нибудь решению. Лично я приму любое, лишь бы вы были счастливы.

- Хорошо, профессор, мы постараемся - ответил Дью, улыбаясь. Ему почему-то было сейчас так хорошо, что хотелось и плакать и смеяться одновременно.

Вянь Вянь еще раз обвел их взглядом и пошел на выход из квартиры - ну не пойдет же он при всех через нишу. Зачем ее тогда прятали?

Подойдя к квартире Пхата, он нажал на дверной звонок.

- Профессор, - сзади раздался голос, - А что вас привело сюда? - Вянь Вянь обернулся и встретился лицом к лицу с Мином.

А сам-то он что здесь делает - хотел задать вопрос профессор, но не успел. Дверь открылась и на пороге появился Тун. Увидев Мина, он удивленно посмотрел на Вянь Вяня.

- Что-то случилось? - Тун старался выиграть время, чтобы Тхан успел спрятаться, как они и договорились, если что-то пойдет не так.

- Тун? - Мин был не менее удивлен, чем его друг, - Ты давно вернулся?

- Сегодня. Вот отец как раз пришел за отчетом, хотя я мог принести его сам, - он говорил, а сам прислушивался - успел ли Тхан спрятаться?

- Мне не терпелось тебя увидеть, - сказал профессор, - Я был у тебя в квартире, но там... Хм, вселенский потоп, - он усмехнулся.

- Что, трубу прорвало? Надо вызвать мастеров, - Мин засуетился, но был остановлен Вянь Вянем.

- Я не в этом смысле про потоп. Там, как бы это сказать, - он на секунду задумался, - Выяснение отношений происходит.

Мин не понимающе посмотрел на профессора, перевел взгляд на Туна.

- Ничего не понимаю, но может нужна какая помощь?

- Сами разберутся, - ответил Тун, - Так ты будешь заходить, раз пришел?

Как-то странно, подумал Мин, они с Туном не виделись почти четыре месяца и обычно встречи в таких случаях проходили бурно, а тут было ощущение, что Мину не рады. Тун скорее почувствовал, чем догадался, что что-то не так. Из этой ситуации надо как-то выкручиваться. Он потер лоб и посмотрел на профессора. Тот не заставил себя ждать.

- Кстати, сынок, я принес тебе лекарство. Тебе бы принять его побыстрее и прилечь. Выглядишь ты и правда не очень и на ногах еле стоишь, - он говорил так убедительно, что Туну даже почудилось, что он действительно себя плохо чувствует.

- Да не стоило вам утруждаться, я бы сам пришел, - сказал он и сделал вид, что у него закружилась голова. Мин тут же подскочил к другу и поддержал его за плечи.

- Ну ты посмотри на него, Мин. Ну-ка, помоги мне его ко мне отвести, - тут профессор замолчал, о чем-то задумавшись, - Давай-ка лучше в его квартиру. Так и врач как раз есть, - сказал он и подхватил Туна с другой стороны.

- Какой врач? - Мин не понимающе посмотрел на профессора.

- Ко мне Дью как раз заглянул, а за ним Кинг увязался. Так они разборки устроили. Вот мне и пришлось сюда пойти и спрятаться от их шума, - пояснил Тун.

- Когда же они уже перестанут выносить всем мозг? Вот любят же друг друга, а все никак признаться не могут, - Мин покачал головой. Они как раз сегодня с Ноком обсуждали эту тему и Нок даже предлагал какой-то план. Надо будет над ним подумать.

Когда профессор вышел из квартиры, Дью собравшись в духом решил поговорить с Нонгом и наконец все прояснить. Он взял парня за подбородок и, повернув его лицо к себе, заглянул прямо в глаза. Этого было достаточно, чтобы забыть обо всем на свете. Дью просто утонул в этом зеркально чистом омуте глаз, в которых он увидел свое отражение. Они были переполнены слезами. Еще чуть-чуть и... Вот она, последняя слеза, которая перекатилась через край века и медленно потекла по щеке. Дью не мок оторвать от нее своего взгляда. Ему казалось, что она настолько горькая и жгучая, что у него от этого сжалось сердце. Он еще раз взглянул в глаза Кинга. Они источали и любовь и боль одновременно. Дью не в силах был больше себя сдерживаться. Еще секунда и их губы слились в поцелуи. Все вокруг замерло и мир заиграл другими красками.

Когда губы Дью коснулись его губ, у него словно душа запела и в груди запорхали бабочки. Он уже отчаялся в своих попытках завоевать сердце этого бесчувственного Тедди. Даже пошел на такой отчаянный шаг, как признаться в присутствии профессора. И вот сейчас тот, кто занимает все его мысли, душу, сердце целует с такой теплотой и нежностью, что Кингу снова захотелось плакать. Но он взял себя в руки и полностью отдался чувствам, что переполняли сердце в данный момент. Он обхватил Дью руками за шею и голову и сильнее прижался к нему. Ему захотелось ощутить его тепло всем своим телом. Никакой он не бесчувственный, он просто Тедди. Его милый плюшевый мишка. Как он нежно, будто боится спугнуть, но одновременно и страстно целует его. Так целовать безразличный человек не может. А значит он теперь только его, Кинга и он никому не позволит отнять его.

В это время послышался звук отпираемого замка и они оба резко отпрянули друг от друга.

Тун в сопровождении профессора и Мина, зашел к себе в квартиру. Его брат и Нонг все так же сидели на полу, но отвернувшись друг от друга и по их виду можно было подумать, что что-то произошло между ними, но их неожиданно прервали. Тун усмехнулся - похоже, что Дью все же сдался этому мелкому. Вот и славно. Одной головной болью будет меньше, если только они снова не надумают разбежаться. Ну, за Кинга он ручается, тот не сбежит, даже если прогонять будут, а вот брат с его переменчивым настроением... Скорей бы вернулся Пхат - он всегда находил подходы к своему близнецу.

Внезапно Тун остановился. Все с удивлением посмотрели на него. От тех мыслей, что сейчас кружились в его голове ему и на самом деле стало не хорошо. Когда вернется Пхат, что станет с Тханом? Сердце почему-то защемило, а сам Тун побледнел.

Профессор, заметив перемену в Туне, прикоснулся к его спине между лопаток и быстро просканировал ци. Все в порядке, если не считать небольшого смятения, но такое состояние потоков у Туна с тех пор, как он потерял Пхата. Сейчас же вроде должно все налаживаться - подумал Вянь Вянь. Странно это. Надо бы провести полное сканирование и по возможности в капсуле. Решим это попозже, а пока надо как-то избавиться от непрошенных гостей.

Мин помог устроится Туну на диване и повернулся к парочке, сидящей на полу.

- А вы что здесь устроили? - в его голосе слышались нотки металла, что не предвещало ничего хорошего, Пи’Дью, займись братом, а ты, Кинг, пошли со мной.

Сделав вид, что не принимает возражений, Мин направился в выходу. Нонг нехотя встал и пошел было за ним, но Дью перехватил его за руку.

- Куда это ты собрался? Сиди пока здесь, - Дью сказал это с таким нажимом, что лучше было подчиниться, чем ослушаться и Кинг ничего не нашел лучшего, как сесть обратно на пол, - Мин, ты зачем на него наезжаешь? Какое тебе дело до мелкого? - что-то на Дью это было совсем не похоже. Он в прямом смысле слова загородил собой Нонга, - Никуда он с тобой не пойдет. Он останется здесь, со мной и я решу, куда и когда ему уходить.

Сидящий на полу Кинг, поймал на лету руку Дью и стал по ней успокаивающе гладить. Это возымело моментальное действие - Дью повернулся к нему и улыбнулся так, как мог улыбаться только он. Ну еще так же когда-то улыбался Пхат.

- Ты чего? Испугался? - Дью потрепал Нонга по голове. Тот снова поймал его ругу и прижался к ней щекой.

Тун с улыбкой наблюдал на их действиями. Профессор, почесав подбородок, подвинул к себе поближе сервировочный столик с чайными принадлежностями. А Мин так и остался стоять ничего не понимая.

- Мин, - позвал его Тун, - Присядь, - он похлопал рядом с собой по дивану.

Немного подумав, Мин принял приглашение.

- Ты как? - сочувственно спросил он друга.

- Да нормально вроде. Просто немного устал.

- Дай проверю температуру, а то от этого доктора, - слово “доктор” Мин специально произнес громко, - Еще не скоро помощи дождешься.

- Да оставь их. Разве ты не видишь, что они наконец-то расставили все точки над “и”?

- Вижу конечно, но зачем это надо было делать здесь, да еще тебя напрягать, когда ты еле на ногах стоишь?

- Не преувеличивай. Не на столько мне плохо, - отмахнулся от него Тун. Шутки шутками, но беспокойство о Тхане стало нарастать. Как он там? Надо бы все же как-то проводить Мина и Кинга. Тут неожиданно помог профессор:

- Дью, проводи Туна в спальню и займись им, а я пока тут пообщаюсь.

Дью кивнул ответ, улыбнулся Кингу и шепнул тому что-то на ухо, от чего Нонг радостно вскочил и побежал на выход под удивленные взгляды. Тун встал с дивана, кивнул Мину и направился в спальню.

Когда братья скрылись за дверью, профессор повернулся к Мину:

- Мин, мне нужно, чтобы ты кое-что сделал. Необходимо до мельчайших подробностей выяснить где сейчас Ли Бао с сыном. Я знаю, что за ними ведется постоянная слежка, но что-то мне кажется, что там не все в порядке. Его сына не видно уже несколько месяцев. Займитесь этим с Ноком.

Мин, как и всегда внимательно выслушал профессора, встал и вежливо поклонившись с вай, молча вышел из квартиры. Он и сам хотел разобраться в этом вопросе, но все как-то было не с руки, а тут профессор поручает этим заняться. Значит все остальные дела подождут. Мин достал телефон и набрал номер Нока:

- Привет. Есть задание. Ок, сейчас буду, - и он направился к лифтам.

Дождавшись, когда в коридоре стихнут шаги, профессор сказал:

- Выходите. Тун, проверь Тхана.

А Туна и не надо было просить или заставлять. Он уже быстрым шагом направлялся к нише. Его насторожила тишина в квартире. Тун принялся искать Тхана и нашел того мирно спящего на диване. Присев с ним рядом, Тун только сейчас почувствовал облегчение. Вот он, его чертенок, тихо мирно спит. Так не хочется его будить, но надо - их Вянь Вянь ждет.

Тун наклонился и нежно поцеловал меня в лоб. Я обвил его шею руками.

- Ты не спишь?

- Уже нет, - я улыбнулся ему, - Ну, все там вопросы решили?

- Более или менее. Пойдем, нас Вянь Вянь ждет.

- А почему ты его постоянно по имени или просто профессор зовешь, а не папа?

Тун удивленно уставился на меня. Откуда?... Ах, да, Мэоу рассказала. Хоть в это и вериться с трудом, но будем считать так - подумал Тун и улыбнулся.

- Я немного не привык к этому, да и ты сам его по имени называешь... - стоп, что он сказал? Он сейчас говорит с Тханом как с Пхатом? Голова снова закружилась.

- С тобой все в порядке, - я видел, как он побледнел. Что это с ним. Как-то мне тревожно.

- Все нормально. Пойдем, - он встал и потянул меня за руку. Ладно пойдем. Я не буду сейчас допытываться, но вот останемся одни... - Даже и не думай, - прервал мои мысли Тун. Блин, он точно читает мысли, - Нет, не читаю. У тебя на лице все написано, - он усмехнулся и притянул меня к себе, - Вот, это авансом, - сказал он и поцеловал меня в губы. Затем развернулся и потянул меня на выход. И это все? Ну, ладно. Еще не вечер...

Мы наверное уже часа два сидели и разговаривали. Сначала я рассказал все, что мне передала Мэоу. Затем Тун ввел меня в гипноз и я рассказал все, что она записала мне на корочку. Когда я вышел из транса меня удивило выражение лиц присутствующих. Что-то она им там понарассказывала, что они такие смурные. Я хотел было спросить Туна, но он только жестом показал мол потом. Потом, так потом. Я пожал плечами.

Профессор сидел задумавшись. Почесав подбородок, он стал задавать мне вопросы и я старался отвечать на них прямо, как мне говорила Мэоу. Часа через три, профессор неожиданно встал с кресло и со словами “вам надо поесть, закажите себе что-нибудь” вышел из квартиры. Мы переглянулись.

- Мне может кто-нибудь объяснить что вы такое услышали, что ваши настроения сошли на нет? - стал я допытываться до братьев. Он они только отмахивались. Дью возился у себя в чемоданчики, а Тун достал телефон и стал заказывать нам еды.

Только сейчас я понял как хочу есть. Мама родная, хоть я тебя и не помню, я слона готов сожрать, какой я голодный.

Еду принесли довольно быстро и мы расположились за столиком и приступили к ее уничтожению. Не успели мы съесть и половину, как у Туна зазвонил телефон. Он достал его и, быстро встав, отошел к окну, чтобы ответить.

Это звонил Вянь Вянь.

- Я все еще раз тщательно проверил, - сказал он, - Она действительно могла сделать это. Вот ведь неугомонная девчонка. Как она только додумалась?

- И что нам делать, отец?

- Тебе решать, моль мальчик. Здесь я тебе не советчик. Она ясно дала понять, что все будет зависеть от твоего решения. У нас два выхода. Первый сделать так, как мы и планировали, но тогда никто из нас не сможет предугадать последствия этих действий. Второй - сделать так, как сказала Мэоу. По моим расчетам это может получиться и обойдется наименьшими потерями...

- Вы считаете, что потерять личность дочери, это наименьшая потеря? - комок в горле не давал Туну нормально говорить.

- Это невосполнимая потеря, но... - профессор замолчал, - Сынок, я знаю, что ты сейчас думаешь, но выбор надо сделать и как можно скорее. Осталось не так много времени до распада ци.

- Я... Я не могу...

- К сожалению только ты можешь принять решение о том, что нам делать. Это ее последняя просьба, если так можно сказать. Думай. У нас всего неделя осталась, если не меньше.

- Хорошо, - еле слышно ответил Тун и нажал отбой.

Он еще долго стоял у окна, смотря куда-то в даль. Как же она жестока к нему. Ну как он может решить кто из них останется, а кто уйдет? Это несправедливо...

Тун вернулся к нам, но есть не стал. Он сидел какой-то смурной.

- Что-то случилось, Тун? - я дернул его за рукав. Он не отреагировал, а продолжал сидеть, уставившись в одну точку.

- Послушай, Тхан, - Дью пододвинулся ко мне поближе и заговорил почти на самое ухо, - Нам не стоит его сейчас трогать. На сколько я его знаю, он всегда таким становится, когда появляется почти не решаемая задача или проблема. Почему почти, а потому, что он всегда находит правильное решение.

- А если оно не правильное?

- Такого еще не было, - задумчиво ответил Дью.

- Ну, будем надеяться, что он ее решит и побыстрее, а то не нравится он мне в таком состоянии.

Я посмотрел Туну в лицо. Было похоже, что проблема, которою он должен решить, намного серьезней, что показалась в самом начале. Почему-то мне кажется, что это связано именно с тем, что записала на корочку Мэоу. Я к сожалению был в трансе и не знаю, что она там наговорила. А спрашивать бесполезно - не скажет. Так и будет один мучаться. Но я уверен, что какое бы решение он не примет по этому вопросу оно будет наиболее оптимальным и правильным. Я в него верю. Я еще раз посмотрел на него. Как же я тебя люблю...

Ночью, когда Тхан уснул, Тун тихо вышел из квартиры, спустился на паркинг и подошел к Дукати. Постояв в задумчивости пару минут, он махнул рукой и сел в седло байка. Вскоре он уже сидел на краю обрыва, подставив лицо свежему ночному ветру, чтобы тот высушил его слезы...

Глава 36

Решать нерешаемые проблемы

Когда он работал с информацией, то полностью погружался в нее. Собрать воедино разрозненные крупицы, проанализировать и сделать выводы — вот его конек. В свое время эту особенность в нем заметил Пхат и настоял, чтобы он занимался именно аналитикой. По началу Мину такая работа не очень нравилась, но поняв всю суть, он втянулся, и теперь ему не было равных. Жаль только, что Пхат этого не увидит...

Мин отложил в сторону еще один досконально изученный документ. На первый взгляд в нем не было ничего интересного, но только не для него. Несколько сухих строк дали ему достаточно информации, чтобы заполнить недостающую часть, которая связывала весь пазл.

Он посмотрел на часы. Что-то Нок давно не заходил. Позвонить ему что ли или не надо? Вот чем он там сейчас занят? Мин задумчиво подпер голову рукой и уставился куда-то в даль. В последнее время он все больше думал о Ноке, чем о Мэоу. Общение с ним постепенно вытесняло болезненные воспоминания о его несостоявшейся любви. А еще Мин заметил, что его сердце почему-то начинало биться чаще при виде Нока. Вот и сейчас, стоило только о нем подумать, как в груди снова начались волнения. Эти непонятные чувства были для Мина чем-то новым и неизведанным, вызывающим смятение.

Это просто такое стечение обстоятельств. Им часто приходится работать вместе, и при этом они оба горюют о потере друга. Нет ничего удивительного в том, что совместная работа и общее горе их так сблизили. Если бы Мину действительно нравились парни, то он бы поборолся за любовь Пхата, но Пхат ему не нравился. Вернее, нравился, но только как друг, не более. А вот когда он случайно увидел у профессора фото Мэоу, он влюбился. Эта девушка в красном платье свела его с ума. Если бы он только знал, что Пхат именно та девушка с фотографии, то, может, тогда?.. Он много раз задавался вопросом: смог бы он полюбить парня? И каждый раз отрицательно отвечал на него. Так что его нынешнее чувство - не что иное, как просто крепкая братская дружба.

- Бу! - Прямо в ухо Мина раздался громкий звук.

Видно, он так глубоко задумался над своими чувствами, что не услышал, как кто-то вошел в кабинет. От неожиданности Мин резко повернул голову на звук и... А дальше, как по написанному сценарию - Нок не ожидал, что, испугавшись, Мин резко обернется, поэтому он вовремя не отстранился, и как результат их губы соединились в поцелуе.

Нок собрал документы с новой информацией про сына Ли Бао, чтобы отнести их Мину для анализа - вот чем не повод прийти к нему? Просто так заходить Нок почему-то стеснялся, а вот занести документы - совсем другое дело.

С тех пор, как они начали вместе проводить время, Нок все больше и больше чувствовал себя как-то странно. Ему было очень приятно находиться рядом с Мином. С ним он забывал обо всех своих проблемах, и даже тоска по Пхату уходила куда-то, стоило ему только увидеть Мина.

О том, что ему нравятся парни, Нок знал давно, но всегда играл роль некого брутала. У него никогда и ни с кем не было отношений. Он себе-то боялся признаться в своей ориентации, а что уж говорить о других. Только Пхат его вычислил, о чем как-то сказал в откровенном разговоре, когда они распивали пиво и напились так, что уснули в одной постели. Та ночь для Нока была самой незабываемой в его жизни. Но ему тогда стало почему-то страшно. Не оттого, что друг может рассказать о нем, нет, Пхат никогда бы этого не сделал. Он боялся, что тот поймет, что нравится ему, и Нок потеряет друга. Поэтому он продолжал отрицать и каждый раз шарахался и орал, что он не такой и что ему девочки нравятся, когда Пхат грозился его зацеловать. Как бы Ноку хотелось вернуть те дни и позволить наконец Пхату выполнить свою угрозу, чтобы хоть на миг почувствовать себя любимым.

Зайдя в кабинет Мина, Нок застал того в глубокой задумчивости. Глава аналитического отдела настолько ушел в себя, что даже не среагировал на появление друга. Загадочно улыбнувшись, Нок решил воспользоваться моментом и напугать его. Подойдя к Мину вплотную, он наклонился к самому уху и сказал:

- Бу!

Того, что последовало за этим, Нок никак не ожидал и поэтому был в полной растерянности. Его сердце замерло на секунду и снова забилось, но с большей скоростью. Ощутив на своих губах прикосновение губ Мина, Нок испытал такие эмоции, которых у него никогда не было. Чем это обернется для них обоих?

Осознав, что произошло, они быстро отстранились, но продолжили смотреть друг другу в глаза. Сотни мыслей кружили у каждого в голове, мешая сосредоточиться. Мин смотрел в глаза Ноку и понимал, что он не хочет быть ему просто другом. Внутри него что-то нарастало и рвалось наружу. Если он сейчас ничего не сделает, то упустит момент. А если последствия будут не такие, как он ожидает? Не важно - отмахнулся Мин от этой мысли. Лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть об этом.

Продолжая смотреть Ноку в глаза, Мин встал с кресла. Обхватив парня одной рукой за талию, он притянул его к себе и стал медленно приближать свое лицо к его лицу. Не встретив сопротивления, он стал действовать более смело, и вот их губы снова соприкоснулись. Чуть помедлив, как бы давая время на принятие решения, Мин, продолжая придерживать Нока одной рукой за талию, а другой за затылок, осторожно, со всей нежностью, которую он мог дать, стал целовать его. Какой-то момент Нок, похоже, был в ступоре, но это длилось недолго. Решение было принято быстро, как и все, что он делал, и теперь он так же обнимает и целует в ответ, да еще с такой страстью, что у Мина закружилась голова.

Теперь инициатива перешла к Ноку. Он чуть подтолкнул Мина и тот упал в кресло, а Нок забрался на него сверху, продолжая ласкать руками его затылок, шею и целовать, целовать, целовать. Вот он отстранился от него и заглянул в глаза, как бы спрашивая - ты уверен? Ты не передумаешь? В ответ Мин обхватил его и встал вместе с ним с кресла. Он покрепче прижал Нока к себе, давая понять, что тот в надежных руках. Переместившись к дивану, Мин аккуратно положил свою ношу и, облокотившись одним коленом на сиденье между ног парня, пристально посмотрел тому в глаза. Одновременно он прислушивался к своим чувствам. Не переходит ли он границы? А что, если это всего лишь мимолетный порыв, а про чувства он все надумал, и его действия сейчас все разрушат?

Нок сразу заметил замешательство в глазах Мина. Он что, не уверен в своих чувствах и хочет отступить? Вот так вот бросить на полдороги, даже не проверив их? Нет, Нок не может этого допустить. Точка невозврата пройдена, и если они сейчас остановятся, то вряд ли смогут вернуться к прежним отношениям и оставаться дальше друзьями. Да и не хочет Нок больше быть один. Ему нужен Мин. Причем весь и только для него. Осознание этого пришло вместе с поцелуем невзначай.

Нок снова решил проявить инициативу и, подхватив Мина за галстук, притянул к себе. Тот уперся руками об подлокотник, чтобы не упасть. Глядя ему в глаза, Нок развязал галстук и стал расстёгивать пуговицы на его рубашке. Почему-то он делал это медленно и совсем неторопливо, наслаждаясь моментом. Вот эта необычность в его действиях окончательно вскружила Мину голову. Он рванул на себе рубашку так, что пуговицы полетели в разные стороны, и скинул с себя ее вместе с пиджаком. Нок невольно залюбовался - у его друга было потрясное тело. Немного суховато, но это не портило общего впечатления. Повинуясь внутренним чувствам, Нок стал гладить торс Мина руками. Это было приятно. Ощущение гладкого и упругого тела под ладонями будоражило кровь.

Невольно он вспомнил ту ночь, когда вот так же он гладил кубики пресса на животе Пхата. Вспомнил, какими тогда были его ощущения, и понял, что сейчас они совсем другие. Тогда была всего лишь влюбленность в недосягаемый объект желаний, а сейчас это что-то глубокое, необъятное и такое... Нок никак не мог найти, с чем сравнить эти чувства. А надо ли? Надо просто отдаться им, уйти в них с головой, а там будь что будет.

Отбросив все сомнения, он подался вперед и, обхватив Мина за талию руками, стал покрывать его пресс поцелуями.

От каждого прикосновения теплых, чуть влажных губ к своему телу, Мин вздрагивал. Буря эмоций захлестывала его, но одна мысль все же не давала покоя - не торопятся ли они? Ему было и радостно, и страшно одновременно. Что если это всего лишь сиюминутный порыв? Но с каждым поцелуем Нока эта мысль ослабевала, и наконец Мин сдался и полностью погрузился в водоворот нахлынувших чувств. Подхватив руками Нока за лицо и заглянув тому в глаза, он только получил им подтверждение. Медленно приблизив свое лицо к его лицу, он страстно поцеловал того в губы. Нок ответил не менее страстным поцелуем.

Они продолжали обнимать и ласкать друг друга, покрывая тела поцелуями, приняв для себя решение. Да, они не будут торопить события, чтобы потом не пожалеть. У них все еще впереди. Надо получше узнать своего партнера, прежде чем двигаться дальше. На сегодня взаимных ласк и поцелуев будет достаточно. Они так решили, но их тела не хотели следовать этому решению. Страсть нарастала, затмевая все на своем пути. И вот уже Нок вытаскивает пояс из брюк Мина, а тот стягивает с Нока джинсы.

Они проделывали все молча, понимая, что слова сейчас не нужны, да и не важны. И лишь изредка то один, то второй издавали звуки, подтверждающие, что им сейчас хорошо. В какой-то момент Мин подхватил Нока и перевернулся с ним на спину, усадив того на себя сверху. Так стало намного удобней - будучи значительно крупнее, он боялся, что может навредить Ноку, поэтому все это время Мин поддерживал себя навесу. Сейчас его руки стали свободными, и он полностью завладел телом парня.

Профессор ввел новые параметры в алгоритм восстановления сознания Пхата и нажал кнопку Еnter. Теперь осталось только ждать, когда компьютер все рассчитает с учетом всех погрешностей.

Вянь Вянь откинулся на спинку кресла. Как там его девочка? Его умница? Находясь в довольно сложной ситуации, она умудрилась не только разобрать, но и детально проработать алгоритмы раздвоения личности. Конечно, есть небольшие погрешности, но это лишь от незнания самого процесса. А зная, с теми данными, что она передала через подсознание, все может получиться - и она вернется, и Пхат останется. Они станут единым целым, как и раньше.

Пересев к чайному столику, профессор налил себе чай и снова погрузился в мысли. Он вспомнил, как Тхан сбивчиво рассказывал ему с Туном о своем разговоре с Мэоу. Он говорил и заглядывал каждому из них в лицо, пытаясь понять - верят ли ему или примут за сумасшедшего. Вот как же Вянь Вяню хотелось в тот момент придушить старого Пака. В какой-то момент Тхан попросил ввести его в транс, сказав, что Мэоу что-то вложила в его подсознание. Вянь Вянь в тот момент был очень удивлен. Смелый шаг со стороны его дочери вызывал у него и недоумение, и гордость.

Находясь в трансе, Тхан в мельчайших подробностях передал всю схему воссоединения сознаний, которую придумала Мэоу. Проработав ее, профессор запустил программу для расчета нового алгоритма - у них наконец появилась надежда, что все скоро закончится. Главное - не упустить момент, а то, не ровен час, какая-то из частей сознания начнет распадаться, и тогда уже ничего нельзя будет сделать. Как это отразится в целом, оставалось главной тайной, которая тяготила их всех.

Тхан мирно спал, свернувшись под одеялом, как это обычно делал Пхат. Тун сидел рядом и, осторожно гладя парня по голове, просто наблюдал за его сном. Почему же он до сих пор разделяет их? Может, потому, что Тхан все же отличается от его Пхата? Хоть и не сильная, но разница есть. Тун уже много раз в уме проводил сравнительный анализ двух половинок одного целого и никак не мог понять - кто же из них больше дорог его сердцу? Если объединение пройдет удачно и вернется Пхат, то это же замечательно. Не об этом ли он мечтал весь этот нескончаемый год? Конечно же об этом. Но в последнее время Тун сблизился с Тханом и теперь гнал от себя мысль, что он может потерять его. И даже осознание того, что тот никуда не денется и что он всего лишь часть Пхата и останется в Пхате, не успокаивала Туна. От этого на душе было как-то тревожно.

Тхан заворочался и почему-то застонал. Тун напрягся. Он более пристально посмотрел на лицо парня и заметил на лбу испарину. Едва коснувшись его, Тун отдернул руку - Тхан весь горел. Вот только что он был нормальным и мирно спал, а теперь он беспокойно стал метаться по подушке. Да что же с ним такое? Обняв его и подтянув к себе, Тун достал телефон и набрал профессора:

- Папа, Тхану плохо... - он не успел договорить, как в телефоне раздались короткие гудки...

Вянь Вянь уже шел по коридору к квартире Туна, когда его догнал весь взъерошенный Дью со своим неизменным чемоданчиком. Профессору достаточно было бросить на него один взгляд, чтобы понять, что перемирие между парнями состоялось. Вот и славно. Одной головной болью меньше.

Тун как раз закончил обтирать Тхана влажным полотенцем, когда услышал тихий стук в дверь. Поставив тазик с водой на тумбочку, он поспешил открыть дверь. Как он предположил, это были профессор с Дью. Тун пропустил их внутрь квартиры.

- Рассказывай, что именно произошло, - профессор внимательно смотрел на Туна.

- Я и сам не пойму. Он мирно спал, а я просто сидел рядом и размышлял о том, что передала Мэоу, и вдруг заметил, что с ним что-то не так. Он прям как огонь полыхал и весть покрылся испариной. Я вот только что его обтер и...

- Очень надеюсь, что это не то, о чем я подумал, - профессор перебил парня, как будто не слыша его.

- Так что это, профессор? - Тун начал нервничать еще больше.

- А вот это мы должны проверить и выявить, - ответил Вянь Вянь, а про себя подумал: “Только бы не начало распада сознания”.

- Помогите мне, ребята, - сказал он братьям, жестом указывая, что Тхана надо посадить.

Посадив Тхана, Тун сам уселся таким образом, чтобы своим телом поддерживать парня. Дью достал фонендоскоп и стал прослушивать сердце Тхана. Потом прощупал пульс, проверил зрачки. Тун смотрел на брата, пытаясь уловить на его лице мельчайшую эмоцию, но ни один мускул у того не дрогнул. Это успокаивало и настораживало одновременно.

Закончив проверять жизненные показатели Тхана, Дью повернулся к профессору:

- Все как и всегда, ничего не меняется.

Вянь Вянь почесал подбородок и кивком поманил братьев выйти из спальни. Тун аккуратно уложил Тхана и, заботливо укрыв того одеялом, поспешил за профессором и братом.

- Что с ним? - только и смог он выдавить из себя, когда они оказались в гостиной и профессор устроился в своем кресле.

- Одно из двух, - Вянь Вянь задумчиво смотрел куда-то вдаль, почесывая подбородок, - либо начался распад сознания, либо... он просто простудился...

- Профессор!

- Вот что ты всполошился? Он что, не живой человек и простудиться не может? Вот скажи, что вы вчера вечером делали?

Тун недоверчиво покосился на профессора. Вот откуда он все знает? Они вчера с Тханом поздно вечером выходили на вертолетную площадку. Парню очень хотелось погулять немного на свежем воздухе. Ну в самом деле, сколько можно сидеть взаперти? Туну тогда еще показалось, что было прохладней, чем они ожидали. Он еще предложил Тхану вернуться, но тот упрямый - ни в какую не хотел возвращаться, и они немного посидели у края. Вот тогда парня, видно, и продуло.

Вянь Вянь заварил чай, добавил к нему еще каких-то трав и протянул чашку Туну:

- На. Иди и напои его этим. К утру будет как новенький.

Взяв чашку и недоверчиво глянув на профессора, Тун поспешил в спальню.

- Может, ему противовирусный вколоть? - предложил Дью.

- Все бы вам, молодежь, химию в себя пихать. Китайская медицина существует тысячелетия и лечит травами. И не только травами. О, я не против вашей химии, - Вянь Вянь поднял руку, останавливая возражение Дью, - и все же можно обойтись и без нее.

Он допил чай, поставил чашку на столик и поднялся с кресла.

- Пойдем, нам есть чем заняться. Не нравится мне, что организм Тхана от простого сквозняка так себя повел. Ты помнишь, чтобы Пхат хоть раз простужался? Я уже не говорю о Мэоу. Видно, что организм ослаб, а это нехорошо. Надо его подпитать, поддержать. Так что пошли в лабораторию, - сказал он и направился к выходу. Дью без возражений в задумчивости побрел за ним.

Я потянулся и открыл глаза. Было еще темно или уже темно - не знаю, сколько я спал. Я даже не помню, как заснул, а Тун перенес меня в спальню и уложил в кровать. Кстати, а сам он где? Я огляделся и увидел его, сидящего на полу и облокотившегося на кровать. Он спал. Что это он? Почему не лег нормально в постель, а расположился так, как у... Стоп! Я стал себя ощупывать и прислушиваться к внутренним ощущения. Со мной снова что-то приключилось? Вот ведь... Я прям головная боль для всех. Было бы лучше, если бы я все же в той аварии... Нет, о чем это я? Никакой аварии не было, но проблемы все же есть.

Медленно и аккуратно, чтобы не разбудить Туна, я подтянулся и сначала сел. Надо потихоньку встать, не потревожив любимого, и найти профессора. Я давно хотел переговорить с ним с глазу на глаз, да все как-то не получалось. Может, в этот раз удастся.

Чтобы Тун не беспокоился, когда проснется и не застанет меня, я написал ему записку и положил на кровать, чтобы он ее увидел сразу.

Вянь Вяня дома не было, значит, он или в кабинете, или в лаборатории. Тун как-то рассказывал, что тот дома практически не бывает и найти его можно только в этих двух местах. А вот как найти эти места, он не рассказывал. Ну, и что мне теперь делать? Если я даже найду, то вряд ли туда смогу пройти из-за чрезвычайной секретности. Придется возвращаться назад. А может...

Я надвинул козырек бейсболки побольше на лицо и двинулся к запасному выходу. Эту дорогу я уже знаю. Спущусь вниз, там парковка, а дальше по указателям на улицу. Пройдусь немного по вечернему городу. Надоело сидеть в четырех стенах. Я за последний год нигде особо и не бывал, а так хочется хотя бы просто погулять.

Когда я оказался на улице и огляделся, мое внимание привлекло здание, из которого я вышел. Оказывается, это своеобразный город в городе - в таком здании можно жить, работать, отдыхать и развлекаться, не выходя из него. Интересная концепция. И прикрытие хорошее. Может, мне погулять не по улицам, а по зданию? Вероятность того, что меня кто-то узнает, пятьдесят на пятьдесят. И потом - кто меня здесь знает? Что-то я сегодня прям сам себя не узнаю. Какое-то настроение бунтарское. Хочется сделать какое-то безрассудство. Например, ну... вот, на байке поехать куда-нибудь. От таких мыслей у меня аж голова закружилась и в животе заурчало. О, а я есть хочу. Так, где у вас тут вкусно и недорого?

Еду по вкусу я нашел быстро. Сделал заказ и устроился за столиком подальше от любопытных глаз. С моей точки было удобно наблюдать за людьми, приходящими поесть. Кто-то забегал просто взять кофе, кто-то основательно перекусить. По количеству народа можно понять, что кафе довольно популярное. О, а вот и моя еда. Первая же ложка, отправленная в рот, сказала мне, почему это место пользуется спросом - было невероятно вкусно.

Утолив свой голод, я собрался было уходить, но мое внимание привлекла забавная парочка, которая явно ссорилась. Один парень, что стоял ко мне спиной, был высоким и хорошо сложенным. Он даже чем-то напомнил мне Туна, а вот второй такой... Даже не знаю, как его описать. Просто милое и нежное создание. На фоне первого смотрелся как ребенок, хоть таковым и не являлся. Явный контраст вызывал улыбку умиления. Этот мелкий смешно дул губы, делая вид, что на что-то обиделся. Это выглядело очень забавно, и я решил немного за ними понаблюдать.

Здоровяк, похоже, устал спорить с мелким и решил согласиться, чем вызвал довольную улыбку на лице второго. Мне почему-то подумалось, что они парочка, но встречаются совсем недавно, так как все еще притираются друг другу. Вот интересно, а как мы с Туном смотримся со стороны? Воспоминания о нем заставили меня улыбнуться.

Эх, я отсутствовал от силы час, но так сильно успел соскучиться, что мне уже расхотелось гулять по торговому центру, и я решил поспешить вернуться к своему пирожочку. Или как там Мэоу говорила? Булка. Вот не знаю почему она его так называет. Надо будет все же спросить ее об этом, если подвернется случай.

Я встал, опустил козырек бейсболки пониже и направился к выходу. В этот же момент парень, что был поменьше резко направился в ту же сторону. Он сделал это так быстро и неожиданно, что я столкнулся с ним прям на пороге. Вот не знаю, видел ли он мое лицо – я вроде отвернуться успел, да еще рукой его прикрыл. Ну видел и видел. Вряд ли он меня знает. «Я здесь инкогнито, откуда меня кто-то может знать», - размышлял я, поднимаясь в квартиру Туна.

Тун стоял по середине комнаты с телефоном в руке и выражение его лица не обещало ничего хорошего.

- Ты понимаешь, что ты сейчас сделал? - начал он, как только я вошел.

- А что я сделал? Просто прогулялся и поел в кафе. Я же никого не убил...

- Убил... Почти. Человек от шока до сих пор отойти не может.

Это уже что-то странное. Какой человек? Почему в шоке?

- Тун, не говори загадками. В чем дело?

- Тебя за призрака приняли.

- Это кто же у нас такой суеверный? - я старался говорить беззаботно, но на душе у меня почему-то стало немного погано.

- Когда-то ты дважды спас этого человека, а теперь своим появлением чуть в могилу не свел, - Тун беспокойно выхаживал по комнате. Не думал он, что Кинг такой впечатлительный. Будем надеяться, что Дью справится со сложившейся ситуацией...

Глава 37

Восстание из мертвых

Дью только вернулся из лаборатории, и ему очень хотелось спать, но Кинг пристал к нему, как липучка, с просьбой пойти с ним в любимое кафе позавтракать.

- Давай мы сходит туда пообедать, а сейчас я в душ и спать, - Дью умоляюще прижал к груди руки.

- Ты же обещал, - канючил Нонг.

- Так я и не отказываюсь.

- Пи’Дью, мы же договорились, что начнем все с чистого листа, и сегодня должен быть наш первый совместный завтрак.

Устало посмотрев в сторону спальни, Дью смирился, и они направились в кафе, что располагалось в торговом центре. По дороге Дью еще несколько раз предлагал отложить это мероприятие, потому что он смертельно устал. Кинг же в ответ начал выговаривать ему за то, что Дью совсем себя не бережёт, целыми днями и порой ночами просиживает в лаборатории и подрывается с места по первому звонку профессора. Они так и вошли в кафе, продолжая припираться. Дью полез в карман за телефоном и тут только обнаружил, что оставил его в квартире. Кинг, который всегда отличался своей неуемной энергией, тут же сорвался с места со словами “Я быстро, сейчас принесу” и врезался в парня, что выходил из кафе.

- Простите, Пи, - Кинг попытался заглянуть человеку, с которым столкнулся, в лицо, но тот почему-то быстро отвернулся. Но то, что Кинг успел увидеть, повергло его в шок.

Дью обернулся на шум и застыл на месте. Ему показалось или это действительно Тхан сейчас столкнулся с Нонгом, когда выходил из кафе? Да быть такого не может. Так, а с этим-то что? Он еле успел подбежать к Кингу и подхватить того на руки - парень потерял сознание, но уже через минуту он, не останавливаясь, тараторил о том, что он видел Пи’Пхата или его призрак - Кинг никак не мог понять, живого человека он видел или призрака. Приобняв бормочущего Нонга за плечи, Дью поспешил вернуться в квартиру. Здесь он дал парню успокоительное, уложил его в постель и позвонил Туну.

- Ну и как нам теперь быть? - Тун хмурил брови, отчего мне становилось не по себе. - А вдруг еще кто тебя видел?

- Так же за призрака примут или просто подумают, что обознались... Тун, успокойся, пожалуйста. Ты же знаешь, что уже скоро все должно закончиться, и он или она вернется...

Взгляд, которым одарил меня мой любимый человек после сказанного мной, меня как-то насторожил. Было в нем что-то такое, от чего по спине побежали мурашки, и я поежился. Выражение лица Туна тут же изменилось - в нем отразилось беспокойство.

- Тебе все еще нехорошо? - голос у него сразу смягчился.

- Все нормально, - ну не говорить же ему, о чем я на самом деле подумал. А подумал я о том, что... Нет, мне просто показалось.

- Я просто представил, - продолжил я, - каково это - увидеть призрака...

- Что ты надумываешь себе? - Тун подошел ко мне и, обняв за талию, прижал к себе. - Призраков не существует. Не думал я, что ты такой суеверный.

Он улыбнулся, глядя мне прямо в глаза. Все, я поплыл. Этот взгляд - я все готов за него отдать, лишь бы Тун так смотрел только на меня.

В дверь постучали. Не позвонили, а именно постучали. Тун насторожился. Это условный знак брата, который говорил: «Я не один, приготовься». Я выжидающе посмотрел на Туна. Он повернулся ко мне и одним взглядом показал, что мне надо спрятаться. Так, уже становится интересно. Пойду-ка я в кладовку.

Я направился было уже в ее сторону, но был перехвачен Туном.

- Ты куда собрался? - зашептал он мне на ухо.

- В кладовку, - я удивленно посмотрел на него.

- Иди в нашу квартиру, - он нежно чмокнул меня в щеку и подтолкнул к нише, а сам направился открывать входную дверь. Я поспешил ретироваться.

На пороге стоял Дью, а из-за его спины выглядывал Кинг. Лицо у парня было бледное, а глаза бегали из стороны в сторону, словно кого-то разыскивая.

- Проходите, - Тун посторонился, пропуская брата с его Нонгом в квартиру. - И что привело вас ко мне в столь ранний час?

- Не сердись, брат, но если бы я не привел этого неугомонного, то сошел бы с ума от его нудения. Ну, смотри, - Дью повернулся к Кингу и обвел комнату рукой, приглашая того оглядеться. – Может, найдешь своего призрака.

- Пи, перестань издеваться, - Кинг поежился. - Я видел то, что видел. Это был Пи’Пхат, а раз он жив, то он точно должен быть рядом с Пи’Туном.

Тун вопросительно посмотрел на Нонга. Какой тот, оказывается, наблюдательный. Надо бы определить его в младшую группу и начать тренировки... Так, стоп! О чем он думает? Тун тряхнул головой, как бы сбрасывая с себя наваждение.

- Кинг, ответь мне прямо, без выдумок - что ты видел?

- Пи’Тун, я видел Пи’Пхата вот так же близко и реально, как вижу тебя. Я не мог ошибиться. Я помню его лицо, как будто видел его вчера. Ну, поверьте мне, Пи. Почему вы мне не верите? - было похоже, что парень проваливается в истерику.

Дью подошел к нему и, приобняв, стал успокаивающе поглаживать того по спине.

- Кинг, как мы можем поверить в то, что человек, который умер год назад, внезапно ожил?

Уткнувшись в плечо Дью, Кинг тихонечко всхлипывал. Тун посмотрел на брата и одними глазами спросил того: и что нам делать? Дью пожал плечами.

- Малыш, - обратился он к Нонгу, - ну, вот мы пришли к Туну. Ты хотел спросить его, так спрашивай.

Я тихонечко наблюдал за всем из ниши. Бедный парень. И это я виноват, что он сейчас в таком состоянии. Это надо как-то исправлять. Но как? Мы даже не успели с Туном ничего придумать на этот счет. Да какой там придумать - мы даже поговорить не успели. И тут меня посетила безумная мысль... Я вернулся в тайную квартиру и, достав телефон, набрал номер. Ответили быстро. Я стал говорить, не прерываясь - ясно и четко. Когда я закончил, на том конце воцарилась тишина. Я начал нервничать. Неужели он отвергнет мое предложение? Вроде я все продумал, и это должно сработать. Я хотел было начать уговаривать, но услышал короткое «давай», и на том конце повесили трубку.

Тун еще раз в задумчивости посмотрел на телефон - идея Тхана и нравилась, и пугала одновременно. Но попробовать можно. Он повернулся к брату и указал ему на диван, предлагая присесть на него вместе с Нонгом. Дью кивнул в согласии и усадил все еще всхлипывающего Кинга, присев рядом, обнимая того за плечи.

- Кинг, посмотри на меня, - Тун начал тихо и вкрадчиво говорить.

По его тону Дью сразу понял, что брат хочет воздействовать на Нонга гипнозом. Значит, у него есть какая-то идея, и он не будет мешать брату.

Кинг посмотрел на Туна. Что тот от него хочет? Он не верит, а Кингу нечем доказать. От безысходности парень вздохнул. Тем временем Тун продолжал говорить и говорить, концентрируя внимание Нонга на себе. Тот смотрел, не отводя глаз, и слушал его голос. Постепенно его веки стали тяжелыми, и Кингу безумно захотелось спать. Он закрыл глаза и откинулся назад на спинку дивана. Не прекращая говорить, Тун удовлетворенно кивнул.

- Когда ты проснешься, ты не вспомнишь, что произошло сегодня утром. Тебе будет казаться, что это было сном. Ты понял? Это был всего лишь сон.

- Это сон, - эхом повторил Кинг.

Тун повернулся к брату и сказал уже с другой интонацией в голосе:

- Ты донесешь его до квартиры или тебе помочь?

- Ты посмотри на него и посмотри на меня, - усмехнулся тот. - Конечно донесу.

Он улыбнулся и продолжил:

- А ты, я смотрю, хорошо усвоил методы гипноза. Сколько он проспит? - спросил Дью, вставая с дивана.

- Примерно полчаса. И проснется с уверенностью, что спал всю ночь. Так что ты не забудь переодеть его в пижаму. Или вы голенькие спите? - он подмигнул брату, а тот замахнулся на него.

- Ну, что ты несешь, Нонг. Оставь свои грязные мыслишки для своего парня, - огрызнулся Дью, аккуратно беря на руки Кинга.

- Пошутить нельзя? Ты надо мной все детство насмехался.

- Я вернусь и сверну тебе шею, брат, за такие шутки.

- Иди уже. И пока переодевать будешь, смотри не увлекись, - напоследок бросил Тун, закрывая дверь прямо перед носом брата, который с покрасневшими ушами зло на него посмотрел.

Тун посмотрел на закрытую дверь и с облегчением вдохнул – вроде все получилось. Вот только не надо было подтрунивать над братом, но он просто не мог себя сдержать, видя, как брат трепетно относится к Нонгу. А ведь еще недавно Дью отнекивался от этих отношений. Ну ладно, будем надеяться, что тот не обиделся всерьез.

Я вышел из ниши и стаял, наблюдая, как Тун над чем-то размышляет.

- Тун, - я тихо позвал его.

Он повернул голову в мою сторону, и улыбка озарила его лицо, не оставив от былой нахмуренности и следа:

- Да, котенок?

У меня в груди чаще забилось сердце. Как же я люблю этого иногда угрюмого молчуна. В особенности, когда он называет меня всякими разными прозвищами.

- Ты что такой нахмуренный? Что-то пошло не так? - я невольно насторожился.

- Получилось вроде. Но наверняка мы будем знать, когда проснется Кинг.

Слушая его, я прошел и сел на диван. Тун присел рядом.

- Знаешь, что я думаю? - он повернулся ко мне всем корпусом. Я просто вопросительно посмотрел на него. - Тебе не стоит здесь оставаться. Ты же непоседливый и вечно во что-то влезаешь. Я не могу потерять тебя снова...

Я смотрел на него и видел, как мой любимый человек борется с эмоциями. Мне захотелось подойти, обнять, уткнуться в его широкую грудь и не отпускать. Почему-то, всего на миг, мне показалось, что я теряю его. Я готов был уже встать и проделать все, что прокрутил у себя в голове, прикинув, какое будет завершение в спальне, но тут мою голову обхватил железный обруч боли, и я, застонав, завалился на бок.

Увидев, как Тхан теряет сознание, Тун ринулся к нему. Сев в асану и сделав несколько пассов руками для вызова потока, Тун попытался присоединиться к парню, но вдруг наткнулся на невидимую преграду - что-то не пускало его к подсознанию Тхана. Тун попытался пробить эту защиту, но все было тщетно. Ему ничего не оставалось, как выйти из медитации и позвонить профессору.

Боль была настолько сильной, что я стиснул челюсть до скрежета зубов.

- Прости, - услышал я уже знакомый голос.

- Ну, что опять? - еле выговорил я. - Мы же вроде договорились, что ты не будешь больше так делать.

- Я не хотела причинять тебе боль, но нам просто необходимо поговорить. Я должна рассказать тебе еще кое-что, - Мэоу говорила тихо, и в ее голосе слышались нотки раскаянья в том, что ей снова пришлось сделать мне больно.

- Ты можешь прекратить эту пытку?

- Просто расслабься, и сразу все пройдет.

Вот легко ей говорить. Это не ее голову сдавливают стальным жгутом. Я попытался последовать ее совету и постарался расслабиться. И боль действительно стала успокаиваться. Промучившись еще какое-то время, я почувствовал, что обруч спал с моей головы и мне стало легче. Полежав еще немного с закрытыми глазами, пока боль совсем не утихла, я сел и открыл глаза. Мэоу сидела напротив меня. Я впервые видел ее так отчетливо. До этого в основном я ее только слышал. Я стал было ее разглядывать, но мое внимание привлекло место, где я сейчас находился. Это была иллюзорная квартира, напоминающую ту, что спрятана за ширмой. Я невольно огляделся.

- Она все такая же, как я ее помню?

- Да. Ну, может, за исключением некоторых деталей. У тебя хорошая память.

- Ну не злись, пожалуйста, - ее голос стал напоминать канюченье маленького ребенка. Мне почему-то от этого стало смешно, и я даже тихонько фыркнул. - Вот, теперь лучше - смеешься, значит, у меня есть шанс на прощение, - она улыбнулось мне.

Только сейчас я заметил, насколько мы с ней похожи. Как близнецы, вот только у нее длинные волосы и фигурка женская, не говоря о миловидном личике. Я все же парень, и черты у меня грубее, и фигура... Ну не женственная - это точно. Хоть Тун и балует меня разными вкусностями, которые сам же и готовит, у меня от природы хороший метаболизм. Да и постоянные упражнения, к которым я пристрастился во время пребывания в убежище от нечего делать, помогают мне поддерживать себя в прекрасной физической форме. Я даже немного подкачался.

Я перевел взгляд с Мэоу на себя и, довольный, улыбнулся - я стопроцентный парень.

- Что смешного? - девушка стала оглядывать себя, в надеже увидеть, что же меня рассмешило.

Я поспешил ее успокоить:

- Все хорошо. Я не над тобой смеялся, а... над собой.

Надо ее отвлечь, а самому не начать думать, а то она услышит мои мысли.

- Боль прошла? - она участливо посмотрела на меня.

Я кивнул в знаке согласия. Получив от меня ответ, она продолжила:

- Я не думала, что будет так больно. Прости. Мне надо было обезопасить нас, чтобы никто не смог нас подслушать.

Подслушать? Ты что серьезно? Как это можно подслушать, о чем человек думает? Бред какой-то. А может... Вот я сейчас сижу в помещении, созданном иллюзией, и разговариваю с девушкой, которая, как утверждают, это я сам до определенного момента. Вот если кто такое услышит, то психушка обеспечена. Ладно, не буду надумывать себе всякого. Просто послушаю, что предложит мне сейчас Мэоу. По ее сосредоточенному виду сразу понятно, что она явно хочет мне что-то сказать или предложить, но никак не решится. Что же, я тоже помолчу. Не буду облегчать ей работу.

- Я внимательно тебя слушаю. Что ты хочешь сказать мне такого, что не должен никто знать?

- Сейчас я расскажу тебе саму суть, а более подробно уже позже, когда нам никто не будет мешать. В данный момент я чувствую, как Тун пытается пробиться через мою защиту. Итак, суть вот в чем - тебе незаметно надо выбраться из квартиры и ехать в убежище. Только не в то, где вы с Туном жили, а в другое - я расскажу, где оно и как туда добраться. Медлить нельзя. Надо как можно быстрее уехать. Сейчас ты очнешься бодрым и веселым. Вечером тебе надо будет сослаться на внезапную усталость и пойти пораньше спать. Постарайся побыстрее уснуть - во сне я дам тебе более подробные инструкции, а сейчас запоминай, что тебе надо будет делать, - и Мэоу изложила мне свой план побега.

Договорившись встретиться виртуально вечером, девушка стала делать пассы руками. Я как завороженный следил за ее действиями. Я уже видел, как это делал Тун, но то, что делала Мэоу, отличалось. Наблюдая за ней, я не заметил, как мои глаза закрылись, а открыл я их уже в реальной квартире. Рядом сидел Тун, держа меня за руку, а по комнате нервными шагами ходил профессор. Заметив, что я очнулся, он быстро подошел ко мне и стал проверять мои жизненные показатели. Проверив еще раз мой пульс, Вянь Вянь удовлетворенно кивнул и, немного успокоившись, сел в свое кресло.

- Тхан, ты помнишь, что произошло? - он скрестил на груди руки, приготовившись слушать.

- Помню, - спокойно ответил я, как учила Мэоу. - Я внезапно почувствовал головную боль, ну как обычно это происходило, и провалился, как вы называете, на какой-то уровень.

- Ты видел там кого-нибудь?

- Нет, - я четко повторял все так, как мне сказала Мэоу. Главное - вести себя спокойно, как ни в чем не бывало.

Я бодро встал с дивана и направился в сторону кухонной зоны.

- Что-то я проголодался, - непринужденно сказал я. - Вам сделать бутерброды?

Я повернулся спросить и не вольно замер - Тун и профессор смотрели на меня таким взглядом, что мне стало как-то не по себе. Ну Мэоу, во что ты меня снова втянула?

- Вы чего? Так вы будете или нет? Мне на вас делать?

- Молодой человек, - профессор явно нервничал, - ответь сейчас быстро, четко и правдиво: Мэоу - это ты?

Как он меня назвал? Меня немного передернуло. Это чем же я ее напомнил? Я посмотрел старику в глаза и спокойным голосом ответил:

- Нет, я не Мэоу. Я по-прежнему все тот же Тхан, каким и был раньше. Так вы бутерброды будете?

Я развернулся и пошел к кухонному уголку.

Не перебарщиваю ли я? Вроде нет. Делаю все по инструкции. Вот сейчас, по идее, ко мне должен подойти Тун и предложить помощь.

- Тхан, давай я помогу.

Я так и знал. Все норм. Можно выдохнуть.

Мы с Туном приготовили перекус и расположились рядом с профессором за чайным столиком. За едой мы просто болтали ни о чем. И я постоянно ловил на себе изучающий взгляд профессора. Вот как бы он меня не разоблачил. Но вроде все в норме. Вскоре, сославшись на дела, Вянь Вянь оставил нас с Туном.

Пока я мыл посуду, Тун прибрался в комнате. Потом он подошел ко мне обнял меня со спины, положив свой подбородок мне на плечо. Я повернул к нему голову и чмокнул его в щеку. Губы Туна растянулись в улыбке.

- Ты не устал? - прошептал он мне прямо на ухо. От его дыхания стала немного щекотно и бабочки в животе проснулись.

- Нет. Я в порядке, - ответил я, весь сосредоточившись на намыливании тарелки, приводя мысли в порядок. А бабочки не хотели успокаиваться.

Ну как тут можно сосредоточиться, когда тебя начинают нежно целовать в шею, покусывать мочку уха и прижимать к себе так, что ты чувствуешь пульсацию поднимающегося желания? Не дожидаясь, когда я домою несчастную тарелку, Тун развернул меня к себе и прильнул к моим губам. Подхватив мои бедра, он усадил меня на столешницу. Я, обхватив его за шею и затылок, запустил пятерню в волосы и притянул к себе. Он уткнулся лицом мне в грудь, прильнув губами к моему телу через открытый ворот рубашки. Затем он провел рукой по моей шее, по горлу, опускаясь вниз, и стал расстегивать пуговицы, глядя мне прямо в глаза и наблюдая за моей реакцией. Я не стал его останавливать, а, просто смотря на него в ответ, продолжил теребить его волосы на затылке, зная, как ему это нравится.

Не встретив препятствий, Тун стянул с меня рубашку, а также и свою. Он ласкал мое тело, покрывая грудь и шею жаркими поцелуями. Прикосновения к коже его теплых и чуть влажных губ заставляли моих бабочек порхать все сильнее и сильнее. Их уже невозможно было остановить. Да и надо ли? Я запрокинул голову, полностью отдаваясь чувствам.

Не знаю, сколько я должен буду скрываться и сколько не смогу видеть своего парня, поэтому сейчас я просто обязан насладиться им и дать ему сделать то же самое. Я обхватил его руками и ногами, прижавшись к разгорячённому телу как можно сильнее. Я чувствовал, как наши желания все больше и больше охватывали наши тела. Тун подхватил меня на руки и понес в спальню. Меня всегда удивляло, с какой легкостью мой парень носит меня на руках. И мне это безумно нравится.

- Примем душ вместе? - шепнул он мне на ухо. Я молча кивнул, а он поцеловал меня в лоб и понес в душ.

Стоя под теплыми струями воды, мы продолжали ласкать друг друга. Хоть мы с Туном и не так давно вместе, но уже успели узнать, как доставить удовольствие любимому. И чаще всего этого было достаточно. Но сегодня я решил, что мы должны насладиться любовью в полной мере.

Улучив момент, я прижал Туна к стене и стал покрывать его тело поцелуями, спускаясь от груди все ниже и ниже. Ненадолго остановился у подвздошной - ничего не могу с собой поделать, это мой фетиш. И вот я достиг своей цели. Тун вздрогнул и слегка прикусил нижнюю губу, с которой только что слетел тихий стон блаженства.

Но я недолго главенствовал - инициатива у меня вскоре была перехвачена, и вот уже я прикусывал губы, пытаясь сдержаться. У меня это не очень-то выходило. Желание слиться с любимым в одно целое становилось все сильнее и сильнее. Тун, как бы почувствовав, что мне сегодня мало обычных наших ласк, стал действовать более напористо. Он подхватил одну мою ногу и закинул ее себе на бедро, прижав меня при этом к стене. В ответ я чуть повернул свой таз так, чтобы Туну было удобней войти в меня. Но он не спешил, продолжая ласкать мое тело. Пару раз на меня накатывало так, что я не в силах был себя сдержать. А Туну, похоже, этого и надо было. У меня возникло ощущение, что он получает удовольствие больше от того, что доставляет мне сексуальное наслаждение. Ну нет, так дело не пойдет. Ты тоже должен получить свою порцию блаженства - с этой мыслью я обхватил Туна за талию, прижав к себе посильнее, запустил руку ему в пах и, приведя его в возбуждение, развернулся к нему спиной. Плавно покачивая бедрами, я потерся о его промежность, призывая к действию.

Долго уговаривать его не пришлось. Он слегка прижал меня грудью. Я почувствовал, как его руки скользнули по моим ягодицам. В предвкушении я оперся руками о стену. Еще мгновение, и я ощутил в себе его упругое естество. Тун, соблюдая всю осторожность, чтобы не навредить мне, легкими толчками проникал все глубже и глубже. В сочетании с поцелуями и легкими покусываниями шеи это уносило меня. Я перестал себя сдерживать, и мои стоны блаженства становились все громче и громче. Движения Туна стали более интенсивными. Он обхватил моего друга и стал помогать мне в такт своим движениям.

Я почувствовал в себе нарастающую пульсацию, значит, кульминация была близка. Прикусив губу, чтобы не кончить раньше своего парня, я приготовился к совместной развязке. Прикусив напоследок кончик моего уха, Тун издал так мной любимый рык, и внутри стало тепло. Я пару раз еще дернулся и обмяк со стоном блаженства, а Тун крепче прижал меня к себе, чтобы я не упал, так как ноги меня уже не держали.

Глава 38

Я не она, но уже и не я?

Лежа в объятьях любимого, я прокручивал в голове все, что говорила мне Мэоу. Я мысленно несколько раз прошелся по маршруту, который она мне обрисовала. Вроде не должно ничего случиться, вот только... Я не знаю, умею ли я водить байк. Перспектива слететь куда-нибудь в кювет или вылететь на встречку, меня не радовала. Но Мэоу уверила меня, что моя мышечная память меня не подведет, да и байк тоже.

Я посмотрел на спящего Туна. Прости, родной, но мне придется ненадолго тебя покинуть. Представляю, какие эмоции ты будешь испытывать, но я должен это сделать. Ради тебя, ради себя и нашего будущего.

Освободившись от объятий любимого и окинув его еще раз взглядом, я тихо сполз с кровати и, соблюдая осторожность, двинулся на выход из спальни. В один момент мне показалось, что Тун проснулся. Я застыл на месте. Нет, действительно показалось. Я продолжил свое движение и вскоре уже был за пределами нашей квартиры. Так, что дальше? А дальше я должен попасть в квартиру Мэоу, забрать экипировку и ключи от байка. Она сказала болше ничего не брать, так как все есть в убежище.

Надев на себя байкерские штаны и куртку, я посмотрелся в зеркало. Отражение мне понравилось. И почему я раньше не пробовал прокатиться на байке? Ладно, не буду задерживаться. Пора. Я быстро черканул записку для Туна - ну не могу я вот так, не сказав ни слова, исчезнуть. Еще раз глянул на себя в зеркало и двинулся к черному ходу...

Так, спокойно, Тхан. Вдох, выдох. Ключ в зажигание. Поворот. Мотор издал приятный урчащий звук. Я чуть не засмеялся — вот почти так же урчит Тун во время занятий любовью. Это кто же у кого научился? Ну, в данный момент я выяснять не буду. Надев шлем, я еще раз проделал дыхательное упражнение и тронулся с места. С первых секунд мне стало понятно, что моя мышечная память работает на ура. Отлично. Значит, я пока останусь жить. Я направил байк в сторону выезда. Краем глаза я заметил знакомую фигуру, бегущую в мою сторону. Я не стал ни останавливаться, ни оборачиваться. Даже если это мне не привиделось и это действительно Тун, я должен продолжать действовать по плану. Если я сейчас остановлюсь, я просто не смогу уехать. Так что прости меня, Тун, я люблю тебя...

Вырулив с паркинга, я направился на север, согласно навигатору. Я не стал гнать как угорелый. Я просто ехал по ночной дороге и размышлял обо всем, что рассказала мне Мэоу. Я несколько раз останавливался заправить байк, да и сам размялся. А еще я заезжал на обрыв, чтобы спрятать свой телефон и часы - там могли быть маячки. Примерно часов через десять я почти был на месте. Вот здесь надо действовать четко по схеме, которую мне объяснила Мэоу.

Вскоре я подъехал к заросшим кустарником воротам. Огляделся. Вроде все так, как она описывала. Значит, мне надо загнать байк и укрыть его под навесом. Кустарник не нарушать, чтобы была видимость заброшенного места. Я все так и сделал. Потом нашел замаскированный вход и нишу с электроникой. Я действовал по строго оговоренному плану, но у меня было ощущение, что я это проделывал, и не раз - мышечная память подсказывала что и как надо делать. Я все включил без проблем. Установил обратно все секретки и включил сигнализацию на проникновение. Тщательно закрыл за собой вход и наконец-то вздохнул с облегчением. Сначала надо найти душ и во что переодеться. Затем уже можно будет изучить убежище, пока не появится Мэоу. Надеюсь, на это у меня есть время.

После душа я почувствовал себя обновленным. Захотелось есть. Здесь должен быть запас еды. Я пошел на поиски провианта, а заодно исследовал место, где я должен был прожить неопределенное время.

Я ходил по убежищу с широко раскрытыми от удивления глазами. Боже. Здесь было все, что душе угодно. Так, привезти сюда Туна, и больше ничего в жизни мне не надо.

Обследовав все убежище, я приготовил себе рамен и удобно расположился за журнальным столиком прямо на полу. В кладовой, что я нашел, было огромное количество разнообразных съестных припасов, но мне захотелось рамена, что я и сделал. Вдоволь наевшись и выпив кофе, я устроился на диване с намереньем вздремнуть, но тут мою голову снова обхватил железный обруч боли. Надо сказать этой девушке, что это просто невыносимо. Неужели нельзя появляться в моей голове без этой пытки?

- Да сколько можно? - я прям взревел, когда сквозь туман боли различил знакомые черты.

- Прости, но иначе никак. Я пробовала все исправить, но, увы, ничего не смогла сделать.

- Тогда не приходи больше, - я начал злиться и на нее, и на себя.

- Потерпи, сейчас потоки угомонятся, и боль уйдет, - она старалась говорить мягким успокаивающим голосом, но меня это почему-то раздражало еще больше. Да что же это? Как-то я раньше терпимей был. Здесь явно что-то не так.

- Эти ваши потоки...

Боль стала отступать, а вместе с ней и моя раздраженность. Через пару минут все утихло, и я уже смог адекватно реагировать.

- А тебе не кажется, - я посмотрел на Мэоу, - что что-то изменилось? Раньше боли такой не было, и я... не злился, по крайней мере.

- Я уже думала над этим. Скорее всего, это из-за нашего слияния. Тебе папа объяснял, что вообще происходит?

- Объяснял, - я усмехнулся, вспоминая Вянь Вяня. Тун тоже иногда называет его папой. Больше никто. Странно...

- Ты чего затих?

- Да так. Ладно, давай рассказывай, зачем тебе все это? Ну, чтобы я здесь скрывался и прочее.

- Тогда устраивайся поудобней, так как рассказ будет долгим.

Я мысленно расположился на мнимом диване, хотя на самом деле на нем и лежал. Вот только не знаю, в какой позе - боль застала внезапно. Ну, что же, давай, сестра, вещай. Мэоу не заставила меня ждать.

- Начну с того, что, проанализировав все еще раз, я пришла к неутешительным выводам, - я напрягся. - Дело в том, что по всем раскладам кто-то из нас... - она сделала многозначительную паузу. Блин, да не тяни! - К сожалению, должен исчезнуть, - прям выдохнула она и замолчала.

А вот с этого места, пожалуйста, поподробней. Что значит исчезнуть? Я не понимаю. Уйти, скрыться, умереть в конце концов? Что? Я смотрел на нее молча и ждал, когда она все же соизволит все объяснить. Видно, почувствовав или считав мои мысли, что вероятней всего, Мэоу вздохнула и продолжила:

- Просчитав все возможные варианты, я пришла к выводу, что слияние двух разделенных сознаний обязательно повлечет за собой поглощение одного другим. Двое точно не останутся.

- Так это и без твоих умозаключений было ясно. Профессор как раз об этом и говорил...

- Говорить он говорил, но видно не все... - она немного задумалась. - Вот интересно - он не знает или скрывает?

- Скрывает что? - я нахмурил брови.

- Вот скажи, ты сам мозгами пошевелить можешь или у тебя только в другом месте шевелится?

- Не забыла, что у меня нет тех познаний, что есть у тебя? А про другое место - кто бы говорил, - я фыркнул и, сложив руки на груди, демонстративно отвернулся.

- Способность резко менять настроение у тебя все же есть, - вот что она ко мне прицепилась? - Ладно, давай по-серьезному, - она почесала переносицу и продолжила. - То, что мы с тобой одна личность, это понятно. И то, что разделили нас по принципу ин-янь тоже вроде понятно. А вот следующий момент остается загадкой - при слиянии обратно что в результате получится? Предполагается, что вернется целая личность, как и была, но те расчеты, что я провела, говорят обратное - не будет больше той личности, которая была, а появится совершенно новая, - она замолчала, ожидая от меня реакции.

Интересно, что она от меня ждет? Что я сейчас начну панику разводить или еще что? Мне как бы не страшно, я уже один раз память терял, и если она снова обнулится... Стоп! А как же Тун? Я поднял на нее глаза, полные вопросов.

- Как это - новая? А я? А ты? Наша память в конце концов? С ней что будет?

- Память останется, но только кого-то из нас. Вот как раз об этом я и говорю. По идее, при слиянии сознания память тоже должна объединиться. Но все мои расчеты показывают, что этого не произойдет. Нет, не так. Полностью утверждать я не могу. Не настолько я умна, как мой отец, - на ее лице появилась нежная улыбка при воспоминании о Вянь Вяне. - Но вероятность существует. Процентов на девяносто.

- Но остаются еще десять, так что есть надежда, что мы...

- А если нет?

- Знаешь, мне такие познания, как у тебя при разделении не достались, и я не могу с тобой спорить, но я убежден, что такого не может произойти. Так, дай договорить, - я остановил ее тоном, не терпящего возражений. - Как такое может произойти? Куда денется та часть памяти, что не объединится? Ничто в мире не исчезает бесследно. Где-то в дальних уголках должно же остаться. И потом наша новая личность постепенно выудит ее наружу. Ты так не думаешь?

- Вероятность десять процентов. Против девяносто.

- И что? Случаются исключения, - я ухватился за эти несчастные десять процентов, как будто от этого зависела моя жизнь.

- Успокойся. Я понимаю твои переживания, потому как сама их испытываю. Живя в таком состоянии, наше сознание стало двумя полноценными личностями. У нас только тело одно, и в нем два разных человека. Я - девушка с небольшим опытом жизни в образе парня и ты - полноценный парень, с уже определенным опытом и собственною памятью. И вот как это объединить?

Я невольно задумался. По сути, она права. Разделив одну личность, получили две абсолютно разные. Тело принадлежит Мэоу, но сознание в нем мое, а мышечная память ее. И я жил и развивался уже как другая отдельная личность. А она все это время была глубоко внутри сознания. И если у меня и было какое-то развитие, то у нее нет. А из-за того, что сознание было слишком долго разделено, оно не сможет объединиться без потерь.

- Ты правильно мыслишь. Значит, в твоей части сознания все же есть какие-то научные познания.

- Вот ты можешь не перебивать ход мыслей?

- Ой, какой сердитый, - она засмеялась, а я снова обиделся. - Да уж, мы с тобой очень похожи: ты - это я, но только как мальчик, а я - это ты, только как девочка.

- Вот оно! - заорал я, чем невольно напугал девушку. Она прям отпрянула от меня, а в моей голове появилось болезненное покалывание. Надо успокоиться.

- Ты чего, оглашенный? - Мэоу уставилась на меня своими или моими округлившимися глазами.

- Извини. Сейчас объясню. Вот мы все говорим, что сознание разделили на ин и янь, а тебе не кажутся странными некоторые моменты?

- Какие именно?

- Ну, например, то, что я парень, но у меня проскакивают чисто женские особенности? У тебя такого нет?

Теперь задумалась Мэоу. Вот почему она слышит мои мысли, а я ее нет?

- У меня вроде пацанских наклонностей не было. Я хоть и в подсознании, но я мыслю, что-то представляю... Но я же никогда не была парнем. Только тело. В сознании я всегда была сама собой, то есть девушкой. Даже упражнения, что профессор прописал для меня, чтобы я больше походила на парня, не превратили меня в оного.

- Значит, я не ты. Я не часть твоего сознания, - когда я сказал это, повисла тишина. Мы смотрели друг на друга, пытаясь осмыслить то, что только что озвучили.

В руке у Мэоу откуда-то появился блокнот, и она стало его пролистывать в поисках нужной информации. Изредка она отрывала от него взгляд и смотрела на меня, как бы изучая. Что-то мне от это стало как-то неловко. Я поежился.

- Пхат, - наконец она обратилась ко мне, - теперь все шутки в сторону. Вырисовывается проблема, и ее надо решать. Может так получится, что ни объединения, ни восстановления вообще не произойдет. А если так, то все попытки это сделать приведут не к тому, о чем я сказала ранее - потере одной из личностей, а к полному разрушению сознания...

Ее слова никак не укладывались в голове. Я нахмурился.

- Давай не будем делать поспешных выводов, - я говорил спокойно и с твердой уверенностью в своем голосе. - Надо успокоиться. Давай возьмем паузу и все хорошо обдумаем.

- Согласна, - Мэоу смотрела на меня так, как будто увидела впервые. - Кстати, у тебя вопросы по убежищу есть?

- Вроде со всем разобрался. Меня сейчас только один вопрос беспокоит - не стоит ли связаться с профессором и рассказать ему твои выводы?

- Торопиться не будем. Тем более, что ты мне еще одного ежа под корку кинул. Я буду думать. Давай условимся - в ближайшие два дня в пять по полудню устраивайся поудобней, и я приду.

- Можно как-нибудь помягче?

- Постараюсь, но не обещаю, - она улыбнулась и помахала мне рукой. Я очнулся.

Как и ожидалось, поза, в которой я отключился, была не совсем удобная, и у меня затекли одна рука и обе ноги. Я встал размяться и чуть не упал - ноги совсем не слушались. Я плюхнулся обратно на диван и посмотрел на часы - ого, столько времени прошло. Неудивительно, что тело не слушается. Тут раздалось урчание желудка - вот и есть захотелось. Я рассмеялся. Сведенные ноги и голодный желудок были чем-то таким земным и обыденным в сравнении с тем, что мы обсуждали с Мэоу, что меня это развеселило. Я снова поднялся и, чуть размявшись, направился в кухню...

Тун проводил взглядом удаляющийся с парковки в неизвестность байк. Что могло произойти? Что заставило Пхата покинуть его? Что Тун сказал или сделал? А может, наоборот - не сделал? Голова начинала раскалываться от вопросов, на которые не было ответов, а на сердце снова стал образовываться сжимающийся стальной обруч - не ужели его снова бросили?

Он еще раз взглянул на записку, в которой было всего две строчки: “Пожалуйста, не ищи меня. То, что я сейчас делаю, это ради нас и нашего будущего. Люблю тебя”. Эти фразы вселяли надежду, но... Что же он задумал? Бросив взгляд в сторону, куда уехал байк, Тун вздохнул и поспешил вернуться в квартиру. Может, там он найдет какие-то подсказки, которые помогут ему понять действия Пхата.

Перерыв все квартиры и ничего не найдя, Тун решил сходить к профессору.

И что мы в итоге имеем? Я, конечно, не разбираюсь во всех этих тонкостях, хоть и попробую сопоставить все то, что мне стало известно. Для начала надо вспомнить, что же она рассказывала о себе. Значит жила-была девочка Мэоу со всеми своими тараканами в голове. Отличница, любимица. Занималась спортом, прокачивала тело и ум. Стала первой среди первых. Работала на Вянь Вяня в качестве оперативного агента, выполняла различные, в том числе и тайные поручения. После очередного задания решила скрыться в образе парня. Потом началась какая-то мистика - она не смогла вернуться в образ девушки, и ей пришлось жить как парень. Но при этом в сознании она оставалось девушкой. Поэтому она и влюбилась в парня... Так, стоп! Она, будучи девушкой, в сознании полюбила парня, то есть Туна.

Размышляя, я ходил по помещению туда-сюда. На мысли о Туне я резко остановился. А Тун когда влюбился? Он влюбился в Мэоу или в Пхата? Тхан, ты не о том сейчас думаешь. Какая разница в кого? Сейчас он любит тебя. Угомонись! Вечно ты со своими подозрениями и ревностью. Я прям разозлился на себя. Надо сосредоточиться на другом.

Я подошел к кофейному аппарату и стал делать себе кофе. Его аромат немного привел меня в чувство. Так, что дальше? Подробностей я не знаю, поэтому перейдем уже к моменту, когда разделили сознание. Насколько я помню, создали клон, а не просто разделили. Потом, со слов профессора, я знаю, что в этот клон поместили часть памяти Мэоу. Какой памяти? Какую его часть? Она же девушка, и тогда клон тоже должен быть девушкой. Я что, девушка? От такой мысли мне снова стало не по себе. Поставив кружку с недопитым кофе на барную стойку, я оперся об нее руками. Нет, я точно не девушка. Я стал вспоминать и анализировать все с момента пробуждения в больнице. Вот точно нет. Я парень. Полноценный, но с чудинкой, потому как мне нравятся парни. Вот это как раз могло перейти от Мэоу - она их любит как девушка.

Ладно, с одним разобрались. Что дальше? Я снова заходил по комнате. В голову ничего дельного не приходило. Надо пойти освежиться. Я тут где-то вглубине видел что-то наподобие озера. Вот это сейчас самое оно.

Я порылся в шкафу в спальне на предмет во что могу переодеться для плавания. Наткнулся на женский халат. Хм... Не, его я точно надевать не буду. Да на хрена мне что-то вообще надевать, если я тут один? Подхватив полотенце, я направился вглубь убежища, туда, где видел озеро.

- Мне кажется, - сказал профессор, когда выслушал рассказ Туна о сбежавшем Тхане, - не обошлось здесь без Мэоу. Что она задумала? - Вянь Вянь почесал подбородок.

- Но зачем ей это? - Тун смотрел на профессора почти не моргая.

- Она девочка умная, причем слишком, - Вянь Вянь усмехнулся. – Видно, ей что-то пришло на ум такое, что заставило уговорить саму себя сбежать...

- Для чего?

- А вот это нам и предстоит выяснить. Может... - профессор замолчал и посмотрел на Туна - говорить ему или нет? Скрывать уже смысла нет. - Послушай сынок, есть небольшая вероятность того, что после слияния сознаний Тхана и Мэоу появится совершенно новая личность...

«Вот хорошо, что я сижу», - подумал Тун. Эта новость от профессора просто подкосила его ноги, и если бы он не сидел, то упал бы точно.

- Вы о чем, профессор? - еле выговорил он.

- О том, что после объединения сознания может появиться кто-то совершенно новый.

- А, я понял. Вы снова шутите, - Тун издал звук, похожий на смех.

- Поверь, мне не до смеха. Не хотел я тебе этого говорить, да, видно, придется.

Профессор стал подробно рассказывать Туну, что он выявил при дополнительных расчетах. До этого все время выходило, что одна из личностей просто пропадет и останется кто-то один. А кто - выяснится только уже после слияния. Здесь ни одни расчеты не давали понять - останется ли Пхат с сознанием Мэоу или же Тхан. Но то, что передала им сама Мэоу, в свое время повергло профессора в шок. Когда Вянь Вянь подставил ее расчеты в слои, он не мог поверить в то, что увидел. Сама того не ведая, она рассчитала третью вероятность - появление новой личности. Такого не мог предвидеть никто.

Я лежал на диване и посматривал на часы. До условного времени оставалось пара минут. Придет или нет? «Пришла», - только и успел я подумать. Резкая вспышка боли, и я провалился в небытие.

На это раз боль была резкой, но непродолжительной. И на этом спасибо. Я устроился на воображаемом диване. Огляделся. Ну и где ты?

- Да здесь я, здесь. Не переживай, не сбегу.

- Вот сделай милость, - на сарказм отвечу тем же.

- О, по глазам вижу, что ты что-то надумал.

- У меня все тот же вопрос. Вот, может, ответ на него и есть ответ на все вопросы.

- А вот это уже интересно, - Мэоу с любопытством и даже с каким-то уважением посмотрела на меня.

- Вот ты умная, объясни мне тогда: почему при клонировании женского сознания получилось мужское? Насколько я знаю, клон - это точная копия чего-либо. Так как так получилось? Надеюсь, что ты размышляла над этим. Ведь насколько я помню наш с тобой разговор, ты сказала, что это может привести вообще к разрушению. Вот я так и не смог найти дельного ответа.

Мэоу молча смотрела прямо мне в глаза. Я почти физически ощутил ее мозговую деятельность, потому как ко мне стала подкатывать боль.

- Остановись! - я прям крикнул, чтоб она очнулась от своих грез. Так оно и получилось - Мэоу чуть дернулась и заморгал. Боль отступила. - Ты понимаешь, что вот так ты причиняешь мне боль?

- Прости, просто этот вопрос стал для меня как красная тряпка для быка. Я пыталась вспомнить все действия, что мы делали. Мы просто с тем человеком создали оболочку и переложили частички сознания. Совсем нейтральные, не принадлежащие ни к одному гендеру. Я тогда старалась мыслить, как парень. Может из-за этого. А может, из-за того, что в теле энергия ян...

Она замолчала. Я тоже молчал. И ждал. Боли не было, значит, она взяла себя в руки. Это хорошо, может, и надумает что дельное - уж больно мне не хотелось пропадать как личности.

И тут до меня дошли некоторые слова - энергия ян. Это же вроде относится к мужскому началу? Или я что-то путаю? А почему, если Мэоу девушка, энергия ян? Ну может, из-за того, что тело мужское? Да вроде не должно быть так - энергия неизменна, хоть сотню раз поменяй пол. Об этом мне Тун рассказывал, когда пытался научить управлять ей. Может, в этом скрывается подвох? И кстати, почему у меня не получается вызывать потоки и прочее? Вот почему-то мне кажется, что зря мы сбежали. Надо было идти прямо к профессору, и пусть он присоединяется к нашим потокам или еще что делает и выясняет все.

- Как мне и не тяжело признавать, что я была неправа, но я с тобой соглашусь - надо возвращаться. Вянь Вянь умнее и опытней. Он должен разобраться.

Походу, все девушки такие? Сначала делают, потом думают? Наверное, поэтому мне нравятся парни.

На следующий день я все снова законсервировал, поставил на охрану и поехал обратно - к профессору, к Туну...

Глава 39

На ловца и зверь бежит

Я заправлял байк на подъезде к городу, когда меня окрикнули по имени. Меня это насторожило, хоть голос и был знакомым. Медленно обернувшись на зов, я увидел черный тонированный мерседес. Стекло у задней двери было опущено, что позволило мне увидеть сидящего на заднем сидении человека. У меня все сжалось внутри. Откуда он здесь? Неужели он все время следил за нами? Нет, этого не могло быть. Что же мне делать? Сделать вид, что не узнал или бежать? А может...

- Папа! - заорал я во всю мощь своего голоса, привлекая к себе внимание. Пусть будет как можно больше свидетелей. Ну так, на всякий случай.

Задняя дверь открылась, и из-за нее показался Ли Бао собственной персоной. Он слегка поморщился от моего крика и поманил меня к себе. Так, Тхан, быстрее думай, что будешь делать. Идти к нему? Ну не убьет же он сына на глазах толпы зевак, что собралась на мой крик. Пешком я к тебе не пойду - подкачу на байке и, если что, смогу газануть с места.

Так я и сделал. Неспешно подкатил к мерседесу и встал так, чтобы у меня был маневр к отступлению.

- Здравствуй, отец, - уже тише сказал я. - Очень рад тебя видеть. Не ожидал, что встретимся в ближайшее время, тем более здесь.

- У меня дела в Бангкоке, поэтому я здесь. А вот как ты здесь оказался? И где... Не помню, как его зовут, - Ли Бао небрежно помотал рукой, как бы отгоняя от себя всех.

Я разговаривал со своим мнимым отцом, а сам следил, чтобы никто не подобрался ко мне незамеченным. Вроде все было спокойно, но мало ли что...

- Ты про Корна, папа? Так он сейчас в Чианграе, - я назвал первый город, что пришел мне на ум. Почему именно его, я не знаю, но именно это впоследствии нам очень помогло.

- Вы же должны быть вместе. Или что-то случилось? - Ли Бао очень пристально смотрел на меня. От его взгляда мороз по коже пробирал.

- Он работает над разными по своим тематикам заданиями. Сказал, что, выполняя их, я смогу вернуть себе память. Ну, насчет старой память я неуверен, а вот новых навыков у меня теперь много, - я усмехнулся, вспоминая, какие у меня навыки всплывали из мышечной памяти. - Вот и сейчас я на задании.

- И что это за задание?

Я многозначительно посмотрел на него.

- Ты хочешь, чтобы я разболтал секретную информацию?

- Я не посторонний человек. Я - твой отец. Мне ты можешь рассказать, - Ли Бао явно давил на меня, но... гипноз на меня не действовал – проверено, и не один раз. Я вздернул бровь.

- Папа, не стоит тратить свою энергию, - моя улыбка, видно, задела его, так как он чуть поморщился, но быстро взял себя в руки.

Да, тяжко тебе играть роль отца, ой как тяжко. С такой-то неприязнью ко мне тем более. Внутренний я веселился. Интересно, а Мэоу это чувствует? Надо будет у нее спросить.

- И куда ты сейчас направляешься?

- Ну, папа, ты снова? Я не скажу. Пытать будешь? - при слове пытать у Ли Бао загорелись глаза. Ого, надо быть поосторожней. Надо бы уже сматываться. - Ну, все. У меня четкий план и график, и уже начал выбиваться. Мне было приятно тебя увидеть. Я тебе позвоню, а сейчас мне пора, - скороговоркой выпалил я и рванул с места.

Краем глаза я заметил, что за мной направилась машина, которая стояла неподалеку от мерседеса Ли Бао. Вот повезло мне, что я на байке. Уйти от нее мне не составит труда. Я усмехнулся, сильнее прижался к байку и дал по газам.

Проводив парня взглядом, Ли Бао достал смартфон и открыл на нем программу. Когда она загрузилась, он нажал кнопку “активировать”. Вот и славно. Теперь этот парень никуда не денется. Не ожидал он, что ему подвернется такая удача, и он столкнётся здесь с Тханом. Еще когда тот был в больнице, ему вживили чип под кожу на случай, если парень вздумает бежать. Раньше Ли Бао не мог его активировать, потому что этот Корн увез Тхана неожиданно, и он пропал с радара. Он его больше не потеряет.

Надо заехать на обрыв, забрать вещи из тайника. Заодно осмотрю байк и себя - вдруг им как-то удалось прицепить маячок. Покрутившись еще немного по местности, чтобы убедиться, что за мной нет слежки, я свернул в сторону обрыва.

Я никак не ожидал увидеть его здесь. Но вот он - сидит на краю обрыва, подставив лицо восходящим потокам. Услышав рев байка, он резко обернулся. Мне показалось или у него на щеках действительно блеснули слезы? Я спрыгнул почти на ходу и побежал в его сторону. Тун подскочил и ринулся в мою. Подбежав друг к другу, мы крепко обнялись. Я посмотрел на любимое лицо. Милый мой, ты действительно плакал. Как я мог пойти на поводу у Мэоу и бросить тебя? Прости, прости, прости...

Тун как будто услышал мои слова извинения и замотал головой:

- Все хорошо. Теперь все хорошо. Не надо извиняться. Ты здесь, со мной, и мне больше ничего не надо. Молчи, ничего не говори. Просто дай обнять тебя покрепче и не отпускать...

Мы стояли и плакали оба. Осознание того, что я могу потерять Туна, больно сдавливало грудь. Если профессор ничего не придумает и не разрешит эту проблему, то я могу исчезнуть, когда сознание соединится. Мы вместе с Мэоу можем исчезнуть, и Тун снова останется один. Сможет ли он пережить эту боль во второй раз?

Успокоившись, мы присели у обрыва. Тун продолжал обнимать меня, видно, боясь, что я снова исчезну. Пока я с тобой, но что нас ждет в будущем?

Посидев немного, я вдруг вспомнил о Ли Бао. Вскочив на ноги, я бросился к байку. Тун испуганно последовал за мной.

- Тхан, что случилось? На тебе лица нет.

- Помоги мне проверить все на предмет жучков или маячков, - не останавливаясь, сказал я. Не тратя времени на расспросы, Тун начал помогать мне.

Тщательно все обыскав и ничего не найдя, я обессиленно опустился на землю. Слава Будде, обошлось. Так, надо достать телефон из тайника и ехать домой. Тун присел рядом.

- Ты можешь теперь объяснить, что происходит? Если ты не можешь рассказать, то я не буду настаивать. Мы можем...

- Все в порядке. О том, почему я сбежал, я расскажу дома тебе и профессору. А вот почему мы обыскивали байк... Ли Бао в Тае.

Мои последние слова были как гром среди ясного неба. Тун уставился на меня с таким выражением лица, что мне как-то даже нехорошо стало.

- Погоди, что ты сказал? Я не ослышался?

- Я встретил его случайно на заправке. Мы немного поговорили, и я постарался побыстрее уехать. Но я не был уверен, что он не провернет какой-нибудь фокус и не прицепит мне маячок. Он, видно, сам не ожидал меня встретить, поэтому не подготовился. Но машина с его людьми проследовала за мной. Я оторвался, а потом наворачивал круги, проверяя, нет ли слежки.

Тун обнял меня и поцеловал в лоб.

- Ты все правильно сделал. Давай собираться домой.

- А ты на чем приехал?

Тун молча указал рукой в сторону куста, и я только сейчас увидел стоящий там байк - точную копию того, на котором сейчас ездил я, только черный. На таком же Тун и в Америке разъезжал. Видно, ему нравится эта модель. Не буду спорить - потрясающая машина. Я за эти дни прям сроднился с ней.

Мы оседлали своих “коней” и рванули с места. Оказавшись дома, Тун тут же сграбастал меня и понес в ванную. Усадил на танкетку и принялся колдовать - наполнять ванну ароматными маслами, солью и пеной. Он так искусно подбирал запахи, что те, переплетаясь между собой, создавали неповторимую ауру. Я всегда над ним подшучивал, говоря, что ему надо идти в парфюмеры, а не работать в спецотряде. Затем Тун раздел меня и опустил в теплую, приятно пахнущую воду. Он взял губку, стал протирать каждый участок моего тела. Это было так приятно, что я наконец расслабился. Все тревоги отошли на задний план. Уж не знаю, из-за чего больше - из-за того, что любимый человек гладит мое тело, или из-за благоухания лаванды, исходящего от пены.

Я повернулся и подставил Туну спину. Он стал ее намыливать, и тут произошло что-то непонятное. У меня перед глазами стали появляться какие-то вспышки, а потом появилась четкая картинка: водопад, я стою спиной к Туну, и он покрывает мою спину мыльной пеной. Это было так отчетливо, что поначалу я испугался и резко дернулся, ухватившись за бортики.

- Тхан, что с тобой? - Тун обнял меня за плечи. Я повернулся к нему.

- Я, кажется, вспомнил что-то из прошлого, - тихо сказал я. - Но это же невозможно. Я не могу вспоминать, так как у меня нет полного сознания. Это же так, Тун? Тогда что это?

- Успокойся, малыш. Может, тебе показалось, что ты что-то вспомнил?

- Водопад, запруда, ты намыливаешь мне спину и дотрагиваешься пальцами до шрама... - эта картинка очень ярко стояла у меня перед глазами. - Тун, у меня же есть шрам на спине?

Он обнял меня и сильно прижал к себе. Почему-то у него на глазах выступили слезы. Неужели это правда воспоминания?

- Отпусти меня и помоги мне вылезти, - я заторопился. - Надо срочно идти к профессору. Ванна от нас никуда не денется.

Через полчаса мы уже сидели в кабинете Вянь Вяня. Старик смотрел на меня, практически не моргая, и чесал свой подбородок. Вот так мы сидели молча минут десять, но мне показалось, что прошли сутки до момента, как он заговорил:

- Значит так, молодой человек, сейчас я задам тебе несколько вопросов, а потом посмотрим, что делать дальше, - он повернулся к Туну. - А ты можешь пока быть свободным. Займись чем-нибудь...

- Но, профессор...

- Без возражений. Съездил бы навестил мать - ей рожать на следующей неделе. Твоя поддержка ей сейчас была бы очень кстати. А мы пока пообщаемся. Все, ступай, не задерживай нас.

Тун с грустью посмотрел на меня, вздохнул и нехотя отпустил мою руку. Перечить Вянь Вяню никто не осмеливался, и, если тот что-то сказал сделать, значит, это надо сделать.

- Ты не переживай, - сказал мне Тун на прощанье, - я скоро вернусь.

Я улыбнулся ему в ответ и подмигнул - ну что со мной может случиться? Не съест же меня профессор? Или может? Да прекрати себя накручивать!

Проводив взглядом Туна, я обернулся к старику.

- Я готов ответить на любые вопросы, - сказал я, глядя прямо ему в глаза.

- Вот и хорошо. Вот и славно. Замерами и анализами займемся потом, а сейчас поговорим. Для начала ответь: идея сбежать была ее? - я кивнул в ответ. - И чем она это мотивировала?

- Мэоу сказала, что нам с ней надо провести несколько сеансов бесед, чтобы никто не вмешивался. Она просто не сможет долго держать барьер, поэтому и предложила, чтобы я где-нибудь скрылся.

- Я так и предполагал. Ты расскажешь, о чем вы говорили во время сеансов?

- Да не вопрос, - я слегка зажмурился, вспоминая о нашем разговоре с Мэоу. Профессор терпеливо ждал.

Собравшись, я начал говорить. Я рассказал все - начиная с того, как она меня уговорила, и заканчивая тем, к каким выводам мы пришли. Умолчал только о том, где я был. Сказал, что она предложила уехать куда-нибудь подальше и снять номер в отеле, а еще лучше в уединенном бунгало.

Профессор слушал меня очень внимательно, чуть прикрыв глаза и сложив руки на груди. Периодически он почесывал себе подбородок, что выдавало глубокий мыслительный процесс. На фразе “надо сообщить профессору” он удовлетворенно кивнул и открыл глаза.

- Надо было изначально сообщить мне, а не тратить драгоценное время.

- Что, все так плохо, профессор? - у меня сжалось сердце в ожидании, что он скажет.

- До твоего рассказа было хуже, - он усмехнулся.

- Профессор, я понимаю, что бесполезен в этом вопросе, но, если вы мне хоть немного поясните, я мог бы хоть чем-то помочь.

- Ну, судя по твои умозаключениям, ты и так помог кое в чем разобраться. Хорошо, - в голосе у Вянь Вяня появилось тепло. - Что тебе рассказать?

- Я хотел бы знать сам принцип клонирования сознания и чем он отличается от обычного клонирования.

- О, серьезный вопрос, - старик почесал свой подбородок. - Основное отличие здесь в самом материале клонирования. Когда идет речь о существах - растениях, животных - то мы применяем биоматериал, клетки с ДНК и производим определенные действия, схожие с зачатием - мы заставляем эти клетки делиться и формироваться. С сознанием все по-другому. Само название - создание клона - здесь условно. Всю структуру я рассказывать не буду, только саму суть.

Он посмотрел на меня, как бы проверяя - понятно ли мне то, что он говорит.

Я просто молча кивнул. До этого момента вопросов пока не возникало. Профессор продолжил свои пояснения. Из его слов я понял, что любое сознание имеет свою неповторимую матрицу. Каждая ячейка в ее структуре - это отдельный сектор, отвечающий за определенные моменты. Создать клон сознания - это значит воссоздать такую же матрицу, и в процессе ее создания можно дополнить или, наоборот, убрать некоторые сегменты. Так произошло и с Мэоу, которая на тот момент была Пхатом. Поэтому ничего нет удивительного в том, что новая матрица имеет мужское начало. Вот оно что. Значит, янская энергия потоков здесь ни при чем? Не совсем - как раз это в купе с тем, что Мэоу представляла себя парнем и способствовала тому, что клон основного сознания стал мужским. Новую матрицу сформировали, убрали из нее нежелательные воспоминания - все, что указывали бы на истинного владельца сознания. Отсюда и отсутствие памяти.

- Профессор, получается, что в моей матрице нет ничего о прошлом Мэоу?

- Совершенно верно. У тебя только базовые навыки, мышечная память и все то, что ты уже наработал сам.

- Хорошо, а как же тогда то, что произошло сегодня?

- А что произошло? - было видно, что Вянь Вянь напрягся.

Ой, мы же так и не сказали с Туном основную причину нашего такого срочного визита.

- Я вспомнил один эпизод из прошлого...

- Что ты сделал? - Вянь Вянь даже привстал от удивления. - Ты так не шути со стариком.

- А я и не собирался. Я не Мэоу, что бы такие шутки шутить, - обидчиво буркнул я.

- Мальчик мой, скорее всего, в твоем сознании всплыл отрывок из чьего-то рассказа, и ты подумал...

- Простите, что перебиваю, но такого мне никто не рассказывал. И Тун подтвердил бы, будь он здесь.

Вянь Вянь задумчиво откинулся на спинку кресла. Если этот мальчик говорит правду и у него появились воспоминания Мэоу, то это многое меняет. Хорошо это или плохо, выяснить сейчас нет возможности. Тесты и анализы тоже могут не дать нужного ответа. Что же делать? Он обдумывал услышанное, как всегда, почесывая свой подбородок. О клонировании сознания так мало известно, и все опыты заканчивались плачевно - человек становился либо овощем, неспособным здраво мыслить, либо просто умирал. В данном случае была надежда на то, что сама по себе Мэоу необычный человек, и все расчеты говорили о том, что все будет хорошо. Вот только какая из матриц станет основной и что станет с другой, было непонятно. А последние расчеты вообще показали, что распад неизбежен. А теперь этот мальчик говорит, что у него появились реальные воспоминания. И это значит... Что же это значит? По крайней мере то, что все надо рассчитывать заново, и даже если все рассчитать снова, это не даст окончательных выводов. Получается, что бы они ни делали, результат просчитать у них все равно не получится. Остается только ждать и не вмешиваться. Но... Вянь Вянь снова почесал подбородок. Интересно, что же именно происходит и что по этому поводу думает сама Мэоу?

- Тхан, о чем вы в последний раз говорили с Мэоу? Напомни старику, пожалуйста.

- О том, что на все может влиять ян потоков и что надо посоветоваться с вами, - я состроил самую невинную моську, которую только мог.

- А как вы связываетесь?

- Ну, мы договаривались заранее, когда она придет. Но насчет вас, - я чуть задумался, вспоминая что именно сказала Мэоу. - Вам она просила передать так - “В любое время. После подсоединения назвать имя ее любимого питомца, и она снимет барьер”. Вот, вроде дословно.

- Любимого питомца? У нее никогда не было животных. Что за ребусы она задает? - профессор нахмурился, но в тот же миг лицо его озарилось. - Любимый питомец! - воскликнул он. – Кажется, я знаю, о ком она!

Ой, он радуется, как младенец. Такого профессора я еще не видел.

- Если вы хотите, то можно попробовать прямо сейчас с ней связаться.

- Тебе это не доставит дискомфорта?

- Пока не знаю. Когда она сама приходит, у меня жутко болит голова. Боль бывает такой нестерпимой, что я теряю сознание...

- Так вот в чем причина твоих обмороков. Так-так-так... Интересно. А ты случайно не знаешь... Да вряд ли...

- Почему боль? Так из-за того, что потоки начинают носиться как угорелые - так Тун сказал.

- А, что-то да, говорил, но я тогда не особо придал этому значение. Значит, в этом проявляется сознание Мэоу. Но почему потоки на нее так реагируют?..

По последней фразе я понял, что профессор уже разговаривает сам с собой. Не буду его отвлекать, а лучше погрызу печеньки - и я пересел к чайному столику.

Тун вышел из кабинета профессора не очень радостным. Ему так хотелось остаться и поддержать Тхана, а теперь тот остался один, и ему не на кого положиться. Вечно у профессора какие-то секреты. Но он прав - с этими переживаниями он совсем забыл о том, что скоро родятся близнецы. Надо навестить маму.

Я сидел и ел печеньки, запивая их ароматным чаем. Вдруг у меня снова появились перед глазами какие-то вспышки, а затем четкая картинка: я стою перед профессором в одних трусах, а он измеряет мое тело. Я замотал головой. Что это было? Вянь Вянь обратил внимание на мое странное состояние.

- Тхан, что случилось?

- Я... я не знаю, но я четко вспомнил, что вот стою перед вами почти в чем мать родила, и вы производите замеры. Вот только помещение немного отличается - столик стоит в другом месте, а вот там, - я указал рукой, - стояла ширма, за которой я раздевался...

- Ты не можешь этого помнить, - профессор пристально смотрел на меня. - Это не твои воспоминания, это ... - он замолчал, продолжая на меня смотреть.

Да я и сам уже начал пугаться. Если я всего лишь урезанная копия, то откуда эти видения? А может, началось соединение сознаний?

- Профессор, я всего лишь жалкий клон, но я живой. Я чувствую, живу, мечтаю, люблю... Мне тяжело все это говорить и осознавать, что я всего лишь временно здесь и что со мной будет в будущем, никому не известно. Но я очень хочу, чтобы вы разобрались во всем этом и не дали исчезнуть этому, - я указал на себя пальцем, - человеку. Ради Туна. Он не переживет потери еще раз. Я это прекрасно понял за последние дни. Я умоляю вас, профессор, вы должны спасти это сознание. Если ради этого мне надо исчезнуть, то я готов...

- Тхан! - Вянь Вянь нахмурил брови. Что несет этот парень? - Прекрати немедленно. Ты не жалкое подобие. Ты человек. Разумный человек со своими чувствами. Если ты скажешь выбирать между вами двумя, то я не отвечу тебе кто. Вы оба важны и оба должны... Нет, не так. Вы оба будете жить.

Пока он это говорил, он встал и подошел ко мне. Я тоже встал. Он взял меня за плечи, как если бы хотел встряхнуть. Долго смотрел мне в глаза, а потом крепко обнял, прижав к своей груди. Наверное, вот так отцы проявляют чувства к своим детям. Я не знаю, но в этот момент мне захотелось плакать. И я, обняв старика в ответ, положив ему голову на плечо, заплакал. В голос, ничуть не скрывая своих чувств. Он по-отечески гладил меня по голове, приговаривая: поплачь, сынок, не держи в себе. Выпусти все наружу. И я плакал...

Ли Бао смотрел на монитор и не мог понять, что произошло - точка, обозначающая Тхана пропала с экрана. Радиус действия довольно большой, если только парень не сел в самолет или не вошел в знание, где есть глушилки.

Глава 40

Переломный момент в сознании

Проведав мать и убедившись, что у нее все хорошо, Тун вернулся домой. Тхана еще не было. Неужели они все еще проводят тесты? Пойти к ним? Нет, не надо им сейчас мешать.

Он слонялся по квартирам, не зная, чем себя занять в ожидании. Может, Мину позвонить и пойти посидеть где-нибудь, развеяться? А вдруг Тхан в это время вернется? Так не пойдет. Чем бы себя занять? О, идея, надо ужин приготовить. Сделать все, что так любит его чертенок... Стоп! Как он сейчас назвал Тхана?

Тун сел в недоумении на диван и уставился куда-то в пустоту. Нет, по сути вещей Тхан является частью Пхата, но... он другой. За Пхатом всегда должен был быть глаз да глаз. Он вечно встревал в какие-то передряги. Придумывал бешеные схемы для заданий. С ним всегда надо было держать ухо востро. А Тхан... чертинка в нем есть, но все же он более спокойный и уравновешенный. Такой… Как бы сказать? Домашний что ли? Подумав так о Тхане, Тун улыбнулся. И все же, если ему пришлось выбирать, кого бы он выбрал - Пхата или Тхана? Почему все так сложно? Он не хочет выбирать. Он хочет Тхана или Пхата, да блин.... Тун обхватил голову руками. Эта неопределенность...

Тун решительно встал, чтобы пойти к профессору, но его остановил телефонный звонок. Это как раз звонил Вянь Вянь.

- Алло.

- Тун, мальчик мой, ты уже дома? Если да, то зайди ко мне.

- Я как раз к вам собирался.

- Вот и славно. Мы тебя ждем, - и профессор отключился.

В кабинете профессора чувствовалось какое-то напряжение. Тун не сразу заметил лежащего на диване Тхана. Зато Вянь Вяня было много. Он бегал из угла в угол и что-то бормотал себе под нос. Останавливаясь ненадолго, он почесывал подбородок, прикидывая что-то в уме, и продолжал наворачивать круги по кабинету. Тун не стал его одергивать, а тихонечко присел к парню на край дивана и слегка его просканировал. Вроде все было нормально, и Тхан мирно спал.

Через какое-то время профессор заметил Туна и поманил его к себе. Когда тот подошел, он тихо сказал:

- Она сошла с ума, и я не знаю, что делать, - и снова заходил по кабинету.

Тун озадачено провожал его взглядом в надежде, что профессор скажет что-то еще, но Вянь Вянь был полностью погружен в решение только ему известной задачи. Это немного напрягало, потому что таким Тун его не видел. Ну разве что, когда Пхат попал в аварию и надо было срочно принимать решение, от которого зависела жизнь парня. Тогда профессор тоже не находил себе места. С тех пор прошло очень много времени.

Что же такое могло произойти, что так взволновало и обескуражило такого невозмутимого человека, как Вянь Вянь? Он сказал, что она сошла с ума. Кто она? Надо полагать, что это он про Мэоу. Так он как-то связался с ней? Вот это интересно. Тун вернулся к дивану, сел в асану прямо на полу и вызвал поток.

Я спал или просто грезил, уж не знаю, что это и как называется. Лежа на воображаемом эфемерном диване, я наблюдал эпическую встречу отца с дочерью. Это было что-то с чем-то. Эмоции зашкаливали, и когда они действительно полезли через край и у меня начала болеть голова, я остановил их бурную встречу. Успокоившись, они наконец начали говорить, а не орать. Я прикрыл глаза и перестал на них обращать внимание.

- Пап, я так соскучилась, - Мэоу смотрела на профессора не отрывая взгляда.

- Я тоже, дочка. Как же тебя угораздило попасть в такую переделку?

- Тхан вам рассказал, что произошло?

- Да, но я бы хотел все узнать от тебя во всех подробностях.

- Мне как бы добавить нечего. В тот момент я не думала о последствиях. Главное было не дать Ли Бао завладеть моим сознанием.

- Наворотили вы с Паком дел. До сих пор не могу до конца во всем разобраться. Это такая сложная и непредсказуемая процедура - клонирование сознания, что она находиться под строжайшим запретом.

- Ну, пап, что сделано, то сделано. Видно, судьба у меня такая - быть и не быть одновременно. Ты вспомни, сколько раз меня могло не стать?

- Нашла что вспомнить, - Вянь Вянь нахмурился.

- Ну не сердись.

- Ладно уж. Ты лучше скажи мне, что ты удумала? Почему у Тхана стали появляться твои воспоминания?

Услышав это, Мэоу заулыбалась.

- Значит, получилось.

- Что получилось? Не говори загадками.

- Понятное же дело, что, когда придет срок и начнется слияние, одна часть поглотит другую. Либо я вберу в себя Тхана, либо он меня в себя. Я очень долго думала над этим. Мне хотелось понять: первое - кто кого и по какому принципу, второе - как будет вести себя поглощенная часть, что чувствовать при этом. Ведь согласись, за все это время Тхан стал настоящим. У него появились свои воспоминания, навыки. Он сейчас человек, личность, а я всего лишь эфемерное существо в его подсознании.

- Так он - это ты, часть тебя, а не ты - часть его.

- Насколько я смогла понять, для сознания это не имеет значения. Так что кто останется в итоге - Пхат или Тхан - известно только вселенной, а раз так, то я решила, что надо немного поэкспериментировать.

- Что ты решила? - у профессора округлились глаза, которые до этого всегда были узкими челочками.

- Ну решила я провести небольшой опыт. Не ругайся. Все равно, по последним расчетам, мы можем оба исчезнуть. Ты же уже рассчитал? Да?

Вянь Вянь грустно посмотрел на свою дочь. Какая же она у него умница. Как же тяжело будет терять ее снова. На его глазах блеснула слеза.

- Папа, вот только не начинай. Ты ученый и знаешь, что иногда эксперименты заканчиваются неудачей. Но это не значит, что мы не получим никакого результата. Как ты меня всегда учил, отрицательный результат - тоже результат и повод работать усердней.

- Научил, на свою голову, - вздохнул старик.

- Конечно, я же твоя дочь. Так что не переживай, если что-то пойдет не так. Меня и так уже давно нет.

- Ну, и что ты удумала?

- А вот что - я хочу уравновесить наши с Тханом шансы.

Вянь Вянь вопросительно на нее посмотрел. Она хочет уравновесить? Если он правильно помнит расчеты, то баланс между сознаниями никогда не был стабилен. Из-за этого невозможно было предугадать, какая из частей сознания может остаться, а какая раствориться. И менялся этот баланс непредсказуемо. Когда он попробовал просчитать, что произойдет при одинаковом балансе, то все вычисления указывали на то, что оба сознания могут исчезнуть. Получается, она сознательно хочет себя уничтожить? Она что, сошла с ума?

- Мэоу, дорогая, но если ты это сделаешь, то вы оба исчезнете.

- Нет, мы не исчезнем, если не просто уравновесить наши сознания, а перемешать и разделить поровну. Тогда обе части будут полноправными, и при воссоединении появится новое сознание - наше с Тханом общее. Я уже предприняла кое-какие действия и запустила процесс.

- Остановись! - профессор почти закричал, чем привлек мое внимание. Я тут, понимаете, сплю, а они разорались.

Вянь Вянь посмотрел на меня и сказал уже более тихо:

- Мэоу, ты точно сошла с ума. У вас не может быть общего сознания. Ты девушка, он парень. Это априори невозможно. Да еще ци янская - она не позволит тебе этого.

- Ну, профессор, не будь таким пессимистом. Я все рассчитала. Максимум, что может произойти, - это мы просто потеряем часть памяти.

- Я прошу тебя, не делай этого. Мэоу, послушай старшего. Ты погубишь себя.

- Папа, не переживай, что будет, то будет. Честно, я безумно устала быть здесь. Хоть время и не ощущается. Я измотана и хочу положить всему конец, пока все не зашло слишком далеко.

- Но, Мэоу...

- Ты меня не переубедишь. Это моя жизнь и мое сознание. Я буду делать так, как считаю нужным. И не надо мне мешать, - она почувствовала, как профессор пытается воздействовать на нее своей энергией. - Я сказала нет! - Мощный удар энергии выбросил Вянь Вянь из потока.

Сказать, что профессор пребывал в шоке от сделанного Мэоу, - это ничего не сказать. Вянь Вянь был потрясен. Не думал он, что на всегда крепкий разум и сознание его девочки что-то так сильно могло повлиять. В данный момент она действует неразумно, с какой-то одержимостью. Это может означать только одно - у ее сознания начался распад. А она еще усугубляет это. Она сошла с ума... Нет, она обезумела.

Профессор взял со стола телефон и набрал номер Туна. Если объединить их потоки, то, может, они остановят этот распад? Или хотя бы присутствие этого парня остановит ее?

Я мирно спал на эфемерном диване, пока Вянь Вянь общался с Мэоу. В какой-то момент мне показалось, что что-то изменилось. Я открыл глаза и увидел, как они ссорятся, а потом проекция профессора исчезла. Мэоу обернулась ко мне:

- Ты проснулся, соня, - она сказала это так обыденно, но мне почему-то стало страшно. - Давай поговорим, пока мой старик не придумал, как нас прервать.

Молча кивнув головой, я принял сидячее положение и приготовился больше слушать, чем говорить, потому как понял - наш диалог будет просто ее монологом. Главное -не перебивать.

- Ты слушал, о чем мы говорили? - я отрицательно замотал головой. - Ну тогда в крантце - про распад и прочее ты в курсе. Так вот, я придумала, что надо сделать, чтобы наши сознания объединились без потерь или распада. Вот только папа этого не одобряет. Говорит, что я с ума сошла. А я точно знаю, что у нас получится. Ты мне веришь? - я кивнул. - Вот и славно. Теперь слушай, что я тебе скажу. Вопросы потом задавать будешь.

И она рассказала мне про свою затею об уравновешивании сознаний. Как я уже говорил, я не особо разбираюсь во всем этом, но что-то мне подсказывало, что не все так гладко, как она обрисовывает. Я не могу понять одного: вот когда наши сознания объединятся, как мы будем взаимодействовать? Как ни крути, кто-то из нас перестанет существовать. Если мы оба останемся, то это будет человек с раздвоением личности. Мы и сейчас такие, только один из нас наружи, а второй внутри, и если тому, кто внутри, что-то надо, то он делает больно тому, кто снаружи... А что будет, если?.. Я даже думать об этом не хочу. И вообще, моего согласия кто-нибудь спросил? Кто-нибудь поинтересовался, что я чувствую? Мне больно и страшно и я... я... Я хочу жить!

- Нет! - я так резко ее оборвал, что Мэоу в растерянности замолчала. - Ты не будешь этого делать!

- Тхан, ты чего? Я же для нас стараюсь. Я не хочу, чтобы твоя личность исчезла, так же, как и моя. Мы должны остаться оба.

- И меняться местами по графику? И как ты себе представляешь?

- О, график - я об этом даже и не думала. Ты молодец, у тебя голова хорошо варит... - Мэоу тараторила, как умалишённая.

- Мэоу, остановись. Послушай меня, Мэоу! - я закричал, чтобы остановить ее словесный поток.

Она снова замерла, уставившись на меня своими огромными глазами. Я только сейчас заметил, что это взгляд не совсем здорового человека - зрачки расширены, она часто дышит, ну как под наркотой. Я вроде никаких препаратов не принимал. Может, профессор что ввел, пока мы здесь беседуем? Но тогда я бы тоже это почувствовал. Значит, это уже проблема чисто с сознанием Мэоу. Так, я все прекрасно понимаю, но мне надо просыпаться, пока она что-нибудь не натворила. Хотя... Она и так может что-то сделать. Вот я влип...

- Ты совсем меня не понимаешь, - она начала говорить так тихо, что я невольно прислушался. - Я не буду вредить ни тебе, ни себе тем более. Я просто понемногу передам твоему сознанию свои воспоминания, чтобы уравновесить баланс между нами. К сожалению, я не буду помнить то, что передам тебе, но при объединении память станет общей.

- В таком случае мне тоже надо передать тебе часть своей памяти?

- Нет, тогда мне придется еще больше передать своей, а у меня сил не так много, да и времени все меньше и меньше остается. Я и сейчас сильно измотана, и мне надо немного восстановиться. Ты, когда проснешься, все же подумай над моими словами и постарайся убедить отца не мешать мне.

- Я все равно... - но она щелкнула пальцами, и я проснулся. Вот ведь...

Тун сидел рядом со мной и наблюдал за каждым моим вздохом. Он очень боялся, что со мной что-то случится, пока я в бессознательном состоянии. Подсоединиться к моим потокам он так и не смог - Мэоу установила такой мощный барьер, что, предприняв несколько попыток, Тун сдался.

Увидев, что я очнулся, он тут же схватил меня в свои объятья.

- Блин, Тун, ты меня задушишь, - я попытался высвободиться, но безуспешно.

- Тхан, как ты себя чувствуешь? - профессор явно не в себе. Что-то он какой-то бледный.

- Нормально. Да не волнуйтесь вы так. Со мной все хорошо. Она не причинит мне вреда. Ну, если только... - я вспомнил о головной боли, которая появляется, когда Мэоу хочет связаться со мной или когда она просто сильно нервничает и начинает разгонять потоки.

- Что если? - Тун пристально смотрел на меня.

- Моя головная боль - это проявление Мэоу...

Вянь Вянь долго молча смотрел на меня, что-то прокручивая у себя в голове, потом быстро направился к рабочему столу и занялся какими-то расчетами. Видно, у него появилась какая-то идея.

- Пойдем домой, - Тун помог мне подняться. - Не будем ему мешать.

Я согласно кивнул, и мы направились к выходу.

- Зайдите завтра часикам к десяти. И Дью прихватите, - сказал профессор нам вслед, не отрываясь от своих записей. Вот теперь я узнаю того человека, с которым когда-то познакомился.

Дома Тун усадил меня на диван и строго настрого приказал никуда не двигаться. А это как? Просто сидеть, а он сейчас что-нибудь приготовит нам поесть. Ну ладно, посижу.

Я наблюдал, как он суетился, готовя что-то потрясающе вкусное, потому что запах, что до меня доносился, просто сводил с ума и заставлял усиленно работать слюноотделение. И я только сейчас почувствовал, что очень хочу есть.

Вскоре все было готово, и мы устроились за столиком у дивана - за большой не хотелось садится. Так уютней. Тун приготовил том кха гаи и ларб. Как же люблю его готовку. Я голодным зверем накинулся на суп, а потом и на рис. Тун поглядывал на меня с задумчивым выражением лица. Не буду сейчас ничего спрашивать. Сейчас просто хочу поесть. Вкусно и сытно.

После сытного ужина мы устроились на диване - я сидел, а Тун прилег, положив голову мне на колени. Я смотрел на закатное солнце в окне и в задумчивости теребил его волосы. Как же хорошо, тихо и спокойно. В такие моменты хочется, чтобы время остановилось и немного отдохнуло, дав нам насладиться моментом в полной мере.

Неожиданно у меня перед глазами снова появились вспышки и какие-то картинки, которые были не очень веселыми. Я невольно дернулся, чем встревожил Туна. Он подскочил, как ужаленный.

- Что? Что произошло?

- Память пришла, - просто ответил я, еле сдерживая слезы.

На этот раз Мэоу поделилась со мной воспоминанием, когда она захотела расстаться с Туном, узнав, что они родственники. Сердце пронзила такая боль, что я невольно прижал к груди руки.

- Здесь явно что-то не так, - Тун засуетился. - Расскажи, что ты видишь?

- Это правда? Скажи, это правда, что мы с тобой... - я не знал, как спросить. - Что мы с тобой братья?

К моему удивлению, Тун с облегчением вздохнул и снова сел рядом. Взяв меня за руку, он заговорил:

- Нет, это неправда. Было время, когда на этот счет мы сомневались, но есть тест ДНК. Так что успокойся, мы не братья и даже не родственники.

- А почему же тогда... - я не договорил, потому как Тун обнял меня и закрыл мой рот своими губами. Я машинально ответил на его поцелуй.

- Успокойся, - сказал Тун, отпустив мои губы. – Мэоу, видно, не очень хочет хранить тот момент у себя в памяти и сбросила его на тебя. Вот только не весь. Что там было?

- Ну, она узнала, что ты ее брат и решила с тобой расстаться, сбежав в убежище, что на севере.

- Вернулась через две недели, и я ей тест ДНК показал - мы не родные по крови.

- Но даже если бы вы были родные, здесь же не было кровосмешения - вы же два парня. Ну, есть конечно некоторые моральные аспекты, но кто знал, что вы можете быть родственниками? Вы росли отдельно друг от друга, в разных семьях...

- Она еще надеялась вернуться в свой нормальный облик.

Я посмотрел сначала на Туна, потом оглядел себя и спросил:

- Чем ей этот облик не понравился? - спросил я, указывая на свое тело. - Или он... - я прищурил глаза. - Тебе не нравится?

- Тхан, ты что, сдурел? Как это он мне не нравится, если я даже женился на... - он резко осекся. Нет уж, вот с этого места, пожалуйста, поподробней.

Поняв, что он сказал мне то, что не хотел пока говорить, Тун смутился. Вот что смущаться? Я уже и сам догадался, что они с Пхатом поженились. И не только что, а уже давно. А еще мой милый имеет привычку говорить во сне. Не часто, видно, когда сильное перенапряжение у него. И кстати, Пхатом он меня пару раз, забывшись, называл. Но я делал вид, что не расслышал или еще что. Мне что, начать ревновать к самому себе? Конечно, я, может, и ревновал, если бы не знал, что я - это он, только с немного другим сознанием. Накатывает иногда, но я стараюсь об этом не думать.

- Ладно, проехали. Я знаю, что ты женат на парне по имени Пхат, который по сути является девушкой и чье тело я сейчас занимаю... - вот это я сказанул. Вот так кто со стороны услышит, подумает, что я сбрендил.

Тун присел, чуть отстранившись, и уставился на меня немигающим взглядом. Он уже не раз так делал, и я должен был уже привыкнуть, но не могу - прям мурашки по коже.

- И как давно ты это знаешь?

- А не все ли равно?

- Не хочешь говорить? Ладно. Я тебя сейчас заставлю все сказать, - он со смехом набросился на меня и стал щекотать. Вот только не это. Блин, Тун, я сдаюсь...

Давясь от смеха, я не заметил, как Тун плавно перешел к ласкам. Мне просто стало хорошо, и я поплыл. Как же люблю этого человека. Без сомнения, я отдам за него все, даже свое сознание, лишь бы он был счастлив. Чтобы с его лица никогда не пропадала эта очаровательная улыбка. Жаль, что ни Пхат, ни Мэоу не увидят его так, как вижу я. И пусть мне было дано не так много времени, которое я провел рядом с этим человеком, это время для меня было, есть и будет самым счастливым в моей жизни. Эх, жаль, я не умею управлять потоками, а то бы я показал ему всю бесконечную грань своей любви...

- Тхан, остановись! - Тун резко меня дернул. Я почувствовал, что с меня как будто спала пелена наваждения.

- Что случилось? – видно, мой взгляд был настолько испуганным, что он прижал меня к своей груди, как маленького ребенка, и я даже подумал, что он меня укачивать начнет.

- Как это у тебя получилось? Никогда не выходило, а тут раз - и ты чуть не провалился в подсознание.

- Куда я...

- А ты разве не сам это сделал?

- Да что я сделал?

- Ты только что вызвал энергетические потоки и почти ушел в медитацию, но я тебя вовремя остановил - без подготовки ты мог бы не вернуться.

Я задумчиво посмотрел на Туна. Он что, продолжает шутить надо мной? Вроде нет - он очень сейчас серьезный. Так получается, то, что я испытал, и есть медитация? Если это так, то я еще хочу. Так, как это делать?

- Ты же вроде пытался меня учить, но у меня ничего не получалось. Тогда почему сейчас так вышло?

- Надо будет спросить профессора, - задумчиво ответил Тун. - Или некую девушку, которая с катушек слетела.

Мэоу! Она продолжает внедрять свой план. Да что она задумала? Нет, девушка, ты должна мне ответить, зачем тебе это. Я уже почти смирился, что мне придется уйти в забвение - все же я временное создание. И что же она творит? Как ее вызвать на разговор?

- Тун, - тихо позвал я, - ты можешь мне помочь связаться с Мэоу?

- Зачем тебе? - он недоверчиво на меня покосился.

- Да есть у меня к ней один вопрос.

- И какой же?

- Это только между нами. Я потом тебе все объясню, - сказал я, а сам подумал: «Если останусь в сознании».

- Ну, давай попробуем, хотя мне это ой как не нравится. У тебя в башке столько же тараканов, сколько и у нее, - сказал он, усаживаясь в асану и вызывая потоки. Ну что же, сейчас мы и выясним, у кого и сколько тараканов...

Глава 41

Неожиданный поворот

Вызвать Мэоу у нас не получилось. Тун промучился минут тридцать, но все безрезультатно. Я порывался ему помочь, но он осаживал меня. Ну и ладно. Больно надо было.

Закончив с медитацией, Тун недовольно встал и пошел на кухню.

- Ты будешь что-нибудь пить?

- Может, выпить? - я хитро сощурил глаза.

- А можно и так, - ответил Тун и полез в бар. - Тебе что налить?

- Я бы выпил пиво. Но не здесь, а на обрыве. Давай сгоняем?

Тун резко развернулся в мою сторону. «Неужели Мэоу поделилась с ним о своем любимом месте?» - подумал он. Вот это уже не очень хорошо. Если она стала отдавать самые родные и близкие воспоминания, то что-то тут не так. Он посмотрел на часы. Ух ты, он и не заметил, как полночи пролетело. Так, все, никаких выпить - спать. Он вернул бутылку виски в бар и быстро пошел в мою сторону. Подойдя ко мне, он, не говоря ни слова, подхватил меня на руки и понес в спальню. Ой, что-то у меня сердечко так быстро заколотилось. Я обхватил его за шею одной рукой, а вторую запустил под рубашку. Он от неожиданности икнул.

- Тхан, - он заглянул мне в глаза, и от его взгляда бабочки в животе снова ожили.

- Что? - приблизив свои губы к его уху, тихо спросил я и нежно коснулся его мочки уха языком.

Я прям почувствовал, как у него перехватило дыхание и чаще забилось сердце. Меня это радовало. В последнее время я все чаще задумывался о нашем будущем. А будет ли оно у нас? Все так туманно. Как бы хотел, чтобы каждый миг, проведенный с Туном, запечатлелся в моей памяти, но что толку, если еще неизвестно, останусь ли я. Вернее, мое сознание. От этого становилось так тоскливо и больно на душе, что хотелось, чтобы все это побыстрее закончилось. Эта неопределенность меня просто убивает. Чем больше проходит времени, тем больше я... становлюсь эгоистом, хоть и понимаю, что изначально это все не мое. Ни тело, ни Тун, ни даже жизнь. Вот что меня снова понесло? Весть настрой пропал. «Значит, просто будем спать в обнимку», - подумал я и уютно устроился на груди любимого. Он, как всегда сгреб, меня в охапку, чмокнул в лоб и пожелал сладких снов.

Вот странно все это. Совсем недавно я был просто парнем, потерявшим память, а сейчас я оказался частью чьего-то сознания. Я пытался найти хоть какую информацию об этом, но все безуспешно. Конечно же, Вянь Вянь мне описал все в общих чертах, но выспрашивать более подробно у него или у Туна было как-то не удобно, так что я довольствовался лишь той информацией, что мне дали, и еще которой со мной поделилась Мэоу.

Я давно сделал для себя все выводы, но почему же мне с каждым днем становится все больнее и больнее? Появилось чувство сожаления, которое я старательно гнал от себя. В последнее время я все чаще и чаще лежал без сна, прокручивая в голове события, произошедшие со мной. Строил предположения, мечтал, а потом незаметно засыпал - просто проваливался куда-то в пустоту. А как это еще назвать, когда мне никогда ничего не снилось - я просто отключался, как какой-то робот, а утром включался. Выходит, что я и есть самый настоящий робот, только из плоти и крови. Андроид...

Посильнее прижавшись к Туну, я постарался прогнать все назойливые мысли и попытался все же уснуть. Хоть я и робот, отдых и сон мне нужен.

Это было не совсем обычно. Я стоял недалеко от обрыва, который Тун как-то назвал обрывом Пхата. Впереди, почти у самого края, в лучах заходящего солнца, стояли двое парней и о чем-то разговаривали. Из-за ослепивших меня лучей я не мог разглядеть, кто это - лишь силуэты. Я прислушался, но до меня не доносилось ни слова, а стоял я не так далеко. Может, подойти поближе? Не помешаю ли я им своим присутствием? А с дугой стороны, как я здесь оказался? Я не помню, что приезжал сюда. Просто вдруг очутился. Ну и ладно, потом подумаю как. «Раз я здесь, значит, так надо», - сказал я себе и двинулся в сторону разговаривающих.

По мере приближения я понемногу разглядел, кто это. Передо мной стояли Тун и ... я? Подождите, это что такое? Я пригляделся и понял, что парень, которого я принял за себя, немного от меня отличается. У него волосы длиннее и нос не такой прямой, как у меня. А еще скулы выражены ярче и подбородок чуть шире. Значит, это не я. Уф, даже полегчало. Согласитесь - странно увидеть второго себя.

До меня стали доноситься отдельные фразы. По ним и по интонации я понял, что парни ссорятся. Вот только разборок мне не хватало. Не люблю я такое. Я люблю, когда все чинно и мирно. Когда люди спокойно договариваются. А когда ругаются, мне почему-то хочется куда-нибудь спрятаться.

Я хотел уже было развернуться и уйти, но тут до меня долетела фраза:

- Тогда скажи ему прямо, что ты не любишь его, что ты с ним только из-за того, что пока не можешь быть со мной, - это говорил парень, который так похож на меня.

-  Да, я люблю тебя, Пхат. А тот парень для меня ничего не значит. Он просто твоя замена...

“Он просто твоя замена...” - эхом отдалось у меня в голове. Как больно. Я схватился рукой за грудь. Сердце рвалось наружу, разрываясь на куски. Я всего лишь замена. Замена, замена... Слова пульсировали, отдавая болью. Да что же это? Надо положить этому конец раз и навсегда.

Не осознавая, что делаю, я бросился бежать к обрыву. Пробегая мимо Туна, я посмотрел на него, чтобы в последний раз увидеть его глаза... Не стоило этого делать. Он не смотрел на меня. Он смотрел глазами, полными любви на парня, что стоял перед ним. А я... Что я? Я лишь замена... Добежав до обрыва, я посильнее оттолкнулся и, расправив руки как крылья, полетел вниз...

- Тхан, проснись, милый. Да проснись ты наконец! - Тун тряс меня за плечи. Его голос дрожал.

Я открыл глаза. Они были полны слез. Дыхание частое, отрывистое, как будто я бежал. Повернувшись к Туну, я увидел страх на его лице, а в глазах - боль. Я постарался взять себя в руки и отдышаться. Надо сесть. Тун тут стал помогать мне удобней устроиться. Что же произошло?

- Ты как? - в его глазах все еще читались боль и страх.

- Не знаю, - чуть заикаясь ответил я. - Что это было?

- Тебе, наверное, приснился кошмар. Ты так кричал и плакал, что я не знал, что делать - ты никак не хотел просыпаться. Что так тебя напугало?

- Я спал и мне снился сон? - Тун утвердительно кивнул.

Получается, что я впервые в своей жизни видел сон, и это был мой самый большой кошмар. Это было так реально. Так вот, значит, что такое - видеть сны.

- Расскажешь, что тебя так напугало? - он нежно обнимал меня и гладил успокаивающе по спине.

- Я не помню, - соврал я. Не надо ему знать то, что я видел и что сделал. - Мне никогда раньше не снились сны. Вообще. Я даже не знаю, каково это - видеть сны. Может, меня напугало именно это?

- Думаю, нам не стоит ждать назначенного времени, а нужно сейчас же позвонить профессору и встретиться с ним. Не нравятся мне такие быстрые перемены в твоем сознании.

- Может, не стоит беспокоить его по пустякам?

- Пустякам, говоришь? Какие же это пустяки? Сначала ты чуть не провалился в медитацию, а теперь тебе еще снятся пугающие сны. Я уже не говорю о том, что у тебя стали появляться не твои воспоминания. Надо выяснить, к чему это приведет. Все новое, что с тобой происходит, - это дополнительные ключики к той головоломке, которую нам предстоит решить. Так что отправляйся в душ, а я как раз позвоню Вянь Вяню.

Я нехотя отпустил из своих объятий Туна и направился в ванную. Душ я принял как можно быстрее. Когда я вышел, Тун уже был одет, а на его волосах еще блестели капельки воды – видно, он принял душ в другой квартире и наспех высушил голову. А почему он не пошел принимать душ со мной? Как это...

- Ты что застыл? Пошли, - он вернул меня в реальность. Взял за руку и направился к выходу.

Проследив, чтобы нас никто не заметил, мы спустились в лабораторию. Вянь Вянь сидел за рабочим столом и изучал какой-то документ, периодически сверяя его со своими записями. У лабораторного стола с пробирками возился Дью. Теперь, когда я знаю, что мы с ним родные братья, мне стало многое понятно из его ранее сказанного или сделанного. Мне жутко захотелось с ним пообщаться - шутка ли, он мой брат.

Как будто услышав мои мысли, профессор поднял голову от документа и сказал:

- Пообщайтесь пока, а мне надо немного разобраться тут кое с чем, - и снова углубился в бумаги.

Тун подтолкнул меня в сторону брата. Ой, что-то мне как-то стремно стало. Может, я пойду пока?

Услышав возню за своей спиной, Дью обернулся и уставился на нас удивленными глазами – видно, о том, что мы придем, ему не сказали.

- А вы здесь зачем? Вас никто не видел?

- Пи, прекрати параноить, - Тун похлопал брата по плечу. - Никто не напугает больше твоего малыша, успокойся.

- Да спокоен я. Тем более, ты хорошо его в чувства привел. Спасибо. Так зачем пришли?

- Получается, Вянь Вянь тебе еще ничего не рассказал?

- Да он буркну что-то типа «у нас новые вводные» и вон, - Дью кивнул в сторону профессора, - до сих пор сидит с документами

- Ну, тогда держись, брат, мы тебе сами расскажем, - сказал Тун, подцепил Дью за локоток и потянул его к чайному уголку - во всех помещениях, где работал профессор, всегда имелся такой закуток.

Я сел напротив Дью и дернул Туна за руку, чтобы тот сел со мной. Что-то мне как-то не по себе. Как Дью отреагирует на то, что я его брат? И тут до меня дошло - так он же с самого начала должен об этом знать. Так что же он...

- Рассказывайте, что у нас приключилось, - Дью налил себе чай и теперь сидел и рассматривал нас с Туном. Мне даже показалось, что он усмехается. Вот ведь...

- Теперь он все знает, - наливая чай, сказал Тун.

- Кто и что?

- Тхан, о тебе, - вторя брату, выдал Тун.

- Кто? Что? Тхан?.. О чем? - непонимающе залепетал Дью.

- Он знает, что вы братья, так что можешь теперь себя не сдерживать, - невозмутимо продолжил Тун.

При этих словах Дью подскочил с места и как-то неуклюже затоптался на месте.

- Это правда?

- Да, правда, - ответил я.

Мне было интересно наблюдать за ним. Вот насколько они похожи - Мэоу и Дью? Та Мэоу, которую я знаю, такая же несдержанная - в этом они схожи. Я вот, в отличие от них, более спокоен. Ну, за исключением некоторых моментов, воспоминания о которых заставили мое сердце чаще забиться. Так, успокойся, ты чего? Вот же сексуальный маньяк.

Тут в моей голове снова появилась вспышка, и я “вспомнил” момент аварии и ее последствия. Это было настолько ошеломляюще, что у меня перехватило дыхание. Я вскочил с места, абсолютно не зная, что мне делать. Заметив мое состояние, братья бросились ко мне.

- Да что ним опять такое? - Дью опрокинул меня прямо на пол и стал нащупывать пульс. Затем он подложил мне под шею валик со стула и расстегнул рубашку. - Тун, не стой столбом. Неси быстро холодную воду с полотенцем и мой чемоданчик.

Тун бросился исполнять, а Дью стал растирать мою грудь, помогая мне дышать. Вянь Вянь, все это время сидевший у себя за столом, поднял на нас взгляд, убедился, что его помощь вряд ли нам понадобится, и снова углубился в документы. Тун принес все, что просил брат. Дью взял полотенце, намочил его, отжал и положил мне на грудь. Потом достал из чемоданчика какую-то ампулу и одноразовый шприц.

- Тун, подержи вот так. И растирай интенсивней.

Просить и объяснять Туну два раза не надо. Он до сих пор помнит, как помогал реанимировать Пхата. Тун быстро подсел ко мне на пол так, чтобы облокотить меня спиной себе на грудь, и стал интенсивно растирать меня через холодное полотенце. Дью тем временем сделал какой-то укол, и через пару минут мне стало легче, и я наконец смог вдохнуть полной грудью.

- Пи’Дью, что это было с ним?

- Откуда я знаю. Припадочный, наверное, как и Пхат.

- Э, ты говорить говори, да не заговаривайся, - Тун строго посмотрел на брата. - Почему это Пхат припадочный?

- Да вечно с ним что-то приключается, а мы расхлебывай. Думал, что с Тханом не так будет, да, видно, не судьба.

- Это все Мэоу.

- Кто?

- Сестрица твоя, кто же еще? - Тун продолжал растирать мне грудь, но уже не так интенсивно. Скорее, он ее просто успокаивающе гладил. Вот только кого он этим успокоит?

- Ничего не понимаю. Так, давай перенесем парня на кушетку. Он проспит часа два, а ты тем временем мне все в подробностях расскажешь, - Дью сразу какой-то серьезный стал.

Братья подняли меня с пола, и Тун заботливо устроил меня на небольшом диванчике. Укрыл и подоткнул плед. Проверил мое дыхание и просканировал потоки. Убедившись, что со мной все в полном порядке и я спокойно сплю, присоединился к брату.

Профессор отложил наконец свои бумаги, пересел в кресло в чайном уголке и приступил к своему излюбленному делу - чайной церемонии. Тун наблюдал за его действиями: как тот неспешно обдает кипятком чашки и чайник, не забывая про лягушку, что стоит в середине чайного столика, засыпает и заваривает чай - он видел этот ритуал много раз, но не переставал им наслаждаться. Эти действия приносили ему какое-то умиротворение. Тун и сам умел все это делать, но ему больше доставляло удовольствие наблюдать, как это делает Вянь Вянь. А еще как это делал когда-то Пхат.

- Итак, - начал профессор, когда разлил всем чай, - я коротко расскажу тебе, Дью, как у нас обстоят дела на сегодняшний момент, а потом Тун поделится с нами, что произошло за последние сутки. Тхан присоединится, - он обернулся и посмотрел на мирно спящего парня, - ну, когда будет возможно, и дополнит рассказ Туна.

Дью приготовился внимательно слушать, а Тун задумался над тем, что сейчас произошло. От какого воспоминания избавилась Мэоу? Что это могло так повлиять на Тхана? Можно только гадать и ждать, когда тот сам расскажет. Тем временем профессор ввел в курс дела Дью. Настала очередь Туна.

- Первое, что меня вчера насторожило — это то, что Тхан чуть не свалился в медитацию, но я его вовремя поймал, - профессор нахмурил брови. - Потом стали появляться отрывки из памяти Пхата. Точнее сказать, из памяти Мэоу, когда она уже стала Пхатом. Более ранние воспоминания не появлялись. По тому, что мне рассказал Тхан, могу сделать вывод, что она избавляется в основном от тягостных моментов. Но один меня насторожил. Либо она не заметила, что именно отдала, либо... Я не знаю. А потом Тхану приснился сон. Какой, он не рассказал. Говорит, что не помнит, но думаю, что он просто не хочет, чтобы я знал. Скорее всего, это как-то может быть связано со мной. Но то, что он никогда раньше не видел снов, а теперь стал, что-то должно означать. Может, Мэоу...

- Она себя перестала контролировать, - закончил за него Вянь Вянь. - Это больше похоже на правду, если верить расчетам. Что же она творит? И остановить мы ее не можем, и оградить бедного мальчика от таких вот потрясений тоже, - он тяжело вздохнул. - Все же учитель был прав: долгое пребывание сознания в медитации в конце концов его разрушит... И здесь создание клона даже ни при чем. Боюсь, что мы с вами, молодые люди, уже ничего не сможем сделать. И вывод напрашивается сам собой: Мэоу, а соответственно Пхат, уже вряд ли к нам вернется. Но всегда остается надежда...

Они замолчали, каждый думая о своем. Тун пил чай маленькими глотками и думал над последними событиями. Очень странно себя ведет сознание Мэоу. Создавалось ощущение, что она не хочет возвращаться. Но почему? Вот в этом, скорее всего, и кроется разгадка. Как бы с ней поговорить? Тун мог бы ее уговорить, но... Он посмотрел в сторону спящего парня. А как тогда он? В последнее время он стал ближе и роднее. На физическом уровне это все тот же Пхат, но на сознательном... Он другой. Вот говорят, что мы в человеке в первую очередь любим душу, и неважно, в каком она теле. Сознание Пхата разделилось по принципу инь и ян, а что стало с душой? Она тоже разделилась? Или она одна на двоих? Или она... исчезла? От этой мысли Туну стало как-то не по себе. Он повернулся к профессору и, немного поразмыслив, все же задал тому вопрос:

- Отец, а что становится с душой, когда разделяют сознание?

- Принято считать, что сознание и есть душа.

- Получается, сейчас у Пхата две души? Его или Мэоу и Тхана?

- А вот над этим я никогда не задумывался...

- А вот с точки зрения медицины, - вмешался Дью, - никакой души не существует. Организм живет, пока функционирует мозг и работают органы. Потеря или травма какой-то части тела не ведет именно к смерти, а вот потеря мозга да.

- Пи, мозги у него на месте, не сомневайся.

- Это я к примеру сказал. Душа - все же что-то близкое к духовному, к религии...

- И это говорит человек, который родился и вырос в стране, где основная религия буддизм, - Тун усмехнулся.

- И что с того? Я медик, и мне как-то не с руки все эти верования.

- Профессор, а вы что скажете?

Вянь Вянь задумчиво чесал подбородок. Как-то он про душу не задумывался. Слишком много упущений. Стар он стал. Многое стало забываться. Вот решит он все эти вопросы с детьми и пойдет на покой, если только они его раньше времени в гроб не вгонят.

- Душа, сознание, энергия ци — это все едино.

- А как же клон? - не унимался Тун.

- Любой клон вне закона. Будь то закон природы или вселенной. Потому и под запретом. Но слишком жадных до денег это не останавливало, как в этот раз. Но сейчас все по-другому. Если говорить об обычном человеке, то он бы давно уже погиб. У нас совсем другой случай. Такого еще никогда не было и, очень надеюсь, больше не будет.

- Так чего нам всем ждать, профессор?

- Вот сейчас молодой человек проснется - не долго еще осталось - мы его расспросим и попробуем снова связаться с Мэоу. А сейчас, Дью, сделай для меня некоторые анализы, пока он спит. А ты, Тун, сходи к Мину и проверь последние данные, что он свел.

- Мин про Тхана не знает?

- Конечно, нет. В противном случае, он уже был бы здесь.

Профессор вернулся к себе за стол, Дью с пробирками стал крутиться возле брата. Тун окинул их взглядом и пошел искать Мина.

Зайдя к нему в кабинет, Тун увидел недвусмысленную картину: хозяин кабинета сидел в кресле в расстёгнутой рубашке, а у него на коленях, обхватив руками за шею, сидел Нок. И судя по тому, как оба покраснели, они здесь не чай пили.

- Вы хоть бы дверь запирали, - сказал Тун, отвернувшись, давая ребятам привести себя в порядок.

- А вы бы, Кхун, стучались прежде, чем войти, - Мин явно был обескуражен.

- Да ладно тебе, брат. Мы же все свои, правда, Нок? - Тун решил немного подергать мелкого. Но тот не поддался, быстро шмыгнул мимо него и скрылся за дверью. – Вот, похоже, тебе сегодня не перепадет, - усмехнулся Тун.

- Ну вот что ты издеваешься? Нет бы порадоваться за нас, что вот так вот все... - он говорил все тише и тише. Тун догадался: Мин пытается спрятать смущение, но у него не выходит.

- Мин, дружище, а я рад. Ну что ты прямо как дитя малое? Успокойся. Если ты думаешь, что я кому-то расскажу, то зря. Кому мне рассказывать? Ты мне лучше скажи, когда у вас все закрутилось?

- Тун, прекрати. Я и так весь в смущении, а ты тут начинаешь...

Вот за что Туну всегда нравился Мин, так это за то, что тот всегда и при любых обстоятельствах говорил правду. И сейчас, смущаясь и краснея, он не отрицает и не выкручивается. Нок вовремя сбежал, иначе сейчас наговорил бы с три короба, а потом расхлебывал. Ну да ладно.

- Еще раз прошу меня простить, что помешал вашему уединению, но дверку в следующий раз прикройте.

- Ты зачем пришел? - Мин решил перейти в нападение.

- Вянь Вянь послал за последним анализом данных.

- Вот, на, - Мин протянул Туну папку с документами, - и уходи быстрее. Не хочу тебя сейчас видеть.

Тун и сам собирался уйти побыстрее - как-то неловко было наблюдать приподнятое настрое в штанах у друга. Взяв папку, он быстро ушел, оставив Мина, сидящего в кресле с красными ушами, судорожно пытающегося застегнуть рубашку, но у него ничего не выходило. И все же это приятная новость. Он рад за ребят. И, улыбаясь, Тун вернулся в лабораторию к Вянь Вяню.

Возвращаясь в лабораторию, Тун вспоминал выражение лица Нока и на его лице снова и снова появлялась улыбка. Эти двое - идеальное сочетание: вечно неугомонный Нок и мистер спокойствие Мин. Вместе они должны создать довольно уравновешенный тандем. Увиденное еще доказывает то, что Мин наконец успокоился в отношении Мэоу. Извини, брат, но эта девушка никогда не вернется в том образе, в котором ты хотел бы ее видеть. Разве только профессор не придумает, как сгенерировать в капсуле новое тело и пересилить туда сознание. Ну, про тело — это вполне возможно, для Вянь Вяня нет ничего невозможного. А вот как переселить сознание? Или можно? Тун ускорил шаг. Надо срочно поговорить с профессором.

А мне снова снился сон. Теперь я знаю, что это такое. На этот раз картинки мелькали перед глазами, как калейдоскоп. Я пытался хоть что-то рассмотреть, но все как-то сливалось в сплошное месиво. А в конце была очередная вспышка, и я проснулся. Огляделся - я все так же в лаборатории Вянь Вяня. Вон он сам сидит за своим столом, а вот Дью возится с пробирками. Так удивительно - у меня есть брат. Ну, как у меня? А впрочем, чисто технически так оно и есть. А с теми воспоминаниями, что поделилась Мэоу, я теперь это очень хорошо осознаю. Да и воспоминания понемногу улеглись на свои места, и мне даже стало казаться, что это просто вернулось то, что потерялось. Ну, как будто память стала восстанавливаться.

Я уселся поудобней на диване и стал вспоминать: что же мне приснилось? И только сейчас до меня дошло — это был не сон. Это еще одни куски воспоминаний. Сейчас они стали более четкими. Теперь я знаю, почему Мэоу стала парнем, как она познакомилась с Туном и как развивались их отношения. Вот всплыли новые персонажи, но я даже не удивился. У меня было ощущение, что я знаю их уже давно и с некоторыми я даже дружу. Тут я понял, как соскучился по ним. Подождите, но ведь это же не мои воспоминания, так почему ощущение, что...

- Профессор! - я почти закричал, чем очень всех удивил. Особенно Туна, который только что вошел.

- Что случилось? - он бросился ко мне. Подбежав, он обнял меня. Я уткнулся ему в грудь и, не стыдясь никого, заплакал. - Тхан, что произошло? Почему ты плачешь?

- Я не знаю, - сквозь слезы выговорил я.

Я на самом деле не знаю, что именно вызвало мои слезы: последнее воспоминание, которое отдала мне Мэоу, или осознание того, что она принесла себя в жертву.

Глава 42

Что было вначале - душа или сознание

Я заперся в квартире и не выходил примерно неделю. И не впускал к себе никого, как они ни пытались меня уговорить. Еду я себе готовил сам, благо запасы были, а в еде я непритязателен. Могу просто на воде продержаться несколько дней, если надо. Тун несколько раз порывался проникнуть, но все его попытки я пресёк. Мне надо было побыть одному и восстановить свое внутреннее равновесие после того, что случилось.

А случилось следующее: произошло слияние сознаний, спровоцированное Мэоу. Спасибо, что хоть предупредила, пока я спал под воздействием лекарства, что вколол мне Дью. Она рассказала, что именно она собралась сделать, и объяснила, как мне надо будет потом действовать.

Если коротко, то, когда она решила уравновесить наши сознания, ей пришла в голову мысль: а не попробовать ли перекинуть все и, оставшись пустой оболочкой, раствориться в потоке. Этим самым она просто удалит женскую сущность своего сознания и станет полностью парнем. А чтобы избежать конфликтов между воспоминаниями и сознанием, она изменила о себе память. На мой вопрос - а как же Тхан? - она сказала, что он всего лишь мужская сущность и, получив все воспоминания, он, то есть я, продолжит жить дальше, как нормальный полноценный парень.

Оставив меня в размышлениях, она начала приготовления к последней передачи данных и объединению наших сознаний. К моменту моего пробуждения все было закончено. Проснулся я совершенно обновленным.

Через неделю я вышел, чем несказанно обрадовал Туна. Он хотел было сграбастать меня в объятья, но я увернулся и остановил его жестом. Выражение лица у него в тот момент было такое, что мне захотелось плакать. Я попросил его позвонить профессору и Дью, чтобы они собрались в кабинете у Вянь Вяня или в его лаборатории, и я тогда расскажу им, что со мной и почему я неделю ото всех прятался.

Вот сколько на меня можно смотреть и молчать? Они что, сговорились? Я попеременно провел взглядом по смотрящим на меня. Выражения лиц у всех было озабоченное. Атмосфера была какой-то гнетущей. И стала она такой после моего рассказа. Мне показалось, что мне не верят. Ну скажите хоть что-нибудь! Первым не выдержал Дью:

- Ты в этом уверен? - спросил он, глядя мне прямо в глаза.

- Я понимаю, что в такое сложно поверить, но это действительно так. Не знаю, как это могло произойти. Может, какой сбой или механизм слияния сработал раньше времени, но факт остается фактом. Все объяснить сможет только она сама.

- Но как? - Дью смотрел на меня непонимающим взглядом. - Как она нам это объяснит, если она не здесь, а...- он пытался подобрать слово, но ничего не находил.

- Ментально, - медленно сказал профессор. Все посмотрели на него.

- Поможете мне немного, Вянь Вянь? - я смотрел на него, а сам сдерживал себя от того, чтобы не подскочить к нему и не обнять - папа.

- Да, конечно. Когда?

- Можно прямо сейчас, а можно и в другое время, когда все будут готовы.

- Ты сам-то как? - профессор подался ближе ко мне и участливо погладил по плечу.

- Нормально, если так можно сказать. Мне надо будет потом переговорить с вами с глазу на глаз, - он в ответ согласно кивнул.

- Подожди, ты прямо сейчас хочешь это сделать? - Тун весь напрягся. - А это не навредит... тебе?

- Успокойся, все в порядке. Ты только Дью помоги, он же не умеет входить в медитацию.

- Хорошо. Но при первом же сбое или малейшем отклонении, я сразу...

- Все будет хорошо, - успокоить Туна, когда он в таком возбуждении всегда было нелегко. - Профессор, от вас сейчас требуется только проследить и подстраховать меня на случай... но вы понимаете, - я улыбнулся и тут же взял Туна за руку, чтобы остановить его очередной порыв прекратить все и вся. - Все готовы?

Тун отрицательно замотал головой. Он никак не мог поверить в сказанное мной. А если что-то не так? Он не готов снова терять своего любимого. Успокойся, булка. Ты никого не потеряешь. Ты только приобретешь, но об этом позже.

Я сел в асану, сделал пас руками и вызвал потоки. Все шло нормально, в обычном русле, потому что я всю неделю практиковался. Войдя в медитацию, я сразу почувствовал далекое присутствие профессора. Хорошо, так будет лучше, если кто-то будет подстраховывать, так как давно я этого не делал. Итак, приступим. Сначала проверю потоки, уровни, а потом и до главного дойдем.

Тун, как завороженный, смотрел, как Тхан входит в медитацию. Перед ним был не тот парень, которого он выкрал у Ли Бао. Перед ним в своей любимой асане сидел Пхат. Тун ни с чем не перепутает эти уверенные пасы руками. Неужели его чертенок вернулся на самом деле?

Изначально мы договорились, что первым будет Дью. Я подсоединился к его потокам, почувствовал Туна. Так, не отвлекайся. Возьми Дью за руку и проведи его к себе. Я сразу понял, что брат боится. Повернув к себе лицом его эфемерный образ, я улыбнулся и подмигнул ему. Он удивленно оглядывался вокруг.

- Так это и есть ментальное сознание? - спросил он и удивился сам себе.

- Так оно и есть. Мы можем создать любой образ. Где бы ты сейчас хотел очутиться?

- Как это? - не понял он.

- Ты просто представь то место, где бы ты сейчас хотел быть.

В голове у Дью стали мелькать картинки. Он никак не мог определиться. Я пришел ему на помощь.

- А как насчет места, где вы впервые познакомились?

- А ты знаешь, где это произошло?

- Конечно же знаю. Я же... - я хотел сказать, что там был, но решил: не стоит. Вместо этого я мысленно воссоздал иллюзорное кафе больницы, где Дью был интерном.

Он оглядывался по сторонам и не мог поверить глазам своим - он стоит по середине кафетерия, в котором не раз покупал свою любимую булочку и кофе. Ему хотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что не спит, но он воздержался. Немного поколебавшись, он присел за столик.

- Дью, так как ты никогда не видел Мэоу и был знаком только с Пхатом, то и разговаривать с тобой будет он.

Я сосредоточился и вызвал образ Пхата. Действительно, я с ним был прямо одно лицо с небольшими отличиями, которые мне сделали по приказу Ли Бао. Мне немного изменили форму носа и скул. А также линию подбородка. Если нас с Пхатом не сравнивать, поставив рядом, то эти отличия не особо заметны. Главное наше с ним отличие - я в образе Тхана предпочитал короткие стрижки, а он -хвост.

- Дью, послушай меня, - брат пребывал в шоке, и его надо было оттуда вывести. - Ты просто сиди и слушай. Это послание тебе от Пхата. Представь, что ты просто слушаешь аудиофайл. Ты готов? - Дью сглотнул и кивнул головой в знак согласия.

Сосредоточившись, я нашел уровень, на котором Мэоу оставила послание брату и перенес его в образ Пхата. Послание было небольшим. В основном напутствие и пожелание, что Дью найдет свою любовь, кем бы она ни была, и будет счастлив. Я мог бы и сам все это сказать, но это послание именно от меня, когда я был девочкой, так что было разумнее сделать все именно так.

- Братишка, ни о чем не жалей. Я не умер и не пропал. Я вот он, всегда с тобой. Ты не знал меня как Мэоу, но знал как Пхата. Мы с тобой всегда будем вместе. Я не знаю, как меня теперь будут звать. Может, я останусь Пхатом, а может, сменю имя на Тхан или еще какое, но знай, что это я, твоя непутевая сестренка, которая любит тебя.

Договорив, образ Пхата распался. Дью повернулся ко мне.

- Это правда?

- Что именно?

- Ну, что ты - это он?

- Да, правда. Я все тот же Пхат, но только уже без женской сущности. Она больше не со мной. У меня осталась ее память. Я помню все с самого раннего детства. За одним исключением - моя память переписана с девочки на мальчика.

- Получается, она сделала то, что предлагал ей профессор, когда она стала парнем - изменила память.

- Получается, что так. Я ничего не знаю и не помню из жизни девочки Мэоу, но я все помню как мальчик Пхат.

- А что с Тханом?

- Как что? Вот он я, - я рассмеялся, когда увидел недоумение на лице Дью. - Тхан - это мое прикрытие для работы в агентстве Ли Бао.

- Так вот оно что, - было видно, что брат расслабился.

Он немного посидел, подумал, а потом выдал:

- Получается, что ты теперь полноценный парень?

- А раньше я что, был неполноценным? - я от неожиданности даже глаза округлил.

- Ну, у тебя вечно бабские закидоны были. И потом вот твое... прости, виляние бедрами... Нет, если Туну нравится, то я...

- Погоди, если тебе это так не нравилось, так зачем ты ко мне шары подкатывал?

- Ты и это помнишь? - Дью смутился.

- А почему я должен что-то забывать? Я тебе еще тот поцелуй припомню...

- Так, стоп! О поцелуе ты сам просил на благое дело.

- Я попросил сделать вид, а не с языком лезть. Тьфу, Дью, мы же братья.

- Давай забудем. По рукам? И вот еще что - тебе надо сдать сперму на анализ, - Дью дурашливо улыбнулся. Вот теперь я узнаю своего брата.

- Ты снова? Сколько можно?

- Я должен убедиться, что ты нормальный мужик, - сказал, как поставил точку, Дью.

Пообещав, что в ближайшее время я приду к нему в лабораторию, я разорвал нашу связь, и Тун вывел его медитации.

Следующим был профессор. Тун остался подстраховывать. Обстановку я сделал в виде старого рабочего кабинета, что был у Вянь Вяня на фабрике, где раньше располагалось наше агентство. Старику понравилось, это сразу стало видно по глазам.

- Профессор, - начал я, - для начала вы поговорите с Мэоу. Мы с вами пообщаемся позже и не в медитации. Вы готовы? - он молча кивнул в знак согласия, хотя по нему было видно, что он ворчит в душе - ругает свою дочь за то, что она снова с ним не посоветовалась и сделала по-своему.

Опустившись на нижний уровень, я вызвал образ Мэоу, а сам чуть отстранился. Она прошла к чайному столику и уселась за ним как ни в чем не бывало. Профессор не сводил с нее глаз.

- Отец, выслушай меня, пожалуйста, спокойно. Перебить ты меня все равно не сможешь, да и возразить тоже - я уже сделала все, что задумала.

Вянь Вянь пересел к ней за столик и стал заваривать чай. Наблюдая со стороны эту идиллию, я немного взгрустнул - как же мне этого не хватало. Налив себе чаю, он приготовился слушать.

- Я думаю, что ты уже отчасти догадался, что я сделала. Да, я просто удалила из своего сознания женскую сущность, переписав все с самого рождения. Ты когда-то предлагал мне это сделать - зря я тебя тогда не послушала. Я сделала это сейчас. Теперь я не только физически парень, но и ментально, в сознании, я парень. Не нужны больше эти занятия перед зеркалом и постоянные сдерживания на публике, чтобы никто не узнал, что я, по сути, девушка. Я устала от этого. Долго размышляя, находясь на запечатанном уровне, я наконец приняла это решение. Я не стала говорить тебе о нем заранее, зная, что ты, возможно, отговоришь меня от этого. Но поверь мне, папа, так будет лучше. Не будет больше этой неопределенности. Ци у меня янская, физиологически я мужчина, так и сознание у меня должно быть мужское. Несостыковка ментальной сущности и физической ведет к разрушению - вот к такому выводу пришла я, пока все обдумывала. Так что, как ты сказал однажды, - “Была у меня дочь, теперь у меня сын”. И с этого дня он полноценен и душой и телом. Если хочешь помнить меня такой, то помни - я не в праве тебе запретить. А теперь эфемерный образ Мэоу прощается с тобой, оставляя тебе реального сына. Я всегда любила, люблю и буду любить тебя, папа...

Видя, как образ его дочери постепенно таит, профессор не смог сдержать слез. Он закрыл лицо рукой и только вздрагивающие плечи выдавали то, что он плачет. Я не стал его трогать. Этот человек уже в третий раз оплакивает свою, пусть и неродную, дочь. В первый раз, когда она стала парнем и после определенных действий стало понятно, что она уже никогда не станет прежней. Во второй раз, когда в лабораторию привезли останки человека и ДНК показало, что это она. И теперь в третий раз. Такое пережить очень сложно.

Немного успокоившись, Вянь Вянь посмотрел в мою сторону. Я нежно улыбнулся в ответ и мысленно сказал: «Я загляну к вам позже». Он кивнул мне в ответ, дав понять, что будет ждать, и отсоединился от моего потока.

Теперь мне предстоит самое сложное - разговор с Туном. Как он отреагирует на все это? Вдруг ему не понравится то, что во мне не осталось ничего женственного? Может, он и любил Пхата именно за это. А Тхан таким не был. Он всегда был парнем, с самого начало своей осознанной жизни, хоть и с особыми предпочтениями. Но тогда эта особенность была из-за присутствия женской сущности. А как же сейчас? Что если ни я ему, ни он мне сейчас не понравится и мы расстанемся - как только я так подумал, у меня защемило сердце. Нет, я продолжаю его любить и без Мэоу. Люблю всем сердцем, душой и телом...

Тун появился очень осторожно, как будто боялся спугнуть кого-то. Мои потоки сразу на него отреагировали, создавая наш мир. Как же я давно его не ощущал. Но сейчас не время. Я остановил его формирование и повернулся к человеку, на которого смотрю каждый раз с трепетом в душе. Все же душа и сознание неразделимы. Я полюбил его, будучи Пхатом с Мэоу внутри. Но я же полюбил его же, будучи Тханом. В тот период у меня не было сознания ни Пхата, ни Мэоу, но душа оставалась той же. Значит, мы любим душой, а не сознанием. Это потом мы все осознаем. Получается, что хоть они неразделимы, душа все равно будет первой. Это и хорошо.

- Тун, - я отбросил все тревожные мысли и обратился к парню, который стоял передо мной в своей изумительно красивой ауре, - с кем ты предпочтешь говорить? С Мэоу, с Пхатом или Тханом?

- С тобой, - коротко ответил он.

Со мной? Неожиданный, но правильный ответ, потому как все эти три человека, чьи имена я назвал, я и есть. Начало хорошее. Продолжим.

- Где будем разговаривать?

Он не ответил, а только прикрыл глаза. Я почувствовал, как наш с ним мир начал формироваться снова. Он нарастал, переливался всеми цветами и вскоре полностью нас поглотил. Как только он накрыл нас, я ощутил на себе нежные объятья. Моя булка. Как же я тебя люблю. Но сейчас не время, поверь. Но было поздно, потому как я уже был в полной его власти. Волна эйфории не заставила себя ждать. Воспоминания и чувства нахлынули лавиной и растворили в блаженстве.

- Тун, подожди немного. У нас впереди еще много совместного времени. Давай сначала закончим с делами. И потом, нас ждут, ты не забыл?

Он немного ослабил натиск, но не отпустил совсем. Вот так хорошо. Так, по крайней мере, я могу думать еще о чем-то, а не только о нем. Собравшись с мыслями, я спросил:

- Ты сказал, что будешь разговаривать со мной. А кто я?

- Ты - моя жизнь.

Нет, так дело не пойдет. Я должен знать конкретику - кем он меня воспринимает. По сути, это не особенно важно, но все же хотелось бы знать.

- Послушай меня, Тун. Прежнего Пхата нет, потому что он изначально был воплощение Мэоу в мужском теле. Насчет Тхана... - я посмотрел Туну прямо в глаза и хотел было продолжить, но он меня перебил:

- Мне достаточно знать, что ты - это ты. И неважно, кто вернулся, кто ушел, а кто остался. Есть только ты. Твоя душа всегда была неизменна. Можно тысячу раз поменять внешность, но душу сменить нельзя. Так что какое имя ты себе оставишь, какой облик примешь - решать тебе. Ответь лишь на один единственный вопрос: любишь ли ты меня по-прежнему?

- Нет. Я не люблю тебя по-прежнему. Прежнее для меня изменилось, - я видел, как замирает сердце Туна от моих слов, но я продолжил. - Как бы я ни хотел любить тебя так же, как Пхат, я не смогу...

- Но...

Я не дал ему возразить. Мне надо высказаться. И мне надо, чтобы он понял, что я не могу быть прежним.

- Выслушай меня сначала. Я узнал тебя, когда был обычным парнем... Хотя нет, «обычный» здесь не подходит. Я был сыном мафиози, потерявшим память и ничего не помнящим о своей прошлой жизни. Так вот этот парень постепенно узнавал себя и тебя. И именно этот парень влюбился. И с каждым днем влюблялся и влюблялся все больше и больше до того момента, пока к нему не вернулась память. С возвращением памяти он понял, вернее, я понял, что любил тебя всегда, но моя любовь тогда и сейчас разная. Я не могу объяснить это, я просто чувствую, что она изменилась. Продолжишь ли ты любить меня несмотря на все перемены, произошедшие со мной? Примешь ли ты меня таким, какой я есть?..

В место слов Тун просто обнял меня и укутал своей аурой. От этого стало так спокойно и умиротворенно на душе, что мне теперь все равно, что будет дальше.

- Ты напугал меня, - Тун продолжал обнимать меня, боясь, что я исчезну. - Я так боялся, что ты исчезнешь, что я больше не увижу и не смогу чувствовать тебя, как сейчас. Как бы ни изменились твои чувства, они все еще с тобой. Мне этого достаточно. Если надо, то я снова буду завоевывать твою любовь, потому что я не смыслю своего существования без тебя.

- Да, моя любовь к тебе изменилась. Она стала в три раза больше и в три раза сильнее. Да и я сам, наверное, тоже изменился, но как именно - это мы узнаем со временем. Готов ли ты принять все метаморфозы, что произошли со мной?

Свое согласие Тун подтвердил страстным поцелуем. Это настолько было впечатляюще, что наш мир даже чуть заискрился от наших бурных чувств.

Мы вышли из медитации почти одновременно. Я огляделся вокруг. Профессор сидел за своим столом, и было похоже, что дремал, но я-то знаю, что он наблюдает за всеми. Дью, как только я открыл глаза, тут же подскочил ко мне и стал задавать вопросы о моем самочувствии, щупать мне пульс, прослушивать сердце. Я еле-еле его угомонил, пообещав, что на днях посвящу ему целый день и он сможет обследовать меня вдоль и поперек. Взяв с меня обещание на мизинчиках, Дью отстал.

Тун просто молча сидел рядом на диване и наблюдал за мной. Ему было интересно все: все мои действия, движения, голос и прочее. У меня даже появилось ощущение, что у него в голове где-то картотека со всеми моими проявлениями, и он теперь меня с ними сравнивает. Забавно. Но все же меня сейчас волновало не это.

Во-первых, как меня явить миру. А во-вторых, надо что-то делать с Ли Бао. Хоть я сейчас не просто потерявший память парень, а вполне способный боевой оперативник с тактическими навыками, и могу за себя постоять. Появление здесь врага напрягало. Вот это я и озвучил всем.

Первым среагировал, как ни странно, профессор:

- По Ли Бао работают и за ним установлена слежка. Несколько раз его замечали недалеко отсюда. Это настораживает. Поэтому по нему сейчас ведется усиленная работа. Оставим ее профессионалам. А сами займемся тобой. Дью, пойдите и сделайте рентген на предмет выявления... ну не знаю чего. Не нравится мне, что Ли ошивается где-то рядом. Надо исключить наличие посторонних предметов, что могут являться маячками.

Дью кивнул в ответ, подхватил меня за руку и потащил из кабинета в лабораторию. Через полчаса найденный на рентгене чип, был благополучно удален и отправлен Генри для перепрограммирования. Профессор поручил программистам создать код, который должен будет перенаправлять сигнал не с моего точного нахождения, а со сдвигом. И чем дальше эта точка будет от меня, тем лучше. Совсем оставлять меня без нее рискованно - Ли Бао не дурак и догадается, что его раскрыли. А пока программисты колдуют, из здания ни ногой. Да я и так сижу здесь как привязанный.

А вот над первым вопросом надо основательно подумать. Предлагалось сделать пластику или сказать, что я брат-близнец, что как бы было неплохим вариантом. Но тогда как объяснить, что мы с Туном вместе? Получается, что самый простой вариант - это сказать, что моя смерть была специально разыграна, чтобы усыпить бдительность наших врагов. И что об этом, кроме профессора, не знала ни одна живая душа. Поверят ли? Должны, потому как это больше походило на правду, чем брат-близнец. А раз так, то и вопрос с именем решился. Я - Пхат, как и был раньше. Имя Тхан было решено оставить оперативным псевдонимом. На этом и порешили.

Глава 43

Возвращение

С кого же мне начать? Кому явить свое воскрешение? Наверное, надо начать с Нонга, так как он и так меня уже видел, хоть Тун гипнозом подправил ему воспоминания. Или сначала я схожу к Мину, или...

- Тун, а ты можешь позвать Мина в мой кабинет на мансарде? Желательно лично. И прийти вместе с ним.

Тун посмотрел на меня вопрошающе. Его взгляд говорил так красноречиво, что мои бабочки в животе чуть не померли от вожделения. Еле справившись с накатившими чувствами, я поманил Туна к себе поближе. Он наклонился, и я прошептал ему на ухо:

- Маньяк, у нас вся ночь и жизнь впереди.

И отстранив его от себя, сказал уже громко:

- Сходи за Мином прямо сейчас. Дью, пойдем со мной в кабинет, будешь меня прикрывать.

Тот утвердительно кивнул. Я встал и подошел к столу Вянь Вяня.

- Профессор, я приду к вам в квартиру чуть позже.

Он одними глазами дал согласие. Видно, что старик тоже себя сдерживает от проявления чувств.

Тун ушел, и мы с Дью последовали за ним. У лифта Тун набрал номер Мина.

- Привет еще раз. Ты один?

Он резко отстранил телефон от уха. Из трубки доносился грозный голос, который ругал Туна за его бестактность. А моя булка что-то натворила похоже.

- Ладно, угомонись ты мне нужен. А позвонил... Не хотелось бы снова наблюдать то, что я никак развидеть не могу.

Я дернул Туна за рукав и с любопытством посмотрел на него, и потом перевел взгляд на телефон - что там случилось? Тун нажал отбой и повернулся ко мне:

- Да так, ничего особенного. Тебе Мин сам все расскажет.

Пришел лифт, и мы зашли в него. Тун поднялся на первый этаж и вышел, мы с Дью поднялись на мансарду. Он проверил периметр и хотел было вернуться ко мне, но тут появился Кинг. Завидев Дью, он бросился к нему.

- Пи, ты уже закончил все дела?

- Нет, есть еще пара тестов, но мне безумно захотелось выпить с тобой кофе. Ты же сделаешь мне его? - Дью подхватил под руку Кинга и увлек его в сторону бара. Я выждал пару минут и прошмыгнул к своему кабинету.

Зайдя в кабинет, я огляделся - а здесь все по-старому. Тун ничего не менял и сохранил все. Я сел за рабочий стол. На нем стопкой лежали папки с документами. Я открыл одну. Сводки, графики, планы работ отделов и групп. Видно, Тун здесь часто работает.

Я услышал звук приближающихся шагов. Приготовься, Пхат, это будет нелегко. Дверь открылась, и в кабинет вошли Тун и Мин. Я сидел в это время в кресле, развернувшись спиной ко входу, так что меня не было видно.

- Проходи, Мин.

- Послушай, а мы не могли у меня поговорить? Ты же знаешь, как я отношусь к этому месту.

- Я думал, что ты, увлекшись другим объектом, перестал так болезненно реагировать.

Я сидел и слушал их разговор. Вот интересно, о каком объекте говорит Тун и почему мой кабинет для Мина так... Неужели он все еще оплакивает меня?

- Послушай, даже если в моей жизни кто-то и появился, это никак не повлияло на мою память о ней...

О ней? Это кого он так помнит? Пока меня не было, у Мина появилась девушка? Но, судя по разговору, ее сейчас нет. Ну а при чем здесь мой кабинет?

- Послушай, Мин. Ее больше нет и никогда не будет. Пора бы уже смириться. Или ты так и продолжишь страдать об одном человеке, а шашни крутить с другим? Не ожидал я от тебя такого. Есть так, то вам лучше расстаться, пока все не зашло слишком далеко. И ты должен ему рассказать о своих чувствах. Если ты не сделаешь этого, то это сделаю я. Я не дам тебе морочить парню голову... - по голосу было слышно, что моя булка разошлась не на шутку. Может, мне пора вмешаться?

- Тун, ты меня не так понял. Остановись! Я не морочу ему голову. Он мне и правда нравится, и мне... Мне с ним очень хорошо. Я и подумать не мог, что так вот все обернется и я полюблю парня. Я ждал ее, я с ума по ней сходил, я надеялся. Я не смог переступить тогда черту, а с ним смог. Значит ли это, что он тот самый? Да что я тебе объясняю. Ты себя вспомни. Ты же, пока не появился Пхат, на парней в этом плане даже и не смотрел.

Вот о чем это они? Меня прям сейчас разорвёт от любопытства. То, что я у Туна первый и, надеюсь, последний парень, это я знаю. И о его похождениях с девушками тоже знаю. Получается, что Мин встретил свою истинную любовь, и она оказалась парнем? Интересный поворот. Могу за них только порадоваться. Но не пора ли переходить к делу? Тун как будто услышал меня.

- Мин, я рад за вас. И поверь, что я от всего сердца желаю вам счастья. Но позвал я тебя сюда не для этого. Мне надо тебя кое с кем познакомить. Ты знаешь этого человека по сводкам слежки за Ли Бао.

Услышав про Ли Бао, Мин напрягся. С кем Тун собирается его знакомить? С каким таким человеком, который связан с их непримиримым врагом, он должен знакомиться?

Видя замешательство друга, Тун подошел к нему ближе и почти силком усадил на диван. А пока усаживал, просканировал его потоки и чуть успокоил их. Теперь дело за Пхатом.

- Не понял, - уже немного усвоившись, сказал Мин. - Мне как бы не совсем сейчас интересны знакомства. И с кем ты меня хочешь познакомить?

- Со мной, - я развернулся в кресле.

Похоже, мое появление было равносильно взорвавшейся бомбе. Мин подскочил с места и, указывая на меня пальцем, начал говорить, при этом жутко заикаясь:

- Т-т-ты кто? Тун-н-н-н, э-э-это сын Ли Б-б-бао? Эт-т-то Т-т-т-тх-х-хан?

- Мин, приятель, да что с тобой? Ты что так разнервничался? - Тун как можно быстрее начал успокаивать потоки друга. Такого эффекта от появления Пхата он не ожидал. Пришло время прийти булке на помощь.

- Мин, дыши ровно. Вдох-выдох. Медленно. Вдох-выдох. Теперь начни говорить плавно, тягуче, как будто поешь. Вдох-выдох...

Мин смотрел на меня не мигая. В его глазах были и страх, и боль, и любопытство одновременно. Сам того не замечая, он стал повторять за мной и вскоре успокоился. Но взгляда от меня не отводил.

- Ты кто? - нараспев, как мы с ним когда-то учили, спросил он.

- А ты как думаешь? Кто я?

- Этого не может быть! - догадка осенила его, но он никак не хотел в нее верить. - Как такое может быть? - он повернулся к Туну. - Он погиб. Мы вместе плакали над его прахом. Что ты молчишь, Тун? Объясни мне, - он уже не заикался, но начал всхлипывать.

Я хотел было подойти, приобнять его, успокоить, но Мин шарахнулся от меня, как от чумного.

- Не подходи! Ты не можешь быть им. Ты сын Ли Бао - Тхан. Не надо притворяться. Ты не можешь быть им... Нет, не трогай меня, - похоже, у него начиналась истерика.

Я кивнул Туну, и мы с двух сторон стали выправлять его потоки. Постепенно он начал успокаиваться. Мы уложили его на диван и продолжили нормализовывать его внутреннее состояние. И только когда он тихо и мирно уснул, мы с Туном разорвали с ним связь. Я посмотрел на спящего Мина и улыбнулся - этот вид мне напомнил один случай в прошлом.

- Ты тоже помнишь? - подал голос Тун.

- Конечно.

- Да, давненько это было. Ощущение, что в прошлой жизни, - он пододвинулся ко мне поближе. - А помнишь, ты Нока прессовал на предмет, что возьмешь и поцелуешь его?

Я тихо засмеялся.

- Послушай, Тун. Что-то мне как-то не по себе. Если Мин так среагировал, то что говорить о других?

- С этим парнем отдельная песня. Может, он отреагировал так по какой-то своей внутренней причине?

- Ой, сдается мне, что ты эту причину знаешь, - я прищурил глаза и посмотрел на него. – Что? Не расскажешь?

- Ну, это не моя тайна... - начал было Тун, но видя, как меняются мои глаза, поднял руки вверх, показывая, что сдается. - Ладно. Вообще нет смысла от тебя скрывать.

И Тун рассказал мне, как после моей “смерти” Мин исчез и его долго не было. Вернулся немного подраненный и с расшатанной психикой. Вот тогда-то он и рассказал Туну, что очень сильно любит Мэоу и проклинает себя за то, что оказался слабее Туна и не смог переступить через себя и признаться в своей любви.

Для меня эти признания были как гром средь ясного неба. Помнится, я как-то провоцировал Мина проверкой на гендерность - он оказался твердым натуралом и не смог меня тогда поцеловать. Оно и понятно - я парень. А теперь выходит, что он любил мою женскую сущность, но не смог принять, что она находится в мужском теле. Ну, даже если бы он ее принял, это все равно ничего не изменило бы - я навеки принадлежу своей булке.

- А вообще, в свете последних событий, что произошли у Мина, я не думал, что он так на тебя отреагирует. Я думал, что он успокоился. Получается, что нет?

- Вот проснется, тогда и спросим. Пусть поспит. Иди сюда, - я потянул Туна в кресло у рабочего стола. Оно большое и уютное. В нем можно приятно устроиться вдвоем. - Давай как раньше просто посидим? - он сграбастал меня в свои объятья, и я уютно устроился на его груди.

- Пхат... Тхан... - на распев сказа Тун.

- Ты чего? - я удивленно посмотрел на него.

- Скажи, а с кем ты себя больше ассоциируешь?

- Странный вопрос ты задал, - я немного задумался. Кто же я больше из этих двоих? Тьфу, Тун, вечно ты мне головоломки всякие задаешь. - Я как был Пхатом, так им и остался. Если помнишь, Тханом я стал не по своей воли, да и память я тогда потерял.

- Это понятно. Я просто хотел спросить - кем ты себя больше ощущаешь?

- С тех пор, как сознания объединились, я себя иначе как Пхатом и не ощущал. У меня есть воспоминания и опыт жизни под другой личиной, так что и период, когда я был Тханом, я воспринимаю так же. А почему тебя это беспокоит? Ты чувствуешь разницу между мной тогда и мной недавним?

Он посмотрел на меня долгим взглядом, что-то обдумывая. Скорее всего, он проводил мысленное сравнение. Я на него не обижаюсь. Я, наверное, тоже бы сравнивал. Но он слишком долго молчит, и меня это стало настораживать. Может, ему не нравятся мои перемены?

- Ты что так насторожился? - Тун посильнее прижал меня к себе.

- Ну, как бы...

- Я люблю тебя, кем бы ни был. Не буду скрывать, что немного сравнивал вас... Вас - смешно. Но у меня был период, когда я действительно принимал тебя за другого человека и в тот момент очень сильно себя корил за, как мне казалось, предательство любимого человека.

- Почему?

- Потому что вопреки всему я стал в тебя влюбляться. Отсюда и чувство предательства.

- Вот ты глупый. Неужели ты так и провел бы остаток своих дней, оплакивая меня? Жизнь должна продолжаться несмотря ни на что - кто мне это говорил? Вот то-то же. А я все голову ломал: и чего этот парень от меня шарахается? Вроде сделает шаг навстречу и тут же бежать, - я рассмеялся, подтрунивая над Туном. Он нахмурился. - Ладно, не обижайся. Но согласись, ситуация все-таки нестандартная.

- Вот это точно. Особенно когда я понял, что это ты, но не мог в это поверить. А как верить-то? Я тебя похоронил вот этими вот руками, которыми тебя сейчас обнимаю, - сказал он и поуютней прижался ко мне. - Все же я самый счастливый на свете человек.

Я чмокнул его в щеку. А он, воспользовавшись моментом, поймал мои губы... И тут я понял, чего мне так не хватало с момента соединения сознаний — это поцелуев моей булки мне не хватало. То, что мы целовались в нашем мире, не считается. Там ощущения на ментальном уровне, а не на физическом. А вот так вот... Я поймал бабочек и посадил их пока подальше - ну не время сейчас, да и не место. Хоть мы еще те сексуальные маньяки и с выбором места у нас как бы проблем не было, но не при спящем же Мине.

Словно почувствовав, что о нем думают, Мин зашевелился. Вообще-то ему уже пора просыпаться. Надеюсь, что истерик больше не будет. Тун нехотя отпустил меня и встал с кресла. Он подошел к дивану, на котором спал Мин, и просканировал парны. Потом удовлетворенно кивнул: мол, все в порядке. Но присел на всякий случай рядом.

Открыв глаза, Мин долго осматривался, вспоминая, как он здесь очутился. Когда вспомнил, он резко повернул голову в сторону рабочего стола, где я сидел. Мне даже показалось, что я слышал хруст шейных позвонков. Увидев меня, Мин сначала зажмурился и помотал головой, как бы отгоняя наваждение. Смирись, брат, я не призрак. Я живой. Подойти к нему что ли? Да ну, а то снова в обморок свалится. И я продолжил все так же молча сидеть в кресле.

- Тун, дружище, я спрошу тебя сейчас кое о чем. Ты только мне не ври, хорошо? - он не заикался, потому что немного растягивал слова, как мы с ним когда-то тренировались. Я думал, он совсем избавился от этого недуга. Ну ничего, еще, значит, поработаем.

- Спрашивай.

- Ты видишь то же, что и я?

- А что ты видишь?

- В кресле сидит... человек. И он очень похож на покойного Пхата. Но еще больше на сына Ли Бао. Ты его видишь?

- Вижу.

- Ты его видишь не ментально, а физически? И это не призрак?

- Нет, это не призрак. Это реальный человек, - Тун не спешил, давая другу самому осознать происходящее. - Ты можешь поговорить с ним.

Я все это время наблюдал. Странно. Не думал, что у всегда спокойного и уравновешенного Мина так сдала психика. Что-то с ним явно случилось, пока он где-то пропадал после мой, так сказать, смерти. Он ничего не рассказывал ни профессору, ни Туну. Надо будет выяснить все детально. Может, он мне расскажет, когда придет в себя от шока? А потом загнать парня в капсулу.

Мин, почти не моргая, смотрел на меня. Мне показалось, что он даже не дышал. Ладно, парень, надо тебя немного подтолкнуть. Я уже хотел заговорить первым, но он опередил?

- Кхун, ты Пхат или Тхан? - он ждал ответа с замиранием сердца. Как же ему хотелось, чтобы этот парень был Пхатом.

- Мин, ты меня обижаешь, - начал я тихим голосом. - Неужели не узнаешь своего друга?

- Но ты же мертв...

- Я - жив. Можешь сам в этом убедиться. Вот потрогай меня, - я чуть привстал и потянулся к нему. Медленно, чтобы не напугать. Кто его знает.

- Нет. Ты лжешь. Ты сын Ли Бао и притворяешься Пхатом. Тун, это же... - он не договорил, потому что в это время Тун сделал такое, от чего я тоже был бы в шоке, если бы не знал своего парня вдоль и поперек.

Тун встал со своего места, подошел ко мне, обнял и поцеловал в губы. Потом он обернулся к ошарашенному Мину:

- Вот скажи, стал бы я так делать с кем-нибудь другим, кроме Пхата?

Мин, который в момент поцелуя вскочил с дивана, снова на него сел и озадачено почесал затылок. Может, дошло?

- Не думаю, что стал бы...

- Тогда делай вывод скорее, и пойдем что-нибудь поедим.

Тун с улыбкой чеширского кота подмигнул мне и шепнул на ухо:

- А теперь держись. До него сейчас дойдет, и что будет...

На всякий случай Тун отошел. И вовремя это сделал, потому что на меня обрушилось нечто. Меня обнимали, щипали, орали на ухо, поднимали на руки и даже били кулаком в плечи. Я умоляюще посмотрел на свою булку. А тот стоял поодаль и лыбился. Укушу, когда вырвусь из плена обезумевшего от радости, что друг жив, Мина.

- Мин, отпусти! - я уже хрипел от того, что мне дышать стало нечем - так он сжал меня в своих объятьях.

Осознав, что он перебарщивает, Мин наконец отпустил меня, и я обессиленным мешком плюхнулся в кресло.

- Тун, не подпускай его больше ко мне, - взмолился я, заметив, что Мин снова собирается меня обнимать.

Тун, продолжая смеяться уже в голос, похлопал Мина по плечу:

- Стой, брат, а то нам снова его придется хоронить, но уже по другим причинам.

- Да, а кого же мы тогда похоронили? - перемена в Мине произошла молниеносно. Перед нами стоял снова собранный и уравновешенный начальник аналитического отдела. Нет, он меня добьет когда-нибудь такими выходками.

- Мы и сами хотели бы знать, - ответил ему Тун. Я лишь почесал переносицу.

Увидев, как я это делаю, Мин снова было хотел выразить свои эмоции, но остановился. Все же способности к быстрому реагированию на ситуации у него колоссальные.

- Вы хотя бы можете для начала объяснить, что, собственно, тогда произошло? Почему нам пришлось оплакивать друга?

- Как мне сказал профессор: это так надо было, - ответил ему Тун.

- И все? Так надо было? - Мин старался держать себя в руках, но эмоции так и рвались наружу. - Так просто? Надо было... А то, что мы эмоционально подорваны, с этим как быть?

- И с этим нам придется разбираться. Говоря «нам», я имел ввиду нашу дружную четверку, - Тун посмотрел на Мина. Как он среагирует в этот раз?

- Этим мы займемся позже. Для начала надо всех возвестить о возвращении Пхата, - четко и просто ответил Мин и достал телефон. - Что делаешь? - спросил он, когда услышал ответ на свой звонок. - Мог бы ты прийти в кабинет Пхата? Потом. Просто приди, - он нажал отбой. - Так, нам надо подготовиться. Сейчас придет Нок, и реакция у него будет похлеще моей.

Мы все переглянулись.

- Так, я не воскресал, и меня здесь нет, - сказал я и попытался уйти, но был пойман Туном. Не обращая внимание на Мина, он обнял меня и нежно прикоснулся губами к моему лбу:

- Успокойся и вернись в кресло. Оборону держать предоставь нам, - он улыбнулся и подмигнул Мину. Тот как бы задумался о чем-то, но быстро среагировал и кивнул в знак согласия.

В дверь постучали. Вот и Нок... Стоп! Неожиданный поворот событий. Он пришел не один. С ним был Кинг, который держал поднос, на котором стояли стаканы с кофе. Тун с Мином, не сговариваясь, встали перед столом, загораживая меня от вошедших ребят. Воспользовавшись моментом, я быстро набрал Дью смс - “Срочно! Пулей, иначе беда!” Я прекрасно понимал, что с Ноком ребята справятся, но Нок с Кингом - это уже требуется подкрепление.

Хорошо, что эти ребятки, как вошли, о чем-то спорили, не замечая вокруг себя никого. Если я правильно понял, то Нок утверждал, что Мин такой кофе не пьет - он вообще кофе не пьет - и что Кинг зря только потратил кофейные зерна. А тот, в свою очередь, доказывал, что Мин пьет кофе именно такой и никакой другой. Да уж, ничего не меняется в этом мире.

Не прошло и двух минут, как в кабинет влетел Дью со своим саквояжиком. Не говоря ни слова, он подбежал к Туну и начал того ощупывать. Поняв, в чем дело, моя булка тут же принял вид умирающего. Вот актеры. Спорщики затихли и с испуганным видом уставились на Дью с Туном.

- Кинг, быстро ко мне в квартиру. У входа в верхнем ящике комода синяя коробка - она одна там такая. Срочно мне ее сюда, - последние слова он договаривал уже в закрывающуюся дверь за Нонгом.

Нок непонимающе переводил взгляд то на ребят, то на поднос с кофе, который каким-то чудом оказался у него в руках. Мин подошел к нему и взял один стакан со словами:

- Я пью только этот кофе и никакой другой. Почему? Думаю, объяснять не надо.

Нок понимающе кивнул головой. Он тоже пьет только этот кофе, потому что его заказывал и закупал еще Пхат. Почему он сразу об этом не подумал, а стал спорить с Кингом? Странно.

Дью отпустил Туна и, тяжело дыша, присел на диван.

- Если так будет продолжаться, то скорая помощь понадобится мне, а не вам. Хотя потом и вам, - он ехидно улыбнулся.

Мин забрал поднос у Нока, который так и стоял посередине комнаты, ничего не понимая, и поставил его на чайный столик. Пора действовать, пока не вернулся Нонг.

- Нок, мне надо... Вернее, нам надо тебе кое-что сказать, - начал Мин своим спокойным голосом. Приобняв Нока за плечи, он подвел и усадил того на диван. - Тут выяснились некие обстоятельства смерти Пхата...

- Кто?! - Нок не дал ему договорить. - Кто в этом виноват? Вы нашли его?

- Успокойся, Нок, - Тун присел с другой стороны, и теперь Нок сидел между Мином и Туном, и в случае чего, они успеют его сдержать. Ну, а Дью подстрахует на непредвиденный случай.

- Что вы меня успокаиваете, как маленького? Скажите кто и не мешайте - я сам разберусь с этой сволочью. Так кто виноват в смерти Пхата?

- Я! - повернувшись ко всем, я встал с кресла.

Глава 44

Вопросы и еще раз вопросы...

На удивление всем, Нок повел себя более спокойно, чем ожидалось. Поначалу он так же, как и Мин, принял меня за Тхана. Потом Тун долго ему доказывал, что это я, живой, а не призрак. Нок может подойти и пощупать - а это он зря сказал, потому как Нок воспользовался предложением, но стал не щупать, а попытался меня придушить, потому как верил, что я Тхан и это я виноват в смерти Пхата.

- Нок, прекрати! Это Пхат. Ну как тебе доказать? - Тун продолжал держать вырывающегося парня.

Есть у меня одна идея. Я встал, подошел к Ноку и зашептал ему на ухо. Тот сначала было отпрянул, но прислушавшись, начал постепенно успокаиваться. Под конец моего шепота он уже улыбался. Договорив, я как ни в чем не бывало вернулся к столу и уселся в кресло, закинув ногу на ногу. Вы спросите, что я ему сказал? Ничего особенного. Я просто напомнил ему о той ночи, когда мы немного перебрали и потом спали в обнимку. А перед этим Нок меня и себя раздел. Об этом знали только мы двое.

Нок, продолжая улыбаться, стал оседать на пол. В растерянности Тун его отпустил. Усевшись прямо посередине комнаты, парень просто уткнул лицо в ладони, и его плечи недвусмысленно стали подергиваться. Мин сел с ним рядом и, обняв, стал поглаживать его по голове, спине. Нок тут же спрятался у него на груди. Мин обнял его еще крепче. Я же вопросительно посмотрел на Туна. Тот улыбнулся и кивнул. Вот это сюрприз. Но какой приятный. Я рад за пацанов. А ведь когда-то Нок бил себя в грудь и прям кричал, что он натурал. Ага, натуральней некуда. Хотя, если взять во внимание наше отношения с Туном, то... Все может быть в этом мире. Сердцу не прикажешь. Ему совершенно нет дела до того, какого ты гендера.

Так, пора бы ему успокоиться и перестать рыдать на широкой груди. Или он это специально?

- Нок, пойдем поедим?

- А что? - он тут отреагировал на мой призыв. Вот хитрюга.

- А что бы ты хотел?

- Бутеров хочу. Ну сделай бутеры, - он тут же начал канючить. Совсем не изменился.

- Ладно. К нам пойдем?

- Так, стоп. А Нонг? - Дью оглядел нас. - Он сейчас примчится, а здесь нет никого... - он как-то запнулся и нахмурил брови. - А почему его до сих пор нет?

Не сговариваясь, мы впятером рванули с места. Кинга действительно давно нет, и это могло означать, что с ним что-то случилось. Иначе он уже притащил бы ту коробку, о которой говорил Дью.

По дороге мы разделились: Мин с Ноком побежали к лифтам, а Дью, я и Тун - к лестнице. Спустившись на пролет, мы обнаружили Нонга, лежащего на полу, свернувшегося калачикам. Дью первым подбежал к нему и стал поднимать, но тут остановился и повернулся к нам, показывая свою руку - она была вся в крови. Пока Тун звонил бригаде медиков, я помог брату с Кингом - мы аккуратно перевернули его, чтобы Дью смог сделать осмотр. Парень был жив, но без сознания и прижимал одну руку к правому боку, а во второй продолжал держать синюю коробочку, будь она неладна.

- Пхат, на возьми салфетки и посильнее прижми рану. Надо остановить кровотечение. Прижимай сильнее, а я пока укол сделаю.

- Как он? - прижимая руки к ране, я прямо чувствовал, как кровь пульсирует под ними.

- Похоже, задета печеночная артерия, и это очень плохо. Он может не выжить...

- Дью...

- Я понимаю, я врач. Я сделаю все, что смогу. Я...

- Дью, возьми себя в руки.

- Да где эти чертовы медики?! - взревел он, и в это же время на лестницу прибыла группа ребят из нашего медицинского подразделения. А с ними и Мин с Ноком.

Мои руки на ране заменила тугая повязка, и я с надеждой посмотрел на медбрата, который ее накладывал. Все будет хорошо, правда же? Я повернулся к ребятам и замер - Нок, увидев лежащего на полу в луже крови Нонга, стоял как вкопанный с широко раскрытыми глазами. Черт, я и забыл, что этот придурок боится крови. Сейчас второго откачивать будем. Несмотря на то, что все мои руки в этой самой крови, я стащил с себя куртку и, быстро накрыв ей голову Нока, передал его на руки Мину.

- Уводи его срочно! - Мин кивнул и потащил Нока к выходу.

- Тун, - я повернулся к нему, - ты профессору позвонил насчет капсулы? Если медики не смогут справиться, то нужна будет капсула.

- Да, я позвонил сразу, как дозвонился до медблока. Думаю, что уже все готово.

Кинга уже уложили на носилки и понесли к лифтовой. Дью обессиленный сидел на полу.

- Дью, вставай. Еще не все потеряно. Все будет хорошо. Ты меня слышишь? - я потрепал его за плечо.

- Слишком много крови он потерял... При такой потере выживаемость десять процентов.

- И что? У нас еще целых десять процентов. Конг живучий, как не знаю кто. Поспешим за ним, может, понадобится наша помощь.

Дью покачал головой, но потом его вдруг что-то осенило, и он вскочил, как ужаленный.

- Пхат, ты должен мне помочь. Скорее, - и он бросился бежать.

Меня не покидала мысль - что произошло? Кто мог напасть на Кинга и почему? Куда смотрела охрана, и почему не произошло оповещение? Очень много вопросов. Надо во всем разбираться и по порядку.

Как и следовало ожидать, в медблок нас не пустили. Только Дью. Он крикнул мне, что позвонит, когда я буду нужен, и скрылся за дверьми блока. Мы с Туном отправились проверять записи с камер видеонаблюдения, а Мин с Ноком - опрашивать возможных свидетелей.

На камерах, что фиксируют движение, был отчетливо виден человек в черных джинсах и толстовке с капюшоном, надетым на голову. Сколько бы ни рассматривали, но даже в отражении отражающих поверхностей лица не было видно. Видно, он еще и в маске был. Как же он мог пройти через охранную систему? Вот этот вопрос надо задать кое-кому, а заодно и объявить о своем возвращении. Я хотел было сразу отправиться в отдел охраны, но Тун остановил меня. Он взял со стола телефонную трубку внутренней связи и набрал нужный номер. Когда ему ответили, он дал четкое распоряжение и нажал отбой. Я наблюдал за ним. Как же он изменился за этот год. Я и не замечал раньше, когда был Тханом, потому что сравнивать было не с чем. А теперь вижу. Вот разберемся сейчас с непрошенным гостем, наметим план работы, и я заставлю его рассказать мне все, что с ним происходило, пока меня не было.

Через полчаса меня вызвали к операционному блоку. Там меня встретил Дью. Выглядел он не очень. Как оказалось, он сдал критически много крови, но ее нужно было еще. Наша с ним кровь с нулевым резусом для Кинга в такой ситуации была спасением. Я, ни о чем не спрашивая, ушел за медсестрой сдавать свою кровь. Дью пошел со мной в надежде, что у него еще возьмут хоть немного, чтобы Кинг смог продержаться до момента, когда привезут его запас.

В мед кабинете, куда мы пришли, нас ждал профессор. Оценив взглядом состояние Дью, он покачал головой и велел ему лечь на кушетку.

- Молодой человек, ты еле на ногах стоишь. Ты же сам медик и знаешь, что есть определенные пределы возможностей человеческого организма.

- Но, профессор, - хотел было возразить Дью, но Вянь Вянь его остановил.

- Будет вполне достаточно того, что ты уже сдал и сейчас сдаст Пхат. Я с Генри уже подготовил программу регенерации для Кинга. Как только закончится операция, его отправят в капсулу. Прогноз хороший, тем более ему можно перелить и обычную кровь.

- С таким ранением выживаемость очень мала.

- Ты что, не знаешь этого малыша? Ты вспомни, какого его доставили, когда в очередной раз похитили Пхата? Да на нем места живого не было. Сколько осколков ребер тогда из легких вытащили? Вот то-то и оно. Выживет твой парень, не переживай. И не таких вытаскивали, - тихо добавил профессор, глядя на меня.

Я помню тот случай. А еще помню свое состояние, когда Мэоу передала мне это воспоминание. Уж не знаю, что из этого было для меня хуже. И профессор, видно, забыть этого не в силах. А как забыть, если от твоего решения тогда зависела жизнь твоей дочери? Не переживай, папуль. Ну, нет у тебя больше дочери, зато есть сын и даже не один.

Кстати, я этот случай много газ прогонял в памяти и думал: а как бы все могло обернуться, если бы Вянь Вяню не пришлось тогда принимать такого решения? Смог бы я вернуть свой первоначальный облик и как это отразилось бы на всех нас? Но сейчас я отчетливо понимаю, что, верни я свое тело, Ли Бао точно меня в живых не оставил бы. Так что не вини себя, профессор, вселенная уже давно все решила за нас.

Пока я сдавал кровь, пришли новые данные по чужаку. Выяснили, что он проник в здание с доставкой, которую никто не заказывал. Как он прошел мимо охраны? Он предъявил временный пропуск - все, как положено в таких случаях. Кто ему его выписал? Вопросы, вопросы... Главный вопрос: какова цель проникновения? И свидетелем чего оказался Кинг, если попытались сделать так, чтобы он замолчал?

Мы снова собрались все вместе в оперативном штабе, как посоветовал профессор. Сам он находился в лаборатории, готовил капсулу для Нонга. Нок и Мин принесли весь собранный за короткий срок материал по делу. Да, длинный у нас сегодня выдался денек. Хорошо хоть Тун догадался заказать всем перекусить. Когда принесли пиццу, я почувствовал, насколько проголодался. Не отрываясь от изучения документов, мы “уговорили” ее в самый короткий срок.

Итак, что же у нас выходило? То, что этот человек был послан Ли Бао, сомнений не вызывало. Получается, что он проследил за мной до этого здания, а дальше сигнал пропал. А так как я никуда не выходил, то он и решил, что я все еще в здании. Логично. И он послал меня искать. И не успокоится, пока не найдет. Надо как-то его отвлечь.

- Тун, свяжись с Генри, спроси про чип, что просил Вянь Вянь перепрограммировать. Мне вот что нужно, - и я объяснил Туну, что именно должен сделать Генри. И я уверен, что он это может.

Тун связался с Генри и договорился о встрече. Еще раз уточнив детали, он ушел. Теперь надо задействовать аналитический мозг:

- Мин, а что ты думаешь на этот счет?

Он немного помолчал и заговорил. Я и не сомневался, что у него уже готов анализ и даже кое-какие интересные выводы. Вот как раз и возьмем это за основу. Ну, а теперь мой любимый Нок - я повернулся в его сторону и со свойственной только мне улыбкой посмотрел на него. Он немного поежился.

- Прекрати, Пхат. Мне всегда не по себе от твоих гримас, - это у кого гримасы? А если... - Аааа! Мин, он снова хочет со мной что-то сделать!

Нок спрятался за широкую спину друга. Хорошо устроился. Теперь его просто так не проймешь. Ничего, найдем другой подход.

- Ты тут бедной овечкой не прикидывайся, а давай начинай строить сетку. На этот раз он от нас не должен уйти.

Нок посмотрел на меня очень внимательно. Мне даже показалось, что еще и слишком долго. Повисла пауза. Что-то мне стало как-то неловко.

- Знаешь что, Пхат, - заговорил он наконец, - вот поколотить бы тебя по-хорошему. Почему ты это сделал? Ты не представляешь, скольким людям ты сделала больно.

- Нок, я...

- Не сейчас, - он отмахнулся от меня. - Я слишком обижен сейчас, чтобы выслушивать тебя. Давай займемся делом. Поговорим потом... Может быть, - добавил он, прям как ножом пырнул. Сложно будет снова завоевать его доверие.

Так как само агентство размещалось в нижних ярусах под землей, то окон в помещениях не было. Но чтобы это не создавало гнетущего настроения, были спроектированы световые ниши, внешне похожие на окна. В зависимости от времени суток у них менялась подсветка, создавая иллюзию нахождения на этажах выше земли. У профессора в кабинете на такое окно подавалось видео реального вида, как если бы он находился у себя в квартире. В данный момент ниши были темные, что говорило о глубокой ночи. Я посмотрел на часы - уже скоро начнет светать. Что-то Туна долго нет. Но больше меня сейчас беспокоило не отсутствие моего парня, а отсутствие новостей о Кинге. Операция уже длится часов пять-шесть. Что-то мне как-то нехорошо стало на душе. Я всегда умел скрывать эмоции, но не в этот раз. Я несколько раз вскакивал, когда мне казалось, что слышу за дверью шум шагов. Нет, так не пойдет. Возьми себя в руки. Помедитировать что ли? Точно, я так и сделаю. Успокоюсь и восстановлю запас энергии. Все равно я сейчас всем только мешаю.

Сев в асану, я сделал пас руками и вызвал поток. Погрузился медленно и сразу почувствовал умиротворение. Вот и славно. Еще суток не прошло с момента объединения сознаний, а уже столько событий. Не мудрено, что у меня немного нарушился баланс.

Тун вернулся, когда я сидел в медитации. Подавив соблазн присоединиться ко мне, он прошел к столу, где Мин что-то высчитывал на компьютере, а Нок полностью зарылся в бумаги.

- Давно он в медитации? - спросил он Мина.

- Примерно минут двадцать, - ответил тот, посмотрев на часы. - И хорошо, а то его нервозность немного стала напрягать. Послушай, Тун, - Мин оторвался от компа, - я так понимаю, что ты тоже не знал, что Пхат жив? - Тун только кивнул. - И про задание ты тоже, получается, не знал? И у меня создалось впечатление, что об этом вообще никто не знал, даже профессор. Так кто же его тогда разрабатывал?

- Не было никакого задания...

- Как не было? - Нок вынырнул из кипы бумаги так резко, что парни невольно вздрогнули.

- Нок, блин, совсем с ума сошел так пугать? - Мин сделал вид, что сейчас его стукнет, но тот совсем не обращал на него внимания, а был полностью сосредоточен на Туне.

- Что значит никакого задания не было? А как же все то, что... Ну, ты понял, - ему явно не хотелось говорить о моей смерти и о том чувстве горести, что его постигло.

- Все это мы хотели вам рассказать позже, но никто не предполагал, что случится такое.

- Рассказывай тогда сейчас, - Нок поудобней устроился на стуле в ожидании.

- Может, дождемся Пхата, когда он выйдет из медитации? - Тун посмотрел в мою сторону.

- Пусть расслабляется, пока может, - хмыкнул Нок. Явно он задумал что-то не совсем хорошее в отношении меня. Мстительный гаденыш. - Рассказывай.

- Хорошо. Я расскажу лишь то, что сам знаю наверняка. Все остальное к профессору или Пхату.

- Так он все же Пхат? Не Тхан? - Нок никак не мог успокоиться. Хоть он и получил подтверждение, что я - это я, зерно недоверия все еще терзало его.

- Он и Тхан, и Пхат, и... - Тун замолчал. Хотел сказать, что он и Мэоу, но все его воспоминания о себе как о девушке были заменены самой Мэоу. Пхат лишь знал, что это имело место быть и все.

- Ты что-то не договариваешь? - не выдержал Мин. Ему очень хотелось знать судьбу той девушки, которой когда-то был я.

- Об этом, наверное, лучше пусть расскажет он сам, - отмахнулся Тун. Ребята пожали плечами, но согласились. - Как вы помните, мы уехали на медовый месяц...

Тун не стал рассказывать о том, что жили мы в моем тайном убежище. Сказал лишь, что просто хотелось побывать подальше от цивилизации и поближе к природе. Насладиться обществом друг друга без посторонних взглядов. Он вкратце изложил те события, чтобы картина была полной. И перешел к самой сути.

- Как мы теперь знаем, никакого сына у Ли Бао не было, а это был похищенный им Пхат.

- А для чего он ему был нужен? - Нок очень внимательно слушал и был весь сосредоточен.

- Как мы потом уже выяснили, он думал, что Пхат - это Мэоу в трансформации. Отчасти так оно и было, но он не знал, что это уже необратимо. А Пхат наплел ему, что он ее брат-близнец и что их разлучили в детстве... ну вы помните настоящую историю Мэоу и Дью. Ли Бао не поверил и стал ждать, когда спадет трансформация. Он выждал положенное время, но ничего не произошло, и тогда он решил воспользоваться случаем и сделать из Пхата свою послушную марионетку. Ну, и один нечистый на руку знаток работы с сознанием и потоками помог ему в этом. Он разделил сознание Пхата так, что основное его сознание осталось запечатано глубоко в слоях подсознания, а на свет появился Тхан, который ничего не знал ни о себе, ни о нас, вообще ни о чем, так как ему удалили память, сославшись на то, что он попал в аварию. Его продержали в коме почти полгода, а когда вывели из нее, рассказали ему легенду о том, что он сын Ли Бао и, соответственно, должен слушаться папу.

- Вот сволочь... - Нок сжал кулаки. - И он все это время жил, не помня кто он?

- Да. Но об этом пусть она сам расскажет, - Тун кивнул в сторону Пхата. - Я лишь могу рассказать о нем с момента, как я приехал на задание выяснить все про сына Ли Бао и встретил Тхана, - и Тун продолжил рассказывать.

Мин с Ноком слушали, не перебивая. Тун только отмечал, что Мин иногда сильнее стискивал зубы, а Нок недобро прищуривал глаза. Когда Тун дошел до той части, когда он стал подозревать, что Тхан вовсе не тот, за которого его выдают, показалось, что парни и вовсе перестали дышать.

Конечно, о некоторых моментах Тун умолчал, потому что они были слишком личные, а некоторые даже интимные - парням такие вещи лучше не рассказывать.

Я вышел из медитации спокойный и умиротворенный. Теперь я готов воздать всем по заслугам. А уж тебе, Ли Бао, вдвойне.

Тихо сидя на диване, я слушал, что рассказывал Тун, и следил за реакцией ребят. Они были очень напряжены. Сейчас бы что-нибудь для разрядки обстановки. И в этот момент Тун стал рассказывать, как мы первый раз сбежали из поместья. Он так комично передал мои попытки спуститься с балкона, а потом подняться на стену, что все не выдержали и рассмеялись. Нок так хохотал, что чуть не свалился со стула. И все почему-то повернулись посмотреть на меня. Я, видно, сидел с таким обескураженным видом, что они засмеялись еще громче. Ну и ладно. Вам смешно, а мне тогда действительно было не до смеха. Чувствовал себя не лучшим образом. Особенно, когда мешком сползал. Да ну вас...

Зазвонил телефон внутренней связи. Тун поднял трубку, молча выслушал и положил ее обратно на стол. Все выжидающе смотрели на него.

- Его переместили в капсулу, - это была новость о Кинге.

Слава Богу! Значит, он будет жить. У профессора, в каком бы состоянии ты ни был, если дожил до капсулы, значит, будешь жить. Все с облегчением вздохнули.

- Давайте на сегодня закончим, - вставая с места, предложил Мин, и все с ним молча согласились. Все настолько были вымотаны, что никаких возражений не последовало. Молча собрались и так же молча, не прощаясь, разошлись.

Придя в квартиру, я почти на автопилоте сходил в душ, чмокнул Туна в губы и упал на кровать. Все, меня на сегодня больше нет. Делайте со мной что хотите, только дайте поспать....

Глава 45

Не всегда то, что ты задумал, сбывается и наоборот

По словам Туна, я проспал почти двое суток. Он уже начал беспокоиться и хотел меня разбудить, но я проснулся сам. Первым делом я спросил о Кинге. Операция прошла успешно, несмотря на некоторые осложнения - была остановка сердца. Но все обошлось без последствий. Капсула доделала то, что не в силах были сделать врачи. Парень пробыл в ней почти восемь часов и сейчас находился в палате интенсивной терапии - капсула капсулой, но медицинские процедуры еще никто не отменял. На всякий случай его поместили в медикаментозную кому. Я хотел было пойти к нему, но Тун меня остановил. Во-первых, к нему еще не пускают; во-вторых, он в коме; а в-третьих, он еще не знает, что я жив, и как эта новость на нем отразится - неизвестно. Так что с визитом мне придется обождать.

А что у нас по Ли Бао? Здесь что аналитический отдел, что Нок со своей сеткой отработали по полной. Был выявлен новый штаб Ли Бао, и уже даже намечены некоторые связи, которые он старается либо восстановить, либо наладить новые. Это хорошо. Есть у меня на этот счет одна интересная идея. Туну пока говорить не буду, посоветуюсь для начала с профессором. Мне с ним так и так надо поговорить, ну и заодно расскажу свой план. Предполагаю, что он его не одобрит, но попытаться надо. А сейчас... Есть хочу ужасно. Чтобы мне такого съесть? Я потянул носом воздух, и у меня в животе еще сильнее заурчало - Тун готовил что-то очень вкусное и мое любимое. Так, я уже иду...

Я сидел за чайным столиком и потихоньку поедал печеньки. Надо было как-то начать разговор, но я молчал, потому что не знал, с чего начать, а Вянь Вянь молчал, как мне кажется, из вредности. Ладно, ничего не сделаешь, надо как-то налаживать жизнь. Хоть мы немного и поговорили в подсознании, но как поговорили? Это все же условно, так как Мэоу уже не было, а была только ее проекция с уже заложенными словами. Надо все же навести мосты. Вот достанется мне сейчас...

- Пап, - тихо начал я. Он чуть приоткрыл один глаз и посмотрел на меня. - Ну, не молчи. Скажи хоть что-нибудь.

- Что-нибудь.

Так, разговор у нас будет долгим, и о своем плане мне сегодня даже не стоит заикаться.

- Ну, Вянь Вянь, неужели ты откажешь своему сыну в такой малости, как разговор?

Молчишь? Ну, ничего, я еще не все методы применил. Главное - в меру. Что у него самое любимое? Ну, чай он и сам уже заварил, а так как лучше него это делать никто не может, то мне и пытаться не стоит. Чтобы такое неожиданное предпринять? А не попробовать ли мне...

- 爸爸，我非常爱你。 跟我说话。(bàbà，wǒ fēicháng ài nǐ. gēn wǒ shuōhuà.) - Папа, я очень сильно тебя люблю. Поговори со мной, - я перешел на его родной язык.

Уголки рта у него чуть дернулись. Ага, значит, тебя можно умаслить. И я продолжил на его языке:

- Поговори со мной. Не игнорируй. Мне плохо от этого. Я не она, и это надо принять или отвергнуть...

После этих слов он открыл глаза и с любопытством посмотрел на меня. Кажется, его все же интересует этот вопрос. Немного поколебавшись, он пересел ко мне за столик и стал заваривать новый чай. У меня прям от сердца отлегло. Лед тронулся, и теперь мы спокойно сможем пообщаться.

- Давай все по порядку, с момента, как тебя похитили. Старайся не упускать ничего - малейшая деталь может дать много зацепок. Все, что помнишь и не помнишь, - он налил себе чай и приготовился слушать.

Я собрался с мыслями и стал рассказывать. Я говорил, а сам удивлялся: как я все хорошо и отчетливо помню, а было время, я жил без памяти. Было очень тяжело ощущать себя никем. Об этом я тоже рассказал. В одном моменте профессор остановил меня и попросил уточнить, что именно я запомнил, находясь закрытым в подсознании. Мне как-то это было немного странно - я одновременно помнил и не помнил этот период времени. Этот промежуток воспринимался мной, как кино с меняющимся сюжетом. Я четко помнил, как я был Тханом, который ничего не помнит о себе, и хорошо помнил, что испытывало мое подсознание. По большей части оно дремало или выстраивало всевозможные алгоритмы соединения себя в одно целое. Да уж, странное чувство. То есть я это помню, но как бы не про себя. Я так и сказал профессору. Он стал наводящие вопросы задавать, и мое повествование пошло более живо. Я даже почувствовал некое облегчение. По сути, я все тот же человек, что и раньше, но за небольшим исключением - во мне не осталось ничего женского. Мэоу очень умело заменила все мельчайшие подробности с девочки на мальчика. И даже внесла кое-какие правки. Сделала все так, что я вообще не мог ни вспомнить, ни представить, как я был девушкой. Но при этом у меня остались воспоминания про трансформацию. Это было немного необычно, но если не вдаваться в подробности, то и нормально вроде все - это же прошлое. Прошло и прошло.

- Хватит печенье есть, - резко сказал профессор, - весь желудок себе испортишь. В капсулу восстанавливаться не пущу. Давай закажем еды и поедим нормально.

Я молча кивнул, а в душе у меня все ликовало: мой старик оттаял.

Вянь Вянь позвонил, сделал заказ и присел обратно за столик. Посмотрел на меня и улыбнулся.

- Папа! - я бросился к нему на шею, и старик меня обнял. Так, не реветь, ты не девчонка.

- Да уж, натворили мы все дел, - сказал Вянь Вянь, похлопывая меня по плечу. - Не уследил я, старый дурак, за вами за всеми. Ну что же теперь? Назад не повернешь и ничего не исправишь. Вот настучать бы тебе по голове, да ты, вроде как, и не виноват. А с другой сторону... Вот ведь как, - он усмехнулся. - Была у меня дочь, потом полудочь-полусын, теперь хоть окончательно определились кто. Надеюсь, больше метаморфоз не будет.

- Нет, папа, не будет. Я полноценный парень, твой сын Тха... - я запнулся. Почему я назвал это имя? Я же Пхат.

Профессор с интересом посмотрел на меня. Не с удивлением, а с интересом, как будто он что-то знал в отличие от меня. И почему я вдруг решил назвать себя Тханом? Как-то на подсознательном уровне вырвалось. Почему?

- А ты не знаешь? - блин, я и забыл, что профессор умеет читать мысли. Или мне просто так кажется из-за того, что он всегда все знает и просчитывает свои ходы.

- Не знаю, - честно ответил я.

- Ну, давай разберемся вместе, - я кивнул. - Вот смотри - ты девушка по имени Мэоу, и ты трансформируешь себя в парня для того, чтобы на время скрыться после выполнения очередного задания. Это ты помнишь? - я кивнул и продолжил слушать, хотя уже начал понимать, что он мне хочет донести. - Так вот, тебе делают документы на имя Пхат Карлайтинг, и ты начинаешь жить по этим документам. Но в душе ты все таже Мэоу. Так как ты думаешь, что это все временно, то ты и не заморачиваешься, но когда становится ясно, что ты не сможешь вернуться в свой первоначальный вид, ты просто свыкаешься с этой мыслью и продолжаешь жить дальше как Пхат, оставаясь в душе Мэоу. Дальше происходят известные нам события, и ты начинаешь жить как бы по-новому, без женской сущности, и зовут тебя в этот момент Тханом. Ты обычный парень с потерей памяти, внутри которого очень глубоко спрятано женское начало, но ты о нем не знаешь. И вот это начало решает, что, так как чисто физически оно не женское, избавится от себя, чтобы внутреннее соответствовало внешнему. Она даже память подправила. И получился полноценный человек мужского пола как на ментальном, так и на физическом уровне, - он замолчал и стал снова заваривать чай.

- Это все понятно и ясно, но почему я так оговорился? Я же всегда был Пхатом. С самого детства... Ну... Вы поняли.

- Да, я понял, - старик усмехнулся. - Так и ты пойми. Ты не оговорился. Ты просто назвал себя своим именем.

- Как это? – я, вроде как, предположил почему, но...

- Без женской сущности ты прожил больше года как Тхан. И твое сознание зафиксировало это имя. Твое мужское сознание воспринимает тебя именно Тханом.

- А как же теперь?..

- Ну, что же, будем разбираться, - он улыбнулся. В это время позвонили - принесли еду, и я пошел получать заказ.

Разложив еду, я заметил, что профессор заказал все мое любимое. Я мысленно улыбнулся. Мы сели за стол и, как в старые добрые времена, стали наслаждаться едой за неспешной беседой. Вот как будто и не было этого года, такого сложного для меня и такого горестного для моего отца.

Уже к концу обеда я все же решился озвучить свой план в отношении Ли Бао.

- Я тут поразмыслил немного над нашей ситуацией, - начал я неспешно, - и подумал: а почему бы мне не продолжить изображать сына Кхуна Ли? А Тун в виде Корна продолжил бы меня подстраховывать...

- Ты снова за свое? Не успел еще отойти от всего, что произошло, а уже, пожалуйста, на оперативную работу собрался.

- Ну, папа, я же на благо...

- Да знаю я. Не начинай, - отмахнулся он от меня. - Я и сам над этим уже думал. Но... Ты же только вернулся.

- Я в первую очередь оперативник, и мне не положено отдыхать, пока дело не сделано до конца. Ты меня так учил, и я так считаю. Надо разделаться с этим человеком раз и навсегда, чтобы избежать большей беды.

- Дай мне подумать, а вы пока займитесь проработкой... Нет, ты - в лабораторию на тесты, а с Туном я сам поговорю.

На тесты? Снова? Вот уж... Ладно. Надо так надо. Я покорно кивнул, чем очень удивил профессора.

- Что, даже возражать не будешь? Истерику не закатишь?

- А зачем? - спросил я. - Смысл? Надо пройти тесты, так, значит, я их пройду и буду заниматься своей работой дальше.

- Все больше и больше становится интересно... - Вянь Вянь почесал подбородок. - Мне кажется, что ты стал более уравновешенным, хоть какая-то чертинка и осталась. Что на это повлияло? Неужели это все же зависит от изначального естества? Очень интересно. Надо еще добавить пару тестов к тем, что я уже подготовил.

Я только глубоко вздохнул. Не могу сказать, каким я был с Мэоу внутри. Мне казалось, что я, каким был, такой и есть сейчас, но профессору видней. Надо еще Туна спросить, насколько я изменился после слияния. Ой, а вдруг ему не понравится, каким я стал?

- Ты чего занервничал? - вот ничего от его взгляда не ускользнет.

- Да так. Просто вспомнилось... А когда начинать? - я постарался перевести разговор в другое русло.

- Как только захочешь. Можешь прямо сейчас, а можешь завтра. Но не затягивай.

- Хорошо. Я тогда схожу домой и часа через два приду. Мне к тебе в кабинет или сразу в лабораторию?

- Сначала к брату сходи. Он анализы возьмет, да и поговорить вам тоже не помешало бы.

Я согласно кивнул и заспешил домой. Туна я там не застал, а так хотелось. Он, скорее всего, в агентстве с Мином или Ноком, или с ними обоими. Тогда не буду откладывать и пойду к Дью. Может, еще удастся Кинга проведать.

Дью я застал мечущегося по лаборатории. Постоял, посмотрел на него и подумал: может, мне потом зайти? Я хотел было уже развернуться и выйти, но он меня заметил.

- О, Пхат, а ты почему не с Туном?

- Я даже не знаю, где он, - усмехнулся я.

- Так он же... - Дью почему-то осекся. - А, ну да... Иди-ка сюда. Сядь.

- Дью, что-то ты какой-то нервный. Может... - я стал отгонять от себя внезапно появившуюся мысль. - С Кингом что-то?

- Не-не-не, с ним все в порядке. Он уже в сознании и даже начал капризничать... Но врачи вернули его обратно в сон.

- Тогда что тебя так тревожит?

- Дело в том, - начал Дью, немного растягивая слова.

Было ощущение, что он не знает, как начать разговор, а дело, видно, серьезное, и он не знает, как я отнесусь к этому. Ничего, братик, мне уже ничего не страшно. Надо бы его успокоить, подбодрить - и я по-братски похлопал его по плечу:

- Дью, мы же братья, родная кровь. Вот какие между нами могут быть секреты. Не тяни и рассказывай. Даже если это что-то такое невообразимое, я выслушаю, пойму и, если надо, совет дам...

- Да какие уж тут советы. Это тебе надо советы давать. Ладно. Не думал я, что будет так сложно. Ну, дело в том... Нет, я лучше начну с самого начала...

- Только не с зарождения мира, хорошо?

- Пхат, ты можешь быть серьезней?

- А вот, кстати, первый нюанс, о котором я хотел бы с тобой поговорить.

Дью уставился на меня почти не моргая. В его глазах читалось и любопытство, и какое-то облегчение. Вот я тебе сейчас поведаю, братик, о том, что нет у тебя брата Пхата, а есть брат Тхан. Я ему так и сказал - прямо в лоб. А что тянуть? Он выслушал, и походу у него что-то в процессоре его мозга поломалось, потому как он завис. Минут пять висел. Мне даже показалось, что не дышал, но нет - показалось. Уф, отвисай уже.

- Поясни, - отвис.

- Со слов профессора, это небольшой сдвиг в сознании из-за того, что я был Пхатом, когда во мне было женское естество, а Тханом, когда только мужское. И, соответственно, когда женского не стало, сознание среагировало на имя Тхан больше, чем на Пхат.

- И что собираешься делать?

- Пока не знаю. Хотел с Туном сначала поговорить, узнать, что он думает по этому поводу.

- А брата спросить не хочешь?

- Почему же? Вот спрашиваю, - я усмехнулся. Дью всегда был ревнив, таким и остался.

- Как по мне, то я тебя и Пхатом толком не знал, а в последнее время общался с тобой как с Тханом, так что для меня второе имя стало более привычней что ли. Но решать вам с Туном, конечно. Тем более в преддверии такого грандиозного события, - он загадочно подмигнул мне.

- Ну, а теперь давай колись, что за событие?

- Господи, ну почему я это должен рассказывать? Ну, профессор, спасибо. Тун, ты тоже молодец, брат называется, - Дью исподлобья уставился на меня. Он стоял посередине кабинета, скрестив руки на груди и хмурился так, будто его обидели все черти в аду, а теперь попрятались, и ему некому отомстить.

Мне безумно стало интересно, что же мне должны были рассказать такого, что возложили эту обязанность на брата? Ладно, Дью, не бойся, я братьев не убиваю. Рассказывай.

Он как будто почувствовал на каком-то ментальном уровне, что от меня ему ничего не грозит, и немного успокоился. Все-таки кровные узы... Надо бы посерьезней углубиться в изучение этой темы. Не сейчас, конечно. При случае.

- Я думаю, что ты помнишь, как я несколько раз просил тебя сдать некий анализ?

- Конечно, помню, а что здесь такого?

Дью укоризненно посмотрел на меня.

- Почему-то раньше ты так не считал и постоянно пытался мне откусить за это голову.

- Наверное, потому, что я все же был внутри Мэоу, и ей это было... Ну, как сказать? Скажем, неудобно, - я усмехнулся. Естественные процессы мужского тела, а также их потребности девушкам не совсем понятны.

- Если только так. Надеюсь, сейчас ты не будешь на меня кидаться с кулаками, если я попрошу тебя снова сдать такой анализ?

- Прям сейчас? - я сделал вид, что собираюсь снимать штаны.

- Да ну тебя, - Дью отмахнулся. - Сейчас мы просто разговариваем. Если только потом. Я бы провел некоторое исследование.

- Хорошо, а сейчас давай уже не томи, говори, что надо.

- А ты разве ничего не помнишь? Я же рассказывал тебе и ты мне пригрозил, что если я расскажу кому-нибудь, особенно Туну, то мы меня... Что, совсем ничего?

- Нет. Такой информации в моем банке памяти не обнаружено, - сказал я, подражая роботу, - Ну, видно Мэоу посчитала ненужным делиться со мной такой информацией. Рассказывай давай.

- Ну так вот, - Дью продолжил, хоть и был удивлен, что сестра скрыла такую важную информацию сама от себя, - Первый анализ был нужен для заключения брачного контракта. Это ты тогда в больнице лежал вместе с Кингом... - он замолчал.

- Как он?

- Его держат в медикаментозной коме. Но профессор сказал, что еще один сеанс в капсуле, и все нормализуется, - он говорил, а у самого на глаза наворачивались слезы. Как бы ты, брат, не отнекивался, но ты любишь этого парня.

- Раз Вянь Вянь сказал, значит, так оно и будет.

- Я тоже в это верю, - он подошел к столу, достал из верхнего ящика папку с документами и вернулся ко мне. - На, ознакомься, - он протянул ее мне.

Я сначала было просто пробежался глазами по тексту, но остановился и стал вчитываться более внимательно. Это были результаты анализов Пхата, то есть меня. Вот анализ крови. Ну, тут все как обычно. Еще какие-то тесты. А вот и результат спермограммы. Вроде ничего необычного, кроме одного пункта. В моей сперме было обнаружено то, чего там априори быть не могло. Я поднял глаза на Дью.

- Это что?

- Твой первый анализ. Я тогда был в шоке и винил себя, что неаккуратно вел себя с образцами. Потому и понадобился повторный анализ.

- И что?

- Да ты дальше смотри.

Я стал листать документы дальше. Уже ничего не спрашивая, я углубился в чтение отчетов проводимых исследований. Изучал я их долго. Потом еще минут двадцать сидел и смотрел куда-то вглубь себя, пытаясь осмыслить полученную только что информацию. И чему я удивляюсь? Мое тело изначально было женским. Потом я трансформировался в парня, но это действие всегда меняло только внешнюю оболочку, а внутренности нет. Это вполне обосновывает то, почему в анализе были найдены яйцеклетки. Но тогда у меня должны были быть другие признаки, а их не было. Не было ни овуляций, ни месячных. Значит, моя трансформация произошла полностью, но тогда... Я посмотрел на брата, ища у него ответы.

- Я тоже так думал и хотел провести более тщательное обследование, но вы с Туном уехали, а потом ты пропал.

- Так давай сейчас проведем? - я встал с полной решимостью выяснить про себя все.

- Хорошо, не будем откладывать, - Дью протянул мне откуда-то взявшуюся баночку и указал рукой на ширму. Вот ведь... Но я не стал спорить, а быстро прошел в указанном направлении.

Дью удивленно посмотрел мне вслед. Только сейчас он окончательно поверил в то, что Мэоу во мне больше нет. Будь хоть частичка ее сознания, я бы не пошел за ширму, а настоял бы на том, что сделаю это потом, дома или еще где, но только не здесь чуть ли не у всех на виду. И только натуральный парень не загонялся бы такими мелочами. Ну а чего мне стесняться? В лаборатории сейчас никого, кроме нас с братом, а он медик, так что я спокойно пошел за ширму.

Устроившись на кушетке, что там стояла, я стал перебирать в памяти все моменты близости с Туном. А мы с ним действительно сексуальные маньяки, как я когда-то назвал нас. Каждый момент отдавался теплом внизу живота. Бабочки постепенно начали оживать. Я уже было выбрал, на чем остановиться, как вдруг яркой вспышкой, взбудоражив мигом всех бабочек, в памяти всплыл один момент, когда я был парнем, потерявшим память, а Тун агентом под прикрытием по имени Корн. Это была наша с ним первая близость. Вернее, могла быть, если бы Туна что-то не остановило. Почему-то именно этот случай поднял во мне волну желания. Я расстегнул джинсы и запустил руку себе в пах. Возбуждение тут же возросло. Прикрыв глаза и прикусив нижнюю губу, я стал вспоминать детали того момента. Я даже представил, что это не я ласкаю себе пах, а нежные руки Туна. Уф, главное - не упустить момент и не забыть про баночку... Моя рука стала работать интенсивней, увеличивая частоту движений. Вскоре под ладонью появилась пульсация, говорящая о скором приближении кульминации всего процесса. Я сильнее прикусил губу и подставил баночку...

Немного отдышавшись, я вытер себя салфетками и застегнул джинсы. Полежал немного, приводя мысли в порядок. Я, конечно, спускал иногда пар в душе, но такого наслаждения, как в этот раз, я еще не получал. У меня даже появилось ощущение, что я сейчас не мастурбировал, а полноценно занимался сексом.

Остаток дня я провел, как подопытный кролик - Дью прогнал меня по всем аппаратам, чтобы просканировать, снять, просветить мой организм вдоль и поперек. Параллельно он делал анализы и все возможные тесты. К вечеру он выдал мне результаты всего, что он со мной делал. По ним выходило, что я полноценный мужчина с отличной спермограммой, да и в остальном не было никаких отклонений. В моем организме не осталось ни единой женской клетки. Внутренние органы соответствовали моему полу и возрасту.

Прочитав заключение, я сказал:

- Трансформация завершена, - и улыбнулся. Стало почему-то грустно, как будто я что-то потерял.

- Поздравляю. У детей будут здоровые родители, - сказал Дью.

- У каких детей? - я посмотрел непонимающе на брата. Какие дети, если мы с Туном оба парни? Ну, если только не воспользоваться суррогатной матерью или... И тут меня осенила догадка.

- Дью, у меня, то есть у нас с Туном будет дети? Те яйцеклетки... - я не договорил, увидев улыбающееся лицо Дью.

- Да, брат. Все верно. Это был единственный способ вернуть нам маленькую частичку тебя в твоем ребенке. Это просто чудо, что вселенная вернула нам и тебя.

- Но ты сказал “дети”.

- У вас родится двойня. Это еще одно чудо. Потому как мы смогли получить всего лишь один эмбрион. И, о Будда, он разделился на два.

Что-то мне немного не по себе. У меня будет не просто ребенок, а два. И не просто от меня или от Туна, а от нас обоих. Наши биологические дети как символы нашей безграничной любви друг к другу...

Я стал засыпать брата вопросами о предстоящем рождении детей. Мне хотелось знать все до мельчайших подробностей.

- Подожди, Тхан... Пхат... Да блин, - Дью махнул на меня рукой. - Вот Тун вернется из больницы и все тебе расскажет.

- Он в больнице? Что случилось? - мне почему-то стало не по себе.

- Он отвез сегодня суррогатную мать туда - ей на днях должны сделать кесарево сечение.

- Так, а почему мне раньше никто ничего не рассказал? Я же должен быть там с ним, с ней, я же мать в конце концов! - последние слова ввели в ступор нас обоих. Мы молча посмотрели друг на друга и рассмеялись. А вы бы не рассмеялись? Я - мать, вот ведь... Ну чисто технически да, я являюсь матерью, потому как мой организм выработал эти яйцеклетки, одна из которых теперь стала моими детьми... Уф, у меня будут дети. У нас с Туном будут дети. Какой же я счастливый...

Глава 46

А ведь может все пойти и не по плану

Дью отпустил меня из лаборатории, когда была уже почти ночь. Напоследок я пообещал ему как-нибудь это припомнить, ведь знает, что я как на иголках весь в ожидании встречи с Туном, но все равно находил какие-то новые тесты.

В квартиру я влетел почти в буквальном смысле слова. От той радостной новости, что поведал мне брат, у меня за спиной крылья выросли. Я даже мечтать себе не мог позволить, что у нас с Туном будут дети. Родные, биологические, общие. Я размышлял на тему усыновления или рождения по ребенку от каждого из нас и донорской яйцеклетки, но такой подарок вселенной мне даже и не снился.

Сколько же всего надо переделать, чтобы устроить свой быт с детьми. Эх, времени у меня, конечно, мало, но я постараюсь все успеть. Наверное, нам надо будет поменять место жительства. Детям нужен простор и уют. Не квартира, а хороший дом с садом, где они будут играть.

Раньше, еще до трансформации, я и думать о детях не хотел. Мне казалось, что это такая рутина. Да и зачем мне, оперативному агенту, вешать на шею такую обузу. С моей работой и привычками какая из меня мать? Но с появлением в моей жизни Туна все изменилось. Я все чаще стал задумываться об уютном гнездышке где-нибудь вдали от суеты. Может, на берегу океана или в горах. Неважно, главное, чтобы любимый был со мной. Но в этот момент я уже был парнем, хоть и с женским началом. Немного странно вспоминать такие вещи, как период, когда я был девушкой, ведь Мэоу заменила в моем сознании все женское на мужское. Зачем она это сделала, уже не узнаешь. В моем сознании сейчас существует две параллельные линии воспоминаний. В какой-то момент они переплетаются, а потом снова расходятся. И та линия, что была изначально, постепенно теряется в моменте объединения сознаний.

Тун встретил меня, нервно расхаживая по комнате. Увидев, как я вхожу в дверь квартиры, он бросился ко мне и заграбастал в охапку.

- Уф, Тун, я сейчас задохнусь.

- А я сделаю искусственное дыхание – может, хоть так мне удастся тебя поцеловать, - ответил он и стал покрывать мое лицо поцелуями. - Я так соскучился...

- Подожди, Тун, мне надо задать тебе несколько вопросов.

- Это может немного подождать, а я уже ждать не могу...

И тут я вспомнил, что мы с ним давно уже не были близки. Для таких сексуальных маньяков, как мы, такое просто неприемлемо. Теперь понятно, почему моя сдача анализа в баночку прошла так... успешно. Вопросы действительно подождут. Я обхватил Туна за шею и, чуть подтянувшись, подпрыгнул и обхватил его еще и ногами. А теперь неси меня, куда хочешь, и делай со мной, что душе угодно. Я просто подумал, но и этого, видно, было достаточно, чтобы Тун начал действовать. Он что, тоже мысли читает? Что-то я не припомню за ним такого. Да и ладно, мне от своего любимого скрывать нечего. Пусть читает и знает, что я его так хочу, что готов его просто съесть. Но, похоже, съесть тут собираются меня.

Я и ахнуть не успел, как был уже на кровати и без одежды, а мой благоверный от нетерпения рванул на себе рубашку так, что пуговицы просто разлетелись прочь. А вот такой он мне нравится еще больше. Этот его какой-то звериный инстинкт заводил меня больше, чем все нежности мира. Как я этого давно ждал. Когда я был просто клоном без памяти, он вел себя со мной довольно нежно и аккуратно. Теперь он знает, что я - это я, и действует так, как нам обоим нравится. Мы же маньяки.

Приподнявшись, я присел и стал гладить руками его грудь. Он обнял меня и прижал к себе. Я поймал губами его сосок и обвел вокруг него языком. Тун вздрогнул и, чуть отстранив меня, заглянул в мои глаза, как будто пытаясь что-то в них увидеть. Он провел пальцем по моей нижней губе. А я взял этот шаловливый пальчик в рот, облизнул его, чуть прикусив. Я знаю, мой милый, что раньше я это делал - Мэоу очень любила такие заигрывания. Тхан тебя не кусал, потому как у него другие предпочтения. Ему, то есть мне, нравится, когда меня покусывают. Что же тебе больше по вкусу? Хоть я теперь помню все и мне не надо изучать тебя, чтобы доставить максимальное удовольствие, все же придется установить приоритеты.

Когда я игрался с его соском, а потом прикусил Туну палец, он вздрагивал от неожиданности. Тхан всегда уделял внимание соскам, говоря, что они являются заводным механизмом всего мужского тела. И Тун убеждался в этом и не раз. А вот Пхат любил его покусывать, но в отличии от Тхана на соски не особо обращал внимание, а если и делал что-то, то не так.

Я стал наблюдать за его замешательством. Интересно, о чем он в этот момент подумал? Наблюдая, я продолжил ласкать его, меняя между собой привычки себя прошлого и настоящего. Я видел, как ему это доставляет все больше и больше удовольствия. Вспомнив тот эпизод, что помог мне сегодня сдать анализ, я решил повторить все то, что было тогда. Но тогда инициатива больше исходила от Туна, а я податливо следовал за ним. А если я сейчас изменю немного роли?

Но мне не дали воплотить свои планы, потому как у Туна были на мой счет свои. Меня покрывали поцелуями с головы до ног. Ласкали и нежно, и настойчиво одновременно. Это было настолько возбуждающе, что у меня даже немного закружилась голова в предвкушении. Ну и ладно, в другой раз попробую воплотить смою задумку. Как же мне сейчас хорошо...

Улучив момент, я снова поймал губами его сосок и стал ласкать его языком. Тун застонал. Как я люблю этот низкий бархатный стон. Продолжая ласкать его соски то руками, то губами и языком, я чуть повернул голову и посмотрел на лицо любимого. Он чуть прикусил нижнюю губу, которую мне тоже захотелось обнять своими губами. Что я и сделал, обхватив Туна за шею и притянув к себе. Мы стали целоваться. Я потихоньку перебрался на Туна. Теперь я буду покрывать его тело поцелуями и ласкать каждый сантиметр, пока не дойду до главного.

И снова мне не дали проявить инициативу. Ну и ладно, расслаблюсь и получу удовольствие. Пусть делает, что хочет. Я-то сегодня немного разредился, а вот Тун, видно, терпел. А теперь у меня от его ласк разум мутнее, и я уже мог кончить пару раз, если бы не умелые действия моего любимого - доводить до крайней точки и откатывать назад.

Доведя меня очередной раз почти до полного оргазма, Тун ловко перевернул меня к себе спиной, чуть навалился сверху и стал целовать и покусывать мое ухо и шею. Я замер в ожидании. Почувствовав теплые и мягкие руки Туна на своих ягодицах, я приготовился принять его. Он подхватил одной рукой меня под живот и чуть приподнял мне бедра. Осторожными толчками он вошел в меня. Я запрокинул голову. Он обхватил рукой мое горло, второй рукой продолжая поддерживать меня за бедра. Его движения стали интенсивней. С каждым его толчком меня накрывала волна блаженства. Я чуть развернул голову, подставляя ему свои губы. Он, поддерживая меня за шею, стал их целовать. У меня задрожали конечности - верный признак приближающейся кульминации. Это был как сигнал к действию. Тун отпустил мою шею и полностью сосредоточился на своих ощущениях. Мы оба замерли на доли секунды и выдохнули почти одновременно...

Мы еще долго не отпускали друг друга. Второй заход был более продолжительным и окончательно лишил нас сил. Мы лежали в обнимку, наслаждаясь друг другом. Казалось, что мир вокруг нас замер, чтобы не нарушать нашу идиллию.

- Ты хотел что-то спросить? - Тун первым нарушил тишину.

Я развернулся так, чтобы видеть его лицо, и сказал:

- Я вот все думаю - когда же ты мне хотел рассказать о детях и хотел ли вообще рассказывать?

- Я... - он запнулся.

- Ну, ты чего?

- Я просто не знал, как сказать. Ты же понимаешь, что это не так просто - рассказать любимому, что, пока он отсутствовал, у него появились дети... Вот даже сейчас я говорю и понимаю, как это абсурдно звучит.

Я протянул руку и ухватил Туна за нос, чуть сжал его и немного потрепал:

- Вот что ты такое говоришь? Ну как это может быть абсурдным? Это же дети. Нам просто сказочно повезло или все боги вселенной нам благоволят, и я в прошлом был женщиной, - я отпустил его нос, немного подтянулся и поцеловал в лоб. - Нам столько предстоит сделать, а времени очень мало. Когда планируются роды?

Тун с удивлением посмотрел на меня. Странно, я что-то не то сказал?

- Что-то случилось?

- Прежний ты не реагировал бы так спокойно, вот это как-то настораживает.

- Какой я прежний? Пхат или Тхан?

- А сейчас ты кто? - Тун удивленно захлопал глазами.

- Об этом потом, - отмахнулся я. - Сейчас я хочу знать, о ком именно ты говоришь?

- Ну, раз так, то я имел в виду тебя, Пхата, до создания клона. У нас был разговор о детях после свадьбы, и ты как-то... не совсем с восторгом к этому отнесся, и мы больше не поднимали эту тему. Потом ты исчез, и появился твой труп. Моя жизнь на этом кончилась. Мы оплакивали тебя, и тут появилась неожиданная информация о возможности возродить тебя в наших детях. Ты же понимаешь, что я не мог упустить такой шанс, пусть он и был ничтожно мал, но он давал надежду, что частичка тебя будет снова со мной. А как отреагировал бы ты, будучи Тханом, мы уже не узнаем.

Я слушал его и реально понимал, что если бы я остался тем Пхатом с Мэоу внутри, то... Похоже, что она действительно не хотела обременять себя. Или просто боялась, что подвергнет опасности своих детей. Все же думаю, что второе - никакая мать не откажется от своих детей. А еще я размышлял, как мне сказать любимому, что я в нынешнем состоянии больше Тхан, чем Пхат.

- Дорогой, - начал я, - я рад, что именно так все разрешилось. Конечно, это все неожиданно, и я, может быть, еще не в полной мере все это осознаю, но я настолько сейчас счастлив, что это невозможно передать словами. Прости меня, что я раньше уходил от разговора о детях. Я не могу достоверно сказать, почему. Может, боялся ответственности, а может... Я изменился, Тун. Ты даже не представляешь насколько, - я внимательно посмотрел ему в лицо, пытаясь уловить мельчайшее изменения, как он отреагирует на то, что я сейчас ему скажу?

- Ну, как ты изменился? Ты все тот же Пхат...

- Нет, Тун, я не тот же самый. Я другой. И в этом я окончательно убедился, когда брат рассказал мне о детях.

Я видел, как лицо Туна стало напряженным. Прости, родной, но я должен тебе сказать, что того Пхата, которого ты знал и любил, больше нет. Действительно нет. Как же он это воспримет? Ой, как же невовремя все это. Нам бы радоваться рождению детей, а тут приходится... Но надо это сделать сейчас, пока не поздно. Я собрался с мыслями и продолжил:

- Пхат всегда был девушкой, даже имея внешность парня. Он думал, как девушка, поступал, исходя из женской логики. Напротив, Тхан никогда не был девушкой. Он изначально был парнем. Он думал и действовал по-мужски. Мэоу передала ему все воспоминания, заменив их часть, чтобы окончательно убрать из своего сознания женское начало, которое стало противоречить мужскому и нарушать потоки, - на этих словах, Тун встрепенулся.

- У тебя проблемы с ци?

- Успокойся, с потоками все в полном порядке, - я погладил его успокаивающе по голове. - Если что, я дам тебе знать, - я усмехнулся.

- Ты пугаешь меня. Я совсем запутался. Кто, что, зачем...

- Дай мне закончить, и ты все поймешь, - он согласно кивнул и прижал меня к себе покрепче, как будто боялся, что как только я договорю, то исчезну. - Как я уже сказал, Мэоу удалила все женское и себя в том числе, но часть воспоминаний все же осталась. Иначе бы были несостыковки. Все свои размышления, расчеты она оставила в небольшом архиве на нижнем уровне, я тебе его покажу.

Заметив, что Тун снова начал беспокоиться, я добавил:

- Но не сейчас, когда ты будешь готов, ты все-все узнаешь. В данный момент я скажу тебе только одно: я больше Тхан, чем Пхат. Мое сознание выбрало быть Тханом. Я не мог скрыть это от тебя, потому что люблю тебя всем сердцем, каждой клеточкой себя. Я не знаю, примешь ли ты меня, именно меня такого, который я сейчас есть. Я - Тхан, - наконец-то я выдавил из себя почти на выдохе.

Он молча лежал и смотрел в потолок. А я ждал, замерев и почти не дыша. Примет он меня или нет? Он когда-то принял Тхана, зная, что это его Пхат, но только потерявший память, но теперь того прежнего Пхата может и не быть вовсе. Хоть память и при мне, но изменилось внутреннее “Я”. Вот примет ли Тун его? От его решения зависело все. Если он не сможет меня принять, то я смирюсь, я отпущу его, несмотря ни на что, потому что очень сильно люблю... Но почему же он молчит?

А Тун молчал не потому, что был ошарашен от услышанного, нет. Он просто прислушивался к своему сердцу: что оно скажет на то, что Пхата, которого Тун знал, в действительности больше нет и никогда уже не будет? К его удивлению, он впервые от такой мысли не испытал душевной боли. Его сердце было полно любви к тому, кто был сейчас рядом с ним, и ему абсолютно неважно, какое имя тот носит, он все равно остался тем, кого Тун когда-то полюбил, потом потерял и вновь приобрел. В жизни многое может пойти не по плану, но каким бы он ни был, его любимый с ним, и Тун никогда больше его не отпустит от себя. Это он мне все потом рассказал, а пока он молчал, а я ждал.

Я уже начал переживать, но в это время Тун развернулся ко мне и заграбастал в охапку, как он обычно делал.

- Я люблю тебя, мой чертенок...

А слезы тут причем? Ну почему они такие предатели? «Я не буду плакать», - твердил я про себя и разревелся окончательно. Тун крепко обнимал меня, гладил успокаивающе по голове, и шептал мне на ухо нежные слова любви.

Слезы кончились, и я наконец успокоился. Мы просто лежали в обнимку. Хорошо бы время остановилось хотя бы ненадолго, чтобы продлить это мгновение... И тут я вспомнил о детях:

- Дорогой, дети!

Тун, скорее всего, задремал, потому как он уставился на меня непонимающим взглядом и спросил:

- Где?

Я чуть не прыснул со смеху. Это было так забавно, как будто дети уже родились и сейчас вот-вот забегут в родительскую спальню, а мы тут... И их папа испугался. Кстати, надо будет и с этим что-то решать. Все-таки у нас нетрадиционная семья. Пока дети маленькие, не стоит им что-то навязывать. С возрастом они сами все решат. Сколько же еще надо сделать?

- Насколько знаю, еще не родились. Ты вообще собираешься мне о них рассказывать? - я строго посмотрел на Туна.

- Что именно ты хочешь знать?

- Да все! - чуть уж не закричал я. - Я все хочу знать. Кто суррогатная мать? Достаточно ли ты ухаживаешь за этой женщиной, что согласилась выносить наших детей? Где она сейчас? Где мы будем жить?

- Стоп! - оборвал меня Тун. - У меня уже голова кругом пошла от твоих вопросов. Я все тебе расскажу по порядку, но утром. Ты вообще знаешь, который сейчас час?

Я повернулся к тумбочке и взял телефон, чтобы посмотреть - ого! Почти четыре утра.

- Вот, а нам утром надо поехать в больницу навестить маму...

- Мама в больнице? Почему ты раньше не сказал? - я всерьез разволновался. У меня никогда не было матери, и мать Туна я воспринимал как свою собственную.

- Утром все узнаешь. Давай немного поспим. Надо сил набраться - завтра будет долгий и серьезный день.

- Ну я теперь не усну, - я надул губы.

- Вот даже не начинай. Давай медитацию и спать.

Я не стал с ним спорить, а просто лег на спину и сделал пасы руками. Я даже в асану садиться не буду. Тун, глядя на меня, сделал то же самое. Через десять минут мы уже спали в объятьях друг друга.

Первым потрясением с утра была новость о том, кто стал суррогатной матерью для наших детей. Я даже предположить не мог, что Мали сама предложит это. Она великая женщина, раз из-за любви к сыну пошла на такое. Я до конца этой жизни и последующих буду ей обязан.

Вторая новость выбила меня из колеи окончательно - оказалось, что Мали будут делать кесарево сечение уже на этой неделе. Так скоро? Я же ничего не успею подготовить. Тун успокоил меня, сказав, что они с отцом под тщательным руководством Мали уже все приготовили. Ну вот, а я так хотел все сам сделать. Но ничего, я еще многое что могу сделать.

Собираясь в больницу навестить Мали, я заметил, что Тун как-то нервничает. Он что, что-то скрывает от меня?

- Тун, ты ничего не хочешь мне сказать?

- Я многое хочу тебе сказать. Например, то, как сильно я тебя люблю, - он обнял меня.

- Не увиливай. Есть что-то, что ты пытаешься скрыть?

- Нет-нет-нет. Я ничего не пытаюсь скрыть. Я просто не знаю, как тебе сказать про одно обстоятельство.

- Говори уж. Лучше сейчас все выложи сам, чем я узнаю потом от кого-нибудь еще.

- Ну, тут такое дело... - начал он, немного запинаясь. - Ты же понимаешь, что мы решили дать жизнь этим детям в память о тебе. Тогда никто и подумать не мог, что все так обернется.

- Ты что, хочешь отказаться от детей?

- С ума что ли сошел? - Тун даже слегка отпрянул от меня. - Как тебе только в голову такое могло прийти?

- А что мне могло еще прийти, когда ты так юлишь? Выкладывай, что произошло?

- Дело в том, что мама предложила, чтобы дети первое время пожили с ней. Ты только не подумай, что она хотела забрать их себе. Нет, она просто хотела мне помочь, ведь один, без тебя я бы не справился.

Я немного задумался. Ничего не имею против Мали, но это мои дети, и я хочу растить и воспитывать их сам. В тоже время я понимал, что у меня нет опыта и помощь мне бы не помешала. А еще, как я буду кормить младенцев? Мали хоть и суррогатная мать, но она выносила и теперь должна родить детей, значит, у нее должно быть молоко. Для младенца это самый ценный продукт. Как же нам поступить?

Тун вывел меня из задумчивости, сказав следующую фразу:

- Мама предлагала переехать с детьми в родительский дом и пожить с ней и папой какое-то время, пока все не уладится.

- Я хотел бы иметь свой дом, - я посмотрел на Туна.

- Купим. Или нет. Мы его построим.

При этих словах, мои глаза загорелись. Я же закончил архитектурный. Конечно же, я построю дом для своих детей.

Я обнял свою любимую булку и сказал:

- Я люблю тебя, милый.

Он счастливо улыбнулся и поцеловал меня в лоб.

- Поехали, мама нас ждет. Я вчера рассказал родителям, что ты вернулся, и они с нетерпением ждут тебя.

Я кивнул в ответ, и мы направились к выходу.

Глава 47

План по раскрытию заговора

Что же я так нервничаю? У меня ладони даже вспотели. Неделю назад Тун рассказал своему отцу, что я жив, что у меня была просто потеря памяти. Сейчас я восстанавливаюсь и скоро вернусь к ним. Винай в свою очередь подготовил почву и рассказал обо мне Мали - осторожно, чтобы не нарушить ее душевного состояния перед родами. Но опасения были напрасны - новость о том, что я жив, произвела на Мали благотворное влияние. Единственное, что случилось, это то, что она наотрез отказалась от операции, пока не увидит меня и сама не убедится, что со мной все в порядке. И вот сейчас мы ехали к ней в больницу. Я сижу рядом с Туном и места себе не нахожу. Ну чего я так нервничаю?

У меня никогда не было матери. Вернее сказать, что была женщина, которая меня родила, но нас с братом украли у нее или же она сама продала своих детей из-за большой нужды - это мы вряд ли когда-нибудь узнаем. Отчасти, может, поэтому, когда я познакомился с матерью Туна и она отнеслась ко мне со всей своей материнской любовью, я воспринимаю ее как свою родную мать. И вот сейчас, вспомнив о своих чувствах, я переживаю за предстоящую встречу.

- Тхан, ты уснул что ли?

Я очнулся от оклика Туна. Я так глубоко погрузился в свои мысли, что не заметил, как мы приехали.

- Как ты меня назвал?

- Да какая разница? - Тун отмахнулся. - Оба имени принадлежат тебе. Я буду называть тебя так, как захочешь. Хочешь Пхат или Тхан? Лично мне оба нравятся.

Я стал прислушиваться к себе, когда Тун называл мои имена. Что я чувствую, когда меня называют так или иначе? Кто же я? Вот это я все никак не мог решить. Пхат привычней, но на Тхан я реагирую лучше. Надо посоветоваться все же с профессором.

Мы вошли в здание больницы. Мое сердце так громко стучало, что было ощущение, что его стук гулким эхом разносится по больничным коридорам. Надо успокоиться. Не стоит, чтобы Мали видела меня в таком состоянии. У меня, небось, и ухи красные. Да что там уши, я весь красный, небось, от волнения.

- Давай-ка зайдем в туалет, и ты приведешь себя в порядок, - сказал мне тихо Тун. - Пойдем, я тебя провожу.

Он чуть приобнял меня и повел в нужном направлении.

«О, да! Это именно то, что мне сейчас надо было», - думал я, умываясь холодной водой. Вот еще бы помедитировать - и был бы полный порядок, но и так мне намного лучше. Я обернулся к Туну и хотел было сказать, что я готов, но обратил внимание, что он весь напрягся и к чему-то прислушивается. Такие сигналы пропускать нельзя. Я тоже стал прислушиваться, но внезапно Тун схватил меня за руку и, не говоря ни слова, затолкнул в кабинку. Спрашивать что-либо я не стал – значит, так надо. Видно, что он что-то услышал или заподозрил неладное и поспешил скрыться в любом доступном месте.

Прижавшись друг к другу, мы стали прислушиваться. В это время в туалет кто-то зашел. По звукам, что издавал вошедший, он явно что-то или кого-то искал. Тун одними глазами показал мне, что надо что-то предпринять, чтобы не быть обнаруженными. Я слегонца подтолкнул его к унитазу. Он понял меня без слов - быстро расстегнул ремень и, спустив брюки, тихо сел на толчок. Я же забрался на него сверху, чтобы не было видно моих ног. Если кто снизу попытается заглянуть, то увидит человека, справляющего большую нужду, а если сверху - то парочку, которая уединилась в больничном туалете для быстрого перепихона.

Человек методично обходил кабинки, проверяя их на наличие людей. Когда он уже хотел толкнуть дверь в кабинку, где мы прятались, в туалет еще кто-то вошел. Я прислушался. Мой слух меня никогда не подводил. И на этот раз я разобрал их тихое перешептывание. Пока они выясняли, нашелся ли человек, которого они ищут, я кивнул Туну в сторону той кабинки, что только что проверили. Он согласно ответил мне, моргнув. Я тихо сполз на пол и пролез под перегородкой в ту кабинку. Тун последовал за мной, предварительно бесшумно открыв защелку на двери. Как только мы это сделали, то услышали, что соседнюю дверь толкнули и, никого там не обнаружив, смачно выругались уже в полный голос. Далее послышались удаляющиеся шаги. Мы с Туном переглянулись.

Из туалета мы вышли со всеми осторожностями. Оглядевшись, Тун потянул меня в сторону кафетерия. Там мы устроились в самом дальнем углу так, чтобы просматривалось все пространство. Я посмотрел на встревоженное лицо своего любимого.

- Я полностью доверяю твоим инстинктам, но скажи, почему ты решил, что они по нашу душу?

- Очень просто - я узнал одного из них. Его часто замечают возле торгового центра. Это человек Ли Бао.

Теперь и мне стало тревожно. Неужели Ли Бао выследил меня?

- Не думаю, что они оказались здесь специально, скорее всего, это случайность, потому как от их энергетики так и веяло неуверенностью.

Вот это круто - он теперь и такое может делать? Я прям загордился им.

- Надо бы в конец разобраться с этим господином, - я посмотрел Туну прямо в глаза. - Все же думаю, что мне надо вернуться к нему, - я жестом остановы Туна, который начал было возражать. - Не перебивай. Ты же знаешь, что я все равно сделаю по-своему, поэтому лучше помоги.

- Ну, и каков твой план? - мой парень смиренно вздохнул - он хорошо знал, что если я что-то задумал, то...

- Для начала, давай встретимся с мамой, а потом обсудим все на досуге.

Он согласно кивнул, мы встали из-за стола и направились к выходу. По дороге я резко остановился и обернулся к нему:

- Только я прошу тебя, пока никому ничего не говори, - он снова согласно кивнул и так же вздохнул.

Винай ждал нас у входа в палату. Внешне он все так же был спокоен. Но все же небольшое напряжение на лице выдавало его беспокойство.

- У вас все в порядке? - первым делом спросил он, оглядывая нас с ног до головы.

Конечно, мы же задержались и не пришли вовремя, а это уже повод к беспокойству.

- Здравствуй, Пхат. Я несказанно рад, что ты с нами, - эмоции пытались взять вверх, но бывший военный и опытный дипломат умело держал себя в руках. Ладно, не сейчас. Вот когда останемся без посторонних глаз, вот мы тогда и поздороваемся нормально.

Я сделал вай и улыбнулся. Винай предложил нам войти в палату. Мали встретила нас лучезарной улыбкой, полусидя на больничной койке.

- Пхат, мальчик мой, иди скорее ко мне, мама обнимет тебя, мой дорогой, - ее радости не было предела.

Я подошел к Мали и присел рядышком, но она взяла меня за руку и настойчиво потянула к себе. Я подался к ней. Она крепко обняла меня, и у нее на глазах выступили слезы.

- Милый мой, как же ты похудел, - только и успела она сказать, прежде чем разрыдаться от счастья, что вот он я - живой и здоровый. Пусть и по ее меркам худой, но зато вновь с ними.

- Мама, не надо плакать, - я тоже приобнял ее. - Все позади. Я вернулся, и я никуда больше не денусь. Я останусь с тобой, с папой, Туном и...

Я аккуратно дотронулся до живота, перед этим одними глазами спросив “можно?” и получив положительный кивок…

- И с малышами, - закончил я.

И тут я почувствовал, что по моей руке как будто кто-то стукнул. Я вопросительно посмотрел на Мали, потом перевел взгляд на ее живот. Она улыбнулась и сказала:

- Дети почувствовали настоящую маму...

Маму? Я мама? А ведь это действительно так, как бы это фантастически ни звучало. Я обернулся и посмотрел на Туна. Он улыбался. В этот момент ко мне пришло полное осознание всего происходящего. Пусть я физически не мог быть их мамой, но я стал ей биологически. Это мои дети. Мои и Туна. Эти пока еще не родившиеся малыши - доказательство нашей с ним большой любви.

Тун подошел к нам и приобнял. Его тоже переполняли эмоции. Наблюдая эту картину, Винай незаметно смахнул набежавшую слезу. Для полного счастья здесь еще не хватало старшего сына.

Мы пробыли у Мали почти до самого вечера. Она не хотела нас отпускать, но Винай знал, как можно сладить с упрямством своей жены, и она смирилась с тем, что нам надо уже уходить. Всю обратную дорогу до дома я пребывал в раздумьях. Завтра пройдет полная подготовка к родам, и уже послезавтра на свет появятся наши малышки. Я переживал, что не успею все для них подготовить, но Мали меня успокоила – оказывается, все уже было готово к встрече двух новых членов нашей семьи. В разговоре с ней я почувствовал, что она что-то хочет спросить, но никак не решается, так что мне пришлось спросить самому, о чем она так переживает. Она рассказала, что они договорились с Туном, что первое время дети будут жить с ней. Теперь, когда я вернулся, я, видно, захочу быть с детьми сам. Говоря все это, Мали украдкой смахивала слезы. Я немного растерялся. Я как-то не подумал над этим. Как я буду справляться с новорожденными? Пусть даже Тун мне будет помогать. У меня нет никакого опыта, да и с определенными делами надо разобраться. А где мы будем жить? Наши квартиры совсем не приспособлены, а родительский дом Туна уже был полностью подготовлен. Я был полностью растерян и не знал, что сказать на это. Мне на помощь пришел Винай.

- Дорогая, - начал он, - не дави на бедного ребенка. Он только-только вернулся к нам, можно сказать, с того света, а ты ему такие задачки подкидываешь. Ему надо окрепнуть, свыкнуться с мыслью, что она станет... - тут он замялся, но быстро нашелся, - отцом, да и малышам надо будет адаптироваться. Так что говорю вам как врач - пару месяцев, ну или сколько понадобится, давайте все вместе поживем в доме. А там все решится окончательно.

Я вздохнул с облегчением. Действительно это были самые нужные слова в то время. Вот теперь мы с Туном ехали домой и я, уставившись в окно, еще раз прогонял в голове события сегодняшнего дня. Мое внимание привлекло движение в боковом зеркале. Мне кажется или эта машина уже давно за нами следит? Я повернулся к Туну.

- Заметил? - спросил он меня.

Я кивнул.

- Будем отрываться или сделаем вид, что мы о них не знаем?

- Сделаем вид и посмотрим на их реакцию.

Я злобно ухмыльнулся. В моей голове уже родился некий план действий.

- Не паркуйся на спецстоянке. Встань, как обычный покупатель. Оставь машину и иди в центр. Походи, поглазей, прикупи что-нибудь для правдоподобности, а потом, примерно через час, иди в туалет на втором этаже западного крыла. Примерную задумку понял?

Тун улыбнулся так же злорадно, значит, понял. На том и порешили.

Оставив машину на общей стоянке, Тун быстрым шагом направился к входу в ТЦ, а я остался наблюдать. Машина, что всю дорогу ехала за нами, припарковалась неподалеку. Из нее вышли двое парней и направились вслед за Туном. Я внимательно проследил за ними, затем аккуратно, чтобы не привлекать внимание, тоже вышел из машины и подошел к машине преследователей. В ней никого не было. Да, друзья, не умеете вы вести оперативную слежку. Я усмехнулся про себя и под прикрытием машин двинулся в противоположном направлении. Моя задача - попасть на второй этаж западного крыла незамеченным, при этом успеть заскочить в агентство - мне надо забрать чип, что вживил мне Ли Бао, и объявиться перед своим мнимым папочкой. Зная, что мне придется уговаривать профессора на эту авантюру, я заранее попросил Туна погулять часик, а потом встретиться. До момента встречи он уже должен будет сбросить хвост.

Хорошо, что Вянь у себя в кабинете. Не надо тратить время на его поиски. Я постучал и, дождавшись ответа, вошел.

- Это ты, сынок? Заходи, попей чайку со своим стариком, - он был в хорошем настроении, значит, меня за мои безумные идеи убивать не будут. - Как съездили к родителям? Как Кхун Мали себя чувствует?

- Все хорошо, - я мило улыбнулся. - Отец, у меня к тебе дело, и оно не терпит отлагательств.

- Так рассказывай, что время тянешь?

Вот он всегда так - я же и виноват. Ладно, была не была:

- Я возвращаюсь к Ли Бао.

В ожидании реакции профессора я даже зажмурился.

- Ты с Туном или один? - спросил он как ни в чем не бывало. Он что, не слышал, что я сказал?

- Вянь Вянь, вы слушали, что я сказал? Я иду работать под прикрытием к Ли Бао.

- Да, я понял. Ты базу подготовил?

- Базу...

Я со всей этой спешкой совсем забыл, что есть минимальный набор, который надо подготовить перед тем, как приступить к выполнению задания.

- Ничего удивительного. Когда тебе ее готовить? Ладно. На вот, почитай.

Профессор достал из верхнего ящика стола увесистую папку и дал ее мне.

- Внимательней читай, а я пока дам кое-какие распоряжения, - сказал он и вышел из кабинета.

Две минуты я просидел в ступоре. Значит, профессор все это время обдумывал и готовил почву для этого задания. Вся его строгость и категоричность были лишь для отвода глаз. Ну, Вянь Вянь... Разбираться с тобой я буду после, а пока почитаем, что же придумал глава нашего агентства.

Вскоре вернулся профессор. Он вручил мне дорожную сумку и сказал:

- Все необходимое здесь - документы, ключи от машины и квартиры. Ты все внимательно изучил и запомнил?

- Обижаете, профессор, с памятью у меня всегда было хорошо.

- Так, теперь иди сюда, - подозвал он меня к столу, вынимая из того же ящика какую-то коробочку. - Вот, надень эту сережку. Здесь два чипа. Один наш, чтобы мы были в курсе, где ты и как, а второй Ли Бао, чтобы он думал, что ты его не обнаружил.

Я достал из коробочки сережку. Она была точно такая же, какую я постоянно носил. И Ли Бао ее видел – значит, подозрения не вызовет. Поменяв сережку, я свою положил в коробочку и протянул профессору.

- Папа, сбереги для меня.

Вянь взял ее, повертел в руке, вздохнул и положил в стол. Ну вот что вздыхать? Или вспомнил, как он мне эти сережки подарил, а я на следующий день одну потерял? Ну, я же не специально. Вот честно. Неужели до сих пор помнит?

- Итак, официально объявляю начало операции, - сказал профессор, улыбаясь, но улыбка у него все же грустная.

- Ну, тогда я пошел, - сказал я и хотел было уйти, но он остановил меня, схватив ха рукав.

- Подожди, - сказал он, притянул меня к себе, и обнял. У меня на глазах предательски выступили слезы.

- Папа, не переживай. Все будет хорошо. Я не один, и память у меня восстановилась, и навыки вернулись. Все будет хорошо.

- Ты не можешь запретить отцу волноваться о своем ребенке, - сказал Вянь и еще сильнее обнял.

Я обнял его в ответ. Мы так немного постояли. Затем я молча отстранился и, не оборачиваясь, покинул кабинет.

Мы встретились с Туном, как и было условлено. Я передал ему инструкции от профессора. Он быстро пробежался по ним и просто кивнул. И все? А где возражения? Где размахивание руками и “я не пущу тебя, это опасно, я не хочу терять тебя снова”? Я что, зря готовил убедительные слова? Ну, вы меня вместе с профессором просто удивляете. Не иначе как сговорились. Вот обидеться бы на вас, да не могу - почему-то в последнее время у меня не получается обижаться. Злиться - да, а вот обижаться... Я помню, что, когда мое сознание было сознанием Мэоу, я довольно легко и часто обижался. Наверное, такое поведение все же присуще девушкам. Парни должны быть сильнее эмоционально и не показывать свою слабость. Да о чем это я думаю? О деле надо думать, о деле.

Укрывшись в подсобном помещении, мы достали из сумки, что передал Вянь Вянь, вещи и стали переодеваться. Мой старик предусмотрел все и даже больше — это я понял, когда среди вещей нашел ремень, аналог того ремня, который я не раз брал на задание и который меня всегда выручал в трудную минуту. Тот ремень канул в лету. Спасибо, папа, за новый.

Переодевшись, мы оставили свои прежние вещи в подсобке - их потом кто-нибудь заберет по распоряжению профессора - и отправились воплощать в жизнь мой план по раскрытию Ли Бао и его преступной деятельности.

Глава 48

Здравствуй, папа

С того момента, как на мне был обнаружен маячок, группа наших доверенных агентов перемещалась по стране вместе с ним, создавая иллюзию того, что я разъезжаю туда-сюда. Появление людей Ли Бао в больнице дало понять, что несмотря на то, что сигнал якобы от меня поступал из других мест, Бангкок постоянно находился под наблюдением. Это ускорило начало нашей операции. Группе был отдан приказ вернуться в агентство. Дождавшись их возвращения, я активировал маячок в серьге. Теперь Ли Бао должен получить сигнал, что я вернулся в то место, где он меня потерял. Осталось подождать его людей.

Мы сидели с Туном в макашнице напротив ТЦ, когда я заметил знакомые лица, наблюдавшие за нами. Один из наблюдавших достал телефон и кому-то позвонил. Ну что же, началось...

Минут через двадцать недалеко от того места, где мы сидели, остановился роскошный черный мерседес. О как. Неужели сам господин Ли явился по мою душу? Торопить события мы не будем, посидим еще немного и посмотрим, что будет.

К мерседесу подошел один из наблюдавших за нами. Стекло заднего ряда медленно опустилось. Подошедший нагнулся и что-то стал говорить. Видно, отчитывался. Если я правильно разобрал артикуляцию рта, то он рассказывает, что был замечен парень, похожий на меня, но они его потеряли в больнице, а потом они увидели нас, выходящих из ТЦ. Теперь они сомневаются, что тот парень был я. Вот и славно. Уловка удалась.

Кто сидел в машине, не было видно, но по виду оперативника, по тому, как он заискивающе улыбается и кланяется, там точно сидел его босс. Значит, это Ли Бао собственной персоной. Интересно, что он будет делать? Заставит на нас наброситься и взять в плен? Скорее всего, нет. По крайней мере, не здесь и не сейчас, а значит, у нас есть время перетянуть игру в свою сторону.

Сидящий в машине что-то передал своему работнику, стекло медленно поднялось обратно, и машина тронулась с места. Она медленно проехала мимо нас. Ну точно проверяет, мы или нет. Да мы это, не сомневайся. Вот сейчас докушаем и начнем.

К нам подошел его оперативник. Пару раз кашлянул, привлекая наше внимание, и протянул визитку. Я так же молча взял ее. Пробежал по ней глазами - точно Ли Бао - и вопросительно посмотрел на давшего ее мне.

- Господин Ли, - сказал он на мой немой вопрос, - ждет вас сегодня в девятнадцать часов по этому адресу. В ваших же интересах прийти.

Я кивнул ему, убирая визитку в карман, тем самым дав понять, что послание принято. Он поклонился и ушел.

- Ну, что же. У нас есть достаточно времени, чтобы все окончательно обдумать, - сказал я и хотел было стащить вантон из миски Туна. Но он поймал меня. Я обиженно нахмурился.

Вот знает, что я обожаю вантоны, и все равно не делится. Ну и ладно, я тебе тоже что-нибудь не дам в отместку.

- И что ты хочешь предпринять? - Тун посмотрел на отобранный у меня вантон, потом на меня и решил все же отдать его мне, потому как знает тот взгляд, которым я его одарил.

- Я вот по началу думал, что нам достаточно будет действовать по обстоятельствам, но что-то мне подсказывает, что лучше подготовить сценарий заранее. Вот я набросал немного, и профессор тоже подкинул пару идей. Надо только выбрать, по какому будем работать, и дать ему отмашку.

- Дай-ка еще раз глянуть, что там.

Я достал из нагрудного кармана блокнот и протянул Туну. Пока он его читал, я достал из сумки инструкцию, что дал Вянь Вянь, и углубился в ее изучение. Вот чем больше я вникаю в нее, тем больше мне кажется, что она и есть самый лучший вариант. Дочитав, я передал ее Туну и забрал у него свои записи. Пробежавшись по ним, я задумался. Ладно, посмотрим, что скажет Тун.

Прочитав внимательно все записи и поразмыслив минут пять, Тун высказал свое мнение:

- Думаю, надо взять за основу то, что предложил профессор. У него сценарий настолько прост, что никто не усомнится в его правдивости. Но при этом мне понравилась у тебя одна идея, которую надо придержать, как козырь в рукаве.

- Это какая именно?

- Та, где ты подрался с охранником и тебя замели, - ответил Тун и засмеялся.

- Да ну тебя. Я же серьезно.

- Я как бы тоже. Просто смешно получается - папенькин сынок дерется с охранником.

- Зато оправдывает то, почему от меня долго не было сигнала.

- И то верно. Скажем так: ты был под наблюдением, когда проходил проверку на профпригодность. Про охранника, думаю, все же не стоит, - Тун продолжал усмехаться.

- Давай подытожим - ты как мой куратор через своих знакомых подал заявление о принятии меня на службу, чтобы выяснить мою спецпригодность. И сам тоже пошел со мной, чтобы приглядывать. Для полной проверки личности нас поместили в какой-то секретный бункер, в разные комнаты, и пока шло выяснение, нас тестировали - проверяли на физические и умственные способности. Вроде, все гладко.

- Да, версия хорошая. А сейчас, после проверки, нас определили в штат и дали два дня отпуска для улаживания семейных дел, так как ближайший месяц мы будем проходить своеобразную подготовку. Что и как, нам не сказали. Просто выдали предписание явиться к назначенному времени в срок.

- Должно сработать. Для убедительности, что за нами следят, надо маячки сделать.

Мы еще посидели в макашнице, делая вид, что безумно голодные, а тем временем отправили всю информацию профессору. Он должен все подготовить. Надеюсь, что успеет. Мы тоже начнем свои приготовления. Надо заранее проверить все ходы отступления, если случится что-то непредвиденное. Еще раз проработать легенду. А еще провести медитацию для укрепления и блокировки - за все это время Ли Бао мог себе найти еще специалиста по энергии ци. Так что лучше обезопаситься.

За час до встречи с Ли Бао от Вянь Вяня пришло сообщение, что все готово. Мы обнулили телефоны и поменяли симки. Ну что же, да начнется большая игра! Теперь главное, чтобы вторая сторона играла по правилам и не прибегала к грязным уловкам. Но зная Ли Бао, на это особо можно было не надеяться.

Мы прибыли к месту встречи заранее и еще раз проверили намеченные ходы отступления. Встреча должна была пройти в отеле. Это хорошо. Здесь всегда можно затеряться, если только... отель не принадлежит Ли Бао и он полностью его не контролирует. Это мы проверили в первую очередь. К нашей радости, он был обычным постояльцем. Ну как обычным? Занимал весь пентхауз. Соответственно, народу с ним было предостаточно, чтобы перекрыть весь отель. Надеемся все же, что до этого дело не дойдет.

Данная Ли Бао визитка работала как пропуск - перед нами открывались двери, нам кланялись, нас провожали. Вот ведь как забавно. Перед тем, как перед нами открыли последнюю дверь, нас обыскали на предмет оружия и только тогда дали добро на вход. Мы с Туном незаметно переглянулись и одними глазами пожелали друг другу удачи. Дверь распахнули, и мы шагнули в неизведанное...

- Здравствуй, папа, - я сделал немного смущенный вид и слегка улыбнулся - лишь краешком губ.

Ли Бао сидел на роскошном кожаном диване в величественной позе, всем видом показывая, что он снизошел до нас. Ничем не изменился. Он молча обвел нас взглядом и отпил из большого бокала темно-янтарную жидкость - скорее всего, коньяк. Выдержав театральную паузу, он неспеша начал говорить:

- И как ты после того, что сделал, можешь называть меня отцом? За твои проделки мне впору вычеркнуть тебя из семейного реестра.

- Но я же...

- Не перебивай меня. Ты дважды сбежал. И что мне после этого думать? А вы, Кхун, - обратился он к Туну, - вы что мне скажете?

- Кнун Ли, я вам уже объяснял, для чего я все это затеял. Работу я свою выполнил и вот, - Тун достал из нагрудного кармана флешку, - полный отчет о ней. С видео- и аудиоподтверждениями.

Ли Бао кивнул своему подчиненному, который стоял от него по правую руку, и тот, взяв у Туна накопитель, вышел из комнаты. Мы так и остались стоять посередине помещения. Негостеприимно, папаша, вы сыночка встречаете.

Время шло. Ли Бао молчал, ну и мы молчали. Минут через десять вернулся человек с ноутбуком и протянул его своему хозяину.

- Все чисто, - сказал он.

Конечно, чисто. Генри с Каем все сделали по высшему разряду. Даже самые продвинутые шифровальщики не найдут спрятанный ими код, который, активируясь, установит скрытую программу, которая поможет отслеживать всю информацию о Ли Бао. Первый ход сделан.

Взяв ноутбук в руки, Ли стал просматривать файлы о якобы проделанной работе Туна. Я пытался считать микроэмоции на его лице. Не очень-то это было легко. У Ли хороший покерфейс, но и я не лыком шит. По тому, что я смог распознать, то, что он читал, видел и слушал, ему нравилось. У меня немного отлегло. Значит, мы на верном пути. Что будет дальше?

- Ну что же, - сказал Ли Бао, отложив в сторону ноут, - на первый взгляд, вроде, все в порядке. Но ваш отчет требует досконального изучения. А еще, - он пристально посмотрел на меня, - проверки на практике в реальном времени.

Вот это уже что-то. Хоть какая-то ясность. Ну что же, проверяйте, я готов.

По распоряжению Ли, нас отвели каждого в отдельный номер и приставили охрану. Хотя, если мы захотим сбежать, она нам не помеха. В этом Ли убедился и не раз. Но мы не для этого вернулись, чтобы сбегать. У нас совсем другие цели.

Итак, с чего же начнет Ли Бао? Я расположился на большой удобной кровати. Эх, жаль моей булки здесь нет. Да блин, угомонись, маньяк. О деле думай, похабник. Я ухмыльнулся и прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Успокоившись, я стал перебирать в голове все, что я увидел, услышал, почувствовал, пока мы были у Ли Бао. Оказалось, что не так уж мало я заметил. Некоторые моменты меня заинтересовали, а какие-то немного напрягли. Все же Ли умеет скрывать эмоции, и по его лицу мало что прочтешь, а вот просканировать его пока опасно - надо для начала понять, владеет ли он навыками управления ци. Если нет, то можно будет просмотреть его ментально, а если владеет, то эту затею придется до поры до времени отложить.

Вот интересно, что сейчас делает Тун? Как оказалось, в это время Ли Бао вызвал его к себе, чтобы поговорить или допросить без свидетелей. Он даже выпроводил из комнаты всю охрану. Ли очень осторожничал и не хотел, чтобы о его плане знал кто-то еще. Если бы он мог, то сделал бы все сам, но не имея таких познаний, которые нужны для осуществления задуманного, ему пришлось прибегнуть к сторонней помощи, хоть это было и против его правил.

Он внимательно смотрел на парня, сидящего перед ним. Если бы не рекомендации серьезных и проверенных людей, он давно бы от него избавился, как от ненужного свидетеля. Но, ему нужны навыки и умения этого парня для приведения своего плана в жизнь. Ладно, избавиться от него он всегда успеет, обставив дело как несчастный случай, а пока...

- Так почему вы ни разу не связались со мной за все это время, Кхун Корн? - колючий взгляд Ли из-за очков в тонкой золотой оправе казался еще холоднее.

- Не было необходимости, Кхун Ли, - спокойно ответил Тун, придавая голосу надменность Корна - легенду надо поддерживать. - Все шло по мною задуманному плану, а вы могли его нарушить.

Ли продолжал буравить взглядом Туна. Как же ему хотелось вызвать крепких мальчиков, чтобы они “поговорили” с эти парнем и выведали все, что у того на уме. Что скрывает, что задумал? Но он не мог - уж больно покровители у этого парня высокого уровня.

- Отчет я просмотрел. Может, на словах хотите что-то сказать?

- Да, хочу, - Тун ухмыльнулся самой омерзительной ухмылкой, на которую был способен. - Для дальнейшей моей работы вам придется удвоить гонорар, Кхун.

По лицу Ли было видно, что тот еле сдерживает свою ненависть и неприязнь к Корну. Ничего, вот как только он осуществит свой план, он избавится от них обоих - и от Корна, и от мнимого сыночка.

- С какой стати я должен это делать?

- Ну, начнем с того, что по своим каналам связи мне удалось завербоваться в очень крутое агентство, а заодно и Тхана туда протолкнуть. От работы в этом агентстве его навыки только возрастут. Замечу, что его очень охотно туда взяли.

- Ну и что? Он мог работать и в моем агентстве.

- Скажите, Кхун, а вы знали, что ваш сын похож как брат-близнец на дочь директора того агентства, что наняло нас? - неожиданно задал вопрос Тун.

Ли не силах был сдержать себя, услышав это. Он вскочил на ноги и хотел было подбежать к Туну и, взяв того за грудки, вытрясти из него всю информацию. Тун уже приготовился отразить атаку, когда Ли все же смог овладеть своими эмоциями. Он сделал вид, что ему срочно понадобилось выпить воды, и прошел к бару. Тун пристально наблюдал за ним. Их затея сыграть на сходстве Тхана с Мэоу, видно, была удачной.

Тем временим Ли Бао взял себя в руки и, повернувшись к Туну, спросил:

- Думаю, там обратили внимание на это сходство? И как отреагировали? Какая у вас была легенда?

- Самая банальная - Тхан родился в Таиланде, но в младенчестве был вывезен в Америку на усыновление. Недавно узнал о существовании родственников и вернулся на Родину, чтобы разыскать их. С детства занимался спортом, хорошо учился, знает в совершенстве несколько языков. В Таиланде устроился работать в охранное агентство, где и был замечен мной - специалистом по подбору персонала...

Внимательно слушавший до этого момента Ли вдруг напрягся и подался чуть вперед:

- А в каком агентстве работаете вы, Кхун Корн?

- В данный момент я подписал контракт вместе с Тханом в агентстве Лотус, - при упоминании названия агентства Вяня Ли Бао вздрогнул и невольно поежился. - До этого я работал и продолжаю работать на вас.

Тун многозначительно и с ухмылкой посмотрел на своего работодателя. Было очевидно, что тот немного нервничает.

- И как же вас старик Вянь принял?

- В данный момент его нет в агентстве. Говорят, что он уехал к дочери. Так что я не могу сказать, как бы он нас принял. Мы просто подали документы, прошли проверку, по результатам которой нас приняли. В данный момент у нас пятидневный отпуск для приведения дел в порядок. Далее мы должны вернуться в агентство, чтобы начать тренировку. По ее окончании и после проверки наших навыков мы будем зачислены в отряд черных пантер. Ну, если пройдем подготовку достойно, - закончил Тун.

Черные пантеры всегда вызывали у Ли Бао чувство зависти. Как бы он хотел иметь такой отряд в своем подчинении. Выходит, что Корн сказал ему правду о том, что служба в агентстве пойдет Тхану на пользу. Потом тот вернется и соберет такой отряд для Ли. Эта мысль вызвала на его лице что-то наподобие улыбки, которая не ускользнула от внимательного взгляда Туна.

В это время в самом агентстве под строжайшим секретом проходила подготовка к реализации плана по окончательному свержению Ли Бао. Для Пи’Сучин, тайного агента Ли, была незаметно подброшена нужная информация, которую он вскоре получил. В ней говорилось, что профессор признал в Тхане близнеца Мэоу, но так как у того была потеряна память, Вянь не стал ему об этом говорить, а просто принял его в агентство на стажировку, а сам отправился в Америку, чтобы лично выяснить личность Тхана. Это было Ли Бао на руку - в отсутствии профессора он мог провернуть давно задуманный план.

- Ну а что насчет моего сына? - Ли пристально посмотрел на Туна.

- А что с ним? С ним полный порядок, если не считать того, что он так и не вспомнил ни свою прошлую жизнь, ни людей, с которыми раньше общался. Мы объездили почти весь Таиланд, думая, что он что-то вспомнит или его кто-нибудь узнает. Но это ни к чему не привело.

- Я же говорил, что мне не надо, чтобы он вспоминал... - сказал Ли и тут же поправился. - Вернее, ему не надо, так как в прошлом у него было много проблем и всякого рода негативных событий. Лучше о них не вспоминать.

- Все равно надо было все проверить, чтобы в будущем не было никаких неожиданностей, - с нажимом ответил Тун.

Ли Бао продолжал изучающе смотреть на Туна. Повисла пауза. Тун с легкой иронией на лице так же изучал Ли. Сейчас как раз был подходящий момент попробовать применить метод сканирования энергии, которую разработал профессор как раз для таких случаев - считать человека на расстоянии, скрывая свое вмешательство. Тун осторожно стал прощупывать своего собеседника. Уже по первым полученным данным стало понятно, что Ли совершенно не знаком с методами управления ци. Поняв это, Тун стал действовать более смело. Вскоре у него было достаточно информации об энергии Ли. Для первого сканирования достаточно.

Тун встал, дав понять, что его допрос на этом окончен. Ли невольно поморщился - он не привык, что ему не подчиняются и тем более перечат, но ничего не может сделать с этим парнем. Он несколько раз перепроверял по своим канала всю информацию о Корне, и ему практически везде отвечали, что с этим парнем не стоит шутить. Во-первых, он серьезный профи в своем деле - одним щелчком пальцев может повредить энергетические потоки человека, и тот станет инвалидом. А во-вторых, за ним стоят такие люди, что лучше сразу вырыть себе самому могилу, лечь в нее и закопаться, чем перейти им дорогу. Короче, Нок с Генри постарались на славу, создавая Туну такую легенду, чтобы боялись его даже пальцем тронуть - мало ли что Ли Бао придет в голову. Он не дурак-человек и не будет лезть на рожон и настраивать против себя сильных мира всего. В его интересах ладить и угождать Туну. Вернее, его конспиративному образу.

Как бы сейчас ни был Ли зол, но он согласно кивнул Туну, дав понять, что тот может уходить. Тун ухмыльнулся улыбкой Корна и направился на выход. В дверях он столкнулся с Тханом и незаметно ему подмигнул.

Я увидел Туна целым и невредимым, да еще довольно улыбающимся, и меня сразу отпустило. Значит, Ли Бао все же в здравом уме, коль не стал вредить ему. Ну что же, посмотрим, как он будет обращаться с родным сыном.

На удивление меня почти не допрашивали. Просто задали несколько типа отеческих вопроса, показывая, что якобы обо мне заботятся и беспокоятся. Вот и хорошо. Сделаю вид, что так и должно быть. Напоследок Ли задал неожиданный вопрос:

- Сын, ты пообедаешь со своим стариком?

Я даже как-то растерялся поначалу, но быстро взял себя в руки - игра есть игра, и она должна продолжаться при любом раскладе.

- Конечно, папа. Хоть я тебя совсем не помню, ты единственный мой родной человек, и я... Я скучал...

Наш план стал набирать обороты. Удачи нам...

Глава 49

План работает, но не рано ли радоваться?

На следующий день Ли Бао позвал меня на обед. Одного. Я так надеялся, что смогу взять с собой Туна, но нет так нет. Если что, сам справлюсь.

Мы приехали в один из шикарных ресторанов Бангкока. Попасть сюда было не так просто, но, видно, для этого человека нет никаких преград. Пока нет. Уж мы об этом позаботимся. Разместили нас в отдельном кабинете и почти сразу стали подавать блюда. Вскоре стол был ими основательно заставлен. Я окинул его взглядом. Здесь было несколько видов мяса и никаких морепродуктов. Ой, кто-то запомнил про мою аллергию.

Увидев мой удивленный взгляд, Ли Бао сказал:

- Все же я решил не рисковать и полностью отказался от рыбы и других морских гадов. Ты не против?

- Все нормально, отец, я люблю мясо, - ответил я, разглядывая еду на столе.

Вот хорошо, что он не повел меня в модные европейские рестораны, а привел туда, где можно насладиться разнообразием азиатских блюд. Я ничего не имею против стейка медиум ред, но с большим удовольствием я съем плачущего тигра - люблю остренькое мясцо. Морепродукты я тоже люблю. У меня аллергия только на креветок, и то, как оказалось, на определенный вид, но мой так называемый отец решил подстраховаться и не стал заказывать даже рыбу. О чем это говорит? О том, что он заботливый папаша? Ну, это вряд ли. Он, скорее всего, не хочет со мной возиться, если что-то случится. А еще ему сейчас моя смерть невыгодна. У него на меня планы. Какие? Вот это и предстоит выяснить.

Мы ели вначале молча, лишь изредка перебрасываясь парой слов. Ли Бао больше всего интересовало, какие навыки у меня проявились и как я себя ощущаю. Я отвечал, но делал вид, что мне не хочется разговаривать на эту тему. Он перестал спрашивать. Мне это как раз на руку. Вот немного поедим молча, а потом начну спрашивать я.

- Скажи, отец, а что тебя привело в Таиланд?

Не мог же он каким-то образом узнать, что мы здесь? За профессором была тогда слежка, когда мы с Туном приехали сюда, но мы от нее оторвались, и нас не должны были заметить. Или все же...

- У меня здесь раньше была фирма, когда мы еще жили с твоей мамой. Потом я уехал в Америку развивать свой бизнес. Довольно преуспел, ну ты это сам видел. Сейчас вернулся, чтобы создать здесь филиал.

- А чем ты занимаешься? Ты мне так и не рассказал, - я положил себе к рису еще немного жареной бок чой. Подумал немного и положил ее так же в тарелку Ли.

Он совершенно не ожидал от меня сыновьей почтительности и минут пять сидел не моргая, глядя на свою тарелку. Уж не поломал ли я его? Вроде нет. Зашевелился.

- Что ты спросил? - очнувшись, он уставился на меня.

- Я о твоей работе спросил. Мы, вроде, не чужие, а совсем друг о друге ничего не знаем.

- Так ты со мной и не разговаривал совсем, - а роль заботливого папаши ему удается. Наверное, тренировался. Или...

- Я же почти все время в больнице был, а ты редко меня навещал. Я думал, что я для тебя просто обуза.

- А ты стал более рассудительным. Это занятия с Кхуном Корном так на тебя повлияли? Вот интересно, что же вы делали все это время, пока отсутствовали? - он с прищуром посмотрел на меня. Вот как раз эту тему я и ждал. Наконец-то.

- Не знаю. Наверное, со стороны виднее, но я особых перемен не чувствую. Ну, может, я стал более выносливым. Набрал мышечную массу, а то после больницы худым слишком стал. Это не мое. Мне было некомфортно. Потом подкачался немного. Кхун давал мне упражнения, и я выполнял. Он мне не только для физического развития задания давал, но и на развитие памяти, выносливости, интеллекта. Было очень интересно. Оказалось, что я много знаю, да и тело вспоминало, как я когда-то занимался.

- Тело вспоминало? А ты? Ты так ничего и не вспомнил?

Я изобразил на лице грусть, отложил столовые приборы и опустил голову, показывая всю свою безысходность.

- Нет. Как я ни старался, и как Кхун Корн мне ни помогал, я так ничего не вспомнил. Но я продолжаю стараться, отец. Я очень хочу вспомнить хотя бы маму и что произошло в тот день, когда я попал в аварию.

- Не переживай так, сынок, - в голосе Ли Бао было что-то такое, от чего я невольно насторожился. - Даже если ты ничего не вспомнишь, у тебя появятся новые воспоминания и впечатления. А мама...

Он вдруг остановился и полез во внутренний карман пиджака. Он вытащил бумажник, открыл его и извлек небольшую карточку. Посмотрел на нее с грустью и протянул мне:

— Вот, посмотри. Это твоя мама.

Взяв осторожно в руки фото, я с интересом стал его разглядывать. На почти выцветшем снимке была изображена улыбающаяся женщина с ребенком на руках. Черты ребенка отдаленно напоминали меня. Сделано качественно, и не подкопаешься, но меня такими фокусами не проведешь. Я хорошо знаю, что с теми технологиями, что есть у Ли Бао можно подделать не только фотокарточку. Не буду его разочаровывать, а сделаю вид радостного ребенка, которому дали новую игрушку. Главное - не переборщить с игрой.

Ли наблюдал, как парень бережно взял карточку и с восторженной улыбкой и блеском в глазах стал ее рассматривать. «Первый шаг по завоеванию сердца этого мальчишки сделан», - решил он про себя.

- Это единственное фото, что у меня есть, - сказал он, наблюдая за моей реакцией. - Я даю его тебе, но прошу только об одном: пожалуйста, не потеряй.

- Скажи, - я решил немного подергать его за нервы, - ты любил маму?

Он пристально посмотрел на меня. Вот интересно, что он ответит? Скорее всего, что-то из разряда “Я любил, но обстоятельства сложились против нас. Твоя мать не понимала меня...” и бла-бла-бла.

- У нас был договорной брак. Я не любил женщину, что была твоей матерью, но я уважал и уважаю ее. И уважаю традиции, поэтому я не стал перечить отцу, который устроил наш брак с твоей матерью. Может, поэтому мы так и не смогли быть вместе...

Отход от шаблона - вот это действительно интересно. Я с любопытством посмотрел на него. Похоже, что он очень тщательно подошел к разработке легенды о моем происхождении. Он серьезный противник, и не стоит его недооценивать. Он ведет свою игру, а значит, будет осторожничать. Но все равно рано или поздно совершит ошибку. Мы будем ждать этот момент и тогда...

Я очень бережно убрал фото к себе в бумажник и улыбнулся, заметив довольное лицо Ли Бао. Пусть думает, что я поверил. Так, а теперь надо бы поесть нормально - и я увлеченно занялся едой. До конца обеда мы ели молча.

Вернувшись в отель, я не пошел сразу к себе, а наведался к Туну. Какое же у меня было удивление, когда я не застал его в номере. Так, и куда мою булку дели? Я в раздумьях стоял посередине комнаты и не заметил, как ко мне кто-то подкрался сзади и попытался меня захватить, но не на того напал. Пара приемов, и человек был повержен и обездвижен, а я уже сидел на нем сверху, держа его за шею в боевом захвате. Тут я услышал со стороны входа хлопки. Я поднял голову и увидел стоящих в дверях Туна и Ли Бао. Последний аплодировал мне.

- Хорошо сработано, сын. Я не ожидал, что ты настолько эффективно работаешь. Продолжай в том же духе. И, пожалуйста, отпусти моего помощника, - он ухмыльнулся и с довольной улыбкой ушел прочь.

Я отпустил удерживаемого человека и спросил:

- Ты как, брат, я тебя не сильно помял?

- Ну и хватка у вас, Кхун Тхан. Не хотел бы я быть вашим врагом, - ответил парень, потирая шею. Компресс ему точно не помешает сделать.

- Так не я же нападал, - я улыбнулся. - Тебя как зовут?

- Я - Панг, Кхун Тхан.

- Давно работаешь на моего отца? - я помог ему встать. Тун, только подошедший к нам, стал с интересом прислушиваться к нашей беседе.

- Примерно два месяца, Кхун Тхан. Но, думаю, что после такого фиаско меня уволят, - парень почесал затылок.

- С чего бы тебя увольнять? Ты достойно сражался. Просто не того противника выбрал, - усмехнувшись, сказал Тун.

- О, вы, наверное, совсем не знаете Кхуна Ли.

А парень разговорчивый оказался. Надо бы его на нашу сторону немного перетянуть. Так глядишь, и союзники появятся в стане врага. Это нам на руку.

- Если тебя уволят, - начал я, - то приходи ко мне. Мне как раз надо штат свой набрать. Если твои навыки окажутся действительно такими, какими я их уже видел, то я возьму тебя к себе.

- Спасибо вам, Кхун Тхан. Извините, но сейчас мне надо идти, - он сделал вай и, не дожидаясь моего ответа, быстро ретировался.

- Шустрый, - сказал я ему в след.

- Кого-то он мне напоминает? - задумчива пробормотал Тун.

- Нока, скорее всего, - ответил я и рассмеялся. Тун хмыкнул.

- Или Кинга, хотя на Нока больше похож.

- Вот интересно, как там Кинг? - задумчиво сказал я. Мы так быстро собрались на задание, что не успели его проведать.

- Ничего, через два дня мы вернемся в агентство, и все узнаем, - подбодрил меня Тун. - А сейчас нам надо бы прогуляться до ресторана - ты поел, а я места себе не находил и проголодался.

- Пойдем, заодно поговорим без свидетелей, - сказал я, окидывая комнату взглядом. Уж прослушка здесь есть наверняка. Тун согласно кивнул.

При отеле было два ресторана, но мы не пошли ни в один из них. Мы спокойно вышли из отеля и устроились в ближайшей макашнице. Получилось, вроде как, и на виду, но без лишних ушей.

- Есть что рассказать? - спросил Тун, сделав заказ.

- Какие-то окончательные выводы делать рано, но предположение есть, - я задумчиво потягивал кофе. - Ощущение, что в этот раз Ли Бао решил сыграть заботливого и любящего отца. Что он этим преследует, пока сложно понять. Из очевидного - он хочет расположить меня к себе, показывая свою заботу. А вот для чего ему это?

- А не может быть такого, что он хочет тобой заменить своего сына? Мы же так и не выяснили, где его настоящий отпрыск. Судя по документам, что достал Мин, он у Ли Бао был. Вот куда он делся? Может, действительно была автокатастрофа, и Ли младший в ней погиб, а потом его останки выдали за тебя?

- За труп в машине могли выдать кого угодно, но... Меня в этой истории настораживает только то, что у этих останков было мое ДНК.

- О, для Ли провернуть такой фокус не составит проблем. Он все же ученый и долгое время учился у нашего профессора. Он пулю создал, что разрушала твою ци, так что подделать ДНК ему не составило труда.

- И то верно. Но где же его сын? Он как сквозь землю провалился или... - я задумался и стал почесывать переносицу.

- Что такое? - Тун заинтересовано посмотрел на меня.

- Раз он смог подделать труп, то создать и распространить легенду о сыне для него проще пареной репы. Но если это так, то он задумал все это давно, и здесь явно что-то не так...

Следующие два дня мы просто сидели в отеле и выходили только поесть в макашницу. К нам не приставали, нас не вызывали больше к Ли Бао, о то, что за нами тщательно следили, мы поняли сразу. Ну и ладно, пусть следят. Они все равно ничего не узнают, потому как о деле и задании мы не разговаривали совсем. В день, когда нам предстояло вернуться в агентство, Ли Бао все же вызвал нас к себе.

Мы минут пять сидели молча, пока Ли не заговорил.

- Я не знаю, сын, что тебя ждет на новой службе, но я был бы крайне обязан, если ты не будешь лезть на рожон. Побереги себя ради своего старика, - он сделал вид, что смахивает слезу. Вот ведь актер.

- Хорошо, отец, я постараюсь выполнить твою просьбу.

- Кхун Ли, не беспокойтесь, я буду неотлучно с вашим сыном и, если понадобится, то буду его защищать, - Тун посмотрел на Ли таким взглядом, что мне стало не по себе. Где он только его взял? Бррр, аж мурашки по телу.

Ли Бао понял этот взгляд по-своему. Ему он сказал: “Я послежу за вашим отпрыском, а вы не забывайте переводить мне регулярно деньги”.

- Вы можете идти собираться, - сказал Ли. Мы встали и направились к двери, но он вдруг попросил Туна остаться. Меня это насторожило, но я не подал вида, а просто вышел.

- Кхун Корн, вы же понимаете, что если с ним что-то случится, то вам не помогут никакие ваши связи?

- А что с ним может случиться? Он умелый боец, вы это сами видели. Я вот все хотел вас спросить: кто его этому обучил? - Тун прищурил глаза.

- Вам это знать необязательно, - огрызнулся Ли, но вовремя взял себя в руки.

А он отчего-то нервничает - сделал вывод Тун. Что, боится, что в агентстве узнают в Тхане Пхата? Так его там, вроде как, и не должен никто знать. Пхат рассказал ту легенду, которую он поведал Ли Бао, что он якобы ищет свою пропавшую сестру и по всем показателям ею была Мэоу. А Ли нужна именно она. По рассказу Пхан ее не нашел, а значит про агентство не знает. Профессор еще якобы не вернулся из своей поездки, чтобы признать в нем брата Мэоу. Так что же его так напрягает? Но если разобраться, неважно, что именно так напрягает Ли Бао. Главное, что он нервничает, а это им на руку, потому что нервозность противника можно обернуть в свою пользу. В таком состоянии человек может совершить ошибку, сам того не заметив, и это будет им на руку.

- Я свою работу знаю, - с нажимом сказал Тун. - Еще никто не оставался недовольным ею. Так что можете не волноваться.

- Тогда идите и выполняйте ее. Вот инструкции, по которым вам предстоит действовать, - сказал он, протягивая Туну флешку.

- Будет сделано согласно вашим желаниям, - ответил ему Тун, беря ее.

Ли только сморщил нос и жестом показал, что Тун может идти. Он провожал его взглядом, пока парень не скрылся за дверью. Что-то Ли Бао настораживало в Корне. Если бы у него была возможность, он давно бы избавился от него, но, во-первых, ему нужно умение этого парня работать с ци, а во-вторых, он очень опасался тех, что стояли за ним. С такими людьми надо ладить. Любая оплошность приведет к его неминуемому краху. Только поэтому Ли Бао срочно пришлось перетасовать карты, когда он узнал, что эти двое оказались приняты в агентство Вяня.

Изначально Ли планировал сделать из Тхана боевого оперативника. Сыграть на его якобы потерянной памяти и заставить выполнять самые опасные задания. Но он никак не ожидал, что ему подвернется шанс внедрить своего человека к профессору. Такого упускать нельзя было, но пришлось переиграть все планы. Теперь главное, чтобы Тхан стал доверять своему отцу. Об одном Ли Бао жалел: что чип для отслеживания Тхана имел маленький радиус действия. Он-то думал, что парень всегда будет в поле его зрения, и не ожидал, что с появлением Корна все так обернется. А вот заменить этот чип не представилось возможности. Получалось, что у него не было полного контроля над ними, и это раздражало больше всего.

Глава 50

Игра

Дом, милый дом. Наконец-то мы дома - я бросил на пол баул и плюхнулся на диван. Как же я устал быть постоянно в напряжении. Вот так бы сидел и сидел с закрытыми глазами, и ни о чем не думал. И выспался бы, а то за эти дни, проведенные у Ли Бао, я толком не спал, да и с Туном пообщаться наедине...

- Ты отдыхать собрался? - Тун стоял рядом с диваном и укоризненно на меня смотрел.

Я приоткрыл один глаз и вопросительно на него посмотрел. А разве он не хочет отдохнуть?

- Дай передохнуть немного, дух перевести.

- Сначала работа, отдых потом - не ты ли это всегда говорил? - Тун усмехнулся.

- Ну, говорил. Я много чего говорил. Дай пять минут. Я что, много прошу? И кстати, можешь присесть рядом...

- О, нет. Я знаю, чем это может кончиться. И пяти минут не хватит, так что давай просто побыстрее закончим и вот тогда отдохнем.

- Тогда пошли - быстрее начнем, быстрее закончим, - я встал и направился к двери. Тун усмехнулся и последовал за мной.

Расположившись в закрытой комнате для совещаний, мы оповестили команду о сборе, а пока ждали, просмотрели флешку, что дал Ли Бао. Да уж, запросы у него прям императорские. Нам с Туном, вернее, с Корном, надо и следить, и прослушивать, и докладывать каждые два дня. Ну что же, сделаем по высшему разряду, вот только информацию, Кхун Ли, вы будете получать ту, что выгодна нам. Вот мы сейчас с командой и начнем этим заниматься.

Вскоре пришли Мин, Кай и Нок. Тун раздал им копии задания Ли, и каждый занялся своим делом. Первым делом Кай еще раз проверил флешку на предмет всяких вирусов и других сюрпризов. Вот я ему удивляюсь - неужели бы мы принесли ее в агентство, не проверив. Но Кай, как всегда, осторожничал. Естественно, он ничего не нашел - Тун несколько раз по разным алгоритмам ее проверял. Даже затестил на специальной программе, которую сам Кай и написал. Смущенно улыбнувшись, Кай вернул ее Туну, а тот понимающе похлопал его по плечу.

Нок, забрав свой экземпляр, буркнул под нос, что он к себе, и умчался. Мин проводил его грустным взглядом. Что-то у них разладилось, пока нас не было. Надо бы их расспросить, но не сейчас.

Пока ребята разбирались с информацией, я решил сходить к брату - профессор настоял, чтобы я проверялся каждые две недели, заодно хочу узнать о Кинге.

Дью, как всегда, возился в лаборатории с какими-то опытами, что-то куда-то добавлял, записывал показания, сверялся с записями... Ну, весь в делах. Я постучал в стеклянную перегородку, отделяющую стерильную часть лаборатории от основного помещения. Брат не сразу среагировал, и мне пришлось постучать еще раз более настойчиво. Наконец он оторвался от своих пробирок и посмотрел в мою сторону. Увидев, кто его отвлек, он поспешил завершить работу. Минут через десять, сменив защитный комбинезон на обычный белый халат, он уже сжимал меня в своих объятьях. Он все еще никак не мог поверить, что его братишка жив. Вот уж неугомонный.

- Дью, прекрати, ты мне ребра сломаешь, - взмолился я, пытаясь вырваться.

- Ну, сам сломаю, сам и залечу - я же врач, - смеялся он в ответ.

- Блин, Дью, меня не было пару дней всего. Угомонись, или я больше не буду с тобой разговаривать.

Угроза подействовала, и брат нехотя выпустил меня из своих цепких рук. Вот честно, Туна на него не хватает. Почему-то при нем Дью себя так со мной не ведет.

- Давай, тащи свои орудия пыток для анализов, - сказал я, усаживаясь на кушетку и закатывая рукав, обнажая локтевой сгиб для забора крови.

- Что, уже соскучился?

- Да пошел бы ты куда подальше, - я не добро зыркнул на него. - Вот что вам с профессором неймется? Всего меня искололи и истыкали. Вы все еще не верите, что я - это я?

- Верим, но... - Дью ловко наложил на мое плечо жгут и уже через минуту были готовы несколько пробирок с кровью. - Проверить лишний раз не помешает.

- И что это даст? Очередной раз подтвердит уже не единожды подтвержденное. Ты мне лучше про Кинга скажи: как он?

- В целом неплохо, но могло быть лучше.

- Что случилось? - я невольно напрягся. Не знаю почему, но я чувствовал какую-то ответственность за него.

- У него оказалась клаустрофобия в довольно сложной форме. Пока он был в бессознательном состоянии, профессор помещал его в капсулу, но регенерация на него почему-то подействовала слабо. Вянь Вянь предположил, что это как раз из-за его сильной фобии - организм просто отторгает. А в сознании Кинг наотрез отказывается ложиться в капсулу. Так что восстанавливаться ему придется так же, как и тебе когда-то – по старинке, самому.

Я вспомнил те дни, когда мы с Кингом лежали в больнице после похищения. Он тогда на удивление очень быстро восстановился, хоть на нем живого места не было. А я вот месяц на койке провалялся, а потом еще реабилитация. Когда у меня было клонировано сознание и я ничего не помнил, я периодами чувствовал непонятную боль в гортани и списывал это на автомобильную аварию. По сути, так оно и было - я сильно ударился горлом об руль. Вот как бы мне хотелось попасть в капсулу, чтобы все свои болячки подправить. Эх...

- Кстати, - Дью прервал мои воспоминания, - вы к маме поедете? Ей завтра кесарево делают.

- Обязательно! Я ни за что не пропущу рождение наших детей, - я широко улыбнулся.

Какое же это все же чудо с нами случилось. Мой организм до последнего хранил в себе частичку меня как женщины, и теперь у нас с Туном будут дети. Разве это не чудо? Хоть Мэоу и подчистила свои воспоминания, но некоторые моменты я все же помню. В ту бытность я не очень-то хотел детей. Да я и семьей себя связывать не хотел. Все-таки семья - это не только большая ответственность, но и слабое место для оперативника. Нет, я, конечно, не совсем отказывался от перспективы выйти замуж, но только когда закончил бы карьеру агента. А потом появился Тун, и мысли о семье стали посещать меня чаще. Меня это уже не так страшило. Что здесь страшного, когда мы оба оперативники? Тем более мой любимый был командиром взвода Черных пантер. Вот только перспектива иметь детей нам не светила. А оказалось, что очень даже светила, да так, что завтра должны появиться на свет наши славные огонечки...

- Земля вызывает Пхата... Тхана... Тьфу, кто ты там? Ты чего завис? - Дью тряс меня за плечо. Вот это я задумался. Я тряхнул головой.

- Все в порядке. О детях думал...

- А... Ну, тогда понятен твой завис, - брат рассмеялся. - Кстати, вы решили, кто ты? Как к тебе обращаться-то? Может, вообще третье имя придумать, типа... О! Например, Пхисет или Тхай. Как тебе? Ты же у нас особенный и свободолюбивый (прим. Автора: Пхисет на тайском означает - особенный, Тхай - свободный).

- Послушай, Дью, не выдумывай, - я загадочно улыбнулся, - вот как Тун решит, так и будет.

- А он еще не решил? Чего тянет-то? Это он так до старости может не решить, а мы мучайся. Все, я тебя тогда Мэоу звать буду...

- Вот только попробуй, - я сжал кулаки и шагнул в его сторону. Он быстро ретировался от меня подальше.

- Ты чего прям бешенный?

- Да ничего. Мэоу больше нет, и я, к вашему сведению, не женщина.

- Ладно, только вы уж решайте там побыстрее, а то обращаться к тебе “Как ты там” странно, - Дью снова залился своим заразительным смехом. Действительно вся эта ситуация с именем была не только странной, но и смешной.

- Дью, а ты какое имя бы оставил? - я задумчиво посмотрел на брата.

- Тебе честно или уклончиво?

- А тебе как? Сразу придушить или дать помучиться?

- Вот что ты сразу в штыки? Но если серьезно, - Дью резко изменился. И передо мной сейчас сидел серьезный, деловой мужчина с пронзительным взглядом.

- Я бы рассудил так, - продолжил он. - Мэоу нет и никогда больше не будет. Ведь так? - я кивнул в знаке согласия, - Так и Пхат для всех погиб...

Он замолчал и пристально посмотрел на меня. Я задумался. Как бы это ни звучало, а брат был по-своему прав. Пхат официально погиб, и этот факт везде зафиксирован. Я даже старыми документами воспользоваться не могу. Но это не главное. Документы можно сделать любые - Генри мастер в этой сфере. Вопрос: кто же я теперь? Сказать, что я Мэоу, которая сменила пол? Тогда почему я так похож на Пхата? Воспользоваться сходством с Дью и объявить себя его давно потерянным братом? Но тогда может пострадать их с Туном семья. Я слишком люблю Мали с Винаем, чтобы так их подставлять. Вот, одни вопросы и ни одного ответа на них. Может, просто отпустить ситуацию, и все само собой разрешится? Нет, так точно делать нельзя. Надо взять себя в руки и решить раз и навсегда.

Вот был я когда-то Мэоу. Об этом знают только пятеро: профессор, Тун, мой брат, Мин и Генри. Для остальных - Мэоу уехала в Америку, а к нам прислали Пхата по договору о сотрудничестве агентств. Как долго я привыкал к имени? Даже и не помню. Как-то само собой все разрешилось - все стали звать Пхатом, и я привык. Потом Пхат погиб, и появился парень Тхан - человек без прошлого. По сути, так оно и есть. Все прошлое - это воспоминания Мэоу и Пхата...

Что-то мне стало нехорошо. Я посмотрел на брата и почти одними губами произнес:

- Срочно зови Туна... - и потерял сознание.

Дью бросился ко мне и поймал меня на руки, не дав упасть на пол. Он уложил меня на кушетку и достал телефон. Пока шло соединение, он нащупал мой пульс, проверил зрачки. В трубке раздался щелчок. Не дожидаясь вопроса с той стороны, Дью коротко бросил:

- Быстро в лабораторию!

Отбросил телефон и занялся мной...

Тун посмотрел на номер звонившего. Это был Дью. Странно. Пхат только пошел к нему. Может, что случилось? Услышав из трубки взволнованный голос брата, Тун без промедления бросился в лабораторию. Оставшиеся в комнате переглянулись.

Он лежал на кушетке, а вокруг него суетились медики. Его лицо было таким бледным, что у Туна защемило сердце. Он стоял и смотрел на происходящее в лаборатории, не в силах даже пошевелится. Такое же чувство он испытал лишь раз, когда на его глазах взорвалась машина, в которой предположительно сидел его любимый. Он вновь вернулся в тот день. Перед глазами вновь была пылающая машина, и языки пламени отражались в его зрачках, выжигая сердце...

Он очнулся лишь когда Дью сильно дернул его за руку.

- Тун, ты что оглох? Ты чего столбом стоишь? Давай, делай свою магию, может, что с потоками не так.

- Он жив? - это все, что смог выдавить из себя парень, прежде чем встряхнуть с себя оцепенение и начать соображать.

Тун быстро сел в асану и углубился в медитацию. Соединившись с потоками своего парня, он не сразу понял, что произошло. Почему-то на всегда светлом уровне было темно. И не просто темно. Была кромешная тьма. Это и озадачивало, и настораживало одновременно. Несколькими пассами руками Тун вызвал небольшое светящееся облако, чтобы осветить пространство. Теперь можно было немного осмотреться. К его удивлению, он ничего не увидел. Повсюду простиралась плотная пелена. Это было похоже на то, если бы вы попали в очень сильный туман, вот только его всегда сравнивали с молоком из-за цвета, а тут, в свете от облака, все было серое. Тун сделал шаг, и тут же эта масса стала обволакивать его. Он остановился, и масса застыла. Он сделал шаг назад. Масса не двигалась. Тун задумался - могло ли это означать, что за этой серой пеленой что-то скрывается и не хочет никого впускать к себе? Тогда что это могло быть?

Внезапно он услышал далекий голос. Слов было не разобрать, но сам голос был знаком. Тун прислушался. Голос шел из-за серой массы. Сосредоточившись на нем, Тун направил луч света от облака в его сторону. Пелена немного расступилась, и он смог разглядеть два образа. В одном он сразу узнал Пхата. Тот как-то безвольно, склонив голову, парил в воздухе. Рядом с ним стоял человек спиной к Туну, и он не мог узнать его. Но когда человек обернулся, у Туна невольно сжалось в тревоге сердце - он узнал образ Мэоу. Она посмотрела прямо ему в глаза и вдруг взмахнула рукой, и тут же все заволокло пеленой. Масса стала плотнее, и луч света уже не мог проникнуть через нее. Да что здесь происходит?

Не выходя из медитации, Тун позвал брата. Тот осторожно приблизился. Хоть он уже несколько раз видел, как его брат медитировал, он все равно не знал, как себя при этом вести.

- Пи’Дью, - почти нараспев сказал Тун, - свяжись с профессором и скажи, чтобы он срочно пришел сюда.

- Тун, я его уже вызвал. Он собирает бригаду для подключения капсулы. Как только все будет готово, он придет...

- Нет времени ждать. Пусть срочно идет и тоже садится в медитацию. Я потом все объясню.

Дью бросился к компьютеру и вызвал лабораторию профессора. Ему достаточно было просто позвонить и сказать одно слово, чтобы Вянь Вянь, не дожидаясь подробностей, уже спешил в медицинский отсек. Зайдя в лабораторию, он сразу присоединился к Туну. Он понял, что могло случиться, и мысленно остановил Туна от попыток пройти через пелену.

- Профессор, там за пеленой два человека, вернее, два сознания - Пхат и Мэоу. И мне кажется, что она как-то враждебно настроена. Что вы думаете об этом, профессор? - мысленно спросил Тун.

- Я предполагал некоторые моменты, но ... - он немного помолчал в раздумье и продолжил, - что это будет выглядеть именно так, не думал. Я вообще такое в первые вижу. Да что удивляться? Вся ситуация сначала с Мэоу, затем с Птатом и Тханом была изначально непредсказуема. С таким я в своей практике сталкиваюсь впервые.

- И что нам в таком случае делать?

- Учитывая все то, что произошло с этим бедным созданием, надо искать первоисточник. Я уже над этим думал. Но для начала нам нужно разобраться с данной ситуацией, а там уже будет видно.

- Первоисточник? Что вы имеете ввиду? - Тун мысленно почесал переносицу.

- Думаю, что дело в пуле. Вернее, в коде, что она содержала. По всему, что я смог выяснить, этот код содержит неустойчивое соединение. Вот как раз из-за этого могли происходить все те сбои, что были у Пхата раньше. Нынешнее его состояние - это всего лишь защитная реакция подсознания. Правда, я такой защиты еще не видел. Тем более появился образ Мэоу. Все это неспроста.

- И как нам быть? Папа, я не могу потерять его еще раз, - в голосе Туна появилась слегка заметная дрожь, но он быстро взял себя в руки.

- Пока мы не выявим нестабильную часть кода, мы ничего не сможем сделать. Этот бедный парень так и будет страдать от сбоев в ци. Сейчас его лучше оставить в покое, иначе защита станет еще сильнее, и мы не сможем через нее пробиться. Прежде чем что-либо предпринимать кардинальное, надо понять, что за игру устроило подсознание этого парня. Мы уже подготовили капсулу, настроив ее на поддержание жизни, но... У нас всего три дня.

- Три дня? Почему три дня? - Тун был ошарашен.

- Капсула может поддерживать жизнь долгое время, но я не уверен, сколько сможет продержаться сознание в такой изоляции. Это не запечатывание на уровне, это нечто иное... Так, давай-ка мы отправим парня в капсулу, а сами поговорим в кабинете. Не будем раздражать своим присутствием подсознание. Ты обратил внимание, что завеса стала плотнее? Если мы не уйдем, она так и будет уплотняться.

Уже не говоря ни слова, они разорвали соединение и стали готовиться к транспортировке парня в капсулу. Через полчаса я уже лежал в эзотерической жидкости, подключенный ко всевозможным датчикам. Забегая вперед, скажу - из всего этого я ничего не помню. Все это время я просто спал без сновидений и не знал, что снова наделал много шума и заставил переживать близких мне людей.

Глава 51

Противостояние

Второй день подходил к концу, а выхода из сложившейся ситуации так и не было. Были перепробованы все возможные алгоритмы с различными переменными, и ничего не давало нужного результата. Команда работала круглые судки, лишь изредка прерываясь на короткий сон.

За все это время удалось только выявить, что образ Мэоу, который видел Тун, - это и есть та часть кода от пули, что осела в подсознании, ведь ранена была именно она. И в данный момент этот код завладел сознанием. Где он все это время прятался и почему не давал о себе знать до сих пор - это тоже предстояло выяснить.

Мали наотрез отказалась от операции пока Пхат не придет в себя. Посовещавшись с врачами и сделав необходимые анализы, было решено отложить кесарево - благо время позволяло. Но только на неделю, не больше. Врачи категорически рекомендовали дольше не тянуть. Винай, оставив жену в больнице, присоединился к профессору в лаборатории.

Атмосфера в лаборатории была и так напряженной, да тут еще Мин с Ноком постоянно рыкали друг на друга. Вернее, Мин пытался заговорить со своим парнем, а тот огрызался. К концу второго дня Туну это надоело, он решил вызвать Мина поговорить и позвал того в кафе на крышу.

Сидя на веранде, они долго не могли начать разговор. Наконец Тун не выдержал:

- Послушай, Мин. Я знаю, что это не мое дело, но ваши терки с Ноком напрягают всю команду. Ты, как более здравомыслящий человек, не мог бы все это закончить? И вообще, что у вас произошло?

- Да я и сам толком не понимаю. Просто как-то утром я проснулся, а Нок собрал вещи и переехал обратно к себе в квартиру. И сколько бы я ни спрашивал у него о том, что случилось, он либо молчит, либо огрызается.

- Ты же понимаешь, что так не может продолжаться?

- Да понимаю я, но ничего не могу поделать.

- Может, ты накосячил где? Может, дату какую забыл или..., - Тун усмехнулся, - не совсем удовлетворил...

- Тун, хоть ты и друг, но черту не переходи, - было видно, что Мин злится.

- Да ладно тебе. Ну все бывает. Надо исключить все возможное, и то, что останется, то и будет верным.

- Ой, это с Ноком не работает. Он просто непредсказуемый.

- Я вообще удивляюсь, как вы вообще сошлись, - немного помолчав и отпив кофе, Тун продолжил. - Ладно. Не важно. Сейчас надо придумать, как вам помириться. Чтобы такого предпринять? Вот если бы Пхат... - он осекся.

- Не переживай, друг. С ним все будет в порядке. Не может не быть. Он из таких передряг выкарабкивался и из этой тоже выйдет победителем.

- Да, он сильный, он сможет. О другом я и думать не хочу... - и тут Туну пришла в голову идея. - Пойдем-ка со мной.

Он встал и потянул за собой Мина. Тот послушно последовал за ним.

Буквально через пять минут они стояли перед дверью квартиры Дью. Тун позвонил в дверной звонок. Ее открыли не сразу - оно и понятно: Кинг еще не совсем окреп и передвигался довольно медленно. Дью за него очень переживал и запрещал в его отсутствие выходить из квартиры. Для Нонга с его характером это было пыткой, но ради любимого он готов был пойти на все, лишь бы Дью не нервничал.

Открыв дверь, Кинг удивленно уставился на пришедших.

- Пи’Тун, Пи’Мин, что-то случилось? Что-то с Пи’Дью? - глаза Нонга забегали от Туна к Мину и обратно, а в голосе появилась дрожь.

- Кинг, успокойся, ты что так нервничаешь? Все с твоим Пи нормально, - Тун одобряюще похлопал Нонга по плечу. - Ты позволишь нам войти? Есть небольшой разговор.

- Проходите конечно, - Кинг посторонился, пропуская их в квартиру.

Парни вошли в квартиру. Тун огляделся. С момента, как Дью сдался Нонгу, квартира преобразилась - в некогда холодной и пустой берлоге появились тепло и уют. Не берлога одиночки, а милое гнездышко влюбленной пары. Тун улыбнулся.

- Пи’Тун, что у вас произошло? Пи’Дью сам не свой в последнее время. И дома почти не бывает, - Кинг смотрел на Туна своими большими кошачьими глазами, полными надежды. И как брат смог так долго сопротивляться?

- Там сложности с одним оперативником, который попал в перестрелку. Ты же знаешь Дью, он очень ответственный в своей работе.

Мин вопросительно посмотрел на Туна. Тун еле качнул головой, типа, не сейчас.

- Да, он такой, - Кинг вздохнул. - Мне так скучно бывает одному. Вот лучше бы в больнице остался, там хоть персонал есть, есть с кем поговорить...

- Не переживай так. Сейчас оперативник поправится, и вернется твой Дью к тебе. Еще надоесть успеет.

- Ну что ты такое говоришь, Пи, он никогда мне не надоест, - лицо Кинга покраснело. - Ты же знаешь...

- Тун, хватит его дразнить, - вступился за парня Мин.

- Но это же так мило, - Тун снова улыбнулся, вспомнив, как Пхат иной раз дразнил Нока или кого-то еще из ребят. - Ладно, шутки в сторону. Нонг Кинг, у нас к тебе дело чрезвычайной важности.

Последние слова Туна так понравились Нонгу, что он заулыбался во весь рот. К нему пришли с делом, и очень важным. Значит, о нем помнят и его ценят.

- Говори, Пи, я весь во внимании.

- Тут такое дело - Мин с Ноком... как бы это сказать? Поругались или вроде того. Мин не понимает, на что Нок обиделся, а тот ничего не говорит и разговаривать с Мином совсем не хочет. Вы с ним друзья. Вот мог бы ты выяснить для нас, в чем дело?

- А, так вы за этим... - Кинг разочарованно откинулся на спинку дивана.

- Что-то я не понял твоего тона, - Тун посмотрел на него выжидающе.

- А что тут понимать? - Кинг бросил взгляд на Мина, оглядев его со ног до головы. - Ты лучше спроси своего друга, как он посмел изменять своему парню.

Услышав такое, Тун повернулся к Мину. Теперь он смотрел выжидающе на друга.

- Я? Изменял? - от удивления Мин снова стал заикаться.

- Так, спокойней, - Тун взял друга за плечо. - Соберись и расскажи.

- А что рассказывать? Я никогда и никому не изменял. С чего ты взял, Нонг?

- Мне Пи’Нок сам сказал, когда на днях прибежал ко мне утром весь в слезах.

- Да что за бред? - Мин встал со своего места и стал нервно расхаживать по комнате.

- Мин, сядь, а то у меня голова закружится, - Тун осадил друга. - Давайте все по порядку. Сначала ты, Мин, а потом Кинг расскажет, что сказал Нок.

Мин нехотя сел обратно на диван. Немного помолчав, он рассказал то, что уже рассказывал Туну. Что все было замечательно, что они только-только сделали друг другу признание, и Нок переехал к Мину в квартиру, и внес в нее свой хаос. И Мин даже уже начал привыкать к этому хаосу, как вдруг, не говоря ни слова, Нок однажды утром собрал вещи и вернулся к себе. Разговаривать отказывается и на все попытки Мина прояснить ситуацию только огрызается. Мин не понимает, в чем дело. Он ничего плохого не делал, никаких дат не забывал, а уж тем более не изменял.

Высказавшись, Мин откинулся на спинку дивана, скрестив руки на груди.

- Значит говоришь, что не изменял, а почему ты тогда так обидел его? - Кинг прищурил глаза и в упор уставился на Мина. Тот переглянулся с Туном.

- Подожди, тебе Нок сказал, что я его обидел? Когда? Как?

Кинг осторожно встал с дивана и подошел к кухонному уголку. Взял с полки стакан и налил себе воды из графина.

- Кинг, - укоризненно позвал Тун, - ты же мог попросить. Зачем напрягаешься?

- Мне расхаживаться надо - так Пи’Дью сказал, а сам меня никуда не выпускает, - он выпил немного воды и, поставив стакан на барную стойку, повернулся к парням, сидевшим на диване. - Я не знаю, почему ты, Пи’Мин, отрицаешь, но Нок мне так и сказал: что, когда он ночью обнял тебя, ты в ответ обнял его и, поцеловав в лоб, сказал: «Где ты была? Я скучал...». Была? Скучал? Ты обратился к Ноку в женском роде. Это как ни крути одно из двух: либо ты хотел унизить его, либо ты изменяешь ему с девушкой. Уж не знаю, что омерзительней, - Кинг фыркнул от негодования.

Тун молча посмотрел на Мина. Тот сидел, опустив голову. Он знал, что друг когда-то в тайне любил Мэоу и очень надеялся, что та вернется. Но с тех пор, как они сблизились с Ноком, а Мэоу окончательно исчезла, Мин почти не вспоминал о ней. Так какого черта он так сказал?

- Да, Мин, ты попал...

- Все не так, как кажется, - Мин говорил так тихо, что остальным пришлось прислушиваться. - Я не изменял и не оскорблял. Просто... - он поднял голову и посмотрел на Туна долгим взглядом. - Просто она мне в ту ночь приснилась...

- Кто она? Бывшая? Такая красивая, небось, что ты ее до сих пор вспоминаешь, раз она тебе снится, - Кинг не унимался и продолжал допытываться. Тун одернул его.

- Нонг, прекрати! Ему и так больно.

- И что? Значит, моему другу делать больно можно, а ему нельзя?

- Ты просто не знаешь и не понимаешь, о чем говоришь, - надо было тормознуть Нонга, иначе... Тун не мог даже себе представить, что творится на душе у Мина.

- А что тут представлять? Он грезит о своей бывшей, сны, небось, эротические смотрит, а мой друг страдает...

- Кинг, прекрати! Нет ее больше. Понимаешь? Совсем нет - умерла она...

Нонг, до этого собиравшийся что-то сказать, сразу осекся. Такого он не ожидал. Он замолчал, испуганно прикрыв рот рукой и уставившись на Мина своими кошачьими глазами, которые постепенно стали заполняться слезами.

- Прости, Пи. Я не знал, - одними губами прошептал он.

Минут пять все сидели молча. В этой тишине раздался дверной звонок. Кинг встал и медленно пошел открывать, все еще прикрывая рот рукой. Открыв дверь, он впусти в квартиру Нока. Парни удивленно посмотрели на него, потом на Нонга.

Нок молча вошел, подошел к дивану и опустился перед Мином на колени. Он обнял его за ноги и еле слышно прошептал:

- Прости меня. Я дурак...

Тун с Мином переглянулись и повернулись в сторону Кинга с немыми вопросами на лицах. Тот пожал плечами, подошел к барной стойке, где поставил стакан с водой, и взял с нее телефон.

- Я..., - начал он осторожно. - Набрал Пи’Нока и поставил на громкую связь. Я думал, что разговорю вас и выведу на чистую воду, и мы узнаем, с кем Пи’Мин изменяет... Ну, я думал, что так лучше для них будет, пока не зашло все очень далеко.

- Нонг, ты не перестаешь меня удивлять, - Тун подошел к нему и потрепал по голове, обернулся на сидящего на диване Мина и стоящего передним на коленях Нока. - Как думаешь, мы можем их оставить здесь ненадолго?

- Ты меня куда-то поведешь? - Кинг пытался скрыть радостную улыбку, но у него это не получалось.

- Да. Мне надо тебе еще кое-что рассказать и... показать. Так пойдешь со мной? - Нонг согласно быстро закивал головой. - А эти пусть поговорят без свидетелей.

Выходя из квартиры, Тун еще раз посмотрел на парочку у дивана. Нок уткнулся лицом Мину в колени, а тот гладил его по голове. Вот и славно. «Примирение почти состоялось», - подумал Тун и закрыл за собой дверь.

Медленно, чтобы не перенапрягать Кинга, они пошли к лифтам.

- Мы в кафе? - у Нонга блестели глаза от радости, что он наконец куда-то выбрался.

- Нет, мы пойдем в лабораторию. Хотя... - Тун остановился и посмотрел на парня. - Давай-ка кофейку выпьем?

- А можно я приготовлю?

- Ну а почему нет. Ты же не забыл, как это делается?

- Конечно, нет. Мне иногда даже снится, что я варю кофе. Пи’Тун, а ты какой предпочитаешь? Я разными способами могу его приготовить. Например, по-вьетнамски. Или хочешь, специально для тебя купаж в кемексе сделаю?

- Давай что попроще, чтобы не перенапрягаться, - смеясь, предложил Тун.

- Так мне не трудно. Мне просто еще передвигаться сложновато, а руки у меня нормально работают. Я их, пока в кресле ездил, ого-го как натренировал, - ответил Кинг, показывая на свои бицепсы.

- Хорошо, уговорил. Сделай на свое усмотрение.

Нонг согласно кивнул и, как только они пришли в кафе, сразу стал подбирать различные сорта кофе для купажа, при этом жалуясь, что сам его пожарить не может, а вот как бы это было здорово, если бы еще и самим делать обжарку.

Когда кофе был готов, и парни присели на веранде за столик, Тун, вдыхая аромат напитка, спросил:

- Нонг, а откуда ты так много знаешь о кофе?

- Так я же из Чиангмая, - парень удивленно посмотрел на Туна. - Ты же знаешь сорт кофе пиберри, что Пи’Пхат всегда заказывал? Так он как раз оттуда. А я на ферме подрабатывал, там и научился. А потом здесь еще опыта понемногу набрался. Мне и Пи’Пхат всегда помогал, - тут Кинг осекся. Он, сам того не замечая, уже два раза упомянул Пхата, не думая каково это Туну. - Прости, Пи. Я не хотел...

- Ты чего извиняешься? А, - Тун сделал глоток и улыбнулся, - я понял, чего ты. Ты про Пхата? Да все в порядке. Не парься.

Кинг удивленно уставился на Туна. Он первый раз видел, чтобы тот так спокойно реагировал на упоминание о своем погибшем парне. Может, пока он в коме валялся, что-то произошло? Пи’Дью тоже какой-то странный в последнее время.

- Пи, что-то произошло?

- Вот как таз об этом я и хотел с тобой поговорить, - Тун внимательно посмотрел на Кинга. Из их команды только он еще не знал о возращении Пхата. Не успели тогда ему рассказать, а потом как-то не до этого было. - Дело в том, что... Пхат жив...

Такой реакции, которая последовала за его словами, Тун не ожидал. Кинг хлопнул себя ладонью по колену и довольно спокойно сказал:

- Я так и знал. Это был не сон. Я с Пи’Дью хотел поговорить, да все время подходящего не находил. Вот я знал, что не мог Пи’Пхат просто так исчезнуть или погибнуть. Не такой он человек. Над ним Жнец не властен. Так где он? Почему он сам не пришел?

- Не может он сейчас прийти...

- А, на задание снова отправился? Вот ему все неймется...

- Не совсем. Тут немного посложнее, потому я с тобой и хотел поговорить. Пойдем к профессору, и все там вам изложу.

- Так пошли быстрее, - Кинг снова превратился в неугомонного пацана...

В кабинете у профессора Кинг удобно устроился в кресле у чайного столика и стал с интересом все рассматривать, так как не был здесь ни разу. Тун хотел было заставить его пересесть, но Вянь Вянь знаком показал, чтобы тот не трогал пацана - пусть сидит.

- Профессор, я вот хотел посоветоваться по поводу одной идеи, что у меня возникла насчет Пхата.

- Так, так, говори, - профессор, сидя за рабочим столом, чуть подался вперед, показывая свое внимание.

- Я вот что подумал - а если нам попробовать отправить к подсознанию Пхата человека, которого оно вряд ли воспримет враждебно, потому как не знает его?

- И кого ты приметил на эту роль? Хотя я уже догадываюсь кого, - профессор посмотрел на Кинга. - Нонг, - позвал он его, оторвав от рассматривания чайного сервиза на столике, - как ты себя чувствуешь?

Кинг, который давно нигде не бывал и теперь с жадностью губки впитывал окружающий мир, широко улыбнулся, обнажая все тридцать два зуба, и сказал:

- Намного лучше. Я уже сам хожу... Да вы же видели - я сам пришел. Я, наверное, скоро уже совсем поправлюсь и снова выйду на работу в кафе - я очень соскучился.

- Это точно, - подтвердил Тун, - он сегодня сделал такой замечательный кофе, что грех держать такой талант взаперти.

- Вот и славно. Да уж, напугал ты нас, конечно, сильно...

- Я не хотел, профессор. А того бандита нашли?

- Пока нет, но мы уже предполагаем, кто это.

Услышав это, Нонг сжал кулаки.

- Вот пусть только он попадется мне. Вот я ему припомню всю нервотрепку, что вам всем пришлось пережить.

- Ну, ну, успокойся. Побереги себя. У нас для тебя еще будут задания.

- Вы возьмете меня на оперативную работу? - глаза Нонга округлились от неожиданной радости. Стать оперативником - это было его самая заветная мечта. Кофе что - это так, баловство, а вот быть агентом, как Пи’Пхат или Пи‘Тун, - вот это как раз то, чего он искренне желал.

- Не горячись так. Вот прям в поля направлять тебя как бы рановато. Надо еще подготовку пройти и прочее. А пока... Профессор, - Тун повернулся к Вянь Вяню, - возвращаясь к нашему делу - а что, если попробовать Кинга подключить к сознанию? Думаю, он как раз тот человек, который нам нужен.

Кинг сидел и не совсем понимающе переводил взгляд с Туна на профессора и обратно. О чем они говорят? О каких-то потоках, энергии, подсознании... А он тут при чем? Непонятно. Но все равно очень интересно. Это же тоже оперативная работа.

- Когда мне приступать? И что надо делать? - вклинился он в разговор, не в силах больше ждать.

Профессор с Туном прервали свои рассуждения и с интересом посмотрели на Нонга.

- Вот скажи мне, Кинг, ты готов взяться за работу, даже не зная, что надо делать? - Вянь Вянь задумчиво потер подбородок.

- Конечно, Кхун профессор. Это же для Пхата надо? Я правильно понял? А для моего Пи я готов сделать все, что угодно. Да я жизнь за него готов отдать...

- Так, не горячись, Нонг. Никому ничего отдавать не надо, - Тун поймал за плечо разгорячившего парня, который резко вскочил с кресла. - Просто надо побыть посредником между ним и человеком, который... - Тун посмотрел на профессора, тот кивнул головой в знак согласия, - который сейчас удерживает Пхата.

- Я согласен! - утвердительно мотнул головой Кинг. - Рассказывайте, что я должен делать и говорить.

Вянь Вянь почесал подбородок, еще раз все обдумывая, и хлопнул ладонями по столу:

- Значит, так и сделаем! - воскликнул он.

И добавил чуть тише:

- Все равно другого у нас ничего нет.

Следующие несколько часов профессор вместе с Туном готовили Кинга к погружению в медитацию, отработке условных сигналов и вариантов разговора. Первым делом проверили, не обострится ли клаустрофобия Кинга при вхождении в транс. Оказалось, что нет, и он чувствовал себя очень спокойно и даже умиротворенно, что навело профессора на мысль погрузить его в таком состоянии в капсулу. Может, так регенерация пройдет успешней, и парень полностью поправится.

Сделав все приготовления, они пришли в лабораторию, где в капсуле лежал Пхат. Тун подвел к ней Нонга и показал спящего парня. Увидев Пхата, Кинг обернулся к Туну:

- Пи, я верну тебе твоего парня. Честное слово. Я жизнью ему обязан и, если надо, я обменяю свою на его.

- Не надо. Просто помоги ему в его противостоянии, - тихо ответил ему Тун...

Глава 52

Сделка

- Ты все запомнил, Нонг? Давай еще раз пробежимся по главному? - Тун обеспокоено смотрел на Кинга.

- Пи, не волнуйся. Я все запомнил и сделаю все в точности, как вы с профессором говорили.

- Сильно не напирай. Твоя главная задача: попытаться как можно ближе подойти к образу девушки. Даже если не получится до нее дотронуться, ничего страшного. Просто будь спокойным и не спугни ее.

- Вот кто бы говорил о спокойствии, - Кинг усмехнулся.

- А может, не надо всего этого? Может, что еще придумаем? Ну, он же еще слабый, не оправился совсем, - Дью не находил себе места и все пытался отговорить Туна с профессором от их затеи.

- Пи’Дью, - Кинг повернулся к своему парню, - может, ты пойдешь кофе выпьешь или еще что? Не нагнетай. Мы с тобой уже все обговорили, так что не начинай снова эту песню.

Нонг нахмурил брови, показывая всем своим видом, что он сейчас обидится и тогда Дью будет в несколько раз хуже. Дью замолчал и отошел к приборам проверить показатели.

- Как умело ты с ним справляешься, - удивился Тун. - Научишь как-нибудь? - Кинг улыбнулся и кивнул головой, мол, обязательно научу. - Ну, что, готов? Давай начинать. Профессор, мы готовы.

Кинг сел в асану, повторяя за Туном. Было немного неудобно, но он сам настоял, чтобы все было по правилам. Затем он постарался отрешиться от внешнего мира и полностью расслабиться, как его учили. Через какое-то время он почувствовал знакомое покалывание, а потом наступило полное расслабление - это означало, что он вошел в медитацию. Вернее, его ввели туда.

Открыв глаза, Кинг огляделся. Все, как и говорил Тун - очень темно. Тут он почувствовал, что до его плеча два раза коснулись. Это был один из условных знаков.

- Вот ничего себе, - сказал Кинг, отвечая на него. Это означало, что все в порядке и нет никаких изменений.

Он протянул руку к голове, на которую был надет условный фонарик, и включил его. Луч света выхватил очень плотный серый туман. Настолько плотный, что Кинг невольно протянул руку, чтобы потрогать его. Вдруг туман задрожал и немного расступился. Через образовавшуюся брешь парень увидел силуэты двоих людей. Чтобы не спугнуть их, он осторожно сделал шаг вперед и остановился в ожидании. Ничего не произошло. Тогда он сделал еще пару шагов. Теперь он четко смог разглядеть фигуры в тумане. Одной из них, как бы парящей в воздухе, оказался Пхат. Рядом с ним стояла красивая девушка. Вот если бы Кинг не знал, что у Пхата из родственников никого нет, кроме приемного отца, то подумал бы, что это его сестра-близнец - настолько они были похожи. О том, что Дью и Пхат родные братья, в агентстве никто не знал.

Кинг сделал еще один шаг и снова остановился. Девушка медленно развернулась в его сторону и с интересом посмотрела на него.

- А ты кто? - спросила она.

На ее голос среагировал Пхат и поднял голову. Он сразу признал Кинга, но ничем это не выказал. Только уголки его губ чуть дернулись вверх.

- Я? - переспросил ее Кинг, как и было условлено. - Я - Нонг Пи’Пхата, а вы кто?

- Почему я тебя не знаю? - проигнорировав его вопрос, спросила она снова.

- Так я вас тоже не знаю.

Девушка задумчива смотрела на Нонга. Было похоже, что она пытается что-то решить, но у нее не получается. Немного поразмыслив, она повернулась к Пхату:

- Ты его знаешь? - спросила она у него, показывая рукой на Нонга.

Парень, паривший в воздухе, утвердительно кивнул.

- Кто он? - продолжила девушка, но ответа не последовало. И тут только Кинг заметил, что у парня заклеен рот скотчем.

- Так как же он тебе ответит, если ты ему рот заткнула? - Нонг старался говорить медленно и четко, чтобы его слышали на том конце связи. До его плеча дотронулись, давая понять, что все идет нормально.

Девушка посмотрела на Кинга, затем снова на Пхата. Явно у нее в голове была какая-то нестыковка.

- Я не понимаю, почему он здесь, - она указала на Пхата.

- А давай присядем и поговорим, - предложил Кинг.

Тут же, как по волшебству, материализовался диван. Парень подошел и присел - удобно. Он похлопал рукой рядом с собой, предлагая девушке присоединиться. Она снова задумалась, но предложение приняла и присела поодаль, и начала о чем-то бормотать. Кинг прислушался.

- Я ничего не понимаю. Я не могу считать код. Что-то пошло не так. Где носитель кода? Почему я его не чувствую? Откуда эти люди? Я не могу считать код... - и так по кругу.

Кинг почувствовал, как дотронулись до его руки. Он мысленно послал сигнал, что он понял и постарается разговорить девушку.

- Простите, так как же вас все-таки зовут? - он обратился к ней.

- У меня нет имени.

- А как мне тогда к вам обращаться? - в ответ девушка произнесла какие-то буквы и цифры, похожие на код.

- А можно я просто буду звать вас Кхун? Я все равно не запомню то, что вы сказали.

- Можно, - ответила она, немного подумав.

- Кхун, а почему вы держите в плену этого человека?

- Он не хочет говорить, где Мэоу и почему он здесь.

- Так вы рот ему откройте. Да и отпустите, пусть он присядет, а то висит, как воздушный шарик...

- Шарик? Что это?

Кинг посмотрел на нее с удивлением. Она странная какая-то. Ладно. Потом у Туна спросит, что же она такое.

- Ну, как объяснить? Это такое круглое, наполненное воздухом, и он летает... Кхун, просто отпустите его. Он никуда не уйдет. И рот ему откройте.

Все это время я в подвешенном состоянии наблюдал за всем. Уж не знаю, что эта импровизированная Мэоу сделала со мной, но я не мог ни пошевелиться, ни говорить. С того момента, как я провалился в сознание, она задавала мне одни и те же вопросы: где Мэоу, кто я и как считать код. Блин, я откуда знаю? Да даже если бы и знал, то не сказал бы - рот заклеен. Но не в этом дело - я вообще не отвечаю на вопросы тех, кого не знаю. А уж тем более тех, кто имеет над моим сознанием непонятную власть.

Вообще, что происходит? Почему здесь Кинг? О, Нонг! Ты в порядке. Да отпустите меня. Долго я тут буду болтаться?

По тому, как дернулись брови у Туна на лице, профессор понял, что там стало что-то происходить. Он сосредоточился на лице парня. Вскоре у того снова дернулись брови, но теперь они выдавали четкую картину: вверх - это точка, вниз - это тире. Тун бровями выдавал азбуку Морзе. Вянь Вянь подхватил блокнот и стал записывать. Тун сообщал, что Пхат в порядке, просто находится в своеобразном плену подсознания. Кинг понемногу разговорил девушку. Как они и ожидали, это часть программного кода от пули, и ему нужен код Мэоу. Но ее нет, и поэтому он в замешательстве. Он не может выполнить свое задание.

Зная, что Тун его слышит, профессор сказал:

- Значит, для того, чтобы обойти этот код, ему надо дать желаемое. Но при этом обезопасить его. Я сейчас дам задание ребятам, чтобы они прописали в код Мэоу какой-нибудь троян.

Тун показал, что он понял и они с Кингом будут тянуть время.

Ко мне подошел образ Мэоу и, прямо смотря мне в глаза, спросил:

- Так ты знаешь, где девушка? Мне нужен ее код. Куда она делась?

Я замотал головой и постарался всем своим видом показать, чтобы она отпустила меня, и мы нормально поговорим. Девушка немного колебалась, но ответы на вопросы ей все же были нужнее, и она взмахнула рукой, и я оказался на полу.

Встав, я немного размялся и снял со рта скотч.

- Вот так лучше, - сказал я и присел на диван. Мысленно я создал кресло и предложил ей присесть. - Давай поговорим.

- Мне нужен код. Где...

- Стоп! Я это уже слышал. Ответь на вопрос: зачем ты меня пленила?

- Ты - сбой системы. Здесь должна быть Мэоу, но ее нет, но был ты. Это неправильно. Мне нужен код.

Вот заладила. Я посмотрел на нее. Копия Мэоу так себе, на троечку.

- Пи’Пхат, я так счастлив, что ты жив, - услышал я почти шепот с боку. Я обернулся и увидел Кинга, который еле себя сдерживал. Я незаметно ему кивнул - позже.

- Ну, то, что тебе нужен какой-то код, это мы уже поняли. Ты можешь что-то конкретное сказать?

- Я ничего не знаю. Мне просто нужен код, чтобы завершить свою работу.

- Ну, представь: ты получила код, завершила работу. И что дальше?

- Завершится процесс разрушения ци.

В процессе я уже начал догадываться, что это такое, принявшее облик Мэоу. Стало понятно, что именно мешало нормальной работе моего организма. Это все последствия того ранения. Получается, что пуля, которая попала в меня, не просто несла в себе код разрушения. Будучи удаленной, она оставила часть этого кода в теле, чтобы не давать ему регенерировать. Вот это номер. Мы все мучались, думая, что же со мной не так, а оказалось вон оно что. Теперь появилась еще одна задача: как убрать этот остаток?

Мы с Нонгом стали по очереди задавать разные вопросы, чтобы выиграть время. Наверняка профессор там уже что-то придумывает. Ему просто надо помочь.

Тем временем профессор достал из шкатулки визитку, которую тщательно хранил. На черном бархатистом клочке бумаги золотым тиснением было выведено: Сагда Наронгчай. Когда-то Вянь Вянь помог этому мальчику в трудной ситуации и даже какое-то время обучал его взаимодействию с ци. Тот мог бы стать непревзойденным мастером по управлению внутренней энергией, но он больше тяготел к цифрам, вычислениям и занялся программированием. И добился в этом высоких результатов, став ведущем специалистом в этой области. Иметь специалиста такого уровня, как Сагда, в агентстве было бы наивысшей удачей, но Вянь Вянь не стал привлекать парня к оперативной работе, так как у того была на руках мать с подорванным здоровьем, и Сагда никогда бы ее не бросил ради этой работы. Но Вянь Вянь никогда не выпускал его из виду и всегда был в курсе всех жизненный событий своего бывшего ученика. Профессор как-то консультировался с ним пару раз по его специфике. Вот и сейчас пришел тот момент, когда знания Сагды могут спасти жизнь Пхата.

Вянь Вянь набрал номер, что значился на карточке. На звонок ответили почти сразу.

- Алло, - раздался низкий, чуть с бархатцой, голос на том конце, - я слушаю.

- Кхун Сагда, это профессор Вянь.

- Профессор, рад вас слышать, - в бархате появились нотки радости.

- Взаимно, Кхун Сагда. Извините за беспокойство, но мне надо с вами встретиться.

- Видно, дело серьезное, раз вы позвонили в столь ранний час.

Профессор невольно перевел взгляд на часы. Циферблат показывал 4:23 утра. Как неудобно получилось.

- Простите старика, что разбудил. В моем возрасте время уже не наблюдаешь.

- Ничего страшного. Я не спал. Тем более вы можете обращаться ко мне в любое время суток, если вам нужна помощь, я всегда рад вас слышать и видеть.

- Да, мне нужна ваша помощь, Кхун Сагда. Могли бы мы встретиться?

- Вас не затруднит подъехать ко мне в новый офис через пару часов? Я сброшу вам геолокацию.

- Это было бы замечательно, потому как дело не требует отлагательств.

Договорившись о встрече и получив адрес, Вянь Вянь стал собираться. Он сначала хотел взять с собой Генри или Кая, но передумал. В назначенное время, профессор уже входил в здание нового офиса компании Сагды.

Они встретились так, как будто расстались вчера. Хозяин офиса устроил профессора в удобном кресле и подал тому свежезаваренный чай. Когда-то Вянь Вянь учил его лично искусству чайной церемонии.

Наслаждаясь напитком, профессор поведал, что именно привело его к молодому человеку. Передав ему флешку с информацией, он сидел и наблюдал за эмоциями парня. По всему видно, что того заинтересовало происходящие. Это означало, что у них появилась надежда...

Через какое-то время, Сагда извинился и ненадолго вышел из своего кабинета, сославшись на то, что ему надо встретить сотрудника, о котором говорил профессору ранее. Вянь Вянь согласно кивнул. Вскоре Сагда вернулся, а с ним... Профессор в начале не поверил своим глазам. Перед ним стоял Чай - мальчик, которого когда-то спасла Мэоу, будучи на своем первом задании...

Пока Сагда и Чай занимались расчетами, профессор погрузился в воспоминания. Нелегко тогда им пришлось. Переживаний было не меньше, чем сейчас. Чай потерял родителей и потом долго лечился от ПТСР. Мэоу тогда считала себя виноватой, что парню понадобилась помощь специалистов. Если бы она не стала ждать подкрепление, а сама проникла в тот подвал, то вполне можно было избежать тех последствий. Так считала она. А на самом деле, если бы она так сделала, то они могли бы погибнуть оба. Вянь Вянь много раз перепроверял все версии исхода событий и всегда приходит к одним и тем же выводам. Он поспособствовал, чтобы парень получил лучшее лечение. Устроил все дела с их семейным бизнесом, нашел родственников, которые взяли на себя опеку Чая и увезли его лечиться в Америку. Какое-то время они переписывались, но потом от парня перестали приходить ответы. «Ну что же, - подумал тогда профессор, - у него новая жизнь, зачем старику в нее вмешиваться». И вот они вновь встретились. Вроде бы все хорошо, но почему-то было неспокойно на душе. «Надо поговорить с мальчиком потом на едине», - подумал профессор.

Глава 53

Дела минувших дней

Примерно десять лет назад

Что же я так нервничаю? Ну да, это мое первое серьезное задание и что? Блин, все нутро сжало. Мне еще не хватало, чтобы у меня желудок скрутило. Такое бывает, когда я очень эмоционально возбуждена. Надо отвлечься. Так, что мы имеем? Пробежимся по основным пунктам.

Итак, некий коррупционер Китана захотел прибрать к рукам бизнес своего партнера. Для этого в сговоре с бандитами похитил единственного сына бизнесмена, решив сделать его разменной монетой. Боясь за жизнь сына, бизнесмен подписал все бумаги на передачу всего имущества, но Китана решил, что бизнесмен, вернув ребенка, начнет мстить, и решил избавиться от него. Подстроив пожар в особняке, где жила семья мальчика, он убил всех домочадцев. Мальчик остался у бандитов, которые намеревались продать его торговцам людьми. Моя задача - проникнуть в банду и разузнать, где держат мальчика.

Для задания мне сделали новую личность. Это мое первое задание и первая трансформация. Теперь я отвязный байкер, которому только исполнилось восемнадцать лет, и он сбежал из дома покорять мир. С такой внешностью и легендой проще влиться в любую банду. Своим я, конечно, не стану - для этого надо пробыть в банде не один год, но как человека, ищущего приключения, они меня примут и, может, даже не убьют. Но это им точно не удастся. Я что, дура что ли какая-то? Посмотрев на себя еще раз в зеркало, я фыркнула. Конечно, парень из меня ничего так вышел, но мне почему-то было смешно. Еще смешнее стало, когда я пошла в туалет. Блин, я что, должна это в руки взять? Мама дорогая, и как я должна это делать? Да еще Генри со своими издевками. Вернусь с задания, придушу, вот честное слово. Пожаловалась профессору, а он только улыбнулся и сказал: “Это всего лишь анатомия, привыкнешь. Тем более это не навсегда.” Вот уйду я от вас, профессор, что делать будете?

Полдня я практиковалась быть парнем – ходить, как парень, сидеть, как парень, говорить и держать себя, как парень. Да чтобы я когда-нибудь еще раз трансформировалась в парня... Вот лучше сразу меня прибейте. Боже, как же вы все это делаете, да еще на автомате? Еще раз, чтобы не забыть: вести себя вальяжно, походка свободная, а не от бедра, грудь не выпячивать, попку не отклячивать и самое главное - писаем стоя, попадая струей в писсуар, а не рядом... Да, блин, я в туалет мужской с закрытыми глазами захожу, как тут еще меткой быть? Ну, профессор, ну зачем вы так со мной?

Через какое-то время я вполне освоилась. Да еще Генри наконец надо мной сжалился и поделился некоторыми аспектами жизни в мужском теле, после чего я, красная как рак, пыталась его убить. Ладно, выполню задание и вам всем несдобровать. Вам, профессор, тоже.

Одно меня радовало в сложившейся ситуации - мне подогнали крутой байк, о котором я даже мечтать не могла. Он был собран нашими спецами в агентстве под все нужды оперативника. И выглядел настоящим монстром дорог, а не игрушкой с глянцевой картинки. Его вид сразу говорил, что его владелец не просто ездок, но и умелый механик, вложивший душу в свое творение. Короче, теперь моя легенда стала полной. Пока готовилась операция, я каждый вечер пропадала в гараже изучая своего красавца, а потом мы вместе отправлялись в полет по ночным дорогам.

Когда все было готово, я села на свой байк и отправилась туда, где по оперативной сводке сейчас находилась нужная мне банда.

Нашла я их довольно быстро - они зависали в одном из ночных баров. Теперь надо как-то стать для них своим. У нас было заготовлено несколько сценариев. Думаю, что в данном случае подойдет хорошая драка.

Припарковав байк, я вошла в бар и устроилась у барной стойки. Ко мне подошел бармен и вопросительно посмотрел. Я показала ему условным знаком, что я хочу. Он слегка улыбнулся - типа наш человек, раз знаки знает. Достал стакан, кинул в него несколько кубиков льда и налил янтарной жидкости на два пальца. Затем пододвинул стакан ко мне. Я взяла его в руку, покрутила немного стакан, чуть размешивая лед, и залпом опрокинула. Виски обжигающе потек по пищеводу. Я кивнула бармену, чтоб повторил. Получив вторую порцию, я взяла стакан и не торопясь пошла к дальнему столику. Устроившись в углу, подальше от всех, я стала наблюдать.

С этого места прекрасно просматривался весь бар и можно было следить за всем, что происходило, не привлекая внимание. Что я и делала. Я наблюдала, делала выводы, подмечала малейшие детали, прикидывала варианты. Тот вариант, который я выбрала изначально, почти сразу отпал - ну не удастся мне подраться, защищая кого-нибудь из банды. Хотя бы потому, что у них у всех был такой вид, что задирать их — это тоже самое, что идти на верную смерть. Нужно что-то придумать...

И все же жизнь вносит свои коррективы. Нашелся какой-то неугомонный, который решил с ними потягаться. Мне теперь надо улучить момент и встать на их сторону. А заодно и мышцы размять, хорошая драка для этого -лучший вариант. У, это как по мне. Профессор меня постоянно ругает, когда на тренировках в спаррингах у меня падает забрало.

- Мэоу, девочка моя, ладно ты себя не жалеешь, ты бы ребят пожалела, - выговаривал ом мне каждый раз, когда ему поступал отчет из медпункта.

Я давно приметила девицу, которая явно была чикой босса, и стала выжидать момент, когда кто-нибудь полезет к ней, пока ее бойфренд разбирался с возмутителем покоя. И такой случай представился...

Не буду вдаваться в подробности, но оттянулась я знатно. Тот парень, что имел несчастье полезть к даме сердца главаря банды, будет еще долго валяться на больничной койке. Не, я не зверь какой, просто после того, как я отбила у него деваху, подоспел ее любовничек, а там еще его братаны... Короче, не завидую я этому парню.

На меня смотрело несколько пар глаз. Какие-то недобро, какие-то с интересом. Глаза босса больше излучали интерес, чем вражду.

- Ты откуда такой, парень? - наконец задал он мне вопрос.

- С севера, - ответила я, придавая себе непринужденный вид, прикладывая стакан с виски к фингалу.

- Чем промышляешь?

- Это допрос? Я, между прочим, твоей леди помог.

На слове леди, деваха вся зарделась, встала с барного стула и, поправив лифчик, подошла ко мне.

- Дорогой, ты посмотри, какая няшка, - сказала она, положив мне руки на плечи. - Давай его к нам возьмем. Будет у нас на входе своим личиком народ зазывать.

- Руки убери, - недобро процедил босс и зыркнул на меня так, что мне чуть не поплохело. Вот не надо мне еще тут ревностных разборок.

- Послушайте, дамочка, вы хоть чертовски привлекательная, но я игрок другого поля, - сказала я и подмигнула боссу. Он округлил на меня глаза. Где-то через минуту до него дошло, и он заржал так, что ему бы лошадь позавидовала.

- Слышь, детка, - обратился он через смех к своей чике, - обломайся, он по мальчикам, - и продолжил ржать дальше. Его герл скривила ротик.

Что-то меня это ржание стало утомлять. Надо бы как-то... Но я не успела что-либо сказать, как босс резко стал серьезным.

- А я посмотрю, ты смелый, хоть и педик, - он хмыкнул. - Ладно, ты спас мою даму, я, так и быть, яйца тебе не оторву, но ты можешь поспросить у меня только одну вещь.

- Да я как бы просто помог, но раз ты даешь мне шанс попросить, то... Мне нужна работа. Есть ли у тебя что-то для меня?

- Молод ты еще для моих дел.

- Ну, меня как бы твои дела не особо касаются. Я просто слышал, что ты искал механика. Потому я и прикатил сюда в надежде, что ты меня наймешь.

- Ну и какой ты механик? Может, ты только яйца крутить умеешь, - он снова заржал и его люди последовали за ним.

- Пойдем покажу, - просила я через плечо, направляясь к выходу.

Босс оглядел своих сотоварищей и кивнул им - на выход. Все потянулись за мной. На стоянке у бара я подошла к своему железному коню и похлопала его по бензобаку:

- Вот, наглядный пример моего мастерства. Собрал от винтика к винтику. Можешь полюбоваться.

Все застыли с глупыми рожали. Они все байкеры со стажем, но вот собрать такую красоту никто из них не мог. Модернизировать по мелочи - да, но с нуля...

Я оперлась на свой байк и скрестила на груди руки. Даже если они заставят меня сейчас разобрать его и снова собрать, мне это не составит труда - профессор меня уже заставлял это делать.

Босс походил вокруг, цокая языком, и неожиданно спросил:

- Ты не боишься, что отберу, а тебя отправлю к торговцам на рынок?

- Не думаю, что так сделаешь. Тебя все знают как человека слова, - я решила надавить на слабое место. Все бандиты тщеславны. - Я пришел к тебе на работу наниматься, так зачем ты какой-то мелочью будешь портить себе репутацию?

Он задумался. У меня было ощущение, что я слышу, как в его заржавевшем мозгу крутятся шестеренки.

- Принят на испытательный срок, - сказал громко он, а потом добавил так, чтобы слышал только я, - посмотрим, что ты за птица. Не стоит тебе, парень, со мной шутить.

Вот так я попала в банду. Легко, не спорю, но вот потом стало трудно. Работой меня завалили по самый не балуй. Искать пацана совсем не было времени, а оно поджимало. Но все же удача была на моей стороне. Как-то босс собрался прокатиться на своем новом байке, который я ему собрала, и укатил почти со всей своей шайкой. Сославшись на сложный ремонт его тачки, я осталась в мастерской. Думаю, у меня есть пара часов, чтобы обыскать тут все. По последней информации, пленников для перепродажи все еще держали где-то здесь. Осталось только найти и подать сигнал спасательной группе.

Примерно через полтора часа я нашла замаскированную дверь, ведущую в какой-то то ли подвал, то ли в убежище. Датчик показал наличие живых существ. Я не стала ничего сама предпринимать, а вызвала группу. Сама же стала дожидаться возвращение главаря - в этот раз он от нас не уйдет. От меня не уйдет. Но кто же знал, что то-то может пойти не так.

Оперативная группа была уже на подходе, когда неожиданно вернулась банда. Что могло их вернуть с полдороги? Они же, вроде, собирались на какую-то сходку на севере. Туда даже на байке часов десять ехать, а они вернулись через два. По-тихому освободить пленников теперь не получится. Блин, надо было самой, а не надеяться на подмогу, но кто же знал... Что же теперь делать? Надо что-то придумать. Думай, девушка, думай...

Дальше события развивались молниеносно. Был штурм. Главарь, взяв одного из пленников, которым оказался мальчик, которого мне было поручено найти, попытался скрыться. Но от меня не скроешься. Я чувствовала какую-то ответственность за этого парня, и мне было все равно - погибну я или нет, но я обязана вызволить этого пацана.

Последнее, что я помню из событий того дня, - это как мы с Чайем прячемся в каком-то заброшенном здании. Он был весь напуган и измотан. Я поддерживала его в буквальном смысле слова. Нам надо было пробраться через здание к противоположному выходу, который вел в оживленный квартал. Здесь мы могли уже затеряться и благополучно добраться до помощи. Вот мы наконец-то дошли до последней комнаты, где было окно, через которое можно было вылезти на крышу и уже спокойно спуститься. Я стала уговаривать парня идти первым. Он весь дрожал и отказывался. Ему было очень страшно. Тут за его спиной открылась дверь, и с пистолетом наперевес в комнату вошел главарь банды. Я чисто на инстинкте обняла парня, прижав его к себе, и развернула, укрыв его своим телом. Раздался выстрел...

Очнулась я уже в больнице, вся обмотанная проводами и датчиками. Со слов профессора знаю, что, прикрыв собой мальчика, я спасла ему жизнь. Но у него было такое нервное потрясение, что он тоже сейчас в больнице, но у других специалистов. Не убили нас только благодаря вовремя прибывшим ребятам из Черной пантеры. Все-таки я попытаю счастья попасть к ним. Это теперь стало моей мечтой после того, как я увидела их в действии.

Я пробыла в больнице больше трех недель. Мне сделали несколько операций. Я боролась за свою жизнь вместе с врачами. Потом дальше оставаться здесь стало опасно, так как срок трансформации подходил к концу, и под предлогом перевода в другую больницу меня вывезли и доставили в агентство. Еще через неделю трансформация спала, и меня можно было поместить в капсулу для полной регенерации тела. Короче, я еще раз подтвердила свое имя...

Настоящее время

Профессор в задумчивости потер подбородок. События десятилетней давности были еще свежи в памяти. Тогда он чуть не потерял свою дочь в первый раз. Потом дочь он все же потерял, но взамен приобрел сына, которого судьба снова грозит отнять. Теперь вся надежда на Сагду и его молодого помощника.

Как и ожидалось, они совместно решили эту сложную задачу. Осталось только незаметно внедрить полученный код в тело Пхата и ждать результата. Больше они ничего не могли сделать. Остальное теперь только за парнем, что в бессознательном состоянии сейчас лежал в капсуле. Оформив все надлежащие документы по неразглашению и прочие, которые профессор предусмотрительно взял с собой, они все вместе направились в агентство.

Все время, пока профессор ездил к специалистам, Тун держал Кинга в медитации. Так долго он еще ни разу этого не делал. Хорошо хоть, что у Кинга ци была податливая и не доставляла больших хлопот. Да и он сам четко выполнял инструкции.

Когда вернулся профессор с двумя новыми специалистами и те быстро смогли ввести код в программу капсулы, Тун наконец вздохнул с облегчением. На его глазах мифическая Мэоу стала распадаться. Тун вывел Нонга из транса и сам вышел следом за ним. Он повернулся к профессору и тихо сказал:

- Все получилось. Подключайте уловители.

И потерял сознание. Дью бросился к брату, а профессор с ассистентами стали устанавливать устройство в капсулу, которое когда-то помогло вывести из организма Пхата его распавшуюся ци. Осталось только ждать...

Пока проходила процедура очищения, Сагда с позволения Вянь Вяня изучал программы, на которых работает капсула, а сам профессор в это время уединился с Чайем, чтобы наконец поговорить с ним по душам.

Узнав, что парень живет в Бангкоке один на съемной квартире, Вянь Вянь сразу предложил ему переехать в кондо на верхних этажах. Об оплате пусть он не заботится. Его оплатой будет выполнение иногда небольших технических задач. Чай отнекивался, но профессор уговорил его хотя бы подумать над его предложением.

Через три часа Пхата благополучно вынули из капсулы и так как он просто спал в этот момент, его оставили в медбоксе досыпать. Туна Дью привел в порядок, и тот тут же ускакал к Пхату, а Дью, встретившись глазами с Кингом, понял, что крупного разговора не избежать, но ошибся. Парень просто прижался к нему и сказал:

- Я же говорил, что он жив. Он не мог умереть просто так. Я счастлив... - и заснул у Дью на плече.

Профессор обвел взглядом медбокс. Сагда с Чайем склонили головы над какими-то расчетами и в полголоса о чем-то спорили. Тун примостился к Пхату на кушетку и спал вместе с ним, обнимая свое сокровище. Нонг, положив голову на колени Дью, тоже спал. Все было так тихо и мирно, и даже не верилось, что где-то там, за стенами здания, есть человек, способный погрузить мир в хаос...

Глава 54

Верю - не верю

Я открываю глаза и сладко потягиваюсь. Как же классно выспался. Давно такого не было. Я повернул голову и огляделся. Так, погодите-ка, а где это я, собственно, нахожусь? В медбоксе? И что со мной? Просто так я бы здесь не оказался. А где все тогда?

Прислушиваюсь к себе и понимаю, что... Блин, мне уже давно не было так хорошо. Ощущения вечной скованности, что постоянно присутствовало где-то глубоко внутри с того момента, как я поймал пулю Ли Бао, не было. Я уже и забыл, как это бывает. А помедитирую-ка я. Сказано - сделано. Я сел в асану, сделал несколько пассов руками и погрузился в медитацию.

Потоки ровные. Скорость прям идеальная. А что на уровнях? Ходить или нет? Помнится, что первый раз я, еще будучи Мэоу, провалился в него. Потом там хранилась моя распавшаяся ци. Ну и в завершении там была заперта часть моего сознания... Меня аж передернуло от воспоминания. Может, не ходить? Все же надо проверить. Я мысленно спустился на этот уровень и огляделся. Пусто, тихо и... Ничего нет. Даже старого цирка, как мне тогда казалось. Или он еще ниже? Не, туда я точно один не пойду. В прошлый раз еле выбрался. Ладно, может, Туна как-нибудь уговорю прогуляться, а сейчас можно и закругляться с прогулкой. Я вышел из медитации и немного посидел вот так в задумчивости. А где вообще все? Меня что, бросили?..

Я проснулся. Это что было? Я повернул голову и увидел, как рядом со мной притулился Тун. Он лежал так неудобно, что мне его стало жалко, и я, немного развернувшись, обнял его и притянул к себе. Наши лица оказались так близко, что я почувствовал его ровное дыхание на своей коже. Он тут же проснулся и уставился на меня не моргая. Мы смотрели в глаза друг друга и почему-то не могли наглядеться. Я почувствовал, как непреодолимое желание притягивает меня к его губам. И я почти уже его поцеловал, когда услышал сзади предупреждающий кашель. Я обернулся и увидел ухмыляющегося брата. Я прищурил глаза.

- А вот нечего на меня так смотреть, - тут же парировал мне Дью.

- Мы вообще-то женаты, если ты не забыл, - сказал я, поочередно показывая на нас с Туном пальцем. И что у него за ревность такая?

- Вот вернетесь к себе в квартиру и делайте что хотите, а здесь моя территория, - сказал как отрезал Дью.

- Понял, понял... Но для сначала тесты и анализы - правильно? - он только ехидно улыбнулся. Ну, брат...

Тун все время, что я препирался с братом, молча за нами наблюдал, тихо улыбаясь. Все постепенно возвращается на круги своя. Братья снова спорят, как и раньше. На удивление Туна это сегодня не раздражало, а даже радовало - он так боялся потерять своего чертенка снова в эти дни, что, когда проснулся сегодня рядом с ним на узкой больничной койке и увидел его здоровым и в бодром настроении, у него наконец отлегло от сердца.

Он встал и протянул руку, предлагая мне подняться:

- Пойдем, я помогу.

Я улыбнулся и взял его за руку. Мне хотелось вскочить и бежать, но Тун сразу осадил мой пыл, заставляя меня делать все медленно и осторожно. Я его прекрасно понимаю. Мне хорошо - я в свое время потерял память, поэтому ничего не знал и не чувствовал, а моя булка в это время сходил с ума от моей потери. Такого и врагу не пожелаешь...

Следующие два часа меня снова кололи, просвечивали, рассматривали, расспрашивали и прочие прелести. Когда меня наконец отпустили, мне казалось, что меня просто выжали. Как я вернулся в квартиру, помню смутно. Сквозь дрему я чувствовал, как Тун меня обтер, переодел и уложил в постель, где я благополучно отрубился и проспал еще сутки.

Проснулся я в хорошем настроении. Его не омрачил даже тот сон, что мне приснился. Да, видно, ситуация с Ли Бао меня не отпускает даже во сне. Я по привычке, которую выработал годами, сел в асану и погрузился в медитацию. Проверив все уровни и потоки, я закончил медитацию и направился в ванную. Там принял душ, переоделся и пошел в гостиную - наверняка Тун уже приготовил что-нибудь вкусненькое.

К моему удивлению, Туна в гостиной не оказалось. Ну ладно. Может, дела какие, вот он и ушел. «Пока его нет, я сам приготовлю что-нибудь», - подумал я и занялся готовкой.

Двумя днями ранее

Тун составлял отчет для Ли Бао. Он уже внес все информацию, что они собрали специально для него. Осталось только все это перекодировать и вписать специальный код, который должны были подготовить Сагда с Чайем. Тун немного задумался, вспомнив эту парочку. Его взгляд упал на мирно спящего Пхата, и тут же его губы расползлись в счастливой улыбке. Вот он проснется, Дью его замучает тестами и анализами, а потом... Улыбка Туна стала еще шире. Он одернул себя - не время мечтать, надо работу делать. Ли Бао еще на свободе, а раз так, они ни минуты не могут быть спокойны.

Он еще раз перепроверил подготовленный файл и набрал номер профессора.

- Он еще спит? - раздался вопрос на том конце.

- Да, спит. Пи’Дью за ним наблюдает.

- Это хорошо.

- Профессор, вы получили код?

- Им еще надо время для его тщательного тестирования. Кхун Сагда сказал, что примерно еще три-четыре часа.

- Я уже все подготовил, осталась только их часть.

- Отдохни пока. Как только пришлют код, я тебя разбужу, - сказал Вянь Вянь и отключился.

Все приготовления сделаны, так что можно и правда немного отдохнуть. Не долго думая, он тихонечко прилег к своему парню на кушетку и нежно приобнял его, устроив на своем плече его голову. Тун лежал и рассматривал лицо человека, которого любил больше жизни. Он не раз так делал, пока тот спал. Он уже привык к тем изменениям, которые были сделаны по приказу Ли Бао. Многим могло показаться, что ничего не изменилось, но Тун видел, что это не так - лица Пхата и Тхана были разными. Если бы это было бы не так, то он бы сразу узнал своего Пхата еще там, в коридоре американской резиденции Ли. А тогда он был просто поражен их сходством. С тех пор много воды утекло, и теперь они точно знают, что этот парень - Пхат, но... Что-то подсказывало Туну, что со всеми изменениями, что произошли с Пхатом, тот все же стал больше Тханом. Хорошо это или плохо, жизнь покажет, но для Туна ничего не изменилось - он по-прежнему любит своего чертенка...

Парень проснулся через три часа, и им сразу завладел Дью. Тун снова набрал профессору. Оказалось, что тот как раз собирался с ним связаться сам, так как код был готов. Он передал его Туну, а также инструкцию по его внедрению, и пока его брат мучал тестами проснувшегося парня, он все сделал. Встреча, что была заранее условлена с Ли Бао, должна была состояться завтра утром. Тун пойдет на нее один, а чтобы Ли ничего не заподозрил в том, что он один, для Тхана нужна была хорошо проработанная легенда. Над ней уже вовсю трудились команды Генри и Мина.

Тун привел уставшего парня в квартиру - тот еле стоял на ногах. Обтер его, переодел и уложил в постель. Парень сразу уснул. Тун постоял немного рядом, наклонился и поцеловал того в лоб. Затем тихо вышел из спальни...

Настоящее время

Вот мне интересно, куда делся Тун? Телефон не отвечает, сообщений никаких нет, и никакой записки не оставлено. Ну что же, придется побеспокоить Вянь Вяня. Звонить не буду, я просто пойду к нему, заодно немного разомнусь.

Спустившись в агентство, я сразу направился в кабинет профессора. Мне кажется или что-то тут не так? Как-то подозрительно тихо и безлюдно. Я что, снова во сне или в медитации брожу по какому-то неизвестному уровню? Я ущипнул себя за бедро - ай, больно. Значит, ни то, ни другое. Тогда где все?

А вот в кабинете у профессора как-то многолюдно. И шумно. Но когда я вошел, все резко замолчали и посмотрели на меня. Так, и что здесь происходит? Я вопросительно обвел всех взглядом, пытаясь найти Туна, но его нигде не было. Что-то мне стало не по себе. Холодное, липкое и мерзкое чувство страха стало подниматься откуда-то изнутри. Грудь сдавило так, что стало трудно дышать. Горло перехватило, и я не мог вымолвить ни слова. В голове пульсировал только один вопрос: где Тун?

Ко мне подошел Мин и заглянул прямо в глаза. Его взгляд был немного настороженный, с небольшим налетом глубокого переживания. С трудом справившись с накатившими на меня эмоциями, я тихо спросил его:

- Где он?

Мин не сразу ответил. Он изучающе всматривался в мое лицо. Вот что ты там собираешься увидеть? Мое душевное состояние? Я все равно его никому не покажу. А ты, мой друг, или ответишь мне сейчас, или не вини меня за последствия.

- Он ушел на встречу с Ли Бао, чтобы передать ему ваш отчет, и с ним пропала связь.

- Как давно это случилось и последнее место его сигнала?

Раскисать и паниковать времени не было. Нужно срочно решать вопрос со сложившейся ситуацией.

Я спокойно подошел к столу, за которым сидели Нок и Кай со своими ноутами.

- Показывайте, - сказал я им.

Мне тут же были предоставлены все данные. Нок по своей привычке дал мне даже распечатки. А вот это ты молодец. Теперь я могу выстраивать сетку, как делаю только я. Взяв документы, я повернулся к Мину. Он без слов понял меня и быстро вышел. Минут через пять в кабинет завезли стенд из переговорной, на котором уже была расположен план города.

Все сгрудились вокруг меня, а я развешивал на стенде фото и документы, прицепляя их булавками, и приматывал к этим булавкам нити красного и синего цвета - так я строил свою сетку. Такие нехитрые действия давали свои результаты. Например, можно было спокойно подумать, вспомнить какие-то нюансы, которые могли быть упущены, и еще много чего. Вот и сейчас, располагая на доске листы с информацией и объединяя их в определенную последовательность, я думал и анализировал. Вывод у меня уже был с самого начала, но я хотел утвердиться в своих подозрениях.

Примерно через час вся карта была опутана паутиной из красного и синего цвета. Еще раз все осмотрев, я воткнул последнюю булавку и сказал:

- Здесь.

Вся выверенная мной информация была передана в оперативный отдел для разработки операции. Это, конечно, замечательно, но группу возглавлять буду я. И это даже не обговаривается.

Уже через полчаса я вместе с отрядом Черных пантер сидел в полной экипировке в спец автомашине. Мы двигались по направлению, указанному мной на карте. Моя убежденность, что Тун именно там, давала мне силу, но времени у него оставалось все меньше и меньше. Что будет, если мы не успеем? Об этом я не буду думать. Не хочу.

На место мы прибыли быстро. Как и ожидалось, это было здание старой заброшенной фабрики. Рассредоточившись по территории, мы стали прочесывать местность. Время тянулось очень медленно. Нам приходилось проверять территорию на возможные скрытые ловушки, поэтому продвигались мы не так быстро, как хотелось. В моем ухе щелкнул наушник, и старший группы Б доложил, что в их квадрате все чисто. Минут через десять отчитался командир второй группы, что в их квадрате тоже чисто. Я отдал приказ следить за периметром.

Мы закончили прочесывать всю территорию, но так никого и не нашли. Неужели я ошибся в своих расчетах? Если так, то... Я присел, закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Я просеивал все звуки, доносящиеся до моих ушей, пытаясь найти хоть малейшую зацепку. Постепенно все посторонние шумы отошли на второй план, и я еле различил звук, который так искал. Определившись с вектором направления, я рванул в ту сторону. Несколько человек из моей команды последовали за мной.

Идя на еле уловимый звук, я наткнулся за скрытую за стеллажами дверь. Саперы тщательно проверили на возможность ловушек - чисто. Я осторожно открыл дверь и вошел. Это была небольшая кладовка по типу комнаток, где хранится инвентарь для клининга. В дальнем углу я заметил слабое движение. Подняв руку в знаке предупреждения, я заставил всех остановиться и принять боевую позицию, а сам двинулся в сторону движения.

Он сидел связанный по рукам и ногам, с заклеенным скотчем ртом. Одна нога была вывернута неестественным образом. Его лицо было все в кровавых подтеках, волосы на голове слиплись от запекшейся крови. На его тело был надет жилет смертника, и на дисплее красные цифры отсчитывали время - одна минута, сорок восемь секунд... сорок семь... сорок шесть... Я встал перед ним на колени. Наши глаза встретились. Его взгляд умолял меня уйти, но нет, родной, не проси меня о том, чего я не смогу сделать. Если нам суждено так рано уйти, то мы сделаем это вместе, но сначала я попытаюсь обезвредить бомбу.

Я снял перчатки и аккуратно отлепил скотч от губ любимого. Он сразу стал уговаривать меня уйти. Я отрицательно помотал головой и, взяв его лицо в свои ладони, поцеловал. Поверь мне, у нас все будет хорошо...

Последующие полторы минуты, что остались до детонации, прошли как в тумане. Я перебирал проводки, пытаясь интуитивно понять, какой надо перерезать. Это только в кино такое - перережь красный, и все будут отлично. В жизни совсем все иначе. Задержав дыхание, я сжал рукоятки кусачек и поднял глаза на моего любимого - пусть его лицо будет последним, что я увижу в этой жизни. Я с силой сжал кулак. Цифры на дисплее замерли, не отсчитав одну секунду до нуля...

Глава 55

Пхат или Тхан

С того момента как мы нашли Туна, события стали развиваться с молниеносной скоростью.

Тун восстановился довольно быстро. Его сразу после обезвреживания бомбы доставили в лабораторию, и Вянь Вянь, рассчитав программу, уложил его в капсулу, а я с отрядом тем временем вернулся к нашей основной задаче - найти и положить конец организации под руководством Ли Бао.

Не смотря на то, что личность Туна была раскрыта, и Ли Бао приказал того схватить, наш план по внедрению специального кода, который написали Сагда с Чайем, в систему организации Ли был успешно осуществлен. Но об этом ни Ли Бао, ни его подчиненные не догадывались. Они продолжили играть в свои грязные игры и решили выманить меня на Туна, чтобы покончить с нами обоими. Но и тут они просчитались. Пока мы искали Туна, код полностью проник в систему и завладел ей, что облегчило нам задачу по выявлению всей сети. И благодаря нашим оперативным действиям с Ли Бао было покончено. Все его сторонники и он сам были переданы правосудию. У полиции на этот раз были неопровержимые доказательства, чтобы Ли получил по меньшей мере пожизненный срок. Внедренный код позволил вычислить всех причастных к его организации не только в Таиланде, но и зарубежом.

Также был выявлен еще один крот в нашем агентстве, который предал Туна. Это было полной неожиданностью, но он сам себя выдал, когда, увидев, как привезли Туна, попытался сбежать. На него никто бы и не подумал - обычный охранник на парковке агентства. Как выяснилось позже, он оказался тем самым человеком, который столкнулся с Кингом на лестнице и ранил его. Теперь понятно, почему его не могли найти - разыскивали чужака, а это оказался свой.

Профессор организовал несколько оперативных групп для ликвидации последствий деятельности Ли Бао. Нас с Туном он в них не включил, потому что Тун еще восстанавливался, ну а я погряз в отчетах. Вот всегда терпеть не мог этим заниматься. Аааа! Отпустите меня в поля на оперативную работу, только избавьте от этой бумажной волокиты. Все, не могу больше. Но профессор, зная меня, ни на секунду не сжалился. Обижусь...

Пока мы спасали Туна, у Мали чуть не начались роды, и ее срочно прооперировали. На свет появились два наимилейших крепыша - девочка и мальчик - мы с Туном стали родителями. Это первое, что сообщил нам профессор, когда я вернулся с группой в агентство, а Тун пришел в себя после капсулы. Нашему счастью не было предела. Жаль, конечно, что мы пропустили этот момент, но главное, что Мали и дети в полном порядке.

Из больнице Мали с детьми встречали все наши друзья. Вянь Вянь плакал и постоянно повторял, что он стал дедушкой. На что Винай, приобняв его за плечи, сказал, что не он один, и угостил профессора сигарой на американский манер. А вечером наши новоиспеченные дедули изрядно пригубили бренди или виски... Уж не знаю, еще чего они пригубили, но их пришлось выносить чуть уж не на руках.

Как и было решено раньше, детки останутся жить у бабушки с дедушкой, а когда мы уладим все дела, мы так же переедем к ним и будем жить вместе, пока они не подрастут. Что дальше? А там будет видно, но я уже не тот, каким был раньше, и у меня несколько изменились приоритеты. Желание оставаться на оперативной работе чуть поубавилось. Теперь я хочу семью и свой дом. Из агентства я, конечно, не уйду. Я просто буду им управлять, дав возможность Вянь Вяню наконец отойти от дел и заняться фабрикой, как он всегда и мечтал. Я когда узнал, был удивлен, но подумав немного, я вспомнил, как горели у отца глаза, когда он бывал там. Ну что же, он это заслужил. Но пока он еще нужен агентству.

Было решено, что он окончательно передаст мне дела через два года, а пока я буду вникать во все нюансы предстоящей должности. Тун возьмет на себя руководство оперативной частью. Впрочем, он и сейчас этим занимается. Лаборатория отойдет под руководство Дью. Мин так и будет начальником аналитического отдела. Ему это нравится, да и нас устраивает. Лучшего аналитика просто не сыскать.

На должность руководителя программного подразделения Вянь Вянь хотел пригласить Чайя. Генри с ним согласился. Я думал, что как раз он будет во главе, но он наотрез отказался.

- Братан, ты что, с ума сошел? Я и начальник - смешно. Нет, я лучше спокойно без всей этой шумихи за компом посижу, - сказал он мне как-то, хрустя чипсами.

Чай отличный парень. Я его помню еще по своему первому заданию и даже немного чувствую перед ним вину, но... Ладно, не будем вспоминать. Если он возглавит группу программистов, то агентство только выиграет от этого. Вот только отпустит ли его Сагда? Поживем - увидим. Чай и так уже с нам - профессор все же его уговорил переехать в наше кондо. За это парень будет писать для агентства разного рода коды и программы. Все остаются только в плюсе.

Для оформления отцовства мне надо было восстановить документы. Вот здесь возник первый вопрос - а кто я по сути вообще есть? Мэоу я не мог быть априори, я все же парень, да и по всем документам она уехала в Америку. Можно, конечно, сделать документы по смене пола, но... Это просто абсурд. Нам пришлось бы многое доказывать, потому как не все знали, что я и она - это один и тот же человек. Нет, это отпало сразу. Пхат Карлайтинг был признан мертвым и кремирован. Остается Тхан Ли. Меня многие знают как Тхана. Это самый оптимальный вариант, но фамилию Ли я точно не приму. А вот имя Тхан мне близко, я бы его оставил, если Тун не против. И тут Тун предложил нам снова пожениться, взять мне его фамилию и стать Тханом Суваннаратом. Вот с этим я соглашусь, но только церемонию устраивать не будем - второго такого события я не выдержу. Даже не уговаривай. Ну и что, что типа другой человек? Нет, значит нет. Тун наконец со мной согласился, и Мали, которая ходила к монаху за именами для детей, взяла еще и благоприятную дату свадьбы для нас. Мы тихо зарегистрировались в мэрии.

Вот теперь можно было и документы на детей оформлять. В метрики мы записали имена, что дал монах - Сом Фон и Сом Пхон (благословение), а вот с домашними именами у нас получился затык - мы поссорились. Впервые, из-за имен нашим детям. Тун хотел назвать их Мэоу и Пхат, а я на отрез отказывался. Я хотел такие имена, чтобы они говорили о нашей с Туном необычайной любви, которая подарила нам этих замечательных деток.

Точку в споре поставила Мали. У этой женщины всегда было полно здравого смысла.

- Официальные имена у детей записаны в книге родословной семьи Суваннарат, а дома вы их можете называть как хотите. Но почему бы не взять просто их сокращенные имена? Ой, ну что вы так заморачиваетесь? Они их все равно поменяют, как многие делают, - сказала она, сидя в кресле и держа малышей на руках.

И кто может поспорить с особой королевских кровей? Я не рискну. И потом, имена получились очень красивые и подходящие. Фон и Пхон - а почему бы нет? На том и порешили.

Через полгода состоялся суд над Ли Бао. Основным обвинением было незаконное использование генома человека для создания биологического оружия. Все остальные преступления, совершенные им и членами его организации, просто меркли в сравнении с ним. Он весь процесс просидел молча с каменным лицом, лишь изредка бросая на нас с Туном взгляд. Я еще раз убедился: хорошо, что взглядом нельзя убить, а то мы уже несколько раз бы умерли. Правосудие было суровым - Ли Бао приговорили к смертной казни. Оно и понятно - за преступление перед человечеством только такое наказание и может быть. В исполнение приговор привели через два года заключения в одиночной камере.

Отмечая один год со дня рождения Фон и Пхона, мы узнали замечательную новость, которая обрадовала в первую очередь Мали - Дью объявил об их с Кингом помолвке. Вот давно пора. Подняв за них бокал и выпив, мы с Туном, не сговариваясь, повернулись в сторону Мина с Ноком и очень вопросительно на них посмотрели. Те сделали вид, что их это не касается, но при этом я обратил внимание, что у Нока на безымянном пальце блеснула полоска металла. Вот ведь тихушники. Я дернул Туна за рукав и тихо шепнул ему об этом на ухо. Мой муж усмехнулся.

Вы можете спросить меня: как я сам? И я вам отвечу - я счастлив. Меня окружают любящие меня люди: мои друзья, мой муж, мои дети... Я живу в гармонии с собой. Ци, которая когда-то принадлежала Туну, полностью интегрировалась в меня. У нее даже появились мои личные отличительные цвета. Баланс ментального и физического после удаления остаточного кода пришел в норму. Мои навыки в медитации значительно повысились и, по словам профессора, были на уровне мастера. Еще год или два усиленной практики, и я превзойду своего учителя. Но об этом я подумаю. Стать великим мастером не было моей целью. Как я уже говорил, мои жизненные приоритеты изменились. Единственное, на что я дал согласие профессору, — это то, что возьму одного ученика, которого он сам мне подберет.

С ликвидацией шайки Ли Бао, наши жизнь стала более спокойной и размеренной. У агентства всегда была работа и были риски, но уже не теряли людей и ресурсы. Работали четко и выверенно. Вскоре Вянь Вянь передал мне все и вплотную занялся развитием швейной фабрики, где раньше было наше агентство. Он даже разработал несколько моделей ханьфу на современный манер, которые стали пользоваться большой популярностью у молодежи. А на наш с Туном юбилей он сшил нам специально разработанные эксклюзивные модели, которые произвели огромный фурор.

Мали занималась внуками и была такой счастливой бабушкой, что ей можно было только позавидовать. Винай вышел в отставку и вместе с ней занимался нашими сорванцами, за которыми нужен был глаз да глаз.

Детки у нас с Туном вышли бойкие. Заводилой всегда была Фон. Пхон всегда и везде следовал за сестрой, готовый не только помогать ей во всем, но и защищать, если понадобится. Вянь Вянь как-то сказал, наблюдая за ними, что они маленькое воплощение нас с Туном. Фон вся в меня до трансформации. Я спросил почему именно до? А он ответил, что, став Тханом, я стал более спокойным и рассудительным. Перестал действовать сгоряча и реже стал идти на неоправданные риски. То есть я стал лучшей версией себя. А Пхон - вылитый Тун: всегда и во всем спешит на помощь к своей сестре, как его отец ко мне...

Два года спустя

- Ну, а вы когда? - Кай вопросительно посмотрел на Мина с Ноком.

- А нам и так хорошо, - в своей дерзкой манере ответил Нок. - Почему обязательно жениться?

- Ну не знаю. Как по мне, свадьба - это своеобразное подтверждение любви...

- Так по-твоему, если нет свадьбы, так и любви нет?

Снова эти двое спорят. Вот не могут они находиться вместе и не сцепиться. Еще с универа у них такая своеобразная дружба. Но коснись чего, один за другого горой встанет. Это уже проверено, и не раз. Поэтому мы уже перестали обращать внимание на их перепалки. Но сейчас их надо разнять. Не место и не время. Сегодня такой замечательный день - свадьба моего брата.

- Мин, - позвал я, - маленького своего угомони.

Мой друг молча кивнул и, нежно приобняв Нока за талию, утащил его подальше от Кая. Вот и славно.

Ко мне подошли Дью с Кингом. Они были такие милые в своем счастье. Оба в белых смокингах с одинаковыми бутоньерками в петлицах, которые Мали делала собственноручно.

- Пи’Тхан, - обратился ко мне Нонг, - я еще раз хочу сказать тебе спасибо.

- А мне за что? - я удивился. Этот парень уже столько раз меня благодарил, что, наверное, в следующей жизни меня на пьедестал вознесут.

- За все. За то, что спас меня, и не один раз, я никогда не устану тебя благодарить.

- Но ты реально понимаешь, - я наклонился к нему ближе и тихо сказал, - что если ты обидишь моего брата...

- Ты что? Я? Да никогда!

- Ладно, ладно. Я тебе верю. Идите вот к родителям. Им спасибо скажите, - я чуть развернул Нонга и слегка подтолкнул в сторону Мали с Винаем. Дью пошел следом, перед этим подмигнув мне, улыбнувшись.

Как же я люблю своего мишку Тедди. Никогда не думал, что у меня будет такой замечательный брат. Я повернулся к Туну. Он улыбался, глядя на меня.

- Ты чего смеешься?

- Ты мне сейчас напомнил папашу, который женит своего любимого сыночка.

- Что, так глупо выгляжу?

- Нет, - Тун приобнял меня за талию и подтянул к себе. Я прижался к своему любимому. - Ты прекрасен. Я представляю, как ты будешь выглядеть, когда мы будем женить Пхона.

- Даже не вздумай на меня тогда смотреть. Я буду старым и некрасивым.

- Вот что ты такое говоришь? Для меня ты всегда будешь молодым. Вот даже и не придумывай.

Я заметил, что моя булка стал немного раздражаться. Он всегда так реагирует на все, что касается меня. Люблю его дразнить. Я посильнее к нему прижался и поцеловал его в нос. Он улыбнулся.

- Может, прекратите? - Генри стоял рядом, уже изрядно подвыпив, и грозил нам пальцем. - Вы на себя все внимание от молодоженов перетягиваете. Так не честно быть такими... такими...

- Договаривай, - я прищурил глаза. Генри поежился.

- А вот, между прочим, это я ту программу писал для трансформации, - начал он свой пьяный бред.

- Да все уже давно об этом знают. Ты вот как напьешься, так всем это рассказывать начинаешь, - остановил его подошедший Кай.

- Кто пьян? Я пьян?

Ну, началось. Ему, пожалуй, хватит.

- Прекрати буянить, - тихо, но довольно строго шикнул на него Кай. Вот не знаю, что между этими двумя, но Генри слушается Кая беспрекословно, поэтому сразу замолчал и заулыбался.

- Кай, ты сможешь отвести его отдохнуть в один из номеров наверху? - Тун достал и передал ему ключ-карту.

- Да, думаю, что ему точно надо отдохнуть, - согласно кивнул Кай, взял карту и, подхватив Генри, направился из банкетного зала в сторону лифтов.

Я посмотрел им в след. Может, это и не любовь, а всего лишь крепкая дружба, но о такой дружбе можно только мечтать.

Обведя зал взглядом, я останавливал его на каждом присутствующем, и мое сердце наполнялось теплом. Здесь все мои друзья, которые и в горе, и в радости всегда были со мной, помогали мне, поддерживали меня и моего любимого. Вот мой брат со своим мужем. Кинг что-то говорит ему и поправляет бабочку, а Дью нежно берет того за руки и, улыбаясь, целует. Нонг смущенно опускает голову. За фуршетным столиком рядом с ними устроились Мин с Ноком. В этот момент они просто смотрят друг на друга, но у меня создается ощущение, что вокруг них никого нет, а есть только они, и каждый для другого - целый мир. Я рад за них. Очень.

Мали сидела в кресле, а у нее на руках уютно устроились близнецы. Они уже изрядно набегались и наигрались с гостями, каждый из которых считал своим долгом побаловать наших отпрысков. А теперь они, прижавшись к бабушке, внимательно слушали сказку, которую она им рассказывала.

Я заметил, как к нам с Туном направляются Сагда с Чайем. Они не так давно с нами, и у каждого своя история за плечами, но тот вклад, что они внесли в дело по обезвреживанию Ли Бао, был очень значительным. Без него мы вряд ли смогли бы завершить то дело так успешно.

Подойдя к нам, они поздоровались, и Сагда спросил:

- Вы еще не смотрели сегодняшние новости?

- Главная новость сегодня вот там стоит, - я кивнул в сторону молодоженов.

- Ну, думаю, что эта новость не омрачит праздник, - продолжил Сагда и протянул нам с Туном свой смартфон с открытой страничкой новостей.

Мы пробежались по строчкам: “Сегодня был приведен в исполнение приговор гражданину Ли Бао...” Вот и все. На этой истории можно ставить точку. Но надо отдать ему должное - если бы не его амбициозные планы по завоеванию мира, то, возможно, не было бы такого человека, как Пхат, а в последствии Тхана, то есть не было бы меня, и история была бы совсем другой.

Я повернулся к Туну и долго смотрел ему в глаза. Так долго, что он невольно забеспокоился.

- Что случило, милый?

- Все хорошо. Я просто... - я запнулся, - мне сейчас так хорошо, что я не могу передать это словами. Я люблю тебя.

- И я люблю тебя, мой чертенок. Ты мое что-то с чем-то...

Солнце над городом пошло на закат, окрашивая все в золото. В зале шумел свадебный банкет, а впереди еще столько нового, неизведанного, но это уже другая история...